Схожесть

***

Четыре яркие маски развиваются на ветру, а их обладатели весело скачат по крышам Нью-Йорка, хохочут и вообще отрываются на полную катушку. Да кто вообще сказал, что патрули скучные? Вдруг их чуткий слух улавливает звук… очень похожий на «бум» от чего-то металлического. Вполне знакомый звук, как когда футы дерутся с ними или когда кто-то их них громит крышу в приступе гнева. Это вызывает слабый сигнал тревоги и они бегут в том направлении по указаниям лидера. Теперь их лица сосредоточенны, а движения настороженны. Они подкрадываются к той крыше и слышат злой и рычащий голос девушки. — Лео, чертов лидер! Младшие вопросительно выгинают бровь, нечитаемым взглядом смотря на Леонардо, на его не менее удивленную моську. Ясно, видимо они ошиблись. Вскоре любопытство становится невыносимым и они выглядывают из своего укрытия и видят тебя. Красные волосы развиваются на ветру, как их маски, переливаются в свете луны, твои ярко зеленые глаза будто горят в темноте. Это и завораживает и страшит одновременно, потому что в этом взгляде плещется злость. Черепашки нашли неожиданное сходство с их бунтарем, в последствии чего покосились на него же. — Ненавижу! С чего он возомнил, что может помыкать мной! Гррр. — Насупившись, ты встала в боевую стойку и автоматическим движением достала миниатюрные саи, а после совершив сальто, проткнула трубу, представляя на том месте лицо своего старшего брата. Положив свое оружие на его законное место ты принялась остервенело колотить стену кулаками, пока не стерла их в кровь. Только остановившись для того, чтобы выдохнуть, ты поняла, что за тобой наблюдают. Ты расплылась в злобной ухмылочке, оголяя ряд жемчужных зубов и буквально выплюнула в пустоту. — Ублюдок. Поняв, что его рассекретили, из тени тут же выплыл поразительно спокойный юноша на вид лет пятнадцати. Лео. Стройный и мускулистый, можно назвать красивым, но была одна отличительная черта. Выразительная синева его глаз гипнотизировала. И, на самом деле, она могла действовать по разному. Успокаивать в уверенных волнах, поддерживать легкими толчками, раздражать своими упрямыми плесками. Правда, иногда эффект «успокоительного» действовал на тебя совсем в противоположную сторону. Как сейчас. Тебя так бесило это напускное спокойствие и небрежная поза, то как он пытался показать тебе, что его не волнует твое поведение. И ты естественно знала, что он хочет прочитать тебе нотацию, как же без этого. Но он не сделает этого, пока не удостоверится в том, что точно прав. Пока вы не побьетесь. Да, именно так вы выходили из сложных ситуаций, решая кто прав и кто кого послушается. Ты чувствуешь, как с твоих кистей стекают капельки крови и понимаешь, что еще полна сил набить ему морду. Показушно хрустишь пальцами и видишь как расширяются его глаза, когда он видит твои руки. Да, пусть понимает до чего тебя довел. Снова. Мутанты продолжают следить за этой крайне занимательной сценой, отмечая сходство с ними самими. Остается ждать пока появятся еще двое, если они вообще есть. Глаза каждого из них горят неподдельным интересом. — Чего приперся? Уже не хватает Микки и Донни? — Ты продолжала бы плеваться ядом, если бы не услышала обеспокоенный голос своей личной совести и веселый твоего искусителя где-то в далеке. Обходишь своего старшего брата по кругу и дерзко заглядываешь ему в синие глаза, чеканя каждое слово. — Зачем. Ты. Пришел? — А тебе в ответ раздается тихий голос, от которого тебя передергивает. — Я пришел, потому что ты несовершеннолетняя девушка и сейчас ночь. — Я владею ниндзюцу, это раз. Я сильнее тебя, это два. Убирайся, это три. — Ты стараешься говорить предельно спокойно, но рычащие нотки еще слышатся. — Заставь меня. — Запросто. Перебрасываясь короткими фразами с ним ты закипаешь еще больше, вы переглядываетесь, а ты слышишь уже ближе, скорее всего на верхней крыше, такой вот диалог: — Она опять расхреначила костяшки? — Ага. — Они опять будут драться? — Ага. — Она опять выиграет? — Ага. Ты злорадно ухмыляешься на это утверждение, а Леонардо недовольно смотрит на брата. Перед неожиданной атакой парня, ты замечаешь, что гений на это лишь невинно пожал плечами. Это тебя смешит, поэтому на лицо налезла веселая и слабая улыбка, которая кажется твоему упертому брату насмешкой. Уворачиваешься и бьешь в ответ, как раз он открылся, поддался гневу, хотя настоятельно рекомендовал тебе научиться управлять своими эмоциями. Твои движения рваные и резкие, что Лео едва успевает поставить блок или отпрыгнуть от острого кончика твоего оружия. Перед твоим носом пролетает хорошо заточенное лезвие его излюбленной катаны, а ты схватываешь основание кисти и выворачиваешь ее. Тебя скидывают, ты перекатываешься и яростно смотришь на Лео. Встаешь, выдыхаешь и в последнюю секунду приседаешь, а после сталкиваешь парня на поверхность крыши, придавив его, фиксируешь руки саем. Снова победа. — Проваливай, Бесстрашный. Сзади слышится тяжелый вздох и кто-то приземляется на крышу. Ты встаешь и исподлобья зыркаешь на Донни с аптечкой. Он медленно подходит, а ты на это фыркаешь. — Дай перевяжу. — Хочешь вякнуть что-то на подобие: «Ты хочешь к Лео?», но молчишь, потому что ты разбила руки в кровь и прошлые, еще не до конца зажившие раны открылись. Скалишься, когда Дон обрабатывает какой-то шипучей херней и стискиваешь руку Майки, когда он накладывает бинты и не пикнув. А потом смотришь уже более остывшим взглядом. Они с усмешками показывают на все еще прикованного Лео. Подходишь к нему и легким движением вытаскиваешь свое оружие. Показательно крутишь его, а чуть позже отправляешь в держатели. Секундой позже ты испаряешься в тени крыш. Ибо нехрен и тебе вообще нужно еще успокиться. Ты быстро убегаешь с места битвы с родным братом. Вдруг остановившись как вкопанная, ты отдышалась, а потом до тебя дошла очень простая и в то же время страшная истина. Драться с Лео для тебя уже нормально. Разбивать костяшки в мясо для тебя тоже уже нормально. Убегать от Дона, когда он хочет помочь тоже уже нормально. Когда случился тот переломный момент, что ты стала сбегать из дома, чтобы побыть одной, когда ты стала почти ненавидеть Леонардо, твоего заботливого старшего братишку? Ты устало прислонилась к стене и сползла вниз, сдерживая слезы. Но вот взгляд невольно упал на окровавленные бинты, похоже, ты слишком сильно сжимала кулаки, и мокрые дорожки появились на твоем лице. Ты выглядишь разбитой. Подняв голову вверх, ты смотрела на полную луну, что освещала весь Нью-Йорк, город, в котором ты родилась и выросла. Всхлипнув ты уткнулась в свои истерзанные руки. А черепашки наблюдали за тобой и поражались, как человек может быть таким быстрым? Но, отбросив идиотские мысли, они заметили, что ты ревешь. В одиночестве. Так всегда делал Раф, сначала бесился, а потом давал волю эмоциям. Дон уже всерьез задумывался о том, что ты и твои братья их копии в человеческом обличии, а с «Рафом» опять какая-то фигня вышла и он поменял пол. Не, ладно, бред. Обменявшись взглядами с братьями, все поняли, что хотят тебя утешить и помочь. Показаться тебе. Да, пусть это было не особо обдуманным решением, но оно им всем было по душе, даже если папочка Сплинтер не одобрит такой выбор. Да господи, кто ж ему об этом всем вообще скажет? Спрыгнув и тихо приземлившись, они медленно выдвигались на свет. Ты, услышав какой-то шорох, тут же отбросила слабость и встала в боевую стойку, вынимая саи. На лицо налезла наглая ухмылка, а голове мелькнула мысль, что по мокрым щекам все и так будет понятно. Вглядываясь в пока еще темноту ты определила, что нарушители твоего спокойствия парни и довольно мускулистые. Хана тебе. Несмотря на то, что ты была страхом всего клана фут, что ты могла победить Лео, с безбашенными бугаями ты не справишься. Есть шанс, если они будут нападать по отдельности, но… Все таки стоит признать, Лео был прав. Но ты этого никогда не скажешь. Усмехнувшись своим мыслям, ты принялась ждать, когда же они выйдут. Конечно, ты могла спокойно убежать, но это не в твоих принципах, только если ты совсем в дерьме, а так, почему бы и не развлечься с риском? Ты даже заскучала, пока эти медлительные придурки наконец покажутся. Но когда из тени появилось нечто зеленого оттенка, тебе стало стремно, да, но в то же время проснулся азарт от происходящего. Сейчас Леонардо не сможет тебя ограничивать в действиях. Ты прикрыла глаза, нервная улыбочка исказила твое личико, а ты принялась сначала считать до десяти, а потом прислушалась. Когда все шорохи стихли, а эти зеленые парни не собирались нападать, ты осторожно открыла один глаз, потом второй. — Да ладно?!