Солнце в красных облаках

Шикамару и Наруто сидели в одном из баров Конохагакуре, за окном шел уже порядком разыгравшийся ливень, но не успели они и озвучить свой заказ, как к ним подтянулись Инудзука Киба и Акимичи Чоджи, которых Шикамару тут же представил, и они, не стесняясь, быстро сели за общий стол. Поначалу Киба с некоторым недоверием напряженно всматривался в Наруто, но пара стопок саке развеяли это напряжение, и вот Наруто уже слышал от быстро захмелевшего Инудзуки разного рода истории о детстве Наруто, о том, как они вместе убегали с уроков и как вычесывали шерсть Акамару после дождя. Чоджи предпочитал налегать на еду, а не на спиртное и не на разговоры, Шикамару же, пивший размеренно, лишь изредка вздыхал, глядя на Кибу и просил его быть тише, но последнему, кажется, было плевать. — А ты умеешь пить! — рассмеялся раскрасневшийся от алкоголя Инудзука, весело глядя на Наруто. Узумаки с легким недоумением улыбнулся в ответ — его саке почти не брало, и он слабо представлял, какой от него должен быть эффект. Наруто определенно чувствовал себя более расслабленным и спокойным сейчас, но не более. Казалось, даже наоборот, инстинкты будто бы стали резче. — Похоже, ты много пил раньше, — усмехнулся Шикамару и налил себе и Узумаки еще саке. — Ну, мы этого никогда не узнаем, — рассмеялся Киба и залпом осушил свою рюмку. Наруто поднял на него внимательный взгляд. — Мы что, первый раз пьем вместе? — удивился он, глядя то на Инудзуку, то на Шикамару и улавливая их реакцию. — А когда б мы успели? — округлил глаза Киба. — Ты ж ушел в тринадцать… — он замолк, получив удар по затылку от Шикамару. — А… Этого нельзя говорить? — он вновь пьяно рассмеялся и несильно ударил себя по губам. — Забудь-забудь, ты вовсе не уходил из деревни! — Идиот, — Шикамару раздраженно потер переносицу. — Я уходил в тринадцать? — Наруто нахмурился и склонил голову набок. — Куда? — Наруто, — Нара устало вздохнул. — Мы не можем об этом говорить, — он с сожалением посмотрел в глаза парня. — Сделай, пожалуйста, вид, что Киба ничего сейчас не говорил, хорошо? Ради всех нас, — настойчиво произнес он. — Но… — Узумаки слегка помрачнел, опуская взгляд в стол. — Это же касается моего прошлого и меня, почему я должен… — его прерывает громкий вопль человека, распахнувшего дверь бара. — Наруто-кун! — высокий парень в зеленом комбинезоне, обтягивающим подтянутое тело, с густыми, сурово сдвинутыми бровями, ворвался внутрь и встал перед их столиком, привлекая к себе всеобщее внимание. — Я так рад, что ты жив! — он вдруг разрыдался, закрывая лицо рукавом. — Это Рок Ли, — спокойно представил Шикамару и осушил еще одну рюмку саке. Наруто, пораженно глядя на парня в зеленом, медленно кивнул. — А я мог быть мертв? — осторожно уточнил он, изогнув бровь. Киба хрипло рассмеялся. — Идиот! — он мотнул головой. — Ты ДОЛЖЕН был быть мертв, — Инудзука налил себе еще рюмку, прежде чем получить очередной подзатыльник от Шикамару. — Господи, да научись ты уже фильтровать свою речь! — повысив голос и строго сведя брови к переносице, проговорил Нара. Наруто заметно напрягся, глядя на них и произнес: — Было бы очень здорово, если бы вы объяснили, что значат эти слова, — он нахмурился. Ли вытер слезы и сел рядом с Кибой, подвинув его, и, поджав губы, уставился на Наруто, словно тот мог вот-вот исчезнуть. За столом повисла густая тишина, прерываемая лишь звуком поедания мяса, издаваемым Чоджи, который, заметно нервничая, пытался запихнуть в рот как можно больше. Киба мрачно и хмуро смотрел на свою наполненную саке рюмку и, кажется, не знал, что сказать. — Понимаешь, — вздохнул Шикамару и вновь устало потер переносицу. — Ты вроде как действительно ушел из деревни, когда тебе было тринадцать. А политика Конохагакуре последние лет пять направлена на то, что шиноби, которые покинули селение, подвергаются казни. Это обусловлено безопасностью деревни в первую очередь. Например, один опасный человек, который давным-давно покинул деревню, пять лет назад напал на нас, попробовал похитить одного из сыновей Хокаге и убил его жену. С тех пор были приняты соответствующие законы. Наруто понял, что речь о Саске и его матери. — Не уверен я, что его убили, — хмыкнул Киба. Шикамару бросил на него удивленный взгляд. — Почему? — спросил Наруто. — Он просто вроде как… — Киба усмехнулся. — Очень живучий, поэтому до конца нельзя быть уверенным, но официально да, его вроде как убили. Учиха Саске, на которого он и напал. — Он посчитал, что раз Саске младший в семье, то значит слабее, — кивнул Шикамару. — Собственно, это и была его самая большая ошибка, — он пожал плечами и налил себе еще саке. — Да уж, — пьяно хохотнул Киба. — Сейчас Хокаге убить проще, чем Саске, — он получил еще один сильный подзатыльник от Шикамару и его испепеляющий взгляд. — Думай. Что. Говоришь. — Нара буквально процедил эти слова. Инудзука повернулся к нему и ответил точно таким же взглядом. — А что такого я сказал? — тихо проговорил он. — Разве не так у нас решаются все вопросы? — с вызовом прорычал он, прищуриваясь. Наруто, наблюдавший за ними, удивленно вскинул брови. — Я что, был преступником? — удивленно спросил он и тут же заставил всех посмотреть на себя. — Нет, — быстро ответил Шикамару. — Ты наш боевой товарищ и друг. После этих слов повисло нервное и тяжелое молчание. Каждый за столом думал о своем, и эти мысли, как правило, были тяжелыми и даже под градусом саке не хотели приобретать более плавных очертаний. — А как звали человека, что напал на Саске? — спросил Наруто, уловив напряженную атмосферу и попытавшись хоть как-то ее развеять. — Орочимару, — тихо ответил Шикамару. Имя, само собой, не было знакомо Наруто, но он на всякий случай запомнил его. — Что ж, — он поднял стопку вверх. — Тогда давайте выпьем за то, чтобы Хокаге, его семья и все жители деревни всегда были в безопасности, — Узумаки добродушно улыбнулся. Удивленные взгляды Шикамару и Кибы тут же вонзились в его лицо. Чоджи замер и перестал есть, после чего отвернулся и сжал зубы. Губы Ли задрожали, но он лишь замотал головой, отгоняя разлившуюся в груди болезненную тоску. Наруто, сам того не зная, поднимал тост за одного из убийц своих родителей. — Конечно, — первым выдавил улыбку Шикамару и поднял рюмку. Вымученная, но в какой-то степени благодарная улыбка озарила его собранное лицо. Киба кивнул и присоединился, правда, почему-то нахмурившись и не глядя в глаза Наруто. Чоджи поднес к рюмкам шматок мяса, удерживаемый в палочках, а Ли — перемотанный белыми лентами кулак. — Будем, — кивнул Наруто, еще раз всмотревшись в их лица и понимая, что-либо он это забыл, либо что-то произошло в его отсутствие и ему не рассказывают, но что-то точно произошло — что-то важное и серьезное. Или, что еще хуже, Наруто и вовсе мог быть причиной этого «чего-то». Думать об этом совсем не хотелось, но такого рода мысли упорно лезли в голову. Киба спросил Ли про его миссию, и тот, вздрогнув, будто очнувшись, тут же улыбнулся и начал рассказывать про свое задание, постоянно упоминая «силу юности» и «Гай-сенсея», но отчего-то Наруто не решался спрашивать, особенно, когда после первого упоминания этих фраз вопросительно взглянул на Шикамару, а тот умоляюще замотал головой — «не надо, иначе мы отсюда никогда не уйдем, поверь, эта информация того не стоит» — примерно это говорил его взгляд. Чакра Саске — удушающе сильная и тяжелая, словно волна накрыла всех посетителей бара. Тут же воцарилось настороженное молчание. Напряжение начало резать воздух. Наруто, так хорошо чакру не чувствовавший, вопросительно изогнул бровь и увидел, как к их столику подходит Учиха. — Саске! — улыбнулся он и помахал ему рукой. — Как прошел разговор с отцом? — Наруто подвинулся, приглашая парня сесть рядом, но замечая, как резко поменялось всеобщее настроение. — Не особо хорошо, — глядя исключительно на Узумаки, сухо ответил Учиха. — Пойдем, — почти приказал он. — Почему? — удивился Наруто. — Ты можешь присоединиться. Так ведь? — он вопросительно посмотрел на помрачневшего Шикамару. — А… — Наруто замер. — Вы тоже боитесь его страшной рожи? — он фыркнул. — Не стоит, Саске добрый, — он дернул Учиху за запястье на себя, буквально утягивая на диванчик и заставляя сесть рядом. — Ты идиот? — прикрывая глаза, с легкими нотками нарастающего раздражения спросил Саске. — Я не пью. — В этом все твои проблемы, — решительно кивнул Наруто, пододвинул ему рюмку и налил в нее саке. Киба прыснул и рассмеялся, за что тут же получил прожигающий взгляд от Учихи. Наруто разлил саке по остальным стопкам. — Ли, ты тоже не пьешь? — удивился Узумаки. — Пьет, но с последствиями, — хохотнул Киба, пододвигая Зеленому зверю Конохи наполненную рюмку. — Гай-сенсей говорит, что саке плохо влияет на меня, — Ли неуверенно хмурится, глядя на рюмку. — Он что, твоя мамочка? — презрительно прищуривается Инудзука. — Гай-сенсея здесь нет, — поддерживает Наруто и тут же озирается по сторонам и уточняет, взглянув на Шикамару: — Ведь нет же? Нара, усмехаясь, мотает головой. — Ты бы его заметил, поверь, — говорит Чоджи и выпивает свою рюмку саке. — Да, он как Ли только… Больше, — задумчиво кивает Киба. — Гай-сенсей — воплощение силы юности! — сверкнув глазами, Ли опустошает свою рюмку, будто бы в честь своего учителя, тут же краснеет и шумно выдыхает, пьяно глядя вокруг. — Кто-нибудь хочет подраться?! — вдруг орет он и вскакивает на ноги. — Эй, ты! — он тыкает пальцем в Наруто. — ПОЙДЕМ ВЫЙДЕМ! Саске тут же напрягается, и Наруто против воли замечает, как рука Учихи плавным и оточенным движением убийцы скользит на рукоять катаны. Узумаки сглатывает, видя это, и тут же примирительно улыбается. — Ли, что ты?.. — начинает он, но парень перебивает его. — Я СКАЗАЛ: ПОЙДЕМ ВЫЙДЕМ, НАРУТО! — он совершенно серьезен, хоть и сильно пьян. Киба вдруг пьяно хохочет. Чоджи хмурится и смотрит на напрягшегося Шикамару. — Ли, прекрати, — устало просит Нара. — Я НЕ С ТОБОЙ, ИК, РАЗГОВАРИВАЮ! — тыкает он пальцем в парня. — НАРУТО! — он вновь пьяно смотрит на Узумаки. Саске молча встает с четким намерением заткнуть шумного идиота, возможно, даже навсегда. Наруто смотрит на Учиху с удивлением и словно на автомате следит за его движениями. Шикамару встает следом и складывает печати, тут же сковывая своей техникой и Ли, и Саске. — Успокойтесь. Оба. — В голосе Шикамару напряженный приказ. Чоджи и Киба тоже встают и потяжелевшими взглядами смотрят на Учиху. Шаринган в глазах Саске заставляет вздрогнуть всех, включая Наруто. Сейчас даже Узумаки чувствует это. Страх. Медленный и тягучий. Он захватывает сознание, проникает вглубь и словно тисками сдавливает грудь. Страх перед непреодолимым превосходством. Страх перед острой, окрашенной силой, угрозой. — Пусти. — Приказывает Учиха, переводя взгляд на Шикамару. — Сейчас же. — Чтобы ты убил его? — капля пота сползает по виску Нары, он чувствует напряжение в плечах — удерживать Саске даже труднее, чем Наруто в тот раз, когда они пытались его поймать. — Не велика потеря, знаешь ли, — тут же холодно усмехается Саске. — Он бесполезный слабак. Эта фраза, словно пощечина, бьет всех присутствующих за столом. — Выродок, — скалится Киба. — Срать мне, что ты сын Хокаге. Сейчас ты огребешь, — цедит он. — Солидарен, — кивает Чоджи. — Пусти его, Шика, пришло время выбить из него всю дурь, — он серьезно смотрит на Саске. — Попробуйте, — Учиха презрительно смотрит в ответ. Воздух накаляется и тяжелеет. — Саске… — выдыхает Наруто, хватаясь за голову. В висках стучит, пульсирует и дерет болью. — Что… Происходит? — он поднимает мутный взгляд и видит, как к нему оборачивается человек с красными глазами. Где-то сбоку, в темноте, протягивая вверх окровавленные руки, кричит женщина с красными волосами и зовет его по имени. Кровь капает на дощатый пол и обильно заливает его, запах разложения и смерти ударяет в ноздри, смешиваясь с запахом чего-то родного и очень близкого. — Наруто?.. — голос Учихи тут же окрашивается беспокойством, он дергается к парню, но техника Шикамару все еще держит его. — Пусти, — он бросает беглый взгляд на такого же озадаченного, как и все остальные, Шикамару, и Нара убирает технику, аккуратно кладет уснувшего Ли на пол. Катана блокирует кунай. Лязганье разрезает помещение. Кунай вынут из поясной сумки стоящего рядом Чоджи. Наруто не видит Саске, двигается на одних рефлексах, смотрит зияющей пустотой и сжимает кунай. Учиха отшатывается назад, настороженно глядя в ответ, напрягается, готовясь к худшему, но успокаивается, не чувствуя и не видя в Наруто правильно направленных потоков чакры. Привычным движением, которое запомнило само тело, Наруто перехватывает кунай удобнее, подносит к самому лицу и замирает, готовясь атаковать. Он смотрит спокойно и холодно и не видит перед собой ничего кроме красных глаз противника. Тело и сознание где-то в глубине знают, что делать. — Наруто, успокойся, — просит Саске и убирает катану, а после чего и шаринган. — Не надо, — бросает он Шикамару, тень которого удлиняется в сторону Узумаки. Наруто убирает кунай спустя несколько секунд после того, как исчезает шаринган, но в ответ смотрит все так же пусто и холодно. — НАРУТО-КУ-У-УН — орет Ли на полу и хватается за его штанину, заставляя парня посмотреть вниз. — Я ТАК СКУЧАЛ! — вновь рыдает Ли. Взгляд Узумаки проясняется, он вскидывает брови и, мягко улыбнувшись, наклоняется к парню и треплет его по волосам. — Мы, должно быть, были хорошими друзьями, — тепло говорит он, глядя на него. — Наруто, — вновь зовет Саске, внимательно глядя на него. — М? — поднимает голову Узумаки и, замечая всеобщие напряженные взгляды, прикованные к нему, склоняет голову на бок: — Вы чего? — удивляется он. — Идиот, — вздыхает Шикамару, не пойми к кому обращаясь, и плюхается обратно на диван, прикрывает глаза рукой. Чоджи, кивнув, тоже садится обратно. Киба расплывается в улыбке, взъерошив волосы. — Ну ты и придурок, — вздыхает он и тоже садится. Узумаки хмурится и строит обиженное лицо. — Что я сделал-то? — бурчит он и помогает Ли подняться. Саске мгновенно оказывается рядом и кладет свою руку Узумаки на плечо, заставляя посмотреть на себя. В глазах Учихи — тревога. — Все хорошо, — больше констатирует он, нежели спрашивает, хотя интонация все равно не до конца понята. Наруто удивленно кивает. — Пойдем домой, — с той же интонацией говорит или, скорее, спокойно просит Саске и едва уловимо улыбается, глядя в глаза Узумаки. — Хорошо, — медленно кивает Наруто, не в силах отвести взгляда от лица Саске. — Ребят, потом еще пересечемся, ладно? — виновато улыбается он, глядя на парней. Киба тут же улыбается, встает и забирает у него Ли, усаживает его за столик. — Конечно, — кивает он и протягивает парню руку. Узумаки руку пожимает, спокойно улыбаясь в ответ. Кажется, с этим парнем они тоже раньше дружили. — Будь осторожен, — серьезно говорит Шикамару и, махнув ему рукой, выпивает еще рюмку саке. «И с этим тоже», — думает Наруто, слегка улыбаясь. — Пока, Наруто, — кивает ему Чоджи и продолжает есть. «Насчет него не уверен, но человек он явно очень добрый», — думает Узумаки и тоже кивает, а потом выходит вслед за Саске, который своим прощанием никого не удостоил, и не сказать, что кого-то это опечалило или даже удивило. — Позаботьтесь о Толстобровике! — напоследок бросает Наруто, махнув им всем рукой. — Конечно! — тут же с широкой улыбкой отзывается Киба и вновь плюхается на сиденье. — Черт побери, — он взъерошивает волосы и закрывает глаза рукой. — Кажется, наш Наруто вернулся, — в его голосе за веселой беспечностью очень плохо скрывается грусть. *** — Ты был не особо дружелюбен, — тянет Наруто, догоняя Учиху и с подозрением глядя на него. — Зачем ты назвал Толстобровика слабаком? — хмурится он. — Разве он не твой друг? — У меня есть только один друг, — спокойно отвечает Саске и выразительно смотрит на Узумаки. Наруто хмурится и закидывает руки за голову, задумчиво глядя в небо. — Это странно, — подытоживает он. — Скажи, что последнее ты помнишь? — Саске останавливается и оборачивается на него, с пронзительной внимательностью смотрит в ответ. — Там в баре, до того, как Ли позвал тебя с пола. Что было до этого? — Хм, — Наруто задумчиво скользит взглядом по крышам домов. — Шикамару сказал тебе и Толстобровику успокоиться? Да, вроде это, — кивает он. — А что такое? — Узумаки склоняет голову набок. — Ничего, — пожимает плечами Саске. — Мне просто показалось. — Что показалось? — вскидывает бровь Наруто, и они продолжают шагать в направлении дома Саске. — Показалось, что все боятся тебя? — продолжает он в ответ на молчание Саске. — Поверь мне, друг, тебе не показалось, — он сочувствующе хлопает его по плечу. — Все просто в ужасе. Тебе что-то нужно делать с этим лицом, так жить нельзя, — он с наигранным сожалением мотает головой. — Плевать мне на всех, — отрезает Саске. — Слова истинного сына Хокаге, — усмехаясь, кивает Наруто. — Блин, Саске, ты что, дурак? — Наруто улыбается совершенно искренне, и это обескураживает. — Это странно, серьезно тебе говорю. Насколько я понял, они твои боевые товарищи, так в чем дело-то? — он с любопытством смотрит на Учиху. — Они всего лишь обуза, — с ледяным спокойствием отвечает Саске. — То есть, — Наруто вздыхает, понимая, что у Учихи своя, совершенно непробиваемая позиция в этом плане. — Я не был для тебя обузой? Я был силен? — он улыбается. Саске лишь фыркает в ответ. — Ты был самой большой занозой в заднице, — на его губах вновь играет слабая, но потеплевшая улыбка. — Значит, у нас было много общего, — тут же расплывается в улыбке Наруто. — Но надеюсь, я не был таким же козлом, как ты сейчас. Пожалуйста, скажи, что не был? — с мольбой вздыхает он. — Ты был придурком, — соглашается Учиха, фыркнув. — Лучше быть придурком, чем козлом, — беззлобно парирует Узумаки, пожимая плечами. — Идиот, — добавляет он зачем-то. — Тогда в номинации всех придурков деревни ты выиграл бы все три призовых места, потом прошел бы на международные соревнования, но и там, я уверен, не нашел бы достойных соперников, лидировав с несоизмеримым отрывом, — Саске усмехнулся. — Вот все было бы совершенно так же, участвуй ты в конкурсе козлов, — угрюмо ответил Наруто. Саске лишь коротко хмыкнул, прикрыв глаза и, кажется, даже не разозлившись. Когда они дошли до дома, время перевалило за десять вечера, а ночь еще час назад опустилась на деревню. Наруто, которого начало клонить в сон то ли от спиртного, то ли от чего-то другого еще по дороге, помог Саске достать футоны. Они снова легли в гостиной совсем рядом друг с другом, оставив веранду открытой — даже ночью в это время суток было чертовски жарко. Однако, как только свет погас, и темнота наполнила комнату, сонливость тут же покинула Наруто. Он заворочался, пытаясь уснуть, но тщетно. — Хватит возиться, — не открывая глаз, произнёс Саске. Наруто тяжело вздохнул. — Не могу уснуть, — пожаловался он, глядя в потолок и откинув в сторону одеяло. — Посчитай овец, — посоветовал Саске. Узумаки искренне попытался, но, досчитав до тридцати, сдался, решив, что такой способ очень сомнителен. Он повернулся в сторону Саске и вгляделся в его лицо. Почувствовав взгляд, Учиха открыл глаза и спокойно посмотрел в ответ. С улицы падал лунный свет, а потому они прекрасно видели лица друг друга. Учиха в принципе отлично видел в темноте, даже и без света. — Так, кстати, насчет наших отношений… — Наруто поджал губы. — Мы были не только друзьями? — он слегка нервно смотрел на парня. Учиха недолго помолчал, внимательно вглядываясь в его лицо и словно раздумывая над ответом, после чего медленно и спокойно произнёс: — У нас один раз был секс, если ты об этом, — он посмотрел в потолок. — Но мы не встречались, — добавил он. — Просто секс? По-дружески? — Наруто привстал на локтях и шокировано на него уставился. — Это нормально? Ну в смысле… — он взъерошил волосы, удивленно глядя в сторону. — Все шиноби практикуют такое или?.. Саске иронично улыбнулся и перевел на него взгляд. — Я не знаю, — честно ответил Учиха и сел. — Я не знаю, что ты чувствовал ко мне и почему делал это, но с моей стороны… — он посмотрел на свои руки. — Я… — Блять, только не говори, что это было насильственно, — взмолился Наруто, потерев переносицу. — Нет, — усмехнулся Саске. — Просто ты не испытывал ко мне тех же чувств, вот и всё, — он пожал плечами и всмотрелся в лицо парня. — Я что, всё же был козлиной? — взгляд Узумаки помрачнел. — Просто трахался со всеми подряд без обязательств или вроде того? — он с сомнением посмотрел на друга. — Нет, — мотнув головой, улыбнулся Учиха. — Ты был обычным парнем, — он вновь опустил потяжелевший, наполнившийся тоской взгляд на свои ладони и вздохнул. Наруто молча смотрел на него некоторое время, и ему отчего-то стало стыдно. — По-моему, я все же нехорошо поступал с тобой, — Узумаки обреченно вздохнул. — Ты сказал, что, эм, я не испытывал тех же чувств… А ты… Ты сейчас до сих пор их испытываешь или что-то такое? — неуверенно спросил он, аккуратно подбирая слова. — А это имеет какое-то значение теперь? — Саске поднял взгляд и спокойно посмотрел в ответ. — Думаю, имеет, идиот, — раздражение скользнуло в голосе Наруто, он нахмурился. — Я имею в виду… — он посмотрел в сторону. — Если ты хочешь встречаться со мной или типа того, — смущенно пробубнил он. — Ты хороший человек и если… — договорить ему не дал Учиха. Он рывком повалил парня на футон, нависая сверху и строго глядя в лицо. — Почему? — твердо спросил он, пытаясь найти ответ в голубых глазах. — Почему ты это говоришь, Наруто? Чувствуешь себя виноватым после моих слов? — прошипел Учиха с явной угрозой. Наруто ошарашенно смотрел в ответ. Саске был напряжен и, кажется, злился. — Почему ты веришь мне? — вдруг прищурился Саске и сжал его плечи сильнее. — А я… Не должен? — Наруто нервно сглотнул. Он не верил, когда Учиха сказал, что Узумаки в прошлом был обычным парнем, но верил, когда тот сказал, что они спали. Это было странно и не укладывалось в голове, но Узумаки доверял своим ощущениям, полностью полагаясь на них. Потому что ничего другого ему не оставалось. — Ты никому не должен верить, — стиснув зубы и глядя глаза в глаза, ответил Саске. — Даже мне, — серьезно сказал он. — Почему? — удивился Наруто. — Ты ведь не врёшь мне, — он лукаво прищурился и хищно усмехнулся, сверкнув глазами. — Откуда тебе знать? — опасно прищурился в ответ Саске. — Ты что-то вспомнил? — тут же спокойнее спросил он, внимательно глядя на Наруто. — Нет, — выдохнул Узумаки. — Не вспомнил. — Тогда в чем причина? — Я не знаю, — Наруто хмурится и отворачивается. — Серьезно, я не знаю, Саске. Просто, когда ты смотришь на меня, у тебя такое лицо… — Какое? — Будто бы тебе нестерпимо больно, — Наруто буквально шепчет эти слова и вновь смотрит на Саске. Учиха вздрагивает — почти неощутимо, едва заметно. На его лице — ни одной эмоции, в глазах — тонны самых ярких, обжигающих чувств. Он, словно сдаваясь, ложится рядом и обнимает Наруто, зажмуриваясь и сжимая зубы. Узумаки, помедлив, обнимает его в ответ, зарывается рукой в темные волосы и задумчиво смотрит в потолок. Ситуация кажется чертовски странной. Не эта ситуация, где он лежит в обнимку с человеком, с которым имеет однозначно крепкую связь, которая, возможно, не ограничивается только дружбой, а вся ситуация в целом, ситуация, связанная с потерей памяти. Слишком много вопросов, слишком многое не сходится, слишком все… Притянуто. — В любом случае, что бы там ни было, — тихо говорит Наруто. — Прости меня, Саске. Саске смотрит в сторону и медленно кивает, обнимает крепче и прячет лицо, утыкаясь Узумаки в шею. Его теплое дыхание и кончики волос щекочут кожу, и Наруто невольно фыркает, улыбаясь. — Что? — Учиха поднимает на него взгляд. — Щекотно, — отвечает Наруто, после чего заправляет прядь волос Саске за ухо. В голове что-то будто щелкает — жест кажется до жжения в пальцах привычным. Наруто убирает руку и прикрывает глаза. — Саске, — зовет он. — А если я когда-нибудь что-нибудь вспомню, тогда что? — Не вспомнишь, — отрезает Учиха. — Не смей вспоминать, — шепчет он тише, и его объятия становятся почти удушающе крепкими. Наруто усмехается — значит, в его прошлом действительно все чертовски не гладко. — Задушишь, придурок, — сипло выдыхает он и несильно хлопает Саске по плечу. Учиха чуть ослабляет объятия. Они засыпают через несколько минут, несмотря на жару, прямо в объятиях друг друга.