Дыши со мной

Клаус сидел в своем кабинете, и вот уже битый час пытался сконцентрироваться на работе, однако упрямые мысли на отрез отказывались переключаться на лежащие перед ним бумаги, снова и снова возвращая его в воспоминания о прошлой ночи. Клаус просидел у Кэролайн почти до пяти утра, они рассказывали друг другу смешные истории из детства, посмотрели фильм " 1+1 ", ели ванильное мороженное из одной миски, слушали песни 80-х, и даже подобрали имя для будущей малышки. Их малышки. Хоуп. Такое коротенькое имя, но с каким смыслом... Надежда. Клаус никогда не терял надежду, и до конца верил, что однажды Бог услышит его не озвученные вслух молитвы и пошлет ему малыша, о котором он грезил все эти долгие семь лет. И Всевышний решил наградить Никлауса за его терпение, за веру, за надежду. Он подарил ему больше, чем Ник мог себе представить. Он подарил ему дочь и Кэролайн, которая сейчас благополучно носила ее под сердцем. Кэролайн... Имя такое же красивое, как и она сама. Мелодичное, утонченное, ласкающее слух. Клаус прикрыл лицо руками и улыбнулся. Вчера он убедился в своих догадках, за которые ему совсем недавно было стыдно. Он влюбился. Странно, они знакомы всего пару месяцев, и даже ни разу не целовались, а он уже смело признался себе, что любит эту до невозможности прекрасную особу, в корне изменившую его жизнь. Теперь было бы неплохо признаться и ей в своих чувствах, но для начала Клаус должен кое с чем разобраться. Из глубоких раздумий его вывел стук в дверь, и через пару секунд на пороге появился немного растерянный Деймон. - Клаус, доброе утро, - промолвил брюнет, садясь напротив мужчины. - Здравствуй, Деймон, - протягивая руку, поздоровался Майклсон. - Какими судьбами? - Ник, ты должен знать, - начал Сальваторе, потирая переносицу. - Вчера вечером Камилла звонила Марселю. Прослушать разговор не удалось, они говорили всего полторы минуты. Клаус смущенно поджал губы, вспоминая как вчера Ками второпях отключив мобильный, сказала ему, что говорила с подругой. - О чем они могли говорить? - скорее у самого себя спросил Ник. - Ты прости меня, дружище, - осторожно начал Деймон. - но мне кажется, что твоя супруга причастна к нападению на Кэролайн. Ник, - чуть склонившись к притихшему блондину, он добавил: - таких совпадений не бывает. - Ясно, спасибо, Деймон, дальше я сам разберусь, - вставая из-за стола пробормотал Клаус, и схватив со спинки кресла пиджак, поспешно покинул кабинет. Тем временем Камилла будучи уверена, что муж на работе, быстро собралась и даже не подозревая, что за ней следят, поехала к ожидающему ее дома Марселю. - Ого, какие люди, - открыв дверь присвистнул темнокожий, разглядывая бывшую возлюбленную. - проходи, любовь моя. - Я же говорила тебе, не называй меня так! - раздраженно фыркнула та, проходя внутрь. - И что же заставило такую птичку высокого полета спуститься до моих скромных апартаментов? - Я смотрю ты мои слова насчет суда воспринял как шутку, - брезгливо отбросив пустую банку из под пива на пол, девушка села на изрядно потрепанный диван. - Так вот что, дорогой, спешу тебя огорчить, мой муж выяснил, что на эту потаскушку напал именно ты, и теперь он ищет заказчика. - То есть тебя, - скрестив руки на груди, уточнил Марсель. - Да, - утвердительно кивнула та. - И что будем делать? - склонив голову на бок, спросил мужчина, пристально смотря на быстро бегающие зеленые глаза. - Учти, дорогуша, я один за решетку на сяду. - Марсель, - более мягким тоном начала девушка, и встав на ноги направилась к нему, попутно расстегивая пуговицы шелковой блузки. - тебе же все равно терять нечего, для тебя тюрьма как второй дом, - прижимаясь к Марселю всем тело, Ками влажно поцеловала его в шею, кладя руки на свою талию. - давай заключим сделку, - ловко стянув с него футболку, она спустилась горячими поцелуями к мощной груди, заставляя мужчину часто дышать, прикрывая глаза от удовольствия. - ты не упомянешь мое имя, а за это я заплачу тебе кругленькую сумму, а в бонус еще и получишь от меня все что пожелаешь... С этими словами Камилла встала перед Марселем на колени и расстегнув пряжку ремня, потянулась к молнии джинс. - Что скажешь? - смотря на него из под ресниц, блондинка невинно прикусила нижнюю губу. - Давай так, крошка, - зарываясь рукой в светлые волосы девушки, чуть ли не простонал Марсель. - ты мне покажешь, что подразумевается под твоим "что пожелаешь", а я потом решу как мне быть... Хитро улыбнувшись, Камилла стянула с темнокожего брюки вместе с боксерами, как в дверь настойчиво постучали. Чертыхнувшись, Марсель натянул обратно джинсы, и направился в холл, Камилла же поудобней устроилась на диване, ожидая скорейшего возвращения любовника. Не успел мужчина полностью распахнуть дверь, как в квартиру словно вихрем ворвался озверевший Майклсон. Он бросил уничтожающий взгляд на полуголого Марселя и, буквально вышвырнув его в сторону, направился в гостиную. - Клаус?! - опешила Камилла, вскочив на ноги. - Что ты здесь делаешь? - Что я здесь делаю?! - Майклсон громко рассмеялся, и подойдя к жене, грубо схватил ее за локоть. - Это ты что тут забыла, шлюха?! - Ник, это не то, что ты подумал, я... Клянусь, Ник, я... - Ками судорожно пыталась что-нибудь придумать, однако ее перебил вошедший в комнату Марсель. - Она здесь, чтобы переспать со мной, - подойдя к супругам, темнокожий продолжил: - Это ее расплата за то, чтобы я вам не рассказал, кто является заказчиком нападения на эту блондиночку, - усмехнувшись растерянному виду девушки, мужчина перевел взгляд на яростного Клауса и продолжил: - это Камилла попросила меня напасть на девушку, чтобы у нее случился выкидыш. - Марсель, что ты... - трясущимся голосом начала Камилла. - Это месть, дорогая, за то, что ты променяла меня на более богатенького, и убила моего ребенка... Да, мистер Майклсон, вы не ослышались, много лет назад Камилла была беременна от меня, но решила прервать беременность на позднем сроке, потому что со мной ей не святила та жизнь, которую ей подарили вы. Пять месяцев. Моему ребенку было пять месяцев, когда его мать решила от него избавиться. Вот почему теперь она не может иметь детей. - А что мне оставалось?! - воскликнула блондинка, сделав шаг к темнокожему. - Ты как всегда загремел в тюрьму, а я должна была взять на себя статус матери одиночки? Нет уж, спасибо, я далеко не об этом мечтала всю жизнь! - Я бы в скором времени вышел из тюрьмы и сделал бы тебе предложение, - с нескрываемой ненавистью сказал Марсель. - Я даже кольцо тебе купил, а ты... - Так, - встрял в разговор бывших возлюбленных Клаус, которому не на шутку стало не по себе от услышанного. - Я больше не намерен слушать весь этот ужас, мне и так все стало понятно. Ты, - он обратился на попятившуюся от страха назад жену. - сегодня же собираешь свои манатки и проваливаешь из моего дома, Камилла, я подаю на развод, и не дай Бог, ты создашь мне или Кэролайн проблемы, я засужу тебя на всю твою оставшуюся жалкую жизнь! А ты... - теперь его взгляд был устремлен на притихшего Марселя. - Ты за все ответишь, и даже не вздумай сбежать, мои люди тебя из под земли достанут, а затем туда же закопают. Мертвого! - с этими словами Никлаус вышел из квартиры, быстрыми шагами направляясь к своей машине. Он ехал долго. Часа два, не меньше. Иногда останавливался у обочины, закуривал, прикрывал глаза и тяжело вздыхал. Семь лет. Семь проклятых лет он прожил с женщиной, которую считал самой искренней и отзывчивой, самой любимой и желанной... Как он мог в ней так ошибаться? - Господи, - Клаус прикрыл лицо руками, и отрицательно помотал головой. - пять месяцев... Эта сука без зазрения совести убила своего ребенка, и все это время, что они прожили в браке говорила о том, как мечтает наконец стать матерью, рыдала взахлеб, и молила Господа послать им малыша. Врала. Нагло, цинично, подло, безбожно. Клаус бросил усталый взгляд на часы, которые показывали семь вечера. Сегодня домой идти не хотелось, ведь там будет Камилла, которой нужно собрать весь свой хлам и навсегда уйти из его дома и жизни... Меньше всех на свете Нику хотелось бы видеть ее. Поразмыслив еще минуту, он уверенно завел мотор и развернув машину, поехал к Кэролайн. Вот кого он сейчас хотел бы видеть, ему так было необходимо все ей рассказать, излить душу, позволить этой разъедающей изнутри боли вырваться наконец наружу, а затем отпустить все случившееся, и начать новую жизнь с чистого листа. С любимой женщиной и долгожданной дочкой.