Чёрное или Белое

Правда не могу поверить, что сегодня наша последняя ночь в этой квартире. Казалось бы всего лишь съёмные квадратные метры, но с ними связано так много воспоминаний, как хороших, так и тех, от которых меня до сих пор бросает в дрожь. Именно здесь я нарисовал свои лучшие работы, именно здесь я впервые познал любовь, и именно это место научило меня ценить каждый момент жизни. Здесь я понял, что любовь может быть разной, а чувства — это безумно сложный механизм неподдающийся пониманию. Завтра с переездом начнётся новая глава в моей жизни, и единственное, что подавляет мой страх перелистывать эту страницу, это то, что рядом со мной по-прежнему останутся люди, в чью поддержку и опору я верю беспрекословно. Сменится фон картины, но герои останутся те же, и это меня хоть немного, но успокаивает. В последнее время я стал немного чувствителен, и чувство тревоги посещает меня всё чаще, однако я всеми силами стараюсь быть позитивным и верю, что с новым началом придёт только лучшее. — Почему у вас двоих сейчас такие лица, как-будто вы не в новую просторную квартиру переезжаем, а на улицу бомжевать? — кажется Чан таки заметил слегка гнетущую атмосферу. — Я просто не могу смириться, что завтра эта квартира уже не будет нашей. — Что за глупости, Мин? Разве новая квартира, что мы выбрали, не лучше этой? — Лучше. — Но выглядишь ты как-будто это совсем не так. Джинни, а ты что молчишь, тоже не хочешь переезжать? — Нет, это не так. Просто сейчас здесь слишком пусто из-за отсутствия вещей и это угнетает что ли. Я правда не знаю как объяснить. После слов Хёнджина, я окинул взглядом квартиру и понял, что он прав. С тех пор, как мы живём втроём, здесь и мухе сесть негде было, а сейчас, отправив все вещи в новый дом, тут действительно слишком пусто. — Не знаю я чего вам не хватает. Как по мне самое главное всё ещё здесь, — кажется Чан совсем не разделял наши с Хёнджином чувства и был переполнен совсем другими эмоциями. — И что же это? — Как что? — Чан указывает сначала пальцем на меня, потом на Хёнджина, а после немного помедлив ещё и на кровать. — Вот как?! Ты нас ставишь по важности на уровне с кроватью? — наигранно обижено решил подловить я Чана. — Конечно! — не поддаваясь на провокацию заявил Чан. — Вы просто не можете принижать её достоинства, после того, что вы же на ней и вытворяли. — Говоришь так, будто ты в этом не участвовал, — не в состоянии сдержаться, к нашему шуточному спору подключился и Хёнджин. — Как это не участвовал? Я же главный герой! На этой фразе сдерживаться уже сил не было ни у кого, и мы дружно со смехом повалились на пол. Атмосфера сразу стала намного лучше, и все тяжёлые мысли ушли на задний план. Вдоволь насмеявшись с шутки мы перешли к щекотке, и смех возобновился с новой силой. Устав качаться по полу, мы перебрались на кровать, и той снова со скрипом пришлось пережить нелёгкие времена. Мы действительно зашли слишком далеко, и сил думать о том, что и как мы делаем, уже нет. Просто есть мы. Мы здесь и сейчас. И нам хорошо. Эта ночь была особенной. Переполняющие тело чувства, сжимающееся пространство, и частичная потеря сознания. Я такого в своей жизни не испытывал. Я вообще не был уверен, что нечто подобное вообще может испытать человек. Голова казалась пустой и наполненной до отказа одновременно. Мысли меня переполняли, но при этом я не был в состоянии сфокусироваться хотя бы на одной. То, что происходило между нами, не было физической близостью в обычном понимании этих слов, это было нечто гораздо большее и далеко выходящее за все обычные определения. Не знаю точно сколько продолжалась эта вакханалия, но, кажется, перед тем как уснуть я видел рассвет...