Ангелы ада

Что нужно знать, читая эту главу: - предыдущая глава переделана - Хиджиката и Чикаге лишились своих мечей во время битвы, Чикаге в итоге украл катану Мурамасы (их всего несколько экземпляров, поскольку они подлежали уничтожению, т.к. ими владеющие становились кровожадными и безжалостными) - у Казамы есть лучший друг - свиток, заимствованный Сайто из монастыря - описание обряда экзорцизма на латыни (вот почему Кодо Юкимура не мог "исцелять" в свое время своих "подопечных" - таких книг еще не завезли) - перед инцидентом на телебашне и фальшивой смертью Томоэ спровоцировала ссору с Сайто и он выбросил кольцо, которое хотел ей подарить, она его забрала после его ухода. - Сайто догадался о ненастоящей смерти Томоэ, когда не нашел на пепелище её телефон - в Икеда кто-то помешал Казаме убить Хиджикату - в "доме тысячи ветров" Казама передал для Айдзу послание – Томоэ-доно, какое лучше кимоно выбрать? С вышивкой или с жемчугом? Юки, в попыхах выбирала свадебный наряд, перелопачивая попутно не одну кипу флористических каталогов и порядком вынесла мозг Томоэ постоянными расспросами. За неделю они так толком ничего не узнали – не помогли даже родственные связи Юки в правительстве. Вся информация, касающаяся Катамори-сана, просто отсутствовала. Даже данные о свадьбе были вырваны из реестра мэрии. В конце концов, Томоэ так обозлилась, что плюнула на все это дело и решилась на серьезный разговор с кое-кем, когда этот кое-кто вернется. Как бы ни сложилось, она должна признаться ему. И пусть будет что будет. Её решимость была непоколебима, и единственной проблемой было отсутствие собеседника. А ещё эта свадьба…. Нет, она рада за Аоши и Юки. И выдавит из себя улыбку на торжестве чего бы ей это ни стоило. – Девятый день, черт побери…. – Что? – переспросила Юки. – С жемчугом лучше. – Так, с этим определись, – невеста поставила в блокноте галочку, – Кстати, ты уже выбрала, в каком наряде будешь ты? Томоэ в который раз подошла к окну и уселась на подоконник. Единственным плюсом её комнаты, да и расположением особняка Айдзу вообще, был отличный вид на штаб и главные ворота. Из ворот выходила очередная группа шинсенов: до самого января, пока будет длиться судебное разбирательство над Тёсю и его сообщниками, отряд расформировывается и офицеры разъезжаются кто куда. Об этом ей сообщил Хейске, которому были известны все новости. Капитанский состав тоже уходил в отпуск, но до свадьбы Аоши и Юки Киото не покидал, поскольку все были приглашены на торжество. Хиджиката-сан даже отложил свою поездку на Хоккайдо, а Мизуки обещала прилететь из Лондона, где уже, как оказалось, успела обустроиться. Их отношения с Саннан-саном оказались очень уж запутанными, а второй замкомандир был столь нерешителен, что Мизуки в конце концов решила сама поставить точку. Тодо сказал, что Яманами с тех пор в штабе не показывался, проводя все время в лаборатории нулевого отряда. Томоэ вздохнула: столько новостей… вот что значит проваляться в отключке целый месяц. – Так в чем ты будешь на свадьбе? – снова вернул её к реальности голос Юки. – Мне все равно. – Томоэ-доно…. Мне… мне так жаль… – Юки почти начала свою заготовленную тираду. – Ой, Юки, прекрати. Делать мне нечего. Уверяю, я найду, чем себя занять. Я почти договорилась с разведкой насчет секретной операции в Шанхае. И вообще, вместо того, чтобы готовится к свадьбе, ты вытираешь мне сопли. Нет, я благодарна, но это уже слишком. – Правда? Тогда я сама могу выбрать тебе наряд? – Юки отбросила каталог в сторону и захлопала в ладоши, – Томоэ-доно будет самой элегантной! Я уж позабочусь! И подруга с ещё большим усердием принялась перелопачивать каталоги, выбирая подходящее кимоно для будущей родственницы. Томоэ оставалось только наблюдать за усердием подруги и покорно перемерять почти весь гардероб Юки, который насчитывал более полусотни кимоно самых разных цветов и узоров. Но все мысли девушки были заняты тем, что она, уже сама, хоть и пересмотрела весь семейный архив Айдзу, ни слова не нашла о его семье и детях. Она даже предусмотрела то, что, возможно, брак распался, и просмотрела все записи о расторжении брачных союзов, но также ничего не нашла. Из всего этого исходило лишь одно: Айдзу скрывал свою личную жизнь по очень веским причинам. Возможно, жену с детьми он тоже упрятал в какой-нибудь монастырь или вообще выслал за границу. И ещё одно обстоятельство доставляло ей беспокойство – капитан третьего подразделения должен был вернуться два дня назад. Но вестей от него не было (по крайней мере, она ничего не знала). Но, учитывая услышанное, вполне возможно, что Сайто после задания отправился прямиком к жене? Это вполне в его духе. Терзаемая такими догадками, Юкиширо очень сожалела, что растеряла свои демонические способности. Ей бы ничего не стоило разыскать Хаджиме за считанные минуты, лишь втянув воздух в легкие. Но теперь её утраченное обоняние восстанавливалось, причем очень медленно. Об остальных полезных способностях можно было только мечтать. При таком раскладе остается только невозможное – обыскать кабинет Айдзу и найти ту самую фотографию. Если его дочь – точная копия жены, то зная внешность, не зная имени, отыскать человека проще, нежели не знать ни одного, ни другого. Но это потом. А пока…. Ни Аоши, ни Юки не заслужили её кислой физиономии. Да и остальные тоже. Ещё подумают, что она не рада. Томоэ поднялась, поправила волосы, и спустилась вниз, собираясь заняться какими-нибудь хоть малость полезными делами. «Я проберусь в кабинет Катамори-сана. Сегодня же». – Не может быть!!! Это его жена??? – Надо же, как интересно и…неожиданно. Спасибо, сестренка! – Аоши! Чтоб тебя! – Все преимущества ментальной связи! Всё события «самого счастливого дня» проплывали быстро и бесцветно. Счастливая невеста, брат-жених, толпа гостей, весь капитанский состав в парадной форме. Ну, почти весь. Томоэ не видела того единственного человека, которому ей нетерпелось накостылять по шее. И как можно скорее. А еще этот занудный обряд и бубнящий священник…. Ей до сих пор было тяжело находится на территории храмов – отголоски её демонического прошлого. Но, по крайней мере, её уже не корежило и на голове не начинали прорезываться рожки. Это уже не могло не радовать. – Прошу прощения, выбрать подарок, оказывается, такая морока. Это самое сложное задание за всю мою карьеру. Этот голос Томоэ не могла перепутать ни с чьим другим. Но, все же она скосила взгляд на пробиравшегося через гостей Сайто. Уму непостижимо! Она всё время места себе не находила, когда неделю назад он не явился, а он, оказывается, всё это время подарок выбирал! Вот уж действительно сволочь! Так играть с чувствами людей. Ох, это кого-то так напоминает…. – Сайто Хаджиме, – процедила сквозь зубы Томоэ, – сделай одолжение, напомни мне, чтобы я придушила тебя, как только все это закончится. – Думаю, о таком важном деле ты вряд ли забудешь. Но предупреждаю сразу: у тебя будет не больше пяти минут. Сразу после свадьбы я отправляюсь на задание. – Опять? – Ты всю церемонию будешь задавать вопросы? Ты так все пропустишь. – Я думала, ты будешь готовиться к свадьбе со своей лахудрой…. – Откуда ты знаешь, что я женюсь? – Ну, знаешь ли, благодаря Хейске-куну и Ямадзаки, это уже неделю как не новость. – Вот трепло…. Томоэ почувствовала, что готова прямо сейчас заехать кулаком по этой наглой довольной роже. Она смотрела на Юки и Аоши, по очереди отпивающих сакэ, и вдруг ей пришла идея: – Что, она красивая, да? Или потому что она дочь мэра? Сайто покосился на неё: – Не говори ерунды. Мы с ней любим друг друга. И вообще, ты на свадьбе собственного брата. У тебя другого времени не нашлось для такого разговора? Юкиширо лукаво улыбнулась, и у Сайто по спине пробежал холодок – он слишком хорошо знал этот взгляд: – Ты же сам сказал, что после свадьбы уезжаешь. Когда мне ещё с тобой разговаривать? – Ну, на банкет-то я останусь. Томоэ бросила в ответ такой взгляд, которым обычно жертвы перед аутодафе одаривают своих палачей. В то же мгновение церемония закончилась, и гости, отправившись в банкетный зал, в строго установленном порядке поднялись для поздравления молодой семьи. Первым Аоши и Юки поздравил Айдзу. Затем – Томоэ, которая, на удивление, вела себя как настоящая леди и до сих пор не поругалась с капитаном третьего подразделения, благодаря чему Хейске проиграл две тысячи иен. После того, как другие гости окружили счастливую пару, Катамори-сан подошел к Томоэ: – Твоя мать гордилась бы, глядя, какой красавицей ты выросла. Томоэ улыбнулась: – Мой отец гордится мной не меньше, хотя никогда мне этого не говорит. Но я буду счастлива, если он скажет это прямо сейчас. Айдзу оторопел: – Откуда тебе известно…. – Но теперь мне ясно, почему Вы спасли мне жизнь, использовав сыворотку. – Я едва пережил смерть вашей матери. Смерть своих детей я бы вряд ли смог пережить. Томоэ подошла к отцу и обняла его. – Я горжусь тобой. Ты так похожа на Надешико. Но характер точно мой. – Это точно. Айдзу изогнул бровь: – Скажи, а Аоши знает? – Вы же на банкете сидите на месте, предназначенном только для родителей молодых. Как Вы думаете, в курсе ли мой братец? Замком уже пять минут ожидал Айдзу. Время, конечно, не самое лучшее, но кто знал, что на приём к градоначальнику в обычный день не попасть. Хиджиката целый месяц пытался передать «подарок» бывшего врага. И выяснить, какие отношения связывали его с мэром. Наконец, момент был выждан, и замкомандующего перекинулся парой слов с Рюноске, и вот, спустя всего пять минут, он ожидал разговора. Градоначальник с плохо скрываемым волнением шагнул в кабинет и закрыл дверь. – Вам просили передать, – Хиджиката достал из кармана небольшой сверток, некогда полученный от Казамы, и положил на стол перед градоначальником. Лицо Айдзу вытянулось от изумления. Он протянул руку к свертку, чтобы его взять, и фукучо мог поклясться на мече, что пальцы Катамори-сана дрожали, будто от содержимого зависит жизнь всего города. – Тот, кто это передал…. Что он сказал? – Что тот, кого Вы ищете, не из клана Тёсю. Катамори-сан вздохнул. Но это был вздох не облегчения. Это значило, что годы планирования потрачены впустую. И что придется начинать все заново. Хиджиката воспользовался моментом: – Он – ваш агент? – Отчасти. Это долгая история. Но сейчас не об этом. Айдзу встал из-за стола и подошел к стене: – Мне стало известно, что Вы, Тошидзо, в ходе недавних событий, лишились меча. Мэр открыл тайник, осторожно извлек оттуда перетянутый красным шнуром сверток и передал его Хиджикате: – Думаю, он Вам подойдет. Фукучо развернул дар Айдзу и едва сдержал восторг: на шелке лежал клинок работы самого Масамунэ. Даже самые лучшие мечники могли лишь мечтать о такой катане. – Этот меч ждал своего хозяина долгое время, и я рад, что, наконец, он его нашел, – Катамори-сан улыбнулся, – Так ведь, они-фукучо? Замком смутился: – Вряд ли я достоин такого оружия. Такой могут себе позволить разве что потомки самураев. А я не из их числа. – У Вас душа истинного воина. А все остальное – не имеет значения. Но, если найдутся желающие оспорить это право… – Катамори-сан снова улыбнулся, глядя на серьезное выражение лица фукучо, – Хотя я в этом сомневаюсь. – Если Вы откажетесь от подарка, то нанесете Катамори-сану оскорбление. Хиджиката повернулся на голос, и увидел Томоэ, которая, как оказалось, всё это время стояла у книжного шкафа, но из-за тени, отбрасываемой им, оставалась незамеченной. Когда она только умудрилась туда попасть? Фукучо смерил её гордым взглядом, но подарок тут же принял. Айдзу одобрительно улыбнулся, давая понять, что Хиджиката может возвращаться в банкетный зал. – У меня есть вопрос, – замком, выйдя из кабинета мэра, серьезно посмотрел на Томоэ: – Откуда ты знаешь Казаму? Девушка пожала плечами: – В таком небольшом сообществе, как наше, все знают друг о друге. – Но ты определенно связана с ним намного больше, чем говоришь. Ты знаешь и о его технике, и о причине нашей с ним вражды. Томоэ хитро улыбнулась, и фукучо про себя отметил, что она кого-то очень сильно напоминает. – По последнему пункту я осведомлена даже лучше, чем Вы. Казама не опускается до того, чтобы связываться с людьми по таким пустякам вроде удара по самолюбию. – Если ему плевать на самолюбие, почему тогда он всё это затеял? – Меня не касаются Ваши с ним разборки. Тем более, что он больше не представляет для Вас угрозы, не так ли? – Кодекс… – Кодекс… – кивнула Юкиширо. – Он – один из агентов Айдзу? – И да, и нет. Он сам выбирает, с кем ему иметь дело. Не могу сказать наверняка, но у них был какой-то договор с Катамори-саном, подробностей которого я не знаю. Это ещё одна причина, по которой его смерть была недопустимой. – Он мог меня убить! – Поэтому я рассказала Вам о последнем тайном мече в обмен на то, чтобы Вы убили меня. – Он едва не убил меня в «Икеда». А тогда я не имел понятия об этой технике. – Я знаю. Поэтому я помешала ему. Вы ведь не думаете, что его ошибка при выполнении сукучи была случайна? Хиджиката вспомнил, как дернутая кем-то циновка, заставила Казаму грохнутся на пол: – Юкиширо, ты заноза в жизни всего отряда. – Я ни за что не допущу гибель тех, кто на одной стороне с Катамори-саном. – Он похитил мою жену! – Он бы ни за что не причинил ей вреда. Эта женщина для него ничего не значит. – Почему? Юкиширо покосилась на подошедшую к ним жену замкома: – Думаю, я воспользуюсь Вашим советом и с этой минуты не стану лезть в чужие дела. Уверена, Чизуру-сан сможет помочь Вам в поисках ответов куда лучше меня. Чизуру от неожиданности немного попятилась назад, а затем с укором посмотрела на Томоэ. – Почему ты не позволила мне его убить? – Он спас мне жизнь. Я бы ни за что не выбралась из горящей телебашни, если бы не его помощь. – Почему он спас тебе жизнь? – Потому что Чикаге-сан – мой лучший друг. Друзья ведь так поступают? Я не могу позволить убить его ни Вам, ни кому-либо ещё. – Что? Он твой друг? Томоэ утвердительно кивнула. – В таком случае твой друг просил передать тебе насчет отимидзу что-то вроде «я почти поверил». – А, – улыбнулась девушка, – если Вы в точности передали его слова, то он догадался уже после поединка. – Догадался о чём? – Что это была не отимидзу. – Что? – Вы что, правда, думали, что я дам вам настоящий эликсир? – Почему тогда… – У Вас прибавилось сил? Да просто потому, что Вы искренне поверили, что это и есть легендарная сыворотка, дарующая божественную силу. Правда, я здорово придумала, а? – Он же мог догадаться раньше и убить меня! – Это вряд ли…. Чикаге-сан считает, что Вы – реинкарнация его ученика, который очень бесил его. Хотя сам и говорит, что это полный бред. – Я – его ученик? – Он знает все Ваши приёмы, потому что сам Вас им и обучил. Но, лучше, пусть он сам расскажет, если, конечно, Вы сумеете его найти. Если верить слухам, он собирается на Хоккайдо. А пока, – Томоэ заметила поблизости знакомое лицо, – прошу меня извинить – у меня есть неоконченное дело. – Ничего не хочешь мне сказать? – Если вкратце, как видишь, я жив. – Странно. Думала, что пока выбирал подарок, кто-нибудь из продавцов тебя убьет. – Я сказал им, что уже пообещал это право тебе. – Слабовато верится. – Почему? – Ты не особо торопился возвращаться. – Перспектива того, что ты огреешь меня чем-нибудь по голове, не способствует торопливости, знаешь ли. Я рассчитываю не на такую смерть. – Ты пытаешься отомстить за то, что я не сообщила, что жива? – Не говори глупостей. Я и так об этом знал. Такой реакции Томоэ никак не ожидала. На лице капитана третьего подразделения не было даже удивления. Как будто её неожиданное возвращение было в порядке вещей, и вообще, он её поджидал уже давно, а она неприлично опаздывала. – Интересно, откуда? – Единственная вещь, с которой ты никогда не расстаешься, и единственная вещь, которой не было обнаружено на месте твоей смерти – телефон. Кроме всех наворотов, в нем есть GPS. Так что я знал о всех твоих передвижениях на протяжении последних недель. – И про Шанхай…. – И даже про Гонконг. Но не волнуйся, я ничего не скажу твоему отцу. Томоэ перекосило от злости: – Ты знаешь и о том, что я знаю? – Просто зная тебя, нетрудно догадаться, что ты не успокоишься. Такая дотошная. – Какой умный! – Ну, знаешь ли, звание капитана не дают просто так. – Ты на что это намекаешь? – возмутилась Юкиширо, которая тоже имела звание капитана. – Быть мечником-человеком гораздо труднее, чем мечником-демоном. – Стебешься, да? – Тебе можно, а мне – нет? Выражение лица Юкиширо предвещало уже Апокалипсис, но на Сайто это подействовало так же, как светофор на волка. – Самодовольный обалдуй! – Всегда знал, что ты ко мне небезразлична. – Что? Вместо ответа Сайто вытащил из кармана кольцо, которое Томоэ обронила на телебашне: – Ну, и что ты на это скажешь? Ты бы вряд ли его отыскала, если бы не испытывала ко мне каких-либо чувств. – Ой, как интересно! Сайто-сан, ты что, делаешь предложение Томоэ-доно? – Хейске, который вечно совал свой нос в чужие дела, случайно заглянул в комнату и, увидав парочку, тут же созвал всех остальных. В комнату ввалился чуть ли не весь офицерский состав вместе со своими спутницами. – Да что ты выдумываешь! – махнул Шимпачи, – Ставлю две тысячи иен, что это не то, о чем мы все подумали. Но Хейске не сдавался: – Да говорю тебе! Иначе, с чего бы Сайто-сану кольцо? Разгорелся жаркий спор, расколовший товарищей на два лагеря: одни утверждали, что скоро все соберутся на свадьбе капитана третьего подразделения, другие утверждали, что все это чушь собачья, и что они вообще друг другу не подходят. Юноши и девушки настолько увлеклись, что вообще забыли о Хаджиме и Томоэ. Последние же стояли, изображая полный фэйспалм. Наконец, шум привлек внимание остальных гостей, в том числе жениха, невесту и Айдзу. Катамори-сан, запасшийся бокалом виски, вызвался разрешить спор и обратился к Хаджиме: – Скажи, Сайто-сан, неужели ты действительно согласился бы взять в жены такую разгильдяйку и косорукую бестолочь, которой до настоящей леди, как Хейске до гейши? При этих слова Хейске проворчал, что из него, вообще-то, очень неплохая гейша. Сайто смерил взглядом Юкиширо, которая стояла, гордо вздернув нос: – Да. Айдзу, пряча улыбку за бокалом виски, обратился к девушке: – А ты, Томоэ, неужели бы ты согласилась выйти замуж за такого неуверенного и нерешительного молодого человека с сомнительным прошлым и нестабильным заработком как Ямагучи-сан? Юкиширо повернулась и оглядела «потенциального жениха» с ног до головы: – Нет, я не знаю такого, – все смолкли, прекратив споры, и в полной тишине Томоэ произнесла: – А за Сайто я бы вышла. Сказать, что Хаджиме был ошеломлен таким ответом, означает не сказать ничего. Челюсти прочих присутствующих тоже поздоровались с полом. – Это правда? – Сайто, наконец, обрел дар речи. – Да, – картинно закатила глаза Юкиширо, – ты же сам просил моей руки, будучи уверенным в моем отказе. Что, не ожидал такого поворота? Вот теперь бери и отказывайся от своих слов. – Ни за что, – капитан третьего подразделения подошел к ней и обнял. Так запросто, будто с её словами рухнула последняя преграда, мешающая его такому долгожданному счастью. Один Айдзу, казалось, только этого и ожидал. Он сделал ещё один глоток виски и произнес: – Тогда, властью данной мне я объявляю вас мужем и женой. – Что? – У Томоэ чуть челюсть не отпала. Она смотрела на Катамори-сана, пытаясь понять, сколько нужно выпить, чтобы ляпнуть такое. – Не забывай, что я, вообще-то, снова состою на должности мэра, и имею право проводить свадебные церемонии, – внес разъяснение градоначальник и предложил выпить за молодых. – Это не самый удачный случай для применения этого права. Томоэ переводила ошеломленный взгляд с Айдзу на Сайто и обратно, пытаясь понять, когда эти двое успели договориться. – Можешь поцеловать счастливую невесту, пока она не устроила здесь погром, – Катамори-сан поспешил наполнить свой опустевший стакан, и, прежде чем Томоэ успела что-то возразить, на её палец уже было надето кольцо, а все присутствующие осыпали новоиспеченных молодоженов цветочными лепестками и во все горло орали пожелания. – Ты проиграла вчистую, – шепнул своей жене на ушко Сайто, – Умей признавать свое поражение, – И потом, ты и так уже моя жена. – А вот об этом ты расскажешь поподробнее. От такого наглого «предательства» всех сообщников Юкиширо, то бишь, госпожа Сайто, окончательно вышла из себя: она освободилась из объятий мужа и с криками «Да пошли вы к чертям!», покинула зал. – Прости, Сайто, облом, – улыбнулся Аоши. – В принципе, я ожидал худшего. – Поверь, худшее – ещё впереди. Но во всем нужно искать плюсы: Томоэ уже не будет сидеть у меня на шее. Сайто преспокойно отхлебнул виски и незаметно указал в сторону Юки: – Думаю, она просто освободила место для кое-кого другого. – Вот черт! – обреченно вздохнул Аоши, – Об этом я и не подумал. Хаджиме похлопал его по плечу: – Прими мои поздравления. Капитан третьего подразделения поставил бокал на столик и направился к выходу. – Э-э-э, мы так не подружимся, – заметил Юкиширо. На что Хаджиме обернулся и ответил: – А куда мы денемся? Юкиширо проводил Сайто надменным взглядом, и саркастично подумал: «Всегда хотел иметь брата, похожего на него. Поздравляю, Аоши, мечты сбываются….» Катамори-сан подошел к Аоши и вопросительно приподнял бровь: – Тебе не нравится Сайто из-за его прошлого? Аоши отвел взгляд в сторону: – Дело не в его прошлом… Он мне не нравится, потому что он хочет отобрать то, что дорого мне. – В глубине души ты всегда знал, что этот день однажды настанет. И ещё ты прекрасно знаешь, что Томоэ не станет любить тебя меньше. – Вы правы, как всегда, о-то-сан. Истинная Томоэ никогда не расстанется со своей добротой. Айдзу не сдержал улыбку: он впервые услышал от Аоши обращение, как к отцу, а не как к начальнику: – И всё же, ты во всех мирах невзлюбил Хаджиме за то, что он отбирает её у тебя. Аоши повернулся к окну, глядя на удаляющегося Сайто: – Я чувствую, что вслед за этим парнем тянется шлейф из бед, но, в то же время он тот, кто предназначен ей судьбой. Что ж, Сайто Хаджиме, добро пожаловать в семью…. – Ну, и чего тебе нужно? Казама лениво повернул голову, хотя, чтобы понять, какой гость к нему пожаловал, ему не нужно было этого делать. – Значит, ты считаешь, что в прошлой жизни я был твоим учеником? – Айдзу-младшая болтлива, как базарная гейша…. Угораздило же меня с ней связаться…. Хиджиката кашлянул в кулак, чтобы скрыть смешок. Чикаге закатил глаза и бросил гостю сакадзуки: – В любом случае, ты – это точно уже не он. Но, раз пришёл…. Очевидно, у тебя есть вопросы. Но рассказ – не из коротких. – А я никуда не тороплюсь… учитель…. Казама с плохо скрытым удовольствием, фыркнул: – С рассветом я отправляюсь на Хоккайдо. – Рассвет ещё не наступил. – Значит, мне от тебя не отвязаться, да? Казама повернул голову к месту, где сидел Хиджиката, и его глаза сверкнули золотым светом: – Ну, что ж… ты бесил меня и раньше…