Любишь? Почему молчал?!

      «Прибил бы!» — мысленно зарычал Нишиноя, с видимым спокойствием наблюдая за флиртующей троицей и резко, одним глотком, допивая сок.       С каждой секундой всё сильнее сжимая безвинно хрустящую обиженным воплем коробку, Нишиноя от переизбытка эмоций, в конце концов, откусил кончик пластиковой трубочки.       Раздражённо сплюнув на чистый пол, он подошёл к распахнутому настежь окну пустующего класса и плавным движением уселся на ближайшую парту. Теперь не только вид, но и приторные глупости заигрывающих с Асахи девиц прекрасно позволяли сузившему глаза Нишиное в полной мере «наслаждаться» пикантной сценой.       — …Ты такой мужественный и загадочный, — щебетала симпатичная блондинка, ненароком касаясь руки Асахи и восхищённо сверкая обожающим взглядом.       — …А недалеко от школы есть просто замечательное кафе, — вторила подруге высокая брюнетка, завлекающей улыбкой провоцируя Асахи на свидание.       Мощная фигура растерянно улыбавшегося Асахи своими нелепыми движениями невольно притягивала взгляд жутко ревнующего Нишинои, который, в отличие от этих глупышек, мнимой смущённостью и неловкостью не обманывался.       Нишиноя слишком хорошо знал характер устрашающего на вид, но такого обманчиво-мягкого гиганта, прекрасно осознавая, что как раз таки внешность наиболее достоверно и отражала истинную сущность аса волейбольной команды.       Асахи мог быть милым и добродушным, но… только тогда, когда ему это выгодно — то есть бóльшую часть времени и тем более при посторонних.       «Хватит. Не могу больше!» — С ума сходя от ревности и гневных воплей в голове, Нишиноя сорвался с места и стремительным бéгом практически за пару-тройку минут долетел до места событий.       Облом. На заднем дворе никого не оказалось. Но…       «Да ладно! Быть не может, чтобы ты куда-то далеко успел слинять. Всё равно найду и…» — Одержимым взглядом Нишиноя просканировал окрестность.       Как натасканную на запах дурмана ищейку его буквально потянуло в сторону клубной комнаты.

***

      Задохнувшись от продолжительного бега, шумно распахнув противно скрипнувшую дверь, Нишиноя заскочил в душное помещение и, резко затормозив, ошеломлённым взглядом уставился на голого, не считая трусов, Асахи.       — Ты чего? — удивился тот и потянулся к шортам, с непонятным выражением лица оглядывая Нишиною с ног до головы.       — Даже странно, что ты один! — Нишиноя больше не мог себя контролировать. — Чтó, кафешкой не заманили, сиськами не соблазнили?!       Асахи, отбросив шорты, расслабленно облокотился на кабинки и, эффектно демонстрируя накаченное тело, в упор посмотрел на Нишиною.       — А в чём дело, мелочь? Ревнуешь, что ли? — насмешливо, в удушающем своей правдивостью превосходстве скривился он.       — Представь себе — да! Люблю тебя, гада такого! И меня безмерно бесит, что ты… Ты…       Договорить Нишиноя не успел.       Асахи хищно-слитным движением скользнул к нему, приподнял лёгкое тело за горло и припёр к ближайшей стене, фиксируя незавидное положение Нишинои и плотно прижимаясь между неосознанно разведёнными бёдрами.       — Ты-ы-ы, — угрожающей хрипотцой завибрировал низкий голос, завораживая не смеющего и на подсознании думать о сопротивлении Нишиною. — Лю-ю-юбишь? Так какого хрена ты всё это время молчал?! — Асахи нешуточно так затрясло. — Я тут, блядь, чуть не рехнулся, пытаясь понять, каким боком подкатить к тебе! А он, видишь ли, лю-ю-юбит! Да я, сука, дрочил на тебя по ночам, а ты… — Жаркий выдох опалил лицо запаниковавшего Нишинои. — Пиздец тебе, Ноя!       Психующий Асахи всё крепче вдавливал его в стену, безумным взглядом обещая реализацию — прям вот тут и сейчас — всех прелестей сексуальной жизни.       Нишиноя дрожал и нервно сглатывал тягучую слюну, время от времени облизывая пересохшие губы. Натянувший трусы член Асахи весьма однозначно подсказывал, что ещё пара секунд и…       Боги! Да он и не против! Нишиною буквально выламывало от предвкушения. Судорожно всхлипывая, покрасневшими от наплывших слёз глазами он посмотрел на Асахи и молча согласился… на что угодно… лишь бы с ним.