Чёрное или Белое

Проснулся я с лёгкостью в голове и всём теле, и сразу обратил внимание на свободное место в кровати из-за отсутствия Чана. Хёнджин всё ещё спал, сбросив на половину одеяло и спрятав голову под подушку. Эта его привычка всегда вызывала у меня недоумение и мысли о том, хватает ли ему воздуха. Решив его не будить, я отправился делать кофе, а заодно выяснять куда делся Чан. Зайдя на кухню и поставив чайник, замечаю на столе конверт, которого определённо не было здесь вчера. Любопытство берёт своё, и я достаю из конверта лист форматом А4, исписанный слегка кривым почерком Чана. Доброе утро, мои мальчики, вы ведь хорошо спали? А я вот ещё не ложился. Мне нравится наблюдать как вы спите, такие забавные во сне. Уверен, что первым письмо прочтёт Минхо. Ты всегда был ранней пташкой, а я обожал, притворяясь спящим, слушать как ты топаешь по квартире. Пытаясь быть тише, ты раз за разом что-то ронял и шипел от злости, а мне было сложно сдерживать смех. Я помню каждое такое утро. Да и любое другое утро, когда ты был рядом. А вот Джинни явно всё ещё спит. Его голова как всегда под подушкой, ведь так? Минхо, я никогда тебе этого не говорил, но спасибо, что принял его. Спасибо, что не был жадным и смог поделить меня с ним. Я правда благодарен. Знаю, он стал важен и для тебя, поэтому прошу, не отталкивай его в будущем. Я верю, что вы не позволите друг-другу совершить глупостей. Джинни, однажды ты сказал, что полюбил каждую часть меня. И сейчас ты как никто знаешь, что Минхо является просто огромной моей частью. Ты ведь успел полюбить эту часть? Наверное, я не тот, кто смеет о чём-либо просить, но всё же. Не отпускайте друг друга. Прошу. А вот я ухожу. Я не сошёл с ума, и это далеко не спонтанное решение. Просто так нужно. Со мной всё будет хорошо, и я ещё буду счастлив, просто не здесь, не рядом, не с вами. Квартиру, что мы так долго выбирали, я оформил на вас. Я верю, что она станет таким же уютным местом для вас, каким для меня была эта. Прошу, нет, умоляю не ищите меня. Не связывайтесь с моими родителями, знакомыми или друзьями. Они не знают где я. Я сам не знаю где окажусь уже этим вечером. И не ждите меня. Я не вернусь. В своё оправдание скажу лишь то, что всё это время любил абсолютно искренне и обещаю продолжать любить. Я запомню нас такими как в эту ночь. Чан. Каждый в этой жизни что-либо разбивал. Была ли это кружка, тарелка, ваза или зеркало, но абсолютно каждый с этим сталкивался. Так же я часто слышал и читал, что подобно стеклу и фарфору разбиваются и людские сердца, но я и подумать не мог, что подобное случится со мной. Чан ушёл. Оставил меня с клочком бумаги и просто ушёл. Разве в этом есть смысл? Неужели в этом всём действительно есть смысл?! Осознание происходящего накатывается на меня волнами, зрение то проясняется, то снова застилается пеленой. Практически на ощупь дохожу к прикроватной тумбочке и беру телефон. Номер Чана в быстром наборе, но вместо гудков холодным голосом: «Набранный вами номер не существует». Неужели это правда? Не могу поверить, что Чан, мой Чан, так поступил. В этом всём же должен быть хоть какой-то смысл. Так где же этот чёртов смысл искать?! Потеряв все силы и отказываясь верить в происходящее, я просто рухнул на кровать. Хёнджин из-за моих действий проснулся и, выбравшись из-под подушки, с вопросом посмотрел на меня всё ещё сонными глазами. — Что-то случилось? И казалось бы невинный вопрос, но в данную конкретно минуту меня просто разрывает на части, и я понимаю, что если скажу хоть слово, то просто напросто потеряю самообладание. Поэтому, не придумав ничего лучше, я просто протягиваю Хёнджину лист бумаги, а пока тот читает, закрываю глаза в надежде, что открыв их, всё это окажется просто дурным сном.