Выпьешь эля - влюбишься в скоя'таэля

« — Сказкой мы часто называем то, чему пока не можем найти объяснение».

к/ф «Приключения Электроника» (1979г.)

      Водоворот из пурпурных и сливовых светлячков, сопровождаемый сумасшедшим хохотом, так же в миг рассеялся, как и появился. Горячий солнечный свет ударил в лицо, слепя глаза. Ветер неистово свистел в ушах, трепал волосы и одежду. Ощущение свободного падения пришло мгновенно:       — An’badraigh aen cuach!       — О, Мара! — Найра неосознанно схватила эльфа за пальцы правой руки. — А-а-а!       — Отцепись от меня, beann`chy!       Рядом с ними испуганно вскрикнула пестрая птица, несшая в лапках какой-то сверток.       — Что ты делаешь, мер?! — Довакин все же настойчиво ухватилась за его руку. — Нам нельзя разделяться!       — Это твоя вина! — упрямо кричал ей он в ответ, то и дело глядя вниз. — Bloede ainmhi!       А там, страх как далеко, простирается неизвестная земля. Довакин и скоя’таэль же все падали, цепляясь друг за друга:       — Открой же портал, beann`chy!       — Я не умею!       — A d’yeabl aep arse!              Мимо них пролетали: крылатые кони, грифоны, огненные птицы и пепельные жеребцы с гривой из всполохов пламени пополам со смогом. Каждый из них нес на себе аль с собой какую-нибудь ношу иль пассажира. Вскоре показались и чудные корабли с расписанными рунами парусами, движимые ветряными потоками и вовсе чудное дело — ковер, вышитый золотым узором да деревянный орел. Но женщине и эльфу до них не было дела, ведь впереди их ждала мгновенная смерть, если б не вовремя подвернувшийся корабль со сшитым из лоскутов шаром вместо парусов.       — Держись за меня! — скомандовал Йорвет и ухватился за один из канатов, что перевязывал шар.       Найра обхватила эльфского командира за пояс и прижалась лицом к его спине:       — О Мара!       — Арг! — кожу ладони горячо обожгло, но Йорвет лишь крепче ухватился за веревку обеими руками. — Bloede arse!       Судно накренилось в сторону нелегальных пассажиров, затрещала мачта, траектория движения плавно менялась. Экипаж засуетился, ища причину смены курса. Снова подул ветер, мимо пронеслась огненная птица, едва не задев спину Довакина жарким крылом.       — Лево руля! — кричали с палубы. — Лево!       Эльфа и редгардку качнуло, ударило о поверхность шара и «ХЛОП!». Острие эльфского меча проткнуло плотную ткань. Из образовавшейся прорези — словно из рога изобилия — стремительно просочился воздух полный какой-то пурпурной пыли.       — Твою мать! — раздался вскрик все с той же палубы. — Ебушки-колотушки! Держи руль, сука!       Довакин и эльфский командир испуганно озирались по сторонам. Земля неотвратимо приближалась, корабль мотало из стороны в сторону, а воздух так и выплевывался из прорехи со звуками взрывного сфинктерального резонанса. Пурпурная пыль лезла в глаза, щекотала нос, залетала в рот, да и во все места, где ей были не рады.       Довакин зажмурилась, снова пряча лицо. Йорвет обхватил женщину свободной рукой, второй продолжая держаться за веревку, и наклонил голову, зарываясь в ткань ее куфии.       — Держитесь, сукины дети! — скомандовал голос, принадлежавший, скорее всего, капитану. — Земля, мать ее!       Казалось, вечность прошла, но нет, каких-то несколько минут тишины, за сим последовал сильный удар, едва не выбивший из Довакина и скоя’таэля весь дух. Обоих отшвырнуло на добрую десятку метров в густые теплые воды, разившие скисшим молоком.       Найра вслепую выбралась из воды, жадно хватая воздух, огляделась в поисках эльфского командира:       — Мер?! — звала его женщина. — Йорвет?! Йорвет, где ты?       Вот средь грязно-белых вод показался карминовый платок:       — Йорвет!       Довакин как можно скорей добралась до эльфа, преодолевая сопротивление стремящегося ей на встречу течения. Обхватив мужчину подмышку, голову же положив себе на плечо, свободной рукой погребла к залитому какой-то яркой розоватой жижей берегу.       — Держись, я сейчас…       Кое-как добравшись до суши, женщина стянула с себя мокрую насквозь куфию и подложила под голову эльфа. Йорвет слабо дышал, не открывая глаза.       — Мер? Йорвет! — Найра взяла его за плечи, легонько тряхнула, намереваясь привести эльфского командира в чувство. — Ты меня слышишь?       — Oh Milde Maeth, — прохрипел он в ответ, болезненно хмуря бровь, — не тряси меня, beann`chy…       — Слава Маре, ты жив, мер, — криво улыбнулась редгардка и опустила голову ему на грудь, — жив…       — Отчего так смердит? — дернул носом эльф, открыв глаз.       — Что? — подняла на него взгляд женщина, затем оглянулась к водоему. — Вода в реке на молоко похожа…       — Que? — не поверил своим ушам скоя’таэль.       — Ах ты недобиток ушастый! — взревел все тот же голос где-то поблизости. — Да я тебя на ремни пущу, остроухий ублюдок! А ну, хватайте его ребята!       — Это не я! — раздалось в противовес ему. — Я был в трюме! Меня Лохо в нужнике зажала!       — Чего?! — возмущённо воскликнул женский голос, явно принадлежащей весьма крупной барышне. — Да брешет он!       Затем раздались чавкающие звуки, то были шаги от дюжины сапог, что в грязь проваливались.       — Заткнись, дура! Лучше придумай, как нам с атаманшей быть! С нас головы за эти бочки снимут, все ж добро водой унесло, сука!       Из-за холма показалась команда летучего корабля, такая же сухая и ароматная, как и Довакин с эльфом.       — О, я кажись, ноги чьи-то видал, когда мы об землю шмякнулись! — заявил старый матрос с пушистыми белыми усами. — Поди они-то ласточку нашу и потрепали!       — Конкуренты? — предположила здоровенная орчиха с внушительным бюстом и боевым топором на плече.       — Лохо дело говорит! — поддержал ее худосочный полуэльф, едва достававший ей до плеча.       Капитаном же был не менее внушительных размеров, медведю подобный человек, на полторы-две головы возвышавшийся над остальными:       — Значит, мрази должны были всплыть где-то здесь, неподалеку…       — Дык, вот жешь они, сволочи! — усатый матрос ткнул пальцем в Довакина и Йорвета.       — Чего встали, ублюдки?! — гаркнул на подчиненный капитан. — Хватайте их, сукины дети!       Найра схватилась было за меч, но его при ней не было, как и ножен. Рывком глянула вокруг себя — ничего. Клинок, по всей вероятности, унесло молочной рекой. Сетовать на его потерю времени не было. Оставалось только использовать Крик:       — Fus Ro Dah!       Сила Ту’ума и в этом незнакомом для них месте оказалась столь же велика, как и в родном мире эльфа. Капитана и его подопечных отшвырнуло обратно за холм, а кого-то и в воду. Найра же не теряла время зря, помогая эльфскому командиру подняться. Последний же прибывал в дезориентации, явно оглушенный Даром Голоса нежеланной попутчицы.       — Oh Milde Maeth, — хрипел он, приложив свободную ладонь к голове, — что это за чары?       — Некогда объяснять, — тащила его изо всех сил редгардка, позволив опереться на себя. Но из-за большой разницы в росте между ними, эльф почти на полусогнутых ногах передвигался недостаточно быстро. Они то и дело скользили по киселеобразному берегу, утопая по самые икры. — Давай, мер, помогай мне…       — Я и так, beann`chy, — едва слышно ответил ей эльф, а затем резко накренился вбок и упал. Да утянул за собой следом и женщину.       — Агх, Обливион, — Найра поскорее встала, осмотрелась в поисках преследователей — к несчастью силуэты показались на вершине того самого проклятущего холма. — Проклятье…       Найра кое-как водрузила окончательно потерявшего сознание эльфского командира. Через карминовый платок проступила кровь с рассеченного лба.       — Плохо дело, — Довакин сподручней перехватила руки скоя’таэля, дабы тот не потерялся по дороге, ибо она намеревалась на сей раз, применить «Стремительный рывок». — Ох, Мара, помоги нам. Wuld Nah Kest!       Ту’ум вырвался вперёд, унося с собой со скоростью вихря редгардку и эльфа.

      ***

      Довакин неслась подобно ветру, совершенно не чувствуя своей ноши. Сила Крика вела их вперед мимо гор, полей, лесов, речушек, пока не привела к подножию гигантской статуи дракона, что держал в пасти яркий синий кристалл. У лап статуи светился магический круг и едва ноги женщины коснулись его — Найру и Йорвета рвануло вверх в облака. Так стремительно, что Довакин зажмурилась, а когда ощущение полёта исчезло — разомкнула веки и обомлела.       Магия перенесла их в длинный безлюдный переулок в центр такого-же исписанного рунами круга. Линии и слова слабо сияли синевой. Довакин посмотрела вокруг и увидела, что переулок выходил прямиком на широкую площадь. Оттуда, то и дело, слышались голоса и пение, игра на чудных инструментах и щебет птиц. На миг редгардке почудилось, что она вернулась в Сентинель. В самый центр торговой площади. Ибо жители незнакомого ей града были одеты как ее соотечественники. Средь них были люди, эльфы.       Лидер белок болезненно застонал ей в ухо, тем самым выведя женщину из оцепенения:       — Йорвет? — тихонько позвала она его.       Но эльф лишь сдавленно промычал, дернув крыльями носа. Найра заозиралась в поисках какого-либо темного уголка, желательно с лавкой. Лучше бы конечно разузнать о местной лечебнице, но в длинном переулке, где они оказались никого не наблюдалось. Взгляд ее остановился на слабоосвещенном закоулке, укрытом от солнца тряпичным навесом.       — Вот так, — Довакин положила эльфа на каменную скамью, нащупала на поясе кошель с зельями. Слава Маре, он оказался на месте. И достала колбу с пилюлями, содержащими концентрированное целебное зелье.       Раскусив одну из них зубами, Довакин влила густое содержимое в полуоткрытый рот скоя’таэля.       — Йорвет, — привела его в чувство она, похлопав по щекам.       — Хм, что это за гадость, beann`chy? — прохрипел в ответ тот, почувствовав на языке и губах странный привкус.       — Ты должен проглотить лекарство.       Йорвет приоткрыл глаз, громко сглотнул:       — Голова… голова раскалывается, — рвано вдохнул, — что это за место?       — Я не знаю, — Довакин огляделась по сторонам. — Мы были на берегу, когда ты потерял сознание я воспользовалась Криком, он привел к статуе… а потом сюда.       Эльф дернул уголком рта, вспомнив об оглушительных чарах чужеземки.       — Хэй-хэй-хэй, — опустившись на колени, Найра обхватила его лицо ладонями стоило ему вновь сомкнуть веки. — Не закрывай глаза, мер, говори со мной. Зелье вот-вот подействует.       — Хм, о чем, beann`chy? — слабо усмехнулся он в ответ, скорее из вредности.       — О чем угодно, — Найра нервно дернула плечами, — мне все равно, если хочешь, задай вопрос — я отвечу.       — Вот как, — в той же манере продолжил эльф, взгляд единственного глаза, прежде смотрящий на тряпичный навес, опустился на редгардку. — Тогда ответь мне, beann`chy, кто ты на самом деле?       — Тебе это известно…       — Нет, я хочу знать правду, — настоял эльф. — Ты втянула меня… нас во все это, beann`chy. Я спас нас, а потому имею право…       Довакин громко вздохнула, так и не убрав рук от лица скоя’таэля:       — Если я отвечу, — начала она, — то, быть может, подвергну тебя опасности.       — Хм, а старику ты доверилась, верно? Седрик знал о тебе куда больше, чем твои друзья.       Довакин вновь глубоко вздохнула, раздумывая:       — Так и быть. Я скажу.       Женщина на мгновение смолкла, подбирая слова. Она не желала откровенничать с ним, но обстоятельства вынуждали к сему разговору. Вот только всей истины она раскрывать не собиралась.       — Мое имя Найра Гини, моего отца звали Аббас. Я дочь потомков Ра Гада из Хаммерфелла. Чары, о которых ты слышал прежде, это — Ту’ум. Глас Бури, постичь в совершенстве который мне пока не удалось. Ему обучают меня мастера Пути Голоса — Седобородые из Высокого Хротгара. В Скайриме. Я дитя не тех земель, которые ты считаешь домом. И я прибыла в Верген дабы отыскать способ вернуться домой.       Йорвет перевел взгляд обратно к тканевому навесу:       — Прежде я не слышал о тех местах, про которые ты сказала.       — Никто не знает о тех краях. Как и я — о Севере. Тем более о вас, белках, и вашей борьбе. Для меня это было… даже не знаю, мне не с чем сравнить. В моих краях все иначе.       Эльфский командир аккуратно повернул голову к женщине, слегка нахмурив бровь:       — Это… кое-что прояснило.       — Например? — не без любопытства поинтересовалась редгардка.       — Твое отношение к Старшим расам, — эльф снова нахмурился, да только как-то злее. — Нелюдям.       — В моих краях много… нелюдей, — с большой неохотой произнесла последнее слово Довакин — ей не нравилось подобное обращение. — Целые государства.       — Вот как…       Эльфский командир постарался привстать на локти, вынуждая женщину убрать руки:       — Угх, bloede arse.       — Еще рано, — но Найра настойчиво уложила его обратно, — подожди, еще немного.       — Ты смердишь хуже издохшего накера, beann`chy, — эльф дернул крыльями носа, рассматривая листья незнакомого ему растения, что обвивало стену дома, около которого они расположились.       — Поверь, ты не лучше, — парировала колкость Довакин, принюхалась. — Помыться бы…       — Yea, — усмехнулся Йорвет, соглашаясь.       Довакин опустила взгляд на руки, рассматривая пальцы. Несколько минут она молча размышляла. Как и лидер белок.       — Мне кое-что интересно, — наконец заговорила она.       — Что же, beann`chy?       — Столь разительная перемена, — пояснила она, — прежде ты намеревался убить меня, а теперь… Что же произошло?       Йорвет поиграл желваками:       — Киаран. Он все мне рассказал.       — Так он действительно жив, Лиэй был прав…       Из-за упоминания об острослове факире лидера белок перекосило от едва сдерживаемого раздражения.       — Как… как он?       Эльф не хотел ей говорить, а потому задал встречный вопрос:       — Хм, это же снадобье ты отдала Киарану?       — Да, — немного погодя, ответила женщина, поняв, что вопрос останется без ответа. — Сама не знаю почему…

***

      — Хм, — Йорвет вновь посмотрел на собеседницу. На шрам, пересекавший лицо кривой диагональю. Чужеземка была не похожа ни на одну колдунью ранее встреченную им. Все как одна были надменны, расчетливы и корыстны. Но эта женщина была другой. Странной, непонятной. Ее поступки, манера себя держать. А главное — отношение к окружавшим ее людям, нелюдям. Она действительно была дочерью других земель.       — Впервые вижу чародейку, что не скрывает своих изъянов.       Брови женщины дрогнули в изумлении:       — О чем ты?       Но эльф предпочел вновь оставить ее вопрос без ответа, отвернулся, сомкнул веки и затих. Лишь грудь его вздымалась ровно от вдохов и выдохов. Ему так хотелось отдохнуть, лечь у теплого огня на дорожный лежак. Закурить.       Пред взором его предстала хибара, предоставленная старостой Вергена, и горячий очаг. Сытая похлебка на столе, кусок сдобного хлеба и самогон. Виденье было столь соблазнительно, что рот тут же наполнился слюной.       — Не закрывай глаза, — напомнила ему редгардка.       Слова ее разогнали приятные грезы, голод напомнил о себе урчанием. Сильней захотелось курить. А раны ныли до зубного скрежета. Проклятая реальность напомнила о себе вонью скисшего молока. Неприязнь к чужеземке увеличилась в стократ.       — A d’yeabl aep arse, — хриплым шепотом раздраженно проворчал скоя’таэль, снова заворочался, желая сменить положение на неудобной скамье. — Истинно beann`chy.       Поджав губы, Найра бросила на него слегка сердитый взгляд, оттолкнулась от каменной кладки рукой и встала:       — Я готова поклясться, мер, твоя цель — разозлить меня.       Йорвет приложил руку ко лбу, шикнул, едва пальцы задели рассеченную кожу:       — Bloede arse.       — Дай посмотрю, — склонилась над ним Найра, убирая его руку от раны.       Амулет на ее шее тихонько звякнул, опускаясь следом за владелицей. Сей звук невольно привлек внимание эльфа.       Его взору открылась округлость ее небольших грудей, исчерченных неприглядными шрамами, походившими на следы от весьма крупных клыков неизвестной твари. Они плавно переходили в ложбинку, исчезающую за вырезом рубахи. Ее кожа была настолько темной, что он смог легко разглядеть чуть светлые отметины.       — Рассекло довольно глубоко, постарайся не задевать. Снадобье притупит боль, но без помощи лекаря рана так просто не затянется.       Йорвет ничего ей не ответил, переведя взгляд куда-то в сторону. Она же вновь села подле него, подобрав под себя ноги.       Помолчали.       До них доносились далекие звуки и голоса жителей незнакомого города.       — Так, и где мы находимся?       — Это город, он напомнил мне Сентинель.       — Жила там прежде, — скорее утверждал эльф, он не мог не заметить проскользнувшую в ее голосе грусть.       — Верно, — не стала утаивать она. — Я там выросла. Большой портовый город на побережье залива Илиак.       Женщина посмотрела в сторону слабоосвещенного прохода, откуда доносились голоса, встала. Ладонь ее непроизвольно ухватилась за цепочку амулета, пальцы принялись перебирать звенья, а свободная рука согнулась в локте, придерживая вторую за запястье. В этот самый миг она выглядела уязвимой, эмоции ее проявились столь отчетливо. Лидер скоя’таэлей читал ее как открытую книгу. Читал и понимал, но не разделял ее чувств. Ибо у него не было того места, которое бы он мог назвать своей землей, домом.       Столь долго шла его борьба, от того давно утратил он и цель, что вела его прежде.       Казалось, Верген мог бы стать местом покоя и радости для его собратьев и него самого. Радость искушала командира скоя’таэлей бездонным колодцем желаний, предназначенных для его сердца. Но он знал, что этому не суждено сбыться. Эльф не умел жить иначе, десятки лет нескончаемого бегства, голод и война создали его. Его настоящего. Иного познать он бы не смог. Слишком стар, слишком устал: «Не могу сопротивляться этому, таким я рожден». Хладнокровный убийца, расчетливый лидер. Вечно голодный зверь, ненавидящий эту жизнь столь же крепко, как и она его. Могло ли быть иначе? Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что он никогда не хотел бы узнать ответа на этот вопрос.       — По всей видимости, книга, которую я взяла на свою беду, оказалась порталом. Вот только куда?       — Хм, нужно осмотреться, тогда поймем где мы, — предложил эльф.       — Тогда так и сделаем, — согласилась Довакин и опустила руки на бедра, уперев их. — Как только тебе станет легче.       Между ними снова воцарилось молчание.

      ***

      Женщина медленно ходила кругами, то и дело поглаживая амулет. О чем-то думала, то хмуря брови, то закусывая губы.       — И все-таки, почему Север? — нарушил тишину Йорвет.       — Прошу прощения? — отвлеклась от собственных дум Довакин, слегка рассеяно глядя на эльфа.       — Как ты оказалась в Темерии? Что послужило причиной такого выбора, если тебе ничего не известно об этих землях и ее обитателях?       Найра тяжело выдохнула, словно выпустив из легких весь воздух. Плечи ее осунулись. Ей так хотелось выговориться, все рассказать. Но кому? Седрик был единственным, кому она могла довериться. А он?       «Нет», — решительно оборвала она саму себя. — «Больше никто не должен знать об этом».       А потом, потом она рассказала ему тоже самое, что и ведьмаку. О могущественном чародее, что преследует ее. Вот только о встрече с факиром и циркачами она не скрывала. За малым исключением.       Эльфский командир складывал недостающие кусочки, коих не хватало в общей картине, из полученных ранее сведений от его бойцов и Киарана. Теперь роль чужеземки во всей этой истории стала понятна. Вот только…       — А Роше? Что вас связывает?       Довакин пояснила и этот момент. Рассказала о заключенной с Верноном сделке и своей помощи в устранении Лоредо. Что же касалось смерти Малены? Тут она ничего не сказала. Ибо о судьбе эльфки, которая, как поведал ей сам Йорвет, была причастна к ее отравлению, она ничего не знала.       Каждый из них, после всего услышанного, сделал свои выводы.       — Хочу сказать, чтобы ты знал, — произнесла после Довакин, достаточно холодно. — Даже учитывая все то, что мы выяснили, я не забыла о том, что ты пытался меня убить.       Эльф принял сидячее положение:       — Как и я, beann`chy, о том, что мои бойцы пострадали по твоей милости.       — Так и быть, — кивнула женщина. — Предлагаю оставить наши разногласия, пока не выясним, что происходит?       Оба понимали, что иного выбора у них нет. Однако эльф внимательно посмотрел на Найру и о чем-то задумался, вероятно взвешивая все «за» и «против».       — Согласен. — ответил он. Судя по всему, «за» оказались весомее.       Все точки над «i» отныне были расставлены. Каждый выяснил то, что хотел. Обстоятельства вынудили их заключить худое перемирие, дабы разобраться в произошедшем с ними магическом злополучии.       — Что ж, — Найра пробежалась взглядом по лицу эльфского командира. — Ты сможешь идти?       — Yea, — скоя’таэль достаточно медленно встал со скамьи, дернув уголком губ. Головная боль все еще терзала его, но теперь не так сильно, скорее назойливо.       Нащупал рукой пояс и понял, что потерял свой меч. Как и кошель с горсткой оренов.       Довакин проследила за его действиями:       — Я, как и ты, осталась без оружия.       Эльф желчно ухмыльнулся:       — Не забывай, что ты beann`chy. Клинок тебе не к чему.       — Огх, ты перестанешь меня так называть, мер?       — И не надейся, beann`chy.       Найра приложила ладонь к лицу, сжав большим и указательным пальцами переносицу. Но ничего не ответила на его выпад, предпочтя не идти на поводу подобной провокации.       — Идем, мы и так порядком задержались.

***

      Покинув безлюдный переулок, эльфский командир прищурился, закрыв глаз ладонью от ослепительных лучей теплого солнца.       Стоило зрению привыкнуть, как пред ним открылся дивный город. Высокие стройные дома с резными колоннами и лестницами, высеченными в синей породе, окружали необъятную взором торговую площадь. Вокруг кипела жизнь — народ разных мастей сновал туда-сюда по своим делам, разодетый в яркие чудные одежды. Изумрудная зелень и цветы окутывали стены, колонны и балконы, даря приятный свежий аромат. Он спорил с яркими пряностями, дымком из печей и жаровен.       Взгляд его зацепился за высокую и весьма крепкую широкоплечую фигуру в легком доспехе с серо-зеленой кожей и выступавшими из-под нижней губы клыками. В добавок ко всему еще и вооружённую тяжелым молотом.       — Она орк, — Довакин проследила за объектом столь пристального интереса спутника. — Там, откуда я прибыла, их много.       — Это «она»? — повернулся к ней эльф, не веря ее словам.       Найра лишь покачала головой:       — Не удивляйся, мер, я видела барышень и покрупней. Идем.       Йорвет снова посмотрел на «орка». И про себя подумал, что прежде считал людей уродливыми, но судьба не переставала его удивлять.       Достаточно долго побродив меж шумной толпы, Довакин и эльфский командир так и не выяснили, куда именно их занесло. Покуда путь их не привел к книжной лавке.       У самого входа суетился мальчик, подметавший крыльцо под самой вывеской, с большим голубым тюрбаном на голове.       Заметив их появление, пробежался по ним глазками, а потом вытащил из кармана на жилете несколько серебряков. С явным намерением дать женщине и скоя’таэлю милостыню.       — Вот, возьмите, — наверняка, малец принял их за бродяг. Хотя, вид их в целом к тому и располагал.       Сей бескорыстный жест задел эльфского командира, сильней чем он того бы хотел. Однако женщина отнеслась к подобному иначе. Нет, денег она не взяла, лишь спросила дорогу. Да заодно аккуратно поинтересовалось и о месте, в кое их занесло.       Мальчик на диво, говорил на Всеобщем, что весьма удивило. Окружавший их город назывался Сапфеир. То был Вольный град Срединных земель неизвестного им континента.       От него они так же узнали не только о месте своего нахождения, но и о лечебнице для бродяг, вроде них, при храме незнакомых божеств.       Он проводил их до места, а потом поспешил обратно в лавку. При том, все же вручив обоим по горсти серебряных монет.       Перед входом в лазарет, в центре ухоженного и цветущего дворика возвышались две золоченые статуи. Дева юная, подобная ребенку, со скипетром в руках и облаченная в доспех собранный из мелких чешуек, словно драконья кожа. А рядом, держа ее маленькую ладонь, возвышался воин в тяжелых латах, голову его венчали длинные изогнутые рога, а за спиной было два мощных крыла.       Настолько они были прекрасны, что Довакин замерла и восхищенно посмотрела на искусно исполненные статуи.       — Возлюбленные бессмертные владыки Морион и Опал, — гласила надпись на табличке, закрепленной на постаменте, кою зачитал эльф. — Основатели Вольного града Сапфеир. Освободители Запада. Хм, так же выгравирована на Всеобщем.       — Они так красивы, — прошептала женщина. — Словно живые…       — Идем, beann`chy, — поторопил ее Йорвет, мысленно разделяя ее восторг.       Довакин нехотя последовала за спутником к расписным дверям храмовой лечебницы, но едва ступив на порог, вновь обернулась к скульптуре. Еще с минуту любуясь ею, а потом затворила за собой дверь.

***

      Вокруг них тихонько журчала вода, в воздухе чувствовались благовония. Вымощенный ослепительно белым мрамором пол отражал огоньки свеч и светильников. На светлых стенах висели вышитые цветочным орнаментом гобелены. Окна с яркими витражами пропускали солнечные лучи. Здесь царствовали покой и тишина.       По просторному залу бесшумно перемещались низкорослые служители храма в серых рясах с глубокими капюшонами, занятые каждый своим делом. Ростом они доставали женщине по пояс. Из-под капюшонов торчали густые усы. А под полами одежд шевелилась пушистая кисточка черного хвоста.       Посетителей же было не много, все они расположились на деревянных скамейках, стульях и подушках.       Не смотря на то, что, как ранее заверил их мальчик, сия лечебница предоставляла помощь беднякам и бродягам, вокруг царила стерильная чистота.       От того Йорвет почувствовал себя еще более грязными.       — Приветствую вас, собратья, — приклонило голову подошедшее к ним существо, глядя на них яркими лазурными кошачьими глазами. — Что привело вас в сию обитель?       — Моему спутнику необходима помощь лекаря, — опередила эльфского командира Найра.       Служитель скинул капюшон и перед эльфом и редгардкой предстал весьма крупный черный кот с гладкой короткой шерсткой. Он внимательно осмотрел пришельцев, слегка дернул усами:       — Вижу — труден был путь ваш, — кот спрятал лапки в рукава рясы. — И вопросов возникло не мало.       Найра насторожилась, как и Йорвет:       — О чем вы?       — Вы гости из чужого мира, ведь так? — вместо ответа спросил кот, переводя взгляд с эльфа на редгардку.       — Все так, — выдержав паузу, произнесла женщина.       — Полагаю, мы не первые? — эльфский командир недоверчиво прищурился.       — Так и есть, собрат, — подтвердил его догадку кот. — Всех тех, кто прежде приходил в наш мир, дорога приводила в чертоги бессмертных Владык. И Владыки встречали их, давали ответ, если он требовался.       — Но как вы… — начала Довакин.       — Возлюбленная Госпожа Марион предвидела ваш приход в сию обитель, ибо ни что на этой земле не укроется от ее взора, — существо снова поклонилось и предложило пройти в соседнее помещение. — В осторожности нет нужды, собратья, в этих стенах вас ждет лишь помощь и мудрый совет. Сюда.       Йорвет бросил взгляд на женщину, она медленно и неуверенно кивнула.       — Нужно рискнуть, — шепнула она ему.       Терзаемый сомнениями, эльф все же уступил и последовал за сопровождавшим их котом.

***

      — Ох, Мара, как же хорошо, — Довакин прикрыла глаза от удовольствия, наслаждаясь цветочным ароматом исходившем от слегка горячей молочно-белой воды в округлой бронзовой бадье.       — Yea, — поддержал ее Йорвет, принимавший такую-же ванну по соседству за резной деревянной перегородкой.       В зубах он держал мундштук совершенно неожиданно принесенной трубки котом-служителем. Ссадина, полученная при падении, благополучно затянулась благодаря целебным чарам, оставив лишь бледную полосу на лбу.       Сколько они уже провели в этом месте? Эльф потерял счет времени, впервые за долгое время расслабился. Чутье молчало, словно разомлевшая на солнце кошка, нежилось в теплом комфорте и безмятежности. В том магия была повинна, не иначе.       Не хотелось никуда спешить, думать о чем-то. Говорить.       — Здесь так тихо, — произнесла женщина, смотря в расписное витражом окно. — Даже не верится, что мы не одни, а за стенами так много людей.       — Да, так и есть.       — Как думаешь, что ждет нас дальше?       Йорвет ничего не ответил, ибо что-либо предугадать он был не в силах. Слишком скупы были его знания о неизвестном им обоим материке. Или же все-таки мире?       — Я думаю — и это только мое предположение, — меж тем продолжала женщина, вода хлюпнула, стоило ей переменить положение и сесть на колени, положить руки на борт бадьи и опереть на пальцы подбородок, — мы находимся внутри книги.       Йорвет открыл глаз, взял в руку трубку, посмотрел на потолок, раздумывая:       — Это вполне может быть правдоподобным, — произнес он, анализируя недавние события. — Хоть и звучит так…       — Абсурдно? — подсказала ему женщина и провела пальцами по бронзовому краю.       — Хотя, быть может, это лишь далекая земля, как и твой край?       — Не думаю, — Найра покрутила кольцо указательным пальцем, не снимая его. — Мой народ не знает Всеобщего, не говоря о Старшей речи.       — Хм, мир огромен, мы много о нем не знаем, — Йорвет принял сидячее положение, слегка расплескав воду на пол. — Быть может пограничье? Между нашими материками? Хотя, тот странный зверь назвал нас иномирянами…       Женщина молчала, явно не собираясь отвечать. Эльфу показалось сие подозрительным. На счастье женщины, в комнату вошел ранее сопровождавший их храмовый служитель и сообщил, что Владыки ожидают их через час.       Как только с омовением было покончено им выдали чистую одежду.       Для женщины: из маренового цвета льна шальвары и хлопковая белая короткая облегающая блуза с длинными объёмными рукавами и вышитыми цветочком манжетами. Такой же короткий плотный кожаный жилет, укрепленный мелкими звеньями позолоченной кольчуги, опускающимися до середины плеч и бедер. Наручи и добротные удобные сапоги на небольшом подогнанном под ногу редгардки каблуке и загнутыми носами. Кожа сапог напоминала драконью шкуру, да только насыщенный красный оттенок сбивал ее с толку. Обновка невольно напомнила Довакину об Одавинге. И, конечно же, куфия, точь в точь, как та, кою женщина потеряла ранее, но из более добротной ткани. А также весьма увесистые золотые серьги. Обновка села как влитая, вот только украшения Найра убрала в кошель, ибо у нее не были проколоты уши.       Наряд Йорвета же состоял из карминовой льняной рубахи и штанов. Добротного темного сюртука до колен и довольно-таки прочного кожаного нагрудника, а также наручей и сапог. И широкого пояса с красивой вышивкой золотой нитью. Правую половину изуродованного лица эльфа все также скрывал карминовый платок.       Затем их сыто накормили. Стол накрыли в той же комнате, поставив посуду, приборы и стулья напротив друг друга. Из угощений были фрукты, рыба с овощным гарниром, вино в красивом кувшине и еще теплый хлеб. Еда была действительно вкусной и главное сытной. Как и вино. Насытившись раньше своей спутницы, Йорвет удовлетворенно улыбнулся, расслабленно опустился на спинку стула. Когда в последний раз я так плотно обедал? И обедал ли? Занятый этими мыслями он невольно засмотрелся на чужеземку, что прикрывала рот ладонью, когда откусывала или пережёвывала крупный кусок снеди. Женщина ела аккуратно, часто запивала вином. После она переключилась на экзотичные для эльфа желто-оранжевые и покрытые едва заметным пушком фрукты, как только он неуверенно взял один из них в руку, больше из любопытства. Оставив уже знакомые ему виноград, яблоки и груши на потом.       — О, абрикосы, с юности их не ела, — Найра разломила плод пополам на равные дольки, извлекла косточку. — Как пахнут сладко…       Наблюдавший за ней эльф проделал с неизвестным ему фруктом тоже самое, принюхался, и лишь затем откусил совсем маленький кусочек ароматной мякоти.       И непроизвольно удовлетворенно кивнул, ведь диковинка оказалась очень приятной на вкус.       — Вкусно? — поинтересовалась Найра, взявшись за второй абрикос.       — Yea, — Йорвет не стал отрицать очевидное. — Сладкий.       Остатки обеда они доели в тишине.       После их проводили в просторный зал с высоким расписным куполообразным потолком, держащимся на резных колоннах из полупрозрачного минерала. Вокруг цвели красивые цветы, журчала вода, пели птицы, и сам зал окружали золотистые облака. От открывавшегося вида на неизвестные земли захватывало дух. И казалось, что они парят высоко в небесах, а быть может, так оно и было.       Владыки Опал и Морион, о которых так часто упоминали служители храма, ожидали пришельцев, восседая на резных курульных креслах. Стоявших довольно близко друг к другу так, что позволяло правителям Вольного града держаться за руки.       Выглядели они точно так, как и изобразившая их лик статуя в храмовом саду. Вот только изваяние не могло передать весьма давящую ауру, окружавшую бессмертных. Довакин почувствовала ее, стоило лишь приблизиться, так сильно напоминала она ей силу, что окружала Принцев даэдра, коих ей выдалось встретить на своем пути, когда они являли смертным свой истинный лик. Дискомфорт почувствовал и лидер белок, чутьё предупреждающе всколыхнуло нутро, пробежав по спине неприятным колким ознобом.       — Владыки, — сопровождавший эльфа и редгардку кот почтительно поклонился, упав на одно колено. — Ваш покорный слуга исполнил приказ. Пришельцы из чужих миров приветствуют бессмертных.       Женщина прижала руку к груди и склонила голову следом. Поприветствовал правителей и скоя’таэль. Только более сдержанно.       Жест сей не остался незамеченным — по-детски пухлых губ Морион коснулась снисходительная улыбка, адресованная пришельцам.       — Добро пожаловать в земли Гот-Шо-Аре, пришельцы из Внешних миров, — первым заговорил Опал и жестом приказал коту подняться, — как прежде было завещано, мы встретили вас как добрых гостей. А потому, вправе своем, мы хотим получить в ответ равноценный дар…       — И истина тому ценой будет, — посмотрела на крылатого Владыку Морион, накрыв свободной ладошкой его пальцы, что держали ее руку.       Венчавший собой великую силу и могущество, Опал покорно подчинился словам возлюбленной, секунду назад прервавшей его речь, а после обратился к чужакам:       — Так что же привело эльфа и дочь песков в наши владения?       Большой властью обладала над этим исполином обманчиво хрупкая дева с ясными светлыми глазами. Любовь тому была причиной. Столь сильная и жгучая, граничащая с безумной одержимостью или же идущая с ней рука об руку? Эльф видел сие так явственно, что становилось не по себе. Лишь одно ее слово и… Отныне следовало тщательней подбирать слова, ибо в этой схватке ему не выстоять.       За мыслью этой он упустил момент, как чужеземка рассказала Владыкам о постигших их двоих неприятностях. С участием проклятого фолианта, летучим кораблем и сплавом по молочной реке.       Слушали ее рассказ Владыки внимательно, и изредка переглядывались друг с другом.       — Хм, и вновь всему повинна книга, — задумчиво произнесла Морион и затейливым движением пальцев призвала к себе из воздуха свиток-пергамента и яркое голубое перо. — И снова сказки…       Еще один взмах пальцев и перо застрочило по бумаге светящимися лазурным светом чернилами, вырисовывая какие-то знаки.       — Вы не первые пришельцы из Внешних миров, — далее говорил Опал, покуда черноволосая Владычица отвлекалась на пергамент. — До вас уже приходили чужаки. Один из первенцев Старшей крови и смертная из эльфского рода. Их приход навеки-вечные изменил ход истории, повергнув Запад в пучину междоусобиц. Их деяния изменили наш мир, вынудив нас безвозвратно оставить небесные чертоги и вмешаться в судьбы жителей этой земли.       — Были и другие, мой свет, — добавила Морион все также занятая записями. — И будут…       — Уверяю Вас, Владыки, в наших помыслах нет ничего дурного, — поспешила заверить их женщина. — Мы лишь стремимся вернуться обратно.       — Вернуть тебя домой не в наших силах, дочь песков, — Морион все же отвлеклась от своих записей. — То была воля сил нам неподвластных…       Черноволосая намеренно интонационно обозначила «дом», и женщина явно поняла ее намек. Причина тому все еще оставалась скрытой от эльфского командира. Чужачка и ранее старательно избегала этой темы.       — Но способ все же есть, — продолжила Морион, взмахнула рукой и перед лицом Йорвета и Найры появились круглые золотые подвески-медальоны размером со сливу.       — И какой же? — скоя’таэль настороженно коснулся драгоценного металла, украшение плавно опустилось на его ладонь. Внутри была спрятана большая бледно-зеленая бусина. — Что это?       — Какой же Путь должно назначить нам, душа моя? — Опал встал с кресла, а следом и Морион, так и не удостоив лидера белок ответом. — И проводников, конечно же.       — Поступим так, как и прежде, дано вам будет сто дней, дабы исполнить три благих деяния. Коль исполните — вернетесь туда, откуда пришли в сии земли.       — Но запомните, — предупреждающе произнес Опал, взмахнул крыльями и вокруг эльфа и женщины засверкали да закружили белые огоньки. — Коли падёте — назад уже не вернетесь. Души ваши навеки останутся здесь без права на перерождение в иных мирах.       — Постойте! — только и воскликнула Найра, как и Йорвет чувствуя, что магия вновь подхватила их и стремительно куда-то уносит. — Bloede arse!

*** *** ***

      — Bloede arse! Что это было? — Йорвет опустил взгляд себе под ноги. — A d’yeabl aep arse!       Дернул ногой он, поняв, что стоит на облаке, но на диво, облако ощущалось как земная твердь. Эльф громко сглотнул осторожно отошел подальше от опасного края.       — Ничего не понимаю, — потерянно произнесла женщина, глядя под ноги. Истина оказалась весьма прозаична — оба стояли на краю уступа столь высокой скалы, что касалась пиками небес. — Как высоко…       В этот миг, где-то далеко, раздался пронзительный клич неизвестной твари: гигантская огненная птица преодолевала ветер, неся в лапах черное нечто, что и издавало сей пронзительный крик. Направлялась она аккурат в их сторону. А за ней, едва поспевал, столь же чернильно-черный, как и «нечто», крупный ворон.       — А ну, пусти его! — каркала птица, активно махая крыльями. — Кому говорено?!       — Мр-мяу! Помогите! — заметив эльфа и женщину, взмолилось «нечто», оказавшееся черным котом, как тот, что встретился им в храме. — Горю! Мр-мияу!       Огненная птица стремительно приближалась, кошара вопил еще горше. Найра обернулась к Йорвету, как и он к ней, с немым: «Что делать?»       Жар обдал лица обоих, огонь-птаха предупредительно крикнула.       Довакин оттолкнула эльфа, сама же отскочила в противоположную сторону, прикрывая глаза от огня. Птица-гигант промчалась над ними огненным вихрем, а за ней следом и ворон. Первая взметнулась ввысь, изобразила петлю, развернувшись, и вновь устремилась к эльфу и редгардке. Найра снова уклонилась, как и Йорвет:       — An’badraigh aen cuach!       Кот пуще прежнего взмолился о помощи, ворон в этот раз переключился на женщину и эльфского командира:       — Эй, сделайте же что-нибудь! Она ж его сожжет в уголек!       Снова уйдя кувырком от атаки огненного монстра, Довакин поднялась во весь рост:       — Gol Hah!       Птица мгновенно замерла в опасной близости от эльфа и ворона. Громадина зависла над скалой и послушно повернула голову к женщине, словно ожидая приказа.       — Отпусти свою ношу, — аккуратно подходя к птице, произнесла Довакин.       Та разомкнула когти, выпуская кота-переростка, мурсак поскорей спрятался за эльфа. Одет же усатый был весьма примечательно: поверх нижней светлой сорочки носил синий кафтан с широкими рукавами, украшенный серебристыми бляшками и бледными камнями, покрывающими оплечье, нагрудник и подол кафтана; порты и мягкие алые сапоги с загнутыми носами. За спиной он нес торбу, из которой торчало янтарное яичко размером с масляный горшок.       — Постой, мохнатый, — ворон сел на плечо Довакина, обращаясь к коту. — Яйцо мамке верни, подобру-поздорову. Не то нам и чужаки не помогут.       — Мышки-коврижки, — проворчал он в ответ, но торбу снял. — Так и быть, коль не свезло.       Достал кот украденное и мамаше воротил. Она же смотрела на редгардку.       — Можешь забрать его, — в той же манере произнесла Довакин. — Возвращайся домой, не медли.       Огненная птица благодарственно кивнула, приняв яйцо, и тут же улетела восвояси.       — Жадная курица, — кот недовольно пошевелил усами, замахал пушистым хвостом. — Зажопила всего одно яичко, кур-р-рва.       — Единственное, ты хотел сказать, друг мой, — не без укора поправил его ворон и потерся клювом о щеку Довакина. — Благодарствую тебе, красавица.       — Мр, хорош подлизываться, — кот скрестил лапы на груди и поднял голову, обращаясь к эльфу. — И кто такие будете-то?       Не успел он и слова молвить, как тут же раздался хлопок, и в воздухе образовалось кольцо-портал:       — Кхм! — из его глубины показалась голова кота-прислужника. — Вы забыли, — сказал он и вытянул лапу, держа оставленный женщиной пояс с кошелями.       Найра поскорее забрала свои вещи:       — Спасибо.       — Да и еще кое-что, — на этот раз кот обратился к ворону и его другу, да только как-то пренебрежительно. — Возрадуйтесь же, смерды, Владыки вновь даруют вам шанс искупить свои проступки. Хотя есть ли в том толк?..       — Ч-что он там брякнул?! — моментом ощетинился котяра. — Набожный блюдолиз!       — Подзаборный маг! — было ему ответом, и на землю упал массивный свиток. — Вот, читайте. За сим отклоняюсь, доброго пути!       И вновь хлопок, закрывающегося портала, а затем тишина. Лишь ветерок завывал среди скал, да пара нагруженных торб одиноко стояли прямиком на том месте, где ранее зияло кольцо портала. На каждой из них весела тканная бирка с искусно вышитым, явно не без помощи магии, изображением-портретом эльфа и женщины.       — Это, блядь, что такое было?! — вновь взбеленился чернявый, глядя на ворона. — Нет, ты слыхал?!       — Да-да, — проворчал в ответ пернатый и слетел на землю у самого свитка. Клюнул по нему, раскрывая сковавший пергамент замок.       — Ну? — поинтересовался у него усатый. — Что там на этот раз?       Найра и Йорвет переглянулись меж собой и подошли к птице, следом за котом.       — Хм, сопроводить нужно, как и всегда. Так значит, вы гости?       Женщина нехотя кивнула и положила руку на шею, слегка задевая мизинцем мочку уха.       — Да? — кот провел лапой по усам, оглядев эльфа и его спутницу с головы до ног. — А по виду и не скажешь. Хотя, где это видано, чтобы пустынница с эльфом якшалась?       — Мы не… — начала было Найра.       — Да и ты на чародея не похож, ainmhi, — парировал лидер белок. — Что написано в том послании, cerbin?       — Полагаю, что для начала нам необходимо представиться, верно, мой друг?       Мурсак возвел очи к небу, но все же согласился с предложением товарища.       — Горазд Кусимир Мышеборович, к вашим услугам, — кот низко поклонился, приложив лапу к груди, после указал на ворона. — А это мой старинный друг, Путята.       — Велизар Акамир Беломирович, — слегка раздраженно поправил его тот и так же склонил голову, раскинув крылья при поклоне. — К вашим услугам.       — Найра Гини, — Довакин приложила руку к груди, опустив с шеи. — Рада встрече.       И обернулась к эльфскому командиру.       — Йорвет, — коротко произнес он. — Так что же там сказано?       — Бессмертные Владыки уполномочили нас быть вашими проводниками в землях Гот-Шо-Аре, — ответил ему Велизар, пока Горазд сам читал свиток. Потом поднял его, дабы убрать в свою торбу.       Эльф скрестил руки на груди:       — С какой целью?       — Вернуться домой хотите? — задал встречный вопрос Горазд и сам же на него ответил. — Хотите, но дабы путь открыть обратный надобно три благих деяния совершить. Помочь кому-нибудь из жителей этих земель, после подать запрос в один из храмов Владык на переход. И все это в течение ста дней.       — А если не уложитесь в срок, то здесь навсегда останетесь, — продолжил за него ворон. — И если погибните — тоже.       — Но! Есть хорошая новость, — Кусимир оттопырил палец вверх, увенчанный острым когтём. — Бессмертная Госпожа дала нам подсказку и указала, куда следует пойти в первую очередь.       — Ничего не понимаю, — растерянно прошептала Довакин, происходящее не укладывалось в голове. — Все так стремительно, непонятно…       Йорвет же потер глаз. Все происходящее казалось ему хмельным дурманом, странным сном после хорошей попойки.       — Агх, Обливион, — Найра закрыла лицо руками, замотала головой. — Это какой-то дурной сон…       Сие поведение не пришлось по нраву эльфскому командиру:       — Помолчи, beann`chy. Какого рода подсказку?       — У старухи Толапсикс есть особая книга, какой вопрос ей не задай — получишь ответ, — ворон тряхнул головой и переступил с лапы на лапу, при этом звякнув окольцевавшими его браслетами со светящимися лазурью камнями. — Вот и вам ей воспользоваться надобно будет. Узнаете, кому помочь и как, а там и видно будет.       — Кто это? — эльф почесал щеку.       — Она атаманша Галардримов, — ответил за друга кот.       — А, у нее же какие-то дела с упырями из клана Линдрой! — внезапно воскликнул Велизар, едва не оторвавшись от земли. — Значит старуха сейчас в граде «Алая Кровь»!       — Вот и с какого рожна ты это взял? — проворчал усатый, уперев руки в боки. — Кровососы занимают «Белую Кость» на большой земле! А в парящей крепости верховодит ведьма из Дома Миродой!       — И ничего я не путаю! — возмутился в ответ пернатый, вновь подпрыгнув на месте. — Говорю же, тебе, блохастый прохвост! Там она! Там!       — Ладно-ладно! — капитулировал под таким напором Кусимир, подняв лапы. — Твоя взяла!       Йорвет и Найра переглянулись между собой, абсолютно ничего не поняв из их спора. А кот тем временем продолжал:       — Тоды поспешить надобно, через содалитовые пустоши пойдем. Пешком занятие то еще.       — Куда? — задал интересовавший и лидера белок, и Довакина, вопрос скоя’таэль.       — Сраные буераки, придется раскошелиться, — проигнорировал эльфа тот, обращаясь к ворону. — На транспорт.       Довакин мысленно взмолилась Маре, дать ей хоть какой-то знак. Подсказку.       — Или взять у мастера Парсеваля пару коней, — кот изобразил пальцами обеих лап кавычки.       Велизар что-то злобно пробурчал про себя и взлетел.       — Ладно тоды, в путь, — Кусимир отряхнул полы кафтана и поманил новоявленных спутников за собой, — советую не отставать, в этих горах раз-два и потерялся!       Довакин и эльф посмотрели друг на друга, затем на удаляющихся кота и ворона.       — Нет смысла стоять здесь, — первой заговорила женщина. — Уверена, они не обманут нас.       — С чего ты взяла, beann`chy?       — А ты не заметил, как послушно они исполнили наказ Владык? Стоило только взглянуть в свиток. К тому же, разве у нас есть выбор? Они…       — Единственный источник информации, нам доступный.       — Так и есть, — подтвердила слова спутника женщина.       — Тогда пойдем, beann`chy, время нас ждать не будет.       Взяв каждый себе по торбе, Довакин и эльфский командир двинулись следом.

***

      Спуск занял полтора дня, как позже выяснилось, то была самая высокая скала из всех существующих на Малой земле. В течение всего пути провожатые отвечали на вопросы подопечных. Кусимир с неохотой, а вот Велизар, наоборот, с большим энтузиазмом. Особенно когда они сделали привал ближе к вечеру.       Их небольшая компания расположилась в низине, окруженной зарослями дикого абрикоса. Кусимир, как единственный волшебник, наколдовал тёплого огня, вокруг которого они и расположились. Йорвет раскурил найденную в торбе вместе с табаком трубку, заняв место поближе к женщине. Довакин кушала сорванные ею абрикосы, собирая косточки в маленький мешочек. Велизар же сидел на крупном валуне и с большим наслаждением рассказывал о красотах земель Гот-Шо-Аре. И вдобавок ко всему показал им карту.       На нее были наложены дивные чары: стоило только ее развернуть, как все ее содержание вспорхнуло вверх сотнями светящих шариков, собираясь в объёмный подвижный рисунок.       Материк именуемый Большой землей имел очертания дракона, разделённого реками, заливами и озерами. А над ним парили острова и города-цитадели, в свою очередь именуемые Малой землей.       Найра не удержалась и попыталась дотронуться до одного из географических объектов пальцами — он тут же рассыпался и вновь собрался:       — Ух, как необычно…       — Прекрати, beann`chy, — одернул женскую руку эльф, совсем не разделяя ее почти детского восторга. — Продолжай, cerbin, скажи, где мы сейчас?       — В данный момент мы находимся вот здесь, — ворон указал кончиком пера левого крыла на окутанный облаками извилистый горный серпантин, заросший плодовыми деревьями. — А вот отсюда — из Сапфеира — вы прибыли на скалу.       Затем перо переместилось на парящий над водным проливом сапфировый город, окруженный пушистыми облаками.       — Путь же наш лежит вот к этим вратам через пустоши, — дальнейший маршрут прошел по серпантину в низину с маленьким домиком, напоминавшим ферму скотоводов. Потом на скалистую пустошь, на окраине которой виднелась статуя дракона с красным светящимся кристаллом. А следом небольшая крепость окруженная темным куполом-щитом. — А там, через врата и в цитадель клана Миродой.       — Там мы найдем Толапс… — Найра слегка нахмурилась, не сумев выговорить имя искомой ими атаманши.       — Ага, — покивал Велизар. — Но, перво-наперво, мы дойдем до старого Парсеваля.       — С какой целью? — спросил эльф.       — Нам не пройти через содалитовые пустоши пешим ходом, нужны специально обученные к таким переходом «кони», — пояснил за друга кот и вновь изобразил пальцами кавычки.       Сей жест начал раздражать скоя’таэля:       — Что-то с этими самыми конями нечисто, верно, ainmhi?       — Да ничего с ними не нечисто! — Взял слово ворон. — Просто они крупней обычного. Старина Парсеваль их особым эликсиром поит, чтобы в росте да массе прибавляли и все.       — Ну, поглядим, — лидер белок не поверил ни единому его слову, после опустился на спину, вытянул ноги и оперся на локоть свободной руки.       Покуда они говорили, Довакин с пристальным вниманием изучала материк и его необычные красоты.       — А почему Сапфеир принадлежит к Срединным землям? На статуе Владык было сказано так.       Велизар с большим энтузиазмом поспешил пояснить сей момент:       — Все земли — и Малая, и Большая — разделены по сторонам света. Запад, Восток, Юг и Север.       Крыло плавно скользнуло от «головы» до основания «шеи» континента:       — Вот это все Западные земли. Здесь, в основном, живут пустынники и эльфы. По большей части эльфы-имперцы.       — Имперцы? — в голосе лидера белок промелькнуло удивление в паре с интересом.       — Ага, Иайоргос — империя эльфов дома Плэйсанс. Вот уже как три сотни лет существует и процветает на костях покорённых ими народов.       Кусимир достал из своей торбы маленькую круглую фляжку и сделал пару жадных глотков. До носа Довакина донесся запах валерьяны: «Ну, хотя бы не скума».       — Мр-да, остроухие тогда много крови пролили. И своей, и чужой, — проворчал кот, вытерев морду и усы. — И останавливаться на этом не думают, поговаривают, что владыка их собрался под свои бразды взять еще и кусок от людских земель на Севере.       — Если горы перейдут, — произнес ворон и показал на карте расположение тех самых вершин, отделяющих оба «крыла» — северное и южное — от остальных земель. — Полно там мертвецов и призраков. И холод лютый. Но мы отвлеклись…       Далее крыло захватило область с парящими материками, городами и морским проливом вплоть до ранее упомянутых гор:       — Вот это Срединные земли. Далее, соответственно, Север и Юг. А потом, до самого Крайнего пика — Восток — земли Империи Ионгруи. Говорят, что люди там иного толка и природа совсем не похожа на нашу. Очень там красиво и круглый год цветут персиковые деревья да вишни.       — А что вот здесь находится? — Довакин указала на самый кончик «хвоста» континента, где возвышалась черная башня с парящим над ней сгустком из света и ветра.       — Морионовая башня, — пояснил кот, убирая фляжку в торбу. — Там по слухам заточён Джинн из «Легенды о Трех».       — Что за легенда? — полюбопытствовала Довакин, жуя абрикос.       — Легенда-то? — покивал ворон, тряхнув крыльями. — Ее все знают, даже детишки. Вот только правда ли сие, кто знает?       — Мр-р! Да расскажи ты уже, — кот нервно дернул хвостом, что пытался найти удобное положение на мягкой траве, приминая ее передними лапами.       Пернатый болтун деланно прочистил горло и заговорил нараспев с толикой фанатичного благоговения:

— «Гот-Шо-Аре принес Искру в Пустоту, из нее родилось Трое из крылатых змей.

Двое соединились узами крепкими, из Союза того родилось Пятеро: Топаз, Опал, Эвдиалит, Морион и Нефрит.

В зависти к Двум своей погрязший Третий уничтожил Первого, образовав тем самым Мир.

На костях его взросли земли, горы; из жил — реки, озера, а чешуи — леса. Из крови — звери, рыбы и птицы. А из последнего вздоха — джин.

Рожденная от Союза Двух, Старшая из всех Топаз создала вольные народы.

Средний из них Опал волшебных существ и младших драконов, облик людской принять способных.

Третий по старшинству Эвдиалит — вампиров и чудовищ, что во мрак возвращаются с рассветом.

А четвертая Морион — магию, чародеек и ворожей, тех из женщин, в чьих жилах струилась великая сила.

Последний же из тех детей — Нефрит стал Стражем сего творения, хранителем последнего вздоха.

Второй суть бессмертную свою отринул, сосуд избрав себе средь детей Морион.

Третий обиду затаил и примеру Второго поисследовал, растворившись средь крови детей Топаза, заложниками сделав тех, своей порочной природы.

Втайне от него Второй себе Посланников избрал — Трех Братьев, что добровольно сей дар от него приняли. Дабы Мир в равновесии хранить».

      — Так кто же эти Трое?       — Первенцы Гот-Шо-Аре, три крылатых змеи чьи страсти и способствовали сотворению этих земель. Тело Первого змея стало нашим миром, Большой землей. А то, что осталось от последних двух — звездами и Малой землей.       — И вы в это верите, cerbin?       — Трехликий Гот-Шо-Аре велик! Никто Его не видел, но все знают, что Он существует! Его деяния и воля неоспоримы — вы тому доказательство! Гости с иных миров приходят к нам по Его воле! Даже всевидящая Морион — сильнейшая среди всех пяти — послушно исполняет его волю!       — А «Три Брата»? — в отличии от скоя’таэля увлеченная рассказом ворона Найра съела еще один плод, да неосознанно поделилась с эльфом, подав ему лакомство. Йорвет, недоумевая, посмотрел на ее руку, но фрукт все же взял.       — Когда-то они были людьми. Три брата из княжества Тирри. Давным-давно принесшие присягу Третьему в обмен на могущество: «Первый попросил силу, дабы воздать каждому по делам его. Второй пожелал силы, дабы обрести верховенство над чужими сердцами. А третий — дабы показать заблудшей душе путь к свету».       — К слову, самый страшный из них первый, — кот наконец-то улегся, подложив под голову лапу. — От его взора не укроется ни один недостойный поступок. А второй заманивает своих жертв разными сделками, вот только цена за них весьма высока. Да и расплата тоже.       — Чего еще ожидать от dh'oine? И в иных мирах вы повинуетесь своей гнилой природе.       — Ваш мир так велик, — едва слышно произнесла женщина, совершенно игнорируя заявление эльфа. — И необычен. Скажите, отчего вы столь рьяно исполняете порученное вам Владыками? Они те самые? Из рассказанной тобой, Велизар, легенды?       — Так и есть, они — помимо прочих своих собратьев и сестры — жили в Небесных чертогах. И не вмешивались в дела этих земель. До определенного времени.       — Какого? — полюбопытствовала женщина.       — Мр-р! Не все ли равно? — довольно резко произнес кот, махнув лапой. — Давайте-ка лучше спать, завтра свои вопросы задавать будете.       И демонстративно перевернулся от своих спутников на другой бок.              — Что с ним? — выдержав паузу, поинтересовалась у ворона женщина.       — Эх, не первые вы из гостей. До вас приходил один из первенцев Старшей крови со своей нареченной смертной. Прятались они здесь, да только по итогу дел наворотили. Да таких, что Владыкам пришлось спуститься на Большую землю, чтоб все исправить. А потом началось — посыпались гости, как переспелые яблоки. Пришлось тогда Владыкам правила установить для гостей, да провожатых назначить. А нас на это дело подвязали, потому что соучастниками были в тех делах, которые первые прибывшие наделали. Вот с той поры мы и трудимся проводниками, прегрешения свои искупляем.       — Что значит «Старшая кровь»?       На этот вопрос желал узнать ответ и эльф: откуда же в ином мире был известен данный термин? И связан ли он со Старшими расами Континента?       — Как нам тогда поведали: первенец этот в своих жилах носил особую силу, которую эльфские чародеи из его родного мира выводили, скрещивая простых эльфов и драконов. Вот так ее и называли. А почему? Драконы в тех краях носили право первородства, и магия в их крови обладала великой силой. Такой, что разрывала саму ткань мироздания. И позволяла перемещаться меж далекими мирами с помощью порталов. А «первенцем» он был, потому, как рожден в первом поколении. Помимо него было еще несколько, уж, что с ними стало неизвестно. А он, не желавший быть «породистым жеребцом», сбежал сюда, прихватив с собой и возлюбленную. Они после потом на восток уши, вроде как детей наплодили больше дюжины. А уж что они сотворили…       — Мр-хс! Замолчишь ты, али как? — волчком крутанулся Кусимир и запустил в друга пучком травы, что успел сорвать. — А ты, пустынница, не в свое дело лезешь, поняла?! Все! Хватит вопросов!       — Я прошу прощения, но мне действительно… — начала было женщина.       — Что же ты так разнервничался, beag`an belgann mannas? — лидер белок принял сидячее положение.       — Мр-хс, баба твоя много вопросов задает, вот что!       Найра подавилась воздухом и зашлась кашлем, эльфа едва не перекосило от злости:       — Придержи язык, ainmhi, иначе…       — Довольно! — грозно гаркнул ворон и с такой силой взмахнул крыльями, что в лица его попутчиков ударил прохладный поток воздуха вперемешку с дорожной пылью, а пламя костра испугано дернулось к самой земле.       Камни на окольцованных браслетах полыхнули лазурью. Глаза Велизара вмиг вспыхнули, словно раздутые угольки:       — Прекратите!       — Мр-тьфу! — Кусимир активно потер глаза, очистил уши, морду и усы. — Все-все! Путята, прекращай!       — Так-то! — клацнул клювом ворон, и довольный итогом своих действий опустился на землю. Затем и вовсе низко поклонился женщине и эльфу:        — Я и мой друг просим прощения…       — Все в порядке, — наконец восстановила дыхание Довакин. — Полагаю, что те, кто были гостями прежде, состояли в близкой связи? Поэтому у вас и сложилось подобное… — Найра мельком глянула на эльфа, — впечатление, относительно нас?       — Все верно, — не стал отрицать ворон. — Но теперь я вижу, что это не так.       — An’badraigh aen cuach, это ясно, как белый день, cerbin, — процедил Йорвет, смерив женщину взглядом.       — Согласна, — сдержанно ответила ему редгардка, не поменявшись в лице. За исключением холодности в стального цвета глазах.       Горазд ядовито хмыкнул и вновь улегся на траву. А Акамир свернул лапами карту и клювом запихнул ее в котову торбу. Большего он не захотел рассказывать и быстро уснул, усевшись на камень.       Солнце почти покинуло свой чертог, уступая место ночи. Где-то неподалеку журчал ручей. Воздух баловал прохладой и едва уловимым ароматом цветов, а небо засияло, словно россыпь алмазов на иссиня-черном бархате. Вокруг их маленького костерка порхали светлячки да мотыльки. А начерченный котом охранный круг из витиеватых символов да завитушек едва заметно поблескивал сквозь дорожную пыль.

***

      Ранним утром третьего дня они прибыли на ферму старика барсука Парсеваля, что как позже выяснили Довакин и эльф, разводил особых ездовых петухов, да только размером те оказались с добрую лошадь. То был старинный и добрый друг обоих проводников. Да по совместительству принадлежал к тому же чудному народцу говорящих зверей с Юга, как Кусимир и Велизар, о котором позже поведал ворон.       В подаренных Владыками торбах, помимо вкусной и сытой провизии, присутствовали необходимые для столь долгого пути вещи. А так же лекарства, одежда и, что немало важно, большой увесистый кошель полный местных золотых да серебряных монет. Денег тех хватило на покупку чудных птиц для них обоих, ибо Велизару как таковой транспорт не требовался, а кот заявил, что поедет вместе с Довакином, особо не интересуясь мнением последней.       Доселе не видавшие подобных «скакунов» скоя’таэль и редгардка не без интереса изучали купленных втридорога птиц. И цена за них, по заверениям ворона, была куда ниже, чем у других заводчиков в прочих землях.       У гигантских петухов выли весьма крепкие сильные лапы, с опасно острыми когтями. Красивое яркое оперение и широкая спина, пригодная для закрепления седла. Вдобавок ко всему были они самыми крупными из тех, что предложил старый барсук. А потому с легкостью переносили «тяжелых» наездников в виде высоченного эльфа и редгардки с котом-довеском. Водрузив на петухов свою поклажу да крепкие седла с добротной сбруей, они двинулись в путь.       Дорога от фермы привела их к окраинам содалитовых пустошей к вечеру пятого дня. Ехали они по большей части молча. За это время Довакину и лидеру белок удалось разложить все известные им сведения о чудном мирке по полочкам. Отделить зерна от плевел, более-менее.       Ездовые птахи мирно сопели неподалеку, привязанные к тощему полусухому деревцу. А Велизар и Кусимир уже крепко спали, когда Довакин и скоя’таэль затеяли свою негромкую беседу.       Оба были солидарны в своих догадках на предмет проклятущей книжонки, что как они решили, служила порталом в сии земли. Вот только чем именно она являлась? Немного поразмыслив, Найра все же рассказала о Принцах даэдра, завуалировав их под демонов. Особое внимание уделила их артефактам, памятуя о собственных неприятностях с реликвиями Принцев, которые ей удалось пережить.       Оставалась загадкой и природа земель, в которых они очутились. Что же это? Искусно созданная иллюзия? Или же это был, воистину, иной мирок, о которых говорится в древних трактатах, из тех, что рассуждали о «Сопряжении сфер».       О Сопряжении эльф знал еще с тех времен, когда был юнцом. О том говорили старшие, что-то ему удалось изучить в мирные времена из ученых трудов, тех что хранились в доме его детства. Всей этой скудной информацией эльф поделился с редгардкой.       Над этим они подумали достаточно, да и масло в огонь подливали те из перечисленных вороном рас из числа тех, что населяли Гот-Шо-Аре. Не говоря уж об весьма сложном и запутанном пантеоне местных божков, о котором довольно-таки подробно рассказал Велизар на прошлой стоянке. Чего стоили только Бессмертные Владыки. И магия, сам воздух был напитан ею, это чувствовал даже эльфский командир.       Все здесь было иным, непонятным и чуждым для них обоих. Выводы напрашивались сами собой и были весьма неутешительны — то был воистину иной мир. Перспектива остаться здесь навсегда не прельщала ни эльфа, ни редгардку. Как бы им обоим не было то в тягость — а работать отныне они должны были сообща, не смотря ни на что. С этой мыслью они и уснули до самого рассвета.       Дальнейший путь по содалитовым пустошам занял почти пять дней, причиной тому послужила скалистая местность свойственная для сих мест. И речная переправа. Две. Когда они все же добрались до уже знакомого Довакину портала-дракона с кроваво-красным камнем в лапах, солнце двигалось к закату. Спешившись, Йорвет и Найра поправили свою поклажу и седла. Взяли обоих петухов под узды. Велизар уселся на луку одного из седел, пока кот изучал руны на магическом круге.       Спустя несколько минут мохнатый сообщил о готовности «полетать». Прочтя нужный заговор, Кусимир поскорей загнал спутников в магический круг, после хлопнул в ладоши, едва тот засветился.       Магия плавно толкнула их малый отряд вверх, унося от земли сквозь тяжелые кучевые облака. Все выше и выше. От открывшегося вида на звездное небо у Довакина захватило дух. Как и у эльфского командира.       Сколько занял полет, они не знали, но его конечную цель разглядеть успели — то была необъятная взором крепость из темного, почти черного камня. С острыми шпилями, тонкими высоченными башнями и острой чешуйчатой черепицей. Красивыми, искусно скованными флюгерами, вратами и окнами. Крепость окружало непроглядное багряно-черное нечто, напоминавшее купол, закрывавший ее от солнечных лучей.       — Это живая «плоть» Эвдиалита, полуживая материя, охраняющая «Алую Кровь», — прокаркал ворон и крылом указал на нечто. — Все, что осталось от праотца всех кровососов. В основном его крылья, жилы и кровь, скрепленные остатками его Искры. Это его цена за жизнь своего детища средь творений Топаз. Да и от палящих лучей солнца хорошо защищает…       — Боги Гот-Шо-Аре живут над нами и среди нас. Разделяют судьбу своих творений. Такова цена нашего всеобщего сосуществования в это мире. — Едва слышно произнес кот, как и все любуясь мрачной красотой парящей крепости.       — А что же пришельцы вроде нас? — полюбопытствовала женщина.       — Ваши судьбы лишь от вас и зависят, — пожал плечами Кусимир. — Умереть здесь или вернуться — выбор ваш. Посылая вас в этот путь, Владыки даровали вам все необходимое. И даже больше…       Кот повернулся к эльфу и указал на висящий амулет на его шее:       — Там внутри бусина особая, исцелять любой недуг или увечье способная. Даже кровь полная яда очистится, стоит только проглотить ее.       — Откуда тебе это знать? — Йорвет опустил взгляд на усатого.       — Не первые вы наши подопечные, — ответил за друга Велизар и слетел на плечо эльфа, особо не церемонясь. — Забыл?       От такой наглости Йорвет слегка растерялся, но все же дернул плечом, заставив пернатого переместиться обратно на седло.       — Мр, жрать охота, — Кусимир нервно дернул хвостом и мордочкой, пошевелил усами.       — М-да, во времена были, — мечтательно протянул ворон, явно погрузившись в ностальгические воспоминания. — Эльфы, драконы, магия и любовь… О!       Велизар встрепенулся, отчего громко забряцали окольцевавшие его браслеты:       — Я знаю к кому нам обратиться! Се…       — Семела ван дер Иуарраквакс, — Кусимир сложил лапы на груди, сильней и нервозней замахал хвостом. — Мы и так ей уже порядком задолжали.       — Это-таки да, — без споров согласился ворон и сразу же поник, — эх, жаль, она знает обо всем, что творится в крепости.       — И? Кто же она? — Одновременно спросили Довакин и эльф.       — Мастер информационной гильдии «Комера́ж». Высшая вампирша из побочной ветви клана Линдрой, — вновь шибко радостно заговорил Велизар, словно воспряв духом.       — Твоя несбывшаяся мечта, пернатый гуляка, — фыркнул кот, опустил лапы на пояс и повернулся к эльфу и женщине. — Быть может, и обратимся к ней, у вас же денег нынче в достатке?       Стоило только Йорвету открыть рот, как ворон взметнулся вверх и замер в воздухе над головами спутников:       — Точно! Рассчитаемся с ней! У вас же золото есть!       — С какой стати, cerbin? — отмахнулся от него эльф. — Мы заплатим лишь за нашу услугу, ни монеты больше.       Поддержала его и Довакин:       — Верно, нам не ведомо, что ждет впереди. И деньги лишними никогда не бывают.       — Если вообще заплатим, — эльфский командир взглянул на женщину, как-то задумчиво. — Лучше скажи мне, ainmhi, зачем нам помощь упырицы? Нам известно, у кого искать подсказку.       — Это-то известно, но где сама старуха Толапсикс нам не ведомо, — принялся пояснять Кусимир. — Ужель она захочет — никто ее не найдет. Все из-за этой ее волшебной башни, которую она стережет похлеще своих сокровищ, старая лиходейка! На нее укрывающая ворожба наложена, на башню. Всяк кто в ней находится скрыт от чужого взора. Ну, кроме Владык и чародеек. Они-то все видят…       — И как нам она поможет? — допытывал у кота эльф.       — Мр-р, когда в городе кто-то появляется, то этот самый кто-то должен пройти через особую таможенную канцелярию. Там выдадут бумагу на проход и занесут в учетный журнал. Исключений ни для кого не делают, а поскольку там чародейки правят балом…       — Ясно, — мрачно заключил Йорвет. — Полагаю, у вашей знакомой есть способ добыть подобные сведенья?       — Естественно! — громко каркнул Велизар. — Стоит только заплатить!       — Видимо придется, — скоя’таэль потер переносицу и искоса глянул на женщину. Найра уловила его взгляд, и без слов поняв его задумку:       — Я заплачу, сколько потребуется. Ни больше, ни меньше.       — Ну, так и быть, — пожал плечами кот. — В конце концов, информация нужна вам, а не нам. А уж новым клиентам она точно не откажет.       Вскоре показались высокие кованые ворота и просторная площадка, покрытая теми же светящимися алыми символами, что и круг у драконьей статуи. И народу всякой масти у тех врат было достаточно много. Путешественники плавно приземлились на площадку, а там их уже ожидали:       — Добро пожаловать в вольный град «Алая Кровь», — подлетело к ним маленькое существо, похожее на помесь белки-альбиноса и мотылька, на боку у него весела сумка полная каких-то бумажек. — Вот ваш талон.       Подало оно кусочек пергамента с красивой цифрой шестьсот восемьдесят шесть, затем ойкнуло и перевернуло его:       — Вот! Прошу, проходите! — и упорхнуло к следующим новоприбывшим.       — Девятьсот восемьдесят девять?! — удивленно прочел ворон и дернул крыльями. — Это же сколько нам тут торчать придется?!       — А, дадим на лапу и все, делов-то! — отмахнулся от друга кот и хитро улыбнулся эльфу во всю клыкастую пасть. — Эх, все-таки придется и тебе потратиться…

***

      Казалось, вечность прошла, прежде чем они миновали главные ворота и таможенную канцелярию. Серебра в кошелях заметно поубавилось — разошлось на «особые» пошлины. От того Йорвет был чернее тучи, что весьма позабавило хвостатого колдуна.       Дальнейший их путь лежал через широкие вымощенные гладким камнем улицы сего мрачного, но, безусловно, красивого города. Средь домов с незнакомой для обоих пришельцев архитектурой, мелькали небольшие скверы и садики, в коих произрастали необычные белоствольные деревья с красными и розовыми листьями. Петухов они оставили в платной конюшне при канцелярии.       Вскоре показался искомый ими дом, из окон которого звучала приятная музыка и веселый смех.       — Это бордель? — сделал вывод эльф, едва взглянув на вывеску со словами «Горячий дар Келди».       — Ч-что?! — возмущенно глянул на него ворон, едва не поперхнувшись воздухом. — Да как у тебя язык повернулся?!       — Это кофейня, — не без смеха пояснил кот, покачал головой. — Эх, чужаки, что же это за варварский мирок, что вы кличете домом? Хе-хе…       Едва он отварил дверь, как раздался чистый перезвон колокольчика, следом к вошедшим подлетело точно такое же существо, что встретило их у ворот:       — Добро пожаловать в «Горячий дар Келди»! Вы резер…       — Погоди-погоди, малыш, мы по делу, — тут же прервал его усатый волшебник. — Она у себя?       — Конечно-конечно! — отозвалось существо, активно теребя лапки. — Прошу следовать за мной!       Снедаемая любопытством женщина то и дело вертела головой, лишь бы успеть рассмотреть обстановку чудного для нее заведения. Походило оно на трактир, только весьма и весьма изысканный. И до неприличия богатый. Добротное темное дерево, белый мрамор и алый бархат. И посетители соответствовали его уровню - разодетые в шелка и атлас. В воздухе пахло сладостями и еще чем-то. Чем-то незнакомым, но приятным, даже бодрящим.       Существо привело их на второй этаж, минуя винтовую кованую лестницу, в просторную комнату с занавешенными окнами.       Источником приглушенного света служили канделябры с восковыми свечами, расставленные по столам, полкам, камину и шкафам из тепло-коричневого цвета дерева.       В центре стояло роскошное кресло с цветочной обивкой, на котором восседала хрупкая бледнокожая девушка в красивом белоснежном платье и шляпе. На коленях ее спала весьма крупная и абсолютно белая ящерица. У незнакомки были пышные, почти воздушные, иссиня-черные вьющиеся волосы и потухший, уставший взгляд. Но он мгновенно переменился, стоило только ворону залететь в помещение, в нем появился радостный, но слабый огонек, как затухающий уголек.       — Ах, это ты, Велизар — мой сердечный друг, проходи, — легкая улыбка коснулась ее губ, а тонкая рука исполнила мягкий взмах, отсылая существо. — Оставь нас.       — Конечно, мадам! — зверек послушно поклонился и упорхнул за дверь.       — Что же вы стоите? — гостеприимно улыбнулась вампирша, не размыкая губ. — Присаживайтесь.       Внезапно раздался резкий неприятный шорох, словно по паркету царапнули чем-то тяжелым.       — Ух! — не ожидавшая подвоха, Найра плюхнулась на точно такое же кресло, кое как будто магией притянуло.       По соседству с ней рвано вздохнул Йорвет, вцепившись в подлокотники:       — Гхм!        Их проводники же, явно привыкшие к подобному гостеприимству Семелы, преспокойно уселись на миниатюрные пуфы. Девушка погладила пальчиками ящерицу, слегка наклонив голову на бок:       — Итак, что же привело вас, мои дорогие гости?       — Мы по делу, — начал кот. А параллельно его словам к их компании подошел круглый столик на львиных ножках с двумя парами фарфоровых чашек полных темного напитка источавшего тот самый аромат, что окутывал заведение. Еще корзинка с румяными закрученными в рог булочками, четыре салфетки и позолоченные ложечки, да миска полная медовых орешков.       — Прошу, угощайтесь, — вновь улыбнулась вампирша, ящерица на ее коленях приоткрыла веки.       Ворон и кот с удовольствием приступили к трапезе. Найра же неуверенно потянулась к чашке и, обхватив пальцами ручку, поднесла ее к носу. Принюхалась. Затем еще раз, и еще. Осторожно сделала глоток, смакуя вкус. Кивнула. Неведанный ей досель напиток слегка горчил, но был весьма приятен.       За ней следом испробовал диковинку и эльф, слегка нахмурил лоб. Крылья его носа то и дело шевелились, ловя незнакомые запахи. За последние дни избалованный сытой пищей живот предательски заурчал. А рука непроизвольно потянулась за сладостями.       — Полагаю, вы утомились в дороге?       Мужская рука замерла над миской с орешками, Йорвет глянул на женщину, не совсем понимая, к кому именно из них обращалась вампирша.       — Ох, где же мои манеры? — черноволосая широко распахнула глаза, похлопала густыми ресницами. — Ведь мы не представлены друг другу!       — Кхем! — ворон неловко потоптался на пуфе, махнул перьями по клюву, стирая капли. — И вправду, моя дорогая Семела, позволь представить тебе наших подопечных - Нейра и Иоверт…       — Мр-р, Найра и Йорвет, — поправил его Кусимир и умыкнул из руки редгардки булочку. — Совсем голову потерял, ловелас недоделанный.       Ворон укоризненно поглядел на усатого друга, затем, более мягко и приветливо, на вампиршу:       — М-да, Найра и Йорвет, так вот… — и умолк, едва встретившись глазами с гостеприимной хозяйки кофейни.       — Да? — Семела ласково улыбнулась, не размыкая губ. — Продолжай, мой дорогой…       Кусимир, явно недовольный сими переглядами, дернул хвостом:       — Мр-р, у наших подопечных есть к тебе дело, верно?       Йорвет глянул на Найру, а она на него:       — Кхм, да, так и есть, — первой заговорила женщина. Далее слово взял эльф, вкратце объяснив причину их прихода в сие заведение.       — Ах, понимаю, — кивнула вампирша, стоило ему закончить. — Да, я слышала об этом артефакте. Книге, о которой вы сказали. Кажется, сей чудной фолиант действительно хранился у Толапсикс. И вы, стало быть, ищите способ пробраться в ее хранилище.       — Все верно, моя дорогая, — подтвердил ее догадку ворон. — Проницательна, как и всегда.       — Что же, в этом вопросе я могу вам помочь, но не бесплатно.       Семела похлопала в ладоши, и вскоре к ней весьма проворно подскакал еще один крохотный столик с бумагой, пером и чернилами. Ящер на ее коленях протяжно зевнул, не раскрывая глаз.       Вампирша что-то написала на листочке и передала его Велизару, Кусимир поскорей посмотрел на его содержимое, сделав глоток из чашки:       — П-хе! — и тут же поперхнулся напитком. — Сколько?!       Эльф приподнялся с места, забрал листочек, следом за ним встала и женщина:       — Ох, — удивленно выдохнула Найра, мысленно посчитав количество нулей после запятой, — боюсь, что мы не располагаем такой суммой, госпожа Иуарраквакс.       — Конечно нет, этот долг принадлежит вашим сопровождающим, — совершенно спокойно произнесла вампирша, поглаживая ящерицу. — И вы можете его покрыть, если желаете получить интересующие вас сведения.       — Нет, этого не будет, — категорически заявил эльф. — Скажи же, что именно ты хочешь, без уверток.       Семела слегка растерялась, поняв, что ее так легко подловили на обмане:       — Хм, а вы не так просты. Так и быть, мне нужны вы, — черноволосая указала на женщину ладошкой.       — Прошу прощения? — Довакин присела на кресло, чуя неладное.       — Ох, не стоит так пугаться, моя дорогая, — обезоруживающе улыбнулась ей вампирша, слегка приоткрыв губы. — Вы всего лишь составите мне компанию на приеме моей дражайшей кузины. Покуда мужчины будут заняты поисками артефакта.       Найра повернулась к стоящему рядом Йорвету, как и он к ней. Велизар тем временем перелетел на спинку ее кресла:       — Может все-таки…       — Мое слово неизменно, — холодно произнесла Иуарраквакс, ящер, словно чувствуя настроение хозяйки, предупреждающе прищурился, глядя на птицу.       Эльф едва дернулся, желая что-то сказать вампирше, как редгардка ухватилась за его запястье:       — Я останусь, мер, иди. Чем скорее мы отыщем книгу, тем быстрее найдем способ выбраться отсюда.       — Вам не стоит беспокоиться, мой дорогой, — видя сомнения на лице Йорвета, поспешила успокоить его Семела. — В стенах этой крепости вам нечего бояться. Кодекс запрещает нам — детям Эвдиалита — причинять какой-либо вред смертным.       — Все верно, — подтвердил ее слова ворон.       Эльфский командир нехотя согласился и убрал руку женщины со своего запястья:       — Хорошо, будь по-твоему. Где искать Толапсикс?