Помоги...

Гермиона уже второй час допрашивала Коллинза. Барти он видел всего раз, но и этого торговцу показалось достаточно. — Думаешь, мне не страшно? — ворчал он, — Он же ненормальный! Согласен, у меня своеобразные покупатели, но я чуть не наложил в штаны, когда понял, кто передо мной. Если он узнает, что я вам выдал его — мне точно крышка. — Не успеет твоя крышка захлопнуться, — Гермиона сложила свои бумаги в папку, — Я поймаю его раньше. Коллинз что-то пробурчал с недовольным лицом. — Поднимайся, — скомандовала она, — сейчас отправишься за решётку на какое-то время. А там посмотрим. Незадачливый торговец приподнялся со стула и что-то обронил. — Вот дерьмо… — А ну стоять! — Гермиона уже держала свою волшебную палочку направленную на Коллинза, — Что это? На полу лежал маленький мешочек. Она осторожно подняла его. На вид, как безобидный, на ощупь, вроде как, с каким-то порошком внутри. — Розовая пыль, — ответил Коллинз, — Ядрёная смесь. Очень дорогая. Ею любят баловаться зажравшиеся волшебники. В этот момент в кабинет вошли охранники. Быстро сунув мешочек в карман, Гермиона взяла папку и вышла из кабинета. Придя домой, девушка сразу же плюхнулась на диван — не снимая куртки и обуви. Все её мысли были погружены в дело о поисках Барти Крауча. Как они найдут его? С оборотным зельем он мог стать кем угодно — это как искать иголку в стоге сена. Малфой был прав — неужели она предполагала, что он будет ходить в своём обличии? Малфой… Она вспомнила его обожженную руку и поморщилась. В это мгновение рука нащупала в кармане что-то — это был тот самый мешочек, который уронил Коллинз. Розовая пыль. Она слышала про это зелье — вроде бы его надо растворить в воде и выпить, а потом просто уснёшь и будут тебе красивые сны о счастье. Может быть, стоит попробовать? Гермиона вытащила порошок, задумчиво рассматривая его в руке. Счастливые сны… Она высыпала половину содержимого мешочка в большой стакан и, залив водой, размешала. Оттенок постепенно стал бледно-розовым, словно это был кисель, а не какая-то наркотическая настойка. — Ну, за здоровый сон! — и она залпом выпила напиток. Ничего не происходило. Может, надо было высыпать весь порошок? Или Коллинз обманул её и это никакая не розовая пыль… Гермиона снова села на диван и уставилась в окно. Прикрыв глаза, она ощутила ужасную усталость — возможно, она просто сегодня перенервничала… Вздохнув, она опустила голову на подушку и погрузилась в сон. Снилось ли ей что-то приятное? Она только помнила, что её окружали заботой и любовью, но что-то конкретное припомнить было сложно. Розовая дымка окутывала её со всех сторон, постепенно унося куда-то в пучину… По ощущениям, это длилось несколько часов, пока она не начала падать в пустоту и задыхаться… Драко весь вечер не мог найти себе места. Это показательное выступление со шрамами оставило в нём неприятный осадок. Он снова и снова вспоминал, как Беллатриса вырезала на руке Гермионы это слово. Как же ему хотелось тогда умереть, чтобы не видеть всего этого! Но он боялся. Боялся и тем не менее, не делал того, что должен был. Не смог убить Дамблдора, не смог опознать Гарри, когда это потребовалось, не смог убить Рона в Выручай-комнате… Неужели она до сих пор считает его подонком? Хотя, почему до сих пор. Он и есть подонок… От самобичевания становилось всё хуже и Малфой решил навестить свою коллегу, чтобы немного поговорить и расставить все точки над i. Всё-таки, теперь не чужие… Никто не открывал. Драко уже было подумал, что она опять выпила и не хочет открывать, пока не увидел, что дверь не заперта. «Точно напилась», — подумал разочарованно он. Только зря приехал. Открыв дверь, в нос Драко ударил приторно сладкий запах. — Что за… Не успел он договорить, как его взгляд упал на диван, на котором лежала Гермиона. Вся подушка была в чём-то бледно-розовом… Это была пена, которая шла изо рта девушки. От испуга Драко послал сообщение всем, кого мог вспомнить — Гарри с Джинни, Рону, Джорджу, Симусу, Невиллу, Парвати… Была уже глубокая ночь, когда в больничном коридоре послышались шаги — это приехали Поттеры. — Что с ней? — Джинни была не накрашена и Малфой вспомнил её совсем юную, будто бы ей сейчас тринадцать лет. — Отравилась… — сказал он устало. — Поттер, мне нужно с тобой поговорить… Джинни села на скамейку у палаты, а Гарри с Драко отошли в сторону. — Я слушаю тебя, Малфой. Блондин тяжело вздохнул. — Она приняла розовую пыль. Ты в курсе, что это? Гарри ошарашенно кивнул. — Ваша подружка совсем слетела с катушек. Я уже… я не знаю, что с ней творится… Поттер молчал. — Где она? Даже не стоило оборачиваться, чтобы понять — приехал Рон. — Я думал, это какая-то шутка, Малфой, — сказал он, подбежав. — Что с ней? Повторять это снова у Драко не было сил и желания, поэтому Гарри сам рассказал, почему они здесь. Позже приехал Джордж и Невилл. Спустя час к Драко подошёл врач и попросил заполнить какие-то документы относительно времени и места, где он забрал Гермиону. Парню это показалось даже немного странным — будто бы они были какими-то близкими родственниками… — Можете пройти к ней, она пришла в себя. Но только на пару минут, ей нужен отдых после такого. Не будь вас рядом, она бы захлебнулась. Все, естественно, поспешили в палату. Все, кроме Драко. Гермиона с трудом разлепила свои глаза. Зрение расплывалось, постепенно превращаясь в смазанные круги, которые потом стали очертаниями лиц. — Что вы тут делаете… Все заулыбались. Если она их узнает, значит, всё не так плохо. — Мы пришли навестить тебя. Как ты? — Гарри осторожно подошёл к кровати. Девушка была просто разбита. Гермионе казалось, что её несколько раз переехали поездом и заново собрали, причём неправильно. — Как тебе сказать, Гарри… Как-будто меня поцеловал дементор в одно место. Все рассмеялись. — Герми, детка, если ты хочешь острых ощущений, то тебе следовало обратиться ко мне. Эффект офигенный, а из отрицательного — ну максимум, останешься без волос! — не смог сдержаться Джордж. Симус рассмеялся, а Джинни с Роном пообещали разобраться с братом после. — Но откуда вы здесь? — внезапно Гермиона поняла, что понятия не имеет, почему они все знают о её происшествии. Неужели об этом уже написали в газете? Она тут же представила новость на первой полосе «Ежедневного пророка». Какой позор! — Нам всем написал Малфой, — Гарри понимающе оглядел всех ребят. «Не может быть» — подумала она и увидела из-за спин друзей знакомую белую шевелюру. — Ребята, давайте выйдем… — предложила Джинни и все неохотно пошли к двери, оставляя их вдвоём. Драко выглядел очень уставшим и сонным. — Ну как ты? — спросил он, подойдя чуть ближе. — Паршиво. Он молча смотрел на лежащую Гермиону и о чём-то раздумывал. — Обещай, что больше не будешь пить это дерьмо. Я могу не успеть в следующий раз. У неё было так много вопросов к нему — начиная от того, как он оказался у неё дома, заканчивая тем, зачем он послал сообщение её друзьям. Но почему-то сейчас это стало совсем не важно. — Обещаю. — Вот и славно, — он устало улыбнулся и вышел из палаты. Подумать только — она только что дала обещание мужчине. Да не какому-нибудь, а Драко Малфою. Она точно больше не спит? Драко и Гарри стояли у больницы, пока Джинни помогала Рону вызвать такси до дома. Какое-то время они молчали. — Гермиона… она всегда была самой сильной из нас, — начал Гарри, — но после того, как мы победили Волан де морта, она будто выдохлась. У неё многое перестало получаться, она злилась… Не знаю, Малфой. Эта война сломала ей жизнь. В книжках про таких людей пишут «потерянное поколение». Человек не может стать прежним после войны. Так и с ней. Драко слушал, глядя на асфальт. Какие знакомые слова. Почти про него. Только он сражался на стороне Волан де морта, если это можно было так назвать. Его заставляли. — Мы пытались ей помочь, — продолжил Поттер, — Но она отказывается от любой помощи и ни с кем не хочет общаться. — А как же Уизли? — Малфой кивнул в сторону Рона. Гарри виновато улыбнулся. — Может, она откроется тебе, Малфой. Я не знаю… Она раньше говорила, что не хочет жить, но никто не думал, что она это всерьёз. Если честно, мне страшно за неё. — Гарри, поехали! — крикнула Джинни. Поттер протянул руку блондину. — Спасибо тебе, Малфой. Они обменялись рукопожатиями и Гарри ушёл. Начинало светать. Вот тебе и разговор по душам.