Драбблы (автор: anasyrma)

I.

Артур был первым. Он поцеловал его в спешке, но уверенно: мимолётно коснулся губами уголка рта. Сквозь туман лихорадки Альфред увидел только возвышающуюся над ним тёмную фигуру — смутное обещание тепла, которое изгонит зиму; главное лекарство, которое, быть может, облегчит непрестанную боль в пустом желудке. Он в слезах умоляет и наконец-то получает ответ. — Всё хорошо, — слышится бормотание, и одеяла забирают, вызывая новый приступ мелкой дрожи. Мир переворачивается, и большие руки поднимают его, прижимают к груди. — Теперь всё в порядке. Губы касаются его бледного лба, покрытого испариной. — Ты в безопасности.

II.

Он проводит тёплые субботние утра у моря, покрывая песок вокруг себя каракулями чепухи про всё и ни о чём одновременно. Феи, кролики, псы, бизоны, Артур, лошади, и снова Артур – всё самое любимое окружает его, нарисованное на зыбком песке твёрдой рукой, надёжно защищает от одиночества. Но иногда горизонт расчерчивают корабли великой испанской армады, паруса перекрывают великолепие неба — мощь, жажда денег, желание завоёвывать. Зрелище порождает неосознанный страх каждый раз, и Альфред убегает, путаясь в высокой траве и увязая в песке. Чаще всего он разбивает колени, ушибает пальцы на ногах и обдирает руки о торчащие из земли узловатые корни. Его побег сопровождается мучительными стонами и детскими всхлипываниями от боли и голода, и каждая неприятность влечёт за собой следующую. Но всё равно несколько часов спустя он, прихрамывая, возвращается, и на берегу его ждёт корзина, доверху набитая свежими фруктами. Записка сбоку гласит: «Антонио».

III.

Артур знакомил его с литературой, этикетом и охотничьим ружьём, Франсис же посвящал в тонкости любви и войны, обучал его двум самым важным вещам в их жизни. — Mon cher, — бормочет Франциск и одним движением вытирает его слёзы. — Ты ведь большой и смелый, non? Что произошло? — Они умерли, все. Индейцы ненавидят меня, — рыдает в ответ Альфред. Его земля пропитана кровью и порохом. Его ночи наполнены удушливым дымом. — Мой милый малыш, — следует осторожное прикосновение губами к запястью непораненной руки, — нам нельзя оглядываться назад.