Стокгольмский синдром

Утро, завтрак, работа, больница, вечер, ужин, водные процедуры, сон — и всё по новой. Жизнь потеряла краски, стала монотонной и серой слишком рано. Тэхён этого не ожидал. И уж тем более он не был готов попрощаться со своими мечтами и принципами. Но жизнь жестока, и парень это понял и принял. Ему девятнадцать лет, он только закончил школу, только собирался поступить в университет, как вдруг телефонный звонок оборвал всё то, к чему он стремился. Автомобильная авария. Единственный выживший — Ким Сокджин, его родной брат, впавший в кому. Родители погибли на месте ДТП. В тот день молодой человек решил остаться дома и не ехать к бабушке в гости, а засесть за учебниками и готовиться к поступлению. И именно в тот злополучный вечер он потерял семью, а вместе с ней и надежду на светлое будущее. Лучше бы он был вместе с ними, и причина даже не в скорби: время притупит боль и даст возможность продолжить жить. Нет, дело в гребаной генетике и возрасте. Он ведь маленький, слабый омежка! А что делать таким, как Ким Тэхён — несовершеннолетним и хрупким, без поддержки родных? Пытаться выжить самому и помочь выкарабкаться брату любым способом. Словно в кошмарном сне прошел целый месяц. Тэ похоронил родителей, нашел кучу подработок, забыл про все мечтания и снял розовые очки, однако так и не смог помочь единственному родному человеку: Джин не выходил из комы, продолжая держаться за жизнь благодаря дорогостоящим лекарствам, на которые Тэхён еле наскребывал деньги. Была нужна операция, но средств на неё парень найти не мог. Как бы он ни старался, сколько бы ни работал, сколько бы ни экономил и ни откладывал — всё равно не хватало даже на мизерную долю всей суммы. Однако надежда и упорство всё ещё не угасали в стойком маленьком омежке. Если бы не эти два качества, Тэхён бы не драил полы в какой-то крупной компании и не ловил презрительные взгляды сотрудников. Но ничего страшного, сейчас он закончит на первом этаже, переоденется и побежит в кофейню, где все посетители милые, приветливые и простые — не такие, как работающие в этом месте мажоры. Тэ наклонился над ведром, дабы сполоснуть тряпку, но цели своей не достиг. В одно мгновенье оно было опрокинуто чьей-то ногой, вода оказалась на ошарашенном пареньке и свежевымытом полу, а откуда-то сверху донёсся грубый голос: — Не раскидывай игрушки где попало. Скрежетнув зубами, Тэхён разогнулся и вперился злым взглядом в высокого альфу. Начиная с висков и заканчивая пальцами рук, вся кожа молодого мужчины была забита тату, пухлые губы были растянуты в презрительной ухмылке, а глубокие карие глаза выдавали насмешку. — Смотреть надо, куда прешь! — заявил Тэхён, смотря в глаза незнакомцу с неприкрытой ненавистью. Он, наверное, так бы и стоял, сверля взглядом наглеца, если бы к ним не подошёл второй альфа. Он успокаивающе похлопал по плечу первого и спокойно проговорил: — Лин, оставь его. Просто Намджун даже обслуживающий персонал под стать себе подбирает — наглый и глупый. Если бы не самодовольная улыбка и брезгливый взгляд, Тэхён бы сказал, что второй мужчина невероятно красив. Чёрные смоляные волосы безупречно уложены, глубокие тёмные глаза смотрят прямо в душу, мягкие губы так и манят поцеловать, а крепкое накачанное тело вызывает желание прикоснуться. Парень будто на каком-то подсознательном уровне чувствует исходящую опасность. Хочется скрыться от этого прожигающего взгляда, сбежать и никогда не возвращаться. Вот только природная глупость, непоколебимая гордость и отсутствующий инстинкт самосохранения дают пинок под зад и заставляют ответить человеку, который по статусу намного выше самого Ким Тэ. — А Вы, как я посмотрю, тоже по своему типажу подбираете слепых хамов?.. — смотря в глаза альфы, заявил омега, надеясь, что его лицо сохранило уверенный вид и не выдало страха и внутреннего трепета. Но если до этого момента маска безразличия сохранялась, то стоило, по-видимому, телохранителю, дёрнуться в сторону Тэ, как вся напускная дерзость спала — благо, парень удержался, чтобы не вздрогнуть. — Лин, не обращай внимания: эта куколка боится тебя не меньше, чем ты желаешь его убить, — придержав за плечо своего амбала, снисходительно ухмыльнулся альфа. Однако его выражение лица тут же изменилось, стоило ему переключить своё внимание на омежку. — Малыш, не играйся с огнем. Этот парень за меня не то, что шею свернёт, — четвертует, — поставил он гордого мальчишку в известность, после чего, решив, что роль выполнена, развернулся и направился к лифту. — Впредь либо подбирай слова, либо молчи. Таков уж удел поломойки, — презрительно процедил второй мужчина и направился за своим начальником. — Валить, — прошептал сам себе под нос Тэ, провожая странную парочку взглядом. — Валить надо, пока снова не пересеклись. Решение парня было настолько непоколебимым и, как говорится, железо-бетонным, что в течении пятнадцати минут омежка закончил убирать свою часть и, взяв вещи, позорно сбежал. До начала смены в кофейне оставалось довольно много времени, однако Тэхён решил, что лучше уж будет работать лишние часы в уютной кофейне за углом, чем еще хотя бы минуту в этом пафосном месте.

***

— Ну здравствуй, Ким Намджун, — в просторный кабинет зашёл черноволосый альфа и, не спрашивая разрешения, удобно расположился на кожаном черном диване. — Рад тебя видеть. — Не могу ответить взаимностью, Чон Чонгук, — усмехнулся сидящий за письменным столом молодой мужчина, захлопывая чёрную папку с бумагами. — Я могу это интерпретировать как отказ? — выгнул бровь посетитель. — Или ты до сих пор думаешь, что своим упрямством делаешь лучше? Ты пойми: если наши Дома объединятся, нам с тобой не будет равных — это лучше, чем постоянные стычки, не находишь? — Чонгук, будем честны друг с другом, — альфа с белыми волосами устало потёр переносицу. — Если Дома объединятся, я либо погибну при невыясненных обстоятельствах, либо стану очередной твоей шавкой. Мне этого не надо. — Значит, отказываешься, — прозвучал даже не вопрос — утверждение. — Я не самоубийца, — пожав плечами, подтвердил Намджун. — Всего доброго. — Очень жаль, — вставая с насиженного места, хмыкнул младший. Оправив пиджак, он направился на выход, уже на ходу бросая: «И тебе того же». Чонгук ожидал такого развития переговоров, но всё же решил дать сопернику шанс. А ведь Намджун глуп, раз не согласился на объединение. Разумеется, независимым он бы не остался, однако жизнь сохранить бы смог. Но не сейчас. Теперь Дом Чон будет играть по-крупному, и бессмысленных смертей не избежать. В дверях парень столкнулся с какими-то наглым омежкой, который не только сам врезался в Чона, так ещё и послал его же. «Господи, у этого смертника все работники такие наглые?» — подумал альфа и наконец вышел из кабинета своего конкурента.

***

— Намджун~и, кто этот амбал? — пухлый указательный пальчик омежки показал в сторону ушедшего мужчины. — Он чуть не задавил меня! — возмущённо заявил паренек и чуть ли ножкой не притопнул. — Чимин~и, милый, я тоже не в восторге от этого посетителя, — альфа откинулся на спинку кожаного кресла и похлопал себя по ноге, призывая молодого человека присесть к нему на колени. С Чимином они познакомились пару лет назад, когда омега устроился секретарем Намджуна. Паренёк был смышленым, но уж больно невинным и наивным, неприспособленным к жизни. Пак как раз и подкупил принципиального альфу тем, что не понимал даже жирных намеков своих похотливых коллег. Молодой человек относился ко всем с добротой и отзывчивостью, никогда не искал подвоха и завоевал положительное отношение почти каждого сотрудника компании «Kim Entertainment». Сам же Джун никак не мог оторвать взгляда от подтянутой фигурки, ярко-рыжих волос, тёмных глаз, сочных пухлых губ и юркого язычка, проскальзывающего меж них. Альфа, чем бы он ни занимался, никогда не шёл против своих принципов и убеждений. Одно из них: не спать с подчинёнными. Но в этот раз всё было по-другому. Влечение к этому невинному омежке снесло все преграды в виде моральных устоев и вырвалось наружу. Всё было красиво и интеллигентно: ресторан, прогулка по ночному городу, куча комплиментов. Намджун долго — для него две недели реально долго — ухаживал за Чимином и ждал, пока тот откроется для него с новой стороны. Ким хотел видеть желание на красивом лице и выгибающееся от удовольствия тело в собственных руках, хотел слышать стоны и тихий жаркий шёпот, вырывающийся из манящих губ, хотел чувствовать узость и жар этого конкретного омеги. Хотел и получил. Их первый раз был в квартире альфы после романтического ужина. Секс был долгим, нежным и чувственным. Джун, по правде говоря, хотел другого: страстного, грубого, неистового. Но он терпел, сдерживал себя и доставлял омеге кучу удовольствия. А как иначе, если у Чимина это не просто «первый раз с Ким Намджуном», а вообще «первый раз»? Наверное, это и есть любовь: когда ждёшь, терпишь, сдерживаешься — делаешь всё, чтобы доставить своему омеге максимум удовольствия. Для Чимина же эти отношения стали приятной неожиданностью. Паренёк никак не ожидал получить внимание от своего начальника. Ким Намджун был высоким, статным и красивым. Как такой альфа мог посмотреть на низкорослого омегу с пухлыми пальчиками и единственной яркой деталью в своем сером образе — волосами? Видимо, мог, раз в скором времени начал оказывать явные признаки внимания. После рассказов о том, что председатель не спит со своими подчинёнными, омежке было приятно, когда Джун пригласил его на свидание. А потом ещё раз, и ещё, и ещё. Видя, как он приглянулся самому влиятельному человеку компании, Чимин решил не мучить альфу. Тем более папа говорил, что нужно сразу брать быка за рога, а то ему наскучит и он ускачет искать себе более сговорчивого омегу (правда, тот же папа вместо «быка» всегда использовал «козла», припоминая отца Чимина, бросившего свою пару, стоило лишь узнать о беременности). В первый раз Намджун был очень аккуратен и нежен, за что Чим был ему очень благодарен. А вот в последующие разы секс был страстным, грубым, можно сказать, яростным. Альфа показывал всё больше и больше игрушек и поз, поднимая Пака не на пресловутое седьмое небо, а куда-то выше, откуда падать совсем не хотелось. Наверное, это и есть любовь: уметь уступать, чтобы твой альфа был доволен. — Джун~и, я скучал, — Чимин послушался своего альфу и оккупировал его колени, получая в награду поцелуй за ушком. — По мне или моему члену? — ухмыльнулся в шею омеги Намджун, проводя носом от ключиц вверх по шее, вдыхая аромат мандаринов и начиная расстёгивать дорогую рубашку своего парня. — По тебе, — выдохнул Пак, почувствовав на своей пояснице нежные поглаживания. — Сейчас проверим, — усмехнулся альфа, вовлекая парня в жаркий поцелуй. Сейчас он хотел отдохнуть и забыть неприятную встречу, в чем ему мог помочь маленький Чимини.

***

— Тэ, сделай гляссе¹ и макиато², — к стойке подошёл Юнги — официант, с которым омега довольно-таки хорошо общается. — ТэТэ! — парень постучал ладонью по столешнице, привлекая внимание коллеги. — Где ты летаешь? — А, чего? — встрепенулся Ким. Взгляд парня стал из остекленевшего более осмысленным, а стакан, который он протирал минутой ранее, был повешен над стойкой. — Говорю: сделай мне глясе и макиато, — раздраженно повторился коллега и уже мягче поинтересовался: — Что-то с Джином? — Да нет, всё по-прежнему, — тяжело вздохнул Тэ, принимаясь выполнять заказ. — Ну, ладно, мелкий, не буду допытываться, — понимающе и как-то даже по-братски улыбнулся Юнги. — Крикнешь как закончишь. В ответ Тэ только угукнул, вновь погружаясь в свои мысли. Почему он до сих пор тут работает? Вроде можно найти подработку поближе к дому, да и с зарплатой повыше, но… Тут омежка чувствует себя, как дома. Уютная атмосфера, дружный коллектив и запах… Запах заставляет окунуться в прошлое, вспомнить старые добрые времена, когда всё было хорошо. Flashback Солнечное утро, наполненное запахом свежей выпечки и кофе. Хватит одного вздоха, чтобы проснуться от урчащего живота, подняться с кровати и пойти на голоса, доносящиеся с кухни. Тэхён любит такое начало дня. Любит, выйдя из комнаты, встретиться с братом, идущим его будить. Любит, зайдя на кухню, поцеловать в щеку папу и отца. Любит, откусив очередной шедевр выпечки, почувствовать во рту сладость. Любит, тепло улыбнувшись Джину, пошутить над тем, что старший будет виновен в ожирении младшего. Любит послушать разговоры родителей о политике (и плевать, что в этом он ничего не смыслит) и распорядке дня. Он просто любит находиться рядом со своей семьёй. — Отец, я могу сегодня остаться дома? — омега строил умоляющие глазки, прекрасно зная, что папа будет точно против — Я хотел получше подготовиться к вступительным экзаменам. — Милый, ты так посадишь себе зрение, станешь бледным и уставшим, — покачал головой главный омега семьи. — Не лучше ли будет съездить с нами и развеятся? — Дорогой, наш сын молодец — думает о своем будущем. Давай не будем ему мешать, — обратился к мужу альфа и тут же переключил всё свое внимание на младшего сына. — Оставайся, но не переусердствуй — береги своё здоровье. — И кушай лучше, набирайся сил, — Джин взлохматил волосы усердно жующего брата. — Угум, — с набитым ртом кивнул Тэ и улыбнулся так широко, насколько это позволяли набитые эклерами щеки. Вскоре семья уехала, оставляя младшего одного дома. Тэ очень долго обнимался с родителями и отчего-то, сам не зная отчего, просил остаться, не ездить сегодня к бабушке. Джин даже пошутил насчёт того, что его брат боится оставаться в одиночку в квартире. После этого Тэхён насупился и отстал, позволяя родным покинуть его. Тогда омега ещё не знал, что они уходят навсегда. Стоило входной двери захлопнуться, как КимТэ, недовольно бурча о стариковских шутках Сокджина, отправился в свою комнату за учебники. Честно сказать, было немного лень. В кои-то веке он остался в одиночестве! Хотелось поиграть в приставку, посмотреть телевизор, полазить по просторам интернета. Но учёба превыше всего. Надо усердно заниматься, чтобы поступить в нужный университет и не разочаровать родителей с братом. Пересилив себя, омега раскрыл учебник, тетрадь, тестовые задания, включил любимую музыку и окунулся с головой в учёбу на долгих четыре часа. Прерывался парень только лишь для того, чтобы заварить себе очередную кружку чая. Так могло продолжаться долго, вплоть до возвращения семьи, вот только очередной перерыв пришлось сделать не по собственному желанию. Высветившийся на экране телефона номер звонившего был не определён, что насторожило юношу. — Да? — всё же ответив на звонок, неуверенно подал голос Тэхён. Представившийся полицейским мужчина своим серьезным тоном напугал омежку ещё больше. Парень уже начал строить догадки о том, в чём он подозревается; может, в хранении наркотиков? Или убийстве? — Ким Тэхён, сожалею, но ваша семья попала в автокатастрофу. Вы можете приехать на опознание тел? — спокойным ровным голосом произнёс незнакомец, обрывая двумя предложениями все планы на жизнь, мечты и стремления Тэ. Конец Flashback — Юнги, заказ! — прикрикнул Тэ, выставляя на стойку две кофейные чашки. Воспоминания, конечно, не самые лучшие, но это всё, что осталось у омеги после гибели семьи, и терять эту кроху он не хотел. Изо дня в день парень приходил в уютную кофейню и поддерживал жизнь своих родных в своем сердце и душе.

***

Из офиса «Kim Entertainment» Чонгук вышел раздраженным. Милый уборщик-омежка, конечно, позабавил, но вот его работодатель очень сильно разозлил альфу. Парень ведь не давал повода думать, что заберёт чью-то жизнь! Несомненно, Намджун потерял бы свою независимость, но это ведь лучше, чем тягаться с противником в разы сильнее тебя. А Чон был уверен, что именно таким конкурентом и являлся: с его приходом осталось лишь два независимых Дома — его собственный и Дом Ким, — в то время как все остальные альфа подмял под себя, отхватывая новые территории и принимая к себе всё больше и больше членов. Поначалу Чонгукy даже нравились упрямство и стойкость оппонента, однако чем дольше длилась игра, тем больше она надоедала. Как-то раз дошло до того, что молодой альфа заявил: — Я преемник Дома Чон, и когда-нибудь этот Дом останется единственным в Корее. — Ты — побродяжка, которого из жалости подобрал Шихёк, — отрезал Намджун. — И мой Дом никогда не падёт перед таким, как ты. Эти слова и ввели в бешенство Чонгука, потому что были правдой. Он ведь и в самом деле побродяжка, никому не нужный щенок, брошенный на произвол судьбы. Если бы не Шихёк, он, наверное, так бы и умер на улице от голода или какой-нибудь болезни. На удивление, из дона мафии получился прекрасный папа. Именно папа, ведь Чон Шихёк был омегой, по воле судьбы, а точнее — Дома Ким, потерявший мужа и ребенка. Первое время мужчина жил с мыслями о мести: поднимал Дом Чон выше по социальной лестнице, вёл бизнес покойного мужа, готовил покушение на главу первого по силе Дома в стране (по крайней мере, в те времена). Однако как-то раз Шихек заметил на улице маленького альфочку, прячущегося за мусорными баками от проезжающих полицейских, которые могли забрать его в приют. Узнав, что родители пацаненка просто-напросто выкинули сына на улицу, будто сломанную игрушку, омега не задумываясь забрал ребенка к себе. Чон дал ему имя, фамилию, дом и, что самое главное, семью. Сам же мужчина нашел новый смысл жить. Шихек выучил приемного сына, подготовил к вступлению на «престол» и дал всё, что мог. Когда же Чонгуку пришло время занять место папы, омега был очень горд: парень был хоть и жестоким, но справедливым Доном — таким же, как и его покойный приемный отец. Спустя год глава погиб при неизвестных обстоятельствах. Говорили, что бывший Дон задохнулся газом в своей квартире, однако Чонгук так и не поверил в эти россказни, прекрасно понимая, что от Шихека избавился Дом Ким с целью не допустить укрепления позиций молодого преемника и подмять его под себя. Вот только они недооценили Чона, которого с детства готовили к этой должности. Он не был сумасбродным мальчишкой, который может пойти на поводу у своих чувств. Чон Чонгук — человек, который сначала капитально подготовится и лишь после этого нанесет роковой удар. Как и учил папа. Через два года после смерти Шихека альфа не только укрепил силы своего Дома, но и сделал большее — добился звания первого Дома страны. За это время жажда мести притупилась, но не исчезла. Чонгуку больше не требовались смерти, достаточно было лишить Намджуна власти, заставить его служить себе, подмять под себя и сделать из него своего послушного пса. Но раз Ким решил идти до последнего, то его финишная черта окажется в гробу в ближайшее время. — Лин, начинай приготовления, мы развязываем войну, — уже сидя в машине отдает Чон Чонгук роковой приказ.