Кибертрон - Земля - Кибертрон

      Медик отлично понимал, что Уилджек очень сильный боец. И даже более того - он герой войны. Но всё равно страх пожирал все его мысли словно ржавчина.       Ему чудился Джеки. Весь избитый, израненный, док словно наяву видел, как сотни безумно сильных чудищ-десептиконов окружают рэкера, как он со своей самоуверенный ухмылкой сражается до самого конца, как враги лишь смеются надо его попытками, хоть он и уничтожил только что более сотни врагов, но синезначные всё прибывают, и в конечном счете противники берут крушителя в плен и тащат на свой корабль.       Дважды медик порывался трансформироваться и выехать с базы искать безбашенного парня. И дважды он останавливал себя, отлично понимая, что это действие бессмысленно. Нет никакой гарантии того, что Уилджек всё ещё на Земле. Да если даже и так, планета огромна. Она, конечно, меньше Кибертрона, но всё-равно шанс найти его стремится к нулю, особенно если он не откроет свой сигнал для автоботской сети. А делать это он точно не станет. Это же всё равно что запросить подмогу. Док отлично знал девиз рэкеров, которому Джеки был верен: "крушители не вызывают подкрепление, они вызывают уборщиков". Даже если убирать придётся их собственные безжизненные корпуса.       Медика вообще безумно злило такое отношение к своей жизни. Казалось, а может так и было, что рэкер в понимании Уилджека должен быть никому ненужным и безразличным всем. Потому что если это не так, то парня в пору было назвать эгоистом. Неужели Джеки не понимает, что все безумно волнуются за него?       Медик огляделся при этой мысли. И ему внезапно стало понятно такое отношение. До улетевшего никому не было дела. Все слишком были заняты переживаниями о таком знакомом и близком Балкхэде. Всё-таки он был при смерти у всех на глазах, а Джеки сражался где-то далеко-далеко. Никому не было смысла волноваться о нём, ему всё равно сейчас не помочь. А о том, что и улучшить бессознательное состояние зелёного бота со своей верой в него также бессмысленно, знал, похоже, лишь сам Рэтчет. Конечно, это отвлекало дока от запугивания себя трагичными смертями любимого, но ему внезапно стало неприятно находиться в этом обществе.       Его так раздражали эти боты, волнующееся лишь о тех друзьях, что находятся в поле их зрения.       Но злость на самого рэкера так и не прошла. Разве можно так заставлять кого-то портить себе нервоплату?