Общественный транспорт располагает к более близкому знакомству

      -Задняя площадка, передаем за проезд! А иначе я к вам сама приду! – крики бабищи-контролера, с необъятными телесами, больше похожей на ледокол «Арктика», вывели меня из раздумий. Окинув старенький ПАЗик взглядом, уже порядком набитый заспанными гражданами, я поежился, представив, как эта гром-баба лезет через весь салон, чтобы собрать по девятнадцать рублей за проезд. Мои попутчики заволновались и зазвенели мелочью.       Автобус остановился на очередной остановке, и в салон вошла девушка. Передав за проезд, она поморщилась и отступила назад от женщины, которая явно перестаралась с духами, встала ко мне вполоборота.       Хороша! Высокая стройная брюнетка с великолепной кожей. Волосы, собранные в небрежный пучок, открывали длинную шею, заставляя меня облизывать её взглядом. Огромная белая рубаха, явно мужская, лишь частично заправленная спереди в голубые джинсы, только подчеркивала её стройность и давала повод для фантазии. Туфли, цвета нюд, на небольшом каблучке, делали ноги просто бесконечными.       Стало очень жарко, мои руки, сжимающие ручку портфеля, вспотели, а в паху засвербило. Неловко переступив с ноги на ногу, я воровато огляделся – не заметил ли кто моей краснеющей рожи и помутневших глаз. Вот будет чудесно, если все в автобусе поймут, что сорокалетнему хорошо одетому господину захотелось трахаться. Так, Александр Владимирович, соберитесь, мать вашу! Этого только не хватало! Сосредоточившись на дате взятия Бастилии, я совершенно профукал, как автобус подъехал к Весеннему, и ПАЗик с остервенением начала брать штурмом первомайская «интеллигенция».       Хлынувшая толпа вжала девушку в белой рубашке спиной ко мне. Она была теперь так близко, что я всем своим телом ощущал ее тепло и легкий аромат духов. Видимо мой портфель, который я все еще держал перед собой, доставлял боль, вжимаясь в ее ноги и она завертелась, чтобы хоть как-то отвоевать маленький кусочек пространства. Я прошептал: «Простите!» - и убрал мешающий портфель, поставив его себе между ног. Автобус, выезжая с Первомайки, круто заложил налево и вся толпа, с прокатившимся по салону «О-о-о-о!», хлынула вправо. Успев схватиться за верхний поручень, я увидел, что брюнетка, которая совсем ни за что не держалась, падает. Совершенно рефлекторно, не отдавая себе отчета, что делаю, хватаю ее, подтягивая к себе и только по повороту ее головы в мою сторону и легкому на выдохе «А-а-ах!» понимаю, что моя рука лежит у нее в паху, а ее попка упирается в мой член, который тут же среагировал на женское тело.       Господи! Да у меня стоит! И не хило так стоит! Нужно быть просто толстокожим бегемотом, чтобы этого не почувствовать! Что сейчас будет! Она будет кричать! Меня посадят! – в моей голове бешеными тараканами заносились мысли, а сердце ухнуло куда-то вниз и запуталось в желудке. Вжимаясь от ужаса в поручень у меня за спиной, я ждал грязного кабацкого скандала, после которого меня, как прокаженного, вон те крепкие парни в камуфляже, выкидывают из автобуса и я лечу в своем прекрасном сером костюме в грязюку.       Касание теплых рук к моим, заставило меня вернуться в реальность и почувствовать, что я все еще не убрал свою руку от промежности девушки, а наоборот, с силой сжимаю ее, заставляя упругий зад прижаться к моему члену. Автобус выехал на Большевичку, которая была после зимы вся в ямах, как после бомбежки, а водитель 138 несся без остановок не жалея подвески муниципального ПАЗика. Проклятые ямы заставляли автобус трястись и создавали все условия для еще более близкого знакомства с моей брюнеткой. По нежным скольжениям ее задницей по моему члену, я понял, что скандала не будет и отдался ощущениям.       Выпустив заправленные края рубашки из джинсов, она скрыла мои руки и расстегнула ширинку, приглашая, и чуть шире расставляя ноги. Я видел, что ей хочется откинуться на мое плечо, но понимая, что это привлечет ненужное внимание, она только склонила голову на бок, открывая мне шею, и я запустил свою руку в ее трусики. Девочка была горячей и влажной, от понимания, что это я стал причиной, меня пробила дрожь, в брюках стало еще теснее и я, не раздумывая, вошел в нее сразу двумя пальцами. Она была такой влажной, такой узкой, я хотел ее. Хотел прямо сейчас! Я представил, что мы одни, я нагибаю ее, опускаюсь на колени и начинаю вылизывать, дуть на клитор, она стонет, она уже готова, и я вхожу. Вхожу резко, до самого конца, заставляя кричать мое имя.       Своей левой рукой, незнакомка, уже не стесняясь, поглаживала мой член через тонкую костюмную ткань летних брюк и все же откинулась на мое плечо, потому что самостоятельно стоять у нее не было сил. По ее дрожащим ногам, я понимал, что она скоро кончит. Черт, прям как моя жена, когда…..Блять! ЖЕНА! У меня есть жена, а я тут стою в грязном вонючем автобусе, удовлетворяю какую-то девчонку и чуть ли не из брюк уже выпрыгнул, размахивая членом! Я гребаный старый идиот! Бежать! Прочь отсюда!       Оттолкнув от себя брюнетку, растолкав людей, стоящих в проходе, я вылетел на какой-то остановке и побежал прочь. Немного придя в себя на свежем воздухе, понял, что нахожусь в паре остановок от главного корпуса университета и что мой чертов портфель остался в чертовом ПАЗике.