Лисенок

— Вы с отцом Тора больше любите? Вопрос младшего сына ввел Фриггу в ступор. Она отложила книгу в сторону и в удивлении посмотрела на Локи: — С чего ты взял? Локи усмехнулся и откинул спадающие на лоб темные пряди. — Как будто это незаметно, — он по-детски обиженно поджал губы. — Как будто я не знаю, что царем будет он. — Вы оба достойны того, чтобы стать царем, — нетерпеливо заметила Фригга и, снова взяв книгу в руки, перевернула страницу с такой силой, что она порвалась в ее пальцах. Локи приходил к ней довольно часто. Садился прямо на пол у ее ног, клал голову ей на колено и сидел тихо и спокойно. Час, два, три, а то и больше, пока Фригга не встанет со своего места. А иногда он что-то спрашивал у матери, глядя на нее снизу вверх и жадно хватая каждое ее слово. Фригга любила эти часы, проведенные с сыном вместе. Тор редко находил минуту, чтобы поговорить с матерью по душам. Все свое время он проводил, обучаясь навыкам воина. И безуспешно пытался поднять молот. Локи был другой. Внимательный, спокойный, этакий тихоня. Но в тихом омуте, как говорится, черти водятся. Фригга знала это, как никто другой, и поэтому в разговоре с младшим сыном всегда была настороже. Локи замечал странное поведение матери, и изо всех сил старался понять причину. Вот и сейчас он тщательно подбирал слова для вопроса, который уже давно хотел задать. Наконец, он собрался с духом. И спросил: — Я плохой? — голос подвел его, и вопрос прозвучал слишком сипло. На этот раз Фригга удивилась по-настоящему. — Кто тебе это сказал? — она провела ладонью по гладко причесанным волосам сына и заглянула ему в глаза. Локи дернул головой, скидывая руку матери. — Тор, — ответил он спустя секунду колебаний. Фригга поджала губы. Ее глаза внимательно смотрели на Локи. — И как он тебе это сказал? — Он побил меня, когда мы играли в прятки, — глаза Локи полыхнули недобрым огнем. — Если бы я был хоть чуточку сильнее, я бы смог дать сдачи!.. Последние слова Локи выговорил едва слышно, как будто он был затаившимся в засаде хищником, который боялся спугнуть свою добычу. Фригга невольно вздрогнула. — Наверно, ты опять обманул его, — предположила она, и глаза Локи обиженно сверкнули. — Я не обманывал! — воскликнул он. — В этот раз я спрятался честно! — Ну что ж, — Фригга тяжело вздохнула. — Я обещаю поговорить с Тором, чтобы он не обижал тебя. А пока иди. Локи нехотя поднялся на ноги. Посмотрел на мать. — Я люблю Тора, но иногда мне хочется его ударить, — признался он. — Только мне страшно его бить. Поэтому я и пользуюсь магией… Но крайне редко! Локи слукавил. Фригга поняла это: — Пообещай мне в свою очередь не использовать магию во зло. Никогда. Локи растерянно переступил с ноги на ногу. Потом, решив что-то про себя, кивнул и быстро произнес: — Обещаю.

***

— Уйди, ненормальный! — Тор отмахнулся от брата, как от надоедливой мухи, и снова принялся вырезать ножичком по дощечке. — Опять обзываешься, — констатировал Локи, нисколько не расстроившись. — А почему, собственно? — Ты то иллюзии создаешь, то целоваться лезешь, — пробурчал Тор, старательно выводя лезвием витиеватый узор. — Не волнуйся, — Локи прищурился, и его ноздри хищно раздулись, — в следующий раз придумаю что-нибудь поинтереснее… — Знаешь что? — Тор встал из-за стола слишком резко, и Локи от неожиданности отшатнулся. — Ты мне мешаешь. Зачем приходил? — Я хотел поговорить с братом, — Локи невинно вскинул вверх обе руки. — Но ему, видимо, не до меня… — Это ты верно заметил. Иди вон к Сиф — она-то уж точно будет тебе рада. Но и Сиф оказалась слишком занята. — Ты не видишь, что я не расположена к беседе?! — закричала она на Локи, едва завидев его издали. — Я докажу Тору, что женщины тоже могут быть воинами! Еще и получше мужчин будут! Сиф метнула в дверь кинжал, и Локи поспешил уйти. От греха подальше. Не нашлось ему места и среди остальных друзей. Каждый был непременно занят чем-то очень важным. — Ну ничего, — бормотал Локи, поднимаясь по лестнице к себе в комнату. — Когда-нибудь и обо мне вспомнят. Уж я позабочусь о том, чтобы все говорили обо мне!.. Вот если бы он научился управлять магией в совершенстве, то мог бы делать все, что угодно! Например, превратить Тора в эльфа, а Сиф в черепаху. Или сделать себя сильным-сильным и очень мудрым, таким мудрым, как отец! А потом отомстить Тору за все обиды. Он бы его побил. Он побил бы самого Тора! Глаза Локи загорелись от предвкушения мести. Как было бы хорошо, если бы все считались с ним! Уважали. И любили. Но его взгляд тут же потух, едва он вспомнил обещание, данное матери. Он обещал не использовать магию во зло. А месть — это зло? А если Тор его бьет, это считается злом? Надо будет спросить у Фригги… А сейчас… Как было бы хорошо сейчас поиграть с друзьями во что-нибудь!.. — Локи! — услышал он голос Тора, который раздался, как гром в ночном небе и, прокатившись эхом по лестнице, затих под сводом залы. — Ты хочешь еще поговорить? — Нет! — рявкнул в ответ Локи и ускорил шаг. — Ну как хочешь, — прокричал брат. — Если вдруг надумаешь, мы будем на балконе! Локи фыркнул и намеренно громко хлопнул дверью своей комнаты, словно ставя точку в споре. Он был гордым. Но гордость не помешала ему стать невидимкой и тихо смотреть на то, как друзья играют в осаду Ледяного Царства. Один раз он даже хотел снять заклинание, помириться с Сиф и Тором и играть вместе со всеми, но потом передумал. Его опять сделают Ледяным великаном, а потом снова одержат победу, возьмут его в плен и забудут в какой-нибудь пустой комнате запертым, а сами пойдут праздновать победу. Через все это он уже прошел, и больше ему не хотелось такой игры. Поэтому он ушел. И этот день положил начало холодной войне между братьями.