живые

черное короткое платье и такое же черное пальто, вишневая матовая помада, в глазах — одновременно неуверенность в себе и счастье. на столике в кафешке дымящийся чай, что пахнет осенью, лесом. весь этот день слишком пропитан октябрем. в голове крутятся припевы сотен песен, вы идете в парк под золотую осень и шелестящие листья под ногами. — нет, ну это же надо! встретить их уже два раза. как будто сталкерим друг за другом. она смеется. ты смеешься. лавочка холодная, но тебе почему-то так тепло, что хочется беспричинно смеяться, допивая остатки клубничного коктейля. — когда мы с глебом начали встречаться… ой, общаться! — оговорочка по фрейду. вы хохочете, но в душе немножко больно — нет, не встречаемся, едва ли будем, это просто кто-то строит из себя влюбленную дуру в период осенней меланхолии. стреляешь сигарету у случайного прохожего, вдыхаешь дым — «если бы мы их снова встретили, что бы он сказал?..» оставшийся вечер размывается акварелью, вы снова встречаете их в парке, снова смеетесь, снова мерзнете. весь день — это так на грани, одновременно грустно и весело, так хорошо, что до безумия, и так плохо, что до него же. спокойной ночи ему желаешь. бессмысленно проводишь в интернете еще минут сорок, а потом засыпаешь с улыбкой. просыпаешься снова с ней. и от его сообщения. понимаешь: это хреново, подруга, максимально хреново. и правило, то самое, которое ты придумала для себя, проебавшись в прошлый раз, летит к чертям. никаких зависимостей. никаких привязанностей. да, милая?