Дом, милый дом

Гарри судорожно сглотнул. Такого он точно не ожидал. — Фред, Джордж, мне правда жаль, что заставил всех поволноваться, но я больше не мог жить у Дурслей, простите. Близнецы синхронно изобразили удивление и весело переглянулись. — Нет, это точно Гарри, — издевательски громко шептал Джордж, — а ты все: «его подменили, лови шпиона»… — Я замышляю шалость, только шалость! — Гарри принял умный вид, потакая шаловливому настрою Джорджа. — Ш-ш-ш! — близнецы синхронно шикнули, с одинаковыми улыбками во все лицо. — Такую тайну не доверяют улице, — Фрэд важно похлопал его по плечу, — мы рады, что ты вернулся, Гарри. А вообще, мы сильно на тебя обижены, — близнецы скрестили руки, — как ты мог сбежать и не позвать нас? Маман всю плешь проела, пока тебя искали. Но вообще, мы рады, что ты жив. Не пугай нас так больше, дружок. Две широкие ладони потрепали Гарри по голове, и потянули обратно к костру. — На подкаты отца и мамы на тему твоего побега старайся не отвечать, а если сильно пристанут, сошлись на непреложный обет. Сейчас ни у кого даже версии о местонахождении твоего убежища нет. Постарайся не давать им подсказок, — на ухо приглушенно объяснял ситуацию Джордж по пути к костру, — что-то затевается, и нам это не нравится, будь осторожен. Гарри опустил голову, скрывая улыбку. — Не беспокойтесь, я справлюсь! — вот и пригодится навык избегания неприятных вопросов, полученный от Игнатиуса, — не впервой уже… — добавил он тихо со вздохом. Близнецы недоуменно повернулись к нему, но он только помотал головой. Не говорить же, что он часть лета проработал в лавке. Вот уж где научишься правильно уходить от темы… — Ох, мальчики, а мы вас уже потеряли, — из проема палатки показалась миссис Уизли с мешочком в руке, — Не уходите далеко, ладно? — Да, мэм! — Фред и Джордж вытянулись по стойке смирно. — Хватит, я серьезно вам сказала! Кто знает, что может случиться! И если вы опять что-то выкинете, начнете как дома… Знайте! Мое терпение кончится! — она нахмурилась. В воздухе повисло незримое напряжение. «Они поссорились?» — Гарри стало не по себе от развернувшейся сцены. — Я пойду к костру, вдруг нужна помощь, — близнецы сами разберутся, не стоит лезть в семейные дела. Костер потрескивал полешками, мистер Уизли увлеченно натягивал трос над огнем. — А, Гарри, вот и ты, присаживайся! — Поттер не стал отказываться и устроился рядом с Гермионой. К великой радости Гарри, их палатка стояла на довольно проходном месте, и вокруг сновала куча волшебников, причем со многими отец Рона был знаком. Они дружески приветствовали мистера Уизли, и тот давал пояснения Гарри и Гермионе, которые, в отличие от его детей, не знали ничего о министерских делах. — Это Катберт Мокридж, начальник Управления по связям с гоблинами… А вон Гилберт Уимпл из Комиссии по экспериментальным чарам, у него, видите, рога выросли на некоторое время… Привет, Арни… Это Арнольд Миргуд, стиратель памяти, член бригады Экстренных Магических Манипуляций, помните?.. А это Бойд и Крокер, невыразимцы… Гарри уважительно посмотрел на ничем не примечательных магов из самого загадочного отдела министерства. По словам Игнатиуса, туда брали особых магов. «Безумные ученые», — усмехнулся тогда дядя, — «Не будь они заняты в их обожаемом отделе, то давно бы захватили мир.» Наконец костер разгорелся вовсю, и стали варить сосиски и яйца. Тут подоспели Билл с Чарли и Перси. — Только что трансгрессировали, пап, — отрапортовал Перси, — А, превосходно! Как раз к обеду! Они уже наполовину опустошили тарелки, как вдруг мистер Уизли вскочил, улыбнулся и замахал рукой, приветствуя идущего к ним человека. — Главное действующее лицо! — радостно возвестил он, — Привет, Людо! Людо Бэгмэн производил впечатление веселого, яркого человека, не отягощенного излишним умом, но, бесспорно, харизматичного. На нем была длинная мантия игрока в Квиддич с поперечными желтыми и черными полосами, грудь украшало изображение огромной осы. Это был человек могучего телосложения, на котором годы уже оставили свой след. Мантию оттягивало солидное брюшко, которого, конечно же, не было, когда он играл за сборную Англии. Нос был расплющен, но круглые голубые глаза, короткие светлые волосы и румяные щеки придавали ему вид школьника переростка. Шел он так, словно ноги у него на пружинах. — Эй, на палубе! — весело крикнул Бэгмен, источая радостное возбуждение, — Артур, старина! — приветствовал он мистера Уизли, — Что за денек, а? Что за денек! Лучшей погоды и желать нельзя! А там — тихая безоблачная ночь… Почти никаких заминок… Мне здесь и делать нечего! У него за спиной промчались несколько взмыленных министерских волшебников, спешащих к горящему в отдалении магическому огню: искры от него летели на высоту метров десяти. Гарри нервно хихикнул. Несомненно, у этих молодчиков все идет по плану. Перси тут же протянул Людо руку. — Это мой сын Перси, — улыбнулся мистер Уизли, — он первый год работает в министерстве. Это Фред, нет, конечно, Джордж, прошу прощения. Фред — вот он. Это Билл, Чарли, Рон, моя дочь и друзья Рона — Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер. Бэгмен на краткий миг задержал дыхание, и глаза, конечно, пробежали по шраму на лбу Гарри. Поттер вида не подавал, сдерживая раздражение. Как же надоело, что все видят сначала шрам, а потом человека. Побыв какое-то время простым продавцом, он понял ту разницу в отношении окружающих, которую дает этот знак на лбу. — Представляю всем, — продолжал мистер Уизли, — перед вами сам Людо Бэгмен, вы хорошо знаете его имя. Спасибо ему за такие прекрасные билеты! Так, денег ему не давать! Благодарный аврор плохого не посоветует. — Не собираешься делать ставки, Артур? — заинтересованно спросил он, позвякав, похоже, немалым количеством золота в карманах своей черно-желтой мантии, — Родди Понтер уже поставил на Болгарию, что она откроет счет — я дал ему недурную фору, учитывая, что ирландская тройка самая сильная за последние годы. А малышка Агата Тиммс поставила полдоли в своей ферме угрей, что матч продлится неделю. — Ну… — пробормотал мистер Уизли, Гарри переместился за спину Бэгмена и старательно сигналил близнецам, пересчитывающим галеоны, — Дай подумать. Галеон на победу Ирландии? — Галеон? — разочарованно протянул Бэгмен, близнецы, насупившись, спрятали деньги и стреляли в Поттера недовольными взглядами, — Очень хорошо, галлеон так галлеон… А остальные не примут участия? — Еще не доросли до азартных игр, — ответил мистер Уизли, — да и Молли не одобрит… — Вот именно, не одобрю! — как чертик из табакерки выскочила миссис Уизли за спиной Артура. — М-милая, я не… Молли так гневно на него посмотрела, что он замер на полуслове. — Мистер Бэгмен, чаю? — к миссис Уизли вернулось благостное настроение. — О, вы не представляете, дорогая! Я как раз хотел попросить вас об этом! Конечно, конечно! Я тут ищу Барти Крауча, — он понизил голос, — У меня возникли трудности с болгарским коллегой. Я не могу понять, что он говорит. Барти поможет, он знает полторы сотни языков. — Мистер Крауч? Полторы сотни? — в разговор влез Перси, маска чопорного недовольства мигом слетела с лица, его трясло от негодования, — Да он говорит более чем на двухста! На русалочьем, на гоблинском, на языке троллей… По лица четы Уизли пробежала тень. Это ж надо так опозорить… Влез в разговор, накричал на почти незнакомого человека, будто невоспитанный совсем. Поттер, твердо решивший игнорировать проблемы семьи Уизли, только проникся уважением к этому неизвестному ему Краучу. Такие знания дорого стоят! — Ни у кого не выйдет поговорить на языке троллей, — назидательно проговорил Фред, — они могут только тыкать пальцем да хрюкать. Перси неодобрительно покосился на брата и стал энергично подбрасывать хворост в костер, чтобы еще раз вскипятить чайник. — Есть какие-нибудь новости от Берты Джоркинс? — поспешил перевести тему мистер Уизли. — Ни единой совушки, — спокойно ответил мистер Бэгмен, — но она скоро вернется. Бедная старушка Берта, — память у нее как дырявый котел, и никакой ориентации. Где-то заблудилась, вот помяни мое слово. Вернется в отдел в октябре, уверенная, что еще июль, — Бэгмен взял у Перси протянутую чашку чая. Ну ничего себе провалы в памяти у старушки… Она вообще профпригодна? Может, ей нужна помощь? Гарри еще раз окинул мистера Бэгмена взглядом поверх чашки. Как он работает с такими людьми в отделе, или Людо и сам такой… — Не думаешь, что пора послать кого-нибудь на поиски? — нерешительно предложил Уизли, и Гарри полностью был с ним согласен. — Барти постоянно мне это говорит, — Бэгмен наивно захлопал круглыми голубыми глазами, — Но у нас нет ни одного лишнего человека. Ох, только черта помяни! Привет, Барти! У самого костра аппарировал волшебник, обрывая мысли Гарри о подаче заявления в аврорат. Этот человек был полной противоположностью сидящему на траве Бэгмену. Безупречный внешний вид, худощавость, твердое суровое лицо. Крауч окинул взглядом собравшуюся компанию, на секунду задержавшись на Гарри. В глазах пронеслось удивление. Он что, не ожидал, что Поттер появится на чемпионате? И тут Гарри понял: Барти Крауч знал о его побеге. Наверное, Перси донес. Все-таки стремление угодить идолу победило родственные чувства. Интересно одно: что удержало Крауча от того, чтобы поднять шумиху? Вероятность падения авторитета министерства? Возможность надавить на Дамблдора? Но сейчас это не важно. Если мистер Крауч не стремится раскрывать своего знания, то Гарри и подавно не будет. — Присядь на травку! — весельчак Людо Бэгмен похлопал по земле рядом с собой. — Нет, Людо, спасибо, — в голосе Крауча звучало явное нетерпение, — я всюду тебя ищу. Болгары требуют, чтобы мы добавили еще двенадцать мест в верхней ложе. Бэгмен изобразил великое удивление, намекнув на то, что акцент болгар настолько сильный, что он ничего не понял. Но интереснее было наблюдать отношение Крауча к Перси. — Мистер Крауч! — едва дыша, вымолвил Перси, изогнувшись в полупоклоне, отчего стал похож на горбуна, — не желаете чашечку чая? — М-м-м… — мистер Крауч с легким удивлением взглянул на Перси, — да, благодарю, Уизерби. Близнецы фыркнули в чашки, ехидно поглядывая на красного, как рак Перси. Последовавший далее разговор министерских о продаже ковров-самолетов был вообще не интересен и бесполезен. Гарри даже немного заскучал, смотря, как пламя лижет полешки, искры пляшут в воздухе… — … Обо всем договорено! Спорю на что угодно — дети не сегодня завтра сами узнают… Я имею ввиду, что это будет происходить в Хогвартсе… Гарри почувствовал, как его уши будто сами поворачиваются в сторону интересной информации. — Людо, нас ждут болгары, не забывай! — резко оборвал мистер Крауч, Поттер даже расстроился, — Спасибо за чай, Уизерби, — прибавил он и отдал нетронутый чай Перси. Бэгман с трудом встал — золото в его карманах весело звякнуло — и одним глотком допил оставшийся чай. — Увидимся позже! — сказал он, — Мы же вместе будем в верхней ложе, я комментирую! И они аппарировали. — Что будет в Хогвартсе, — не замедлил спросить Фред, — О чем они говорили? — Очень скоро узнаете, — улыбнулся мистер Уизли. Любопытно… Гарри переглянулся с близнецами. Очень любопытно. Солнце тихонько клонилось к закату, а лагерь только еще больше оживал. На каждом углу появлялись торговцы с самым разным товаром, сновали новоприбывшие, только проснувшиеся, даже уже подвыпившие фанаты. Гарри покосился на остальных. Уизли напряженно переглядывались. Поттер сглотнул, наверное, это лучший момент уйти. Если они все и разругаются, то пусть это будет после матча. К чему сейчас портить настроение. Решив так для себя, Гарри встал и тихонько влился в поток людей, оставив маленькую записку, что скоро вернется. Поттер отошел довольно далеко. На плечах покачивался рюкзак, с ним он не хотел расставаться. Внутри раздалось приглушенное бурчание. Гарри вздохнул, присел, открыл застежки и достал портрет. — Ай, ну зачем так резко! Слишком ярко, — возмущался Регулус. — А зачем ты вопишь так? Вдруг бы я у палатки сидел? Подожди, я сейчас отойду подальше еще, — Гарри нервно обернулся и отправился к рощице, что росла неподалеку от венгерской фанзоны. Когда гул, крики фанатов остались позади, и они оказались в относительном одиночестве, он снова повернулся к картине. — Ну, я устал сидеть в пыльной сумке, — Рег принял важный вид, улыбаясь в лицо раздраженного Поттера, — Мы уже достаточно далеко, так что можешь рассказать, как у тебя дела. — Нормально, веритасерум еще не принимал, — хмыкнул Гарри, — Может, проведать дядю? — Нет, не получится, — Блэк скрестил руки на груди и неодобрительно поджал губы, — Он носится со своими иностранными партнерами. Причем с троими, как я понял. И как ему это удается… — Ладно, пусть так. Как леди Вальбурга? Сильно волнуется? — леди Блэк сильнее всех беспокоилась перед его отъездом. Регулус усмехнулся. — А ты как думаешь? Рвет и мечет, что тебя отпустила. Меня пилит без конца. Эх… Сбежал сюда, об этом портрете она пока не знает, а ты все держишь его здесь, в этом бардаке, и разговаривать со мной не хочешь, — он принял самый обиженный вид, который только мог. — Ну, и о чем мы с тобой поговорим, Рег? О погоде? Как сказал Бэгмен, она сегодня идеальна для квиддича. — Пусть и не о погоде. Давай поговорим об… этой роще. Приятное место, не правда ли? — он раскинулся в кресле и налил вина в бокал, — Посреди такого оживленного места… Прямо оазис тишины! И почему здесь никого нет?.. — Это запрещено, — произнес с заметным акцентом мрачный парень позади них, — Что вы тут делаете? Это зона болгарской команды. Гарри обернулся, пряча картину за пазуху, и обомлел. Перед ним стоял человек, лицо которого смотрело на него со всех плакатов болгарских болельщиков. Из всех людей, которых он мог сегодня встретить, ему попался именно он. Виктор Крам.