Дом, милый дом

Порыв ветра пронесся между деревьями, качая кроны, пригибая густую траву. Солнце, спрятавшееся в листве, плясало на лице Виктора, придавая его угрюмому и волевому лицу демонические черты. Гарри поежился и еле удержался, чтобы не тряхнуть головой, прогоняя морок. Не стоит оценивать человека по погоде и времени суток. Поэтому он улыбнулся и поспешил ответить на заданный ранее вопрос: — Я не хотел потревожить вас, простите. В лагере слишком шумно, я даже голоса своего не слышал. Надеюсь, я не сильно помешал… — Нет, все в порядке. Мне тоже стоит извиниться, — Крам не улыбался, но атмосфера ощутимо разрядилась, — Вынужден признать, — он говорил вежливо, но с акцентом и запинками, — что принял вас за очередных охотников за автографами и колдографиями. Они как-то все равно пробираются сквозь барьер. Кстати, где ваш спутник? Вовсе не обязательно прятаться. Гарри неловко кашлянул. Как объяснить наличие портрета? Это считается за посещение матча без билета? — А, прости, здесь никого нет, только мой родственник, — он вытащил рамку из-за пазухи, она уже была пуста, — но он сбежал… Не говори никому, хорошо? Бабушка меня заругает, и его тоже… — Один из главных уроков дяди: торгуясь, не гнушайся давить на жалость. Виктор кивнул и чуть улыбнулся уголками губ. Его эта ситуация явно позабавила. Пользуясь его настроением, Гарри просто не мог не спросить: — А если здесь так много фанатов, то почему вы не расположились подальше? Крам помрачнел, обернулся в сторону лагеря, где веселье только набирало обороты, и ответил: — Наш тренер решил, что мы должны быть ближе к людям. Почувствовать ответственность, как они надеются на нас… — Виктор свел брови, грустно смотря куда-то вдаль, поверх палаток, — Но для многих из нас это невыносимо. Один проигрыш — и мы для них никто. Даже хуже. Его взгляд стал еще тяжелее, где-то в глубине появилось нечто темное, что пугало Гарри. Он испугался и решил перевести тему, пока их разговор не ушел в совсем неприятное русло. — Эм… Если не секрет, ты так хорошо говоришь на английском, ты учил его для чемпионата? Виктор от неожиданности поморгал глазами, от чего его лицо стало необычно комичным. — Нет, что ты, — он улыбнулся, будто Гарри сказал нечто невероятно смешное, — если бы я учил язык каждой страны, где играю в квиддич, то устроился бы в департамент иностранных дел, или послом… А так… игрокам не нужно знание языка, им вообще не положено быть шибко умными. Нет. Я учил английский язык уже давно. Не особо усердно… — он остановился, будто натолкнулся на стену, и вернулся в свое обычное тихое угрюмое состояние, — В общем, это для турнира. — Турнира? — Да, Турнир Трех Волшебников. Ты же из Хогвартса, наверняка знаешь. — Теперь понятно… — так вот о чем все шепчутся, — Значит, ты участвуешь? Приедешь к нам в Хогвартс? Гарри улыбнулся. Виктор производил впечатление замкнутого, но приятного человека. Тетя Лукреция как-то говорила, что самые преданные друзья те, кто откроются тебе, только когда доверятся. Поттер так до конца не понял ее мудрость, но, похоже, случай подходящий. — Да, директор Каркаров предупредил еще в начале лета… — Тогда я тебе сочувствую, — Гарри преувеличенно скорбно вздохнул, — У тебя очень много фанатов и в нашей школе, но если ты устанешь от них, то я буду рад с тобой пообщаться, — он широко улыбнулся, — Меня зовут Гарри Поттер, учусь на факультете Гриффиндор. Могу показать тебе замок и окрестности, а моя подруга очень хорошо знает его историю. Буду рад с тобой прогуляться. Лицо Виктора ошеломленно застыло. Гарри хотел добавить еще «давай будем друзьями», но не стал. Не стоит сейчас давить, он может найти некую корыстность в его поступке. А ее не было, как ни странно. — Мне пора, — Крам повернулся и кивнул Поттеру на прощание. — Еще встретимся! Удачи тебе! — Гарри вздохнул и нехотя отправился обратно.

***

Ныряя меж мантий магов, зазывал в ярких костюмах, в руках которых были ворохи магических безделушек, Гарри искал путь к палатке. «Магические хлопушки! Омнинокли!» — раздавалось со всех сторон, конфетти разлеталось во все стороны и, оседая, таяло на одежде. «Яблоки в карамели!» — торговец ловко лавировал между людей, продавая сладости детям, — «А вы не хотите, юноша?» Гарри помотал головой, с досадой замечая, как сладкая капля падает на рукав рубашки. Он отошел в сторону, аккуратно отковыривая липкую грязь. От потока проходящих мимо волшебников отделился один и направился в его сторону. Игнатиус, это оказался именно он, хмуро осмотрел Поттера с ног до головы, взмахом палочки удалил пятно, и скрестил руки на груди. — Итак, молодой человек, скажите, что вы здесь забыли, — иногда Гарри казалось, что дядя вместе со Снейпом проходили какие-то особые курсы поднимания бровей, — Или наша незабвенная мадам оказалась на сей раз права? И вам стоило остаться дома? — О, нет, что вы, я как раз шел обратно, — он улыбнулся самой невинной улыбкой, на которую был способен, — мы разминулись с друзьями. Поттер активно завертел головой, в надежде отыскать хоть одно знакомое лицо. Пруэтт на это лишь усмехнулся и вытащил свои карманные часы. — Так, мне сейчас надо встретить кое-кого… — полог соседней палатки взметнулся, Игнатиус нахмурился. Погода стояла безветренная, — Иди-ка ты лучше к себе. Быстро. Гарри кивнул. В мире магии много необъяснимого, но все же невидимок не любил никто. — Да, думаю, стоит поторопиться, — не дожидаясь ответа он растворился в толпе. Игнатиус вздохнул, смотря ему в след. Этот мальчишка свалился ему, как снег на голову, рушил все планы. И Пруэтт уже сам не понимал, что заставляет его помогать ему снова и снова. И все же стоит проверить, кто шныряет невидимым на чемпионате.

***

Неожиданно откуда-то из леса раздался глубокий, гулкий звук гонга, впереди между палатками зажглись зеленые и красные фонари. Вся многонациональная толпа болельщиков поспешила на стадион. Гарри с трудом продирался вперед. Его несло людским потоком. Пару раз он чуть не упал, и, когда решил, что окончательно потерялся, и палатка осталась далеко позади, его вынесло прямо к ней. — Гарри! — Поттер не успел отдышаться, как на него накинулась миссис Уизли, — Мы так волновались! Весь лагерь уже обыскали! Не уходи больше! Мы чуть не опоздали! Уставшие постные мины близнецов за плечом матери обещали, что друг будет нещадно бит. Ногами. — Ладно, потом все обсудим, остальных подберем по дороге, — махнул рукой мистер Уизли, призвав всех идти. Остальные присоединились у самого леса. Гермиона смотрела так грозно, недовольно отворачиваясь, что Гарри стало немного стыдно. Хотя, он же оставлял записку… Рон, видимо, поддерживал подругу, мрачно смотря вперед и не желая ни с кем разговаривать. Гарри вздохнул. Конечно, он не думал, что все будет, как раньше, но это уже чересчур. С Роном творится что-то странное, и Поттер знал только одно: ему это не нравится. В такой напряженной атмосфере они вышли на другую сторону леса и оказались в тени гигантского стадиона. И хотя Гарри была видна лишь часть колоссальных золотых стен, окружавших поле, он мог бы с уверенностью сказать, что внутри можно свободно разместить десяток кафедральных соборов. — Сто тысяч мест, — сказал мистер Уизли, — По заданию Министерства здесь целый год трудились пятьсот человек. Маглоотталкивающие чары тут на каждом дюйме. Весь год, как только маглы оказывались где-то поблизости, они вдруг вспоминали о каком-нибудь неотложном деле, и им приходилось срочно убраться восвояси… благослови их Господь, — добавил он нежно, направляясь к ближайшему входу, уже окруженному шумной толпой колдуний и волшебников. — Первоклассные места! — заметила колдунья из Министерства, проверяя билеты, — Верхняя ложа! Прямо по лестнице, Артур, и наверх. Идя по ярко-пурпурным коврам, мимо расходящихся рядов мест, оглядываясь на спешащих к местам болельщиков, Гарри очень жалел, что не вложил свой скромный капитал в одно из мероприятий чемпионата. Что-что, а прибыли обещали быть просто астрономическими. Поттер горько вздохнул и поспешил вслед за остальными. На входе в ложу мистер Уизли замялся и со вздохом махнул всем садиться на второй ряд. Гарри поспешил сесть с краю, чтобы легче было прятать нарисованных родственников и одного разыскиваемого крестного. Впереди, на первом ряду, расположились Малфои. Старший, Люциус, довольно ухмылялся мистеру Уизли, всем видом намекая, на чью макушку рыжее семейство будет любоваться весь матч. Артур покраснел, сжал кулаки, но сдержался. Но Гарри на самом деле было не до того. Прямо перед ним сидел его школьный враг, с царственным видом взирающий на Поттера. — Наш герой снизошел до нас смертных? О, мы должны быть благо… — он подавился воздухом и быстро отвернулся, высокая красивая блондинка, миссис Малфой, видимо, отпустила его коленку. — Веди себя прилично, — холодная угроза в ее голосе заморозила бы дементора. «Теперь, когда Малфой сильно налажает, я знаю, кому писать», — мстительно подумал Гарри, со вздохом вспоминая, что Нарцисса Малфой урожденная Блэк. Поттер посмотрел вперед, на саму игровую площадку, и в который раз не смог сдержать восторженного вздоха. Как же все-таки… волшебно её сделали! Золотые кольца, сверкающие трибуны, с колыхающейся на них толпой из ста тысяч волшебников и волшебниц! Мимо них проплыло рекламное табло. «Шляпы, шляпки, шапки, чепцы на все случаи жизни: от пеленок до поминок! Обращайтесь к шляпнику Мэд! Шляпник Мэд — забота о голове прежде всего!.. …Ваша жизнь — сплошное проклятье? Любимый человек потерялся на дороге жизни? Вокруг происходят загадочные даже для магического мира вещи? «Контора мисс Марпл» вам поможет!.. …Ваш внешний вид вас не устраивает? Вы перестали блистать даже в зеркале? Вам нужен инновационный лосьон «Просто Блеск» от Шона Дёрти!» Так, а вот это уже интересно. Этот мистер Дёрти получил ли разрешение на пользование патентом? Поступают ли деньги в хранилище Поттеров? Нужно будет обязательно написать Крюкохвату. Гарри оторвался от рекламных строчек и оглянулся: кто же еще будет с ними в ложе? Жаль, знакомых лиц, кроме Фаджа, больше не было. Но внимание привлекло маленькое существо, сидящее позади, с такими короткими ножками, что они попросту торчали из кресла, оно было закутано в чайное полотенце, повязанное на манер тоги, и сидело, уткнувшись лицом в ладони. Зато уши — длинные, как у летучей мыши. Домовой эльф, понял Гарри сразу. Интересно, они с Добби не родственники? А то уж очень похожи. — Здравствуй, — Гермиона до сих пор не желала разговаривать, поэтому Гарри было немного скучно. — Добрый вечер, сэр, — предельно вежливо пропищало существо. Не отрывая тонкие ручки от лица и стараясь кивать. — Вы так боитесь толпы? — высказал он предположение, первым пришедшее в голову. — Нет, сэр, Винки не выносить высоты, — пропищала домовиха раздвигая тонкие пальцы, на Гарри смотрели огромные, блестящие от слез глаза, — Винки занять хозяину место. Хозяин Винки очень занятой маг. Он скоро быть здесь. И снова спрятала мордочку, продолжая трястись. Гарри покачал головой. Что ж, к разговору она явно не расположена. Неожиданно в ложу ворвался Людо Бэгмен. — Все готовы? — пророкотал он. Его лицо светилось, словно круг эдамского сыра, если только можно представить себе восторженный сыр, — Министр, начинать? — По твоей команде, Людо, — с удовольствием ответил Фадж. Гарри, спеша, сунул руку в рюкзак доставая портрет и зеркало. С полотна ему улыбалась чуть ли не вся мужская половина почтенного семейства с разноцветными флажками в руках и хлопушками, активированный же осколок явил ему улыбающегося Сириуса в зеленой шляпе и дудкой в руке. Помещение позади него подозрительно напоминало ванную комнату. В это время Бэгмен выхватил волшебную палочку, направил себе в горло и приказал: — Сонорус! И с этого мгновения его голос превратился в настоящий рев, проникающий в каждый уголок стадиона, трибуны взревели на приветственную речь, рекламное табло превратилось в счет. Начался чемпионат. — А теперь без долгих предисловий позвольте представить вам… Талисманы болгарской сборной! Болгарские болельщики взревели, как и Блэки на картине, сидящие с красными флажками. На арену выбежала сотня женщин — самых прекрасных, каких только Гарри приходилось видеть. Благородные джентльмены на холсте, уже разлившие огневиски по стаканам, пояснили, что это вейлы. Регулус Блэк I начал, правда, рассказывать какую-то историю из жизни, связанную с этим народом, но его отец, Сириус Блэк II, заткнул его на моменте, как он зашел в бар. Гарри даже был рад. Лучше б они вообще все молчали. Заклинание на раме приглушает их голоса, но не убирает совсем. Маскирующие магию чары что-то серьезнее могут не выдержать. — Но какие же они все-таки красотки! — воскликнул все тот же Регулус. Поттер закатил глаза, надеясь, что скоро вейлы уберутся с поля, а то возня на портрете только возрастала. — Жаль, я помер уже! — Да хватит тебе, позор семьи! — на выдержал Сириус, переходя на крик. Гарри уже собрался пихнуть всех в рюкзак, пока не успокоятся, как вдруг случилось непредвиденное. — Потти, да чем ты тут занимаешься, — картинно закатывая глаза, прошипел Малфой, поворачиваясь в его сторону, пока родители заняты представлением. Увидев портрет, он замер. Глаза расширились, а рот приоткрылся, как у лягушки. — Д-дедушка? — сдавленно просипел он.