Космический алкоголь

      Кит сделал вид, что не удивился. Остальные только и ждали, когда Аллура слетит с катушек и дорвётся до Шировских губ, так что просто усмехнулись.              Лэнс в этот раз после поцелуя не отстранялся, а продолжал целовать и дальше. Если в прошлый раз что-то в голове перещёлкнулось у Кита, то теперь явно у Лэнса. Парню оставалось только удивляться с МакКлейна: пьяница пьяницей, а понимает, как доставлять даже в такой хламине удовольствие поцелуем. Понимает, как проходиться языком по нижней губе, как потом мягко прикусывать и толкаться языком внутрь, как простанывать в рот и как тянуть за волосы.              Удивлён был чем-то Кит и своей реакции. Он просто смотрел на прикрытые глаза Лэнса и уже сам податливо отвечал ему. Уже вошёл во вкус окончательно и бесповоротно. С другой стороны, а что не так-то? Лэнс красивый, пусть Лэнс и в дупло, но Лэнс его хочет, и по стечению обстоятельств Кит его тоже сейчас хочет. Кит тоже пьяный и имеет право отключить мозг, когда его хочет целовать кто-то настолько красивый. Они просто наслаждаются, просто помогают друг другу выпустить пар.              Это ничего не значит.              Чуть наклонив голову Лэнса, когда тот стал несдержанно и грубо целовать его, Кит надавил раскрытой ладонью ему на спину и сам для удобства скользнул языком в чужой рот. Было хреновее некуда, так как мозги уже плыли, насколько яро они друг к другу тянулись.              Кит краем глаза посмотрел на Широ: тот был всё ещё в панике. Видно, он ожидал, что Аллура будет продолжать творить безобидные вещи, однако нет — она примерно как Лэнс. Хотя если Лэнс съехал с катушек уже давно и надолго и посасывал губу Кита, как и прихватывал язык, то Аллура с зажмуренными глазами пока просто прижималась губами к губам Широ.              Широ не знал, как реагировать, Широ распахнул глаза. Знал Кит — он ухмыльнулся и, не разрывая поцелуя с Лэнсом, показал Такаши большой палец. Просто так. Кит попытался выразить взглядом: «Вот видишь, каково это — издеваться над Китами Когане? Видишь, каково это бывает? Видишь, как тяжело? Видишь, как сложно? Так вот получи и распишись тоже — Аллура никогда не была невинной овечкой, а именно что хищницей». Весь спектр эмоций озадаченный Широ понять по одному лишь взгляду так и не смог, однако Кит был уверен что суть «выкуси» уловили более чем. Киту даже плевать, что Широ устроит ему разбор полётов — сейчас ему было радостно от того, что теперь должен от выходок пьяницы страдать не он один.              У Аллуры и Лэнса было сейчас какое-то синхронное мышление, словно одно на двоих, так что и от своих жертв они отстранились одновременно. Аллура выдохнула какое-то невнятное «мруууурь» и стиснула Широ в объятиях. Готовый уже расплакаться и выброситься в космос Широ стал почему-то более озадаченным от такой трепетно ластящейся к нему принцессы. Хотя скорее задумчивым, напряжённым. Кит не знал, о чём он думал. Кит просто знал, что, возможно, Аллура была в его вкусе, так что всё не так уж плохо, как могло бы быть.              В итоге Широ сдался, проговорил «тебе и правда хватит» и с добродушной улыбкой похлопал девушку по спине, пока Лэнс пялился на Кита.              — Тебе понравилось?              — Ой, ты даже не представляешь насколько, дорогая, — незатейливо бросил Кит и, подтянув к себе колено, хмыкнул.              — Я классно целуюсь, да?              — Ты тупая пьяница, но даже в таком состоянии целуешься классно.              — Урурууруруру и стопа! — вытянул Лэнс и заводил пальцем из стороны в сторону. — Я не пьяница, я не пьяный.              — Пьяный, — буркнул Кит.              — Нет.              — Да.              — А вот и нет!              — О, Лэнс, ты да.              — Но нет, я нет, я трезвый.              — Ты бухоооой, — подтрунивал Кит, шире ухмыляясь.              — Нет, я классно целуюсь, пьяные не целуются классно! — бахвалился Лэнс, упирая руки в боки.              — Ты… где логика?! — взорвался Кит и тут же вскинул руки. Нет, серьёзно, пусть Лэнс и милый, но его вот ни за что не понять.              — В том, что я тебя люблюю!              — Ааааааа, да боже, я буду сегодняшним тебя шантажировать до конца твоих дней, — провыл Кит, легко посмеиваясь.              — Вай, значит, мы будем жить вместе долго-долго, даааа? — пролепетал Лэнс, взяв его запястье в руки. — До конца дней, да, да, да, даааааааа?              — Да, конечно, вместе навечно, да, да, — поддакивал Кит.              — Правда?              Почему-то в тот миг Когане растерялся. В этом вопросе не было ничего необычного, но вот глаза — глаза Киту не понравились. Вернее, не понравились, потому что понравились. Это было сложно, но в таком просящем, молящем взгляде было что-то другое, что сбивало с толку и настораживало. Кит был сначала без понятия, как ему ответить.              — Д-да, — красный паладин неровно мотнул головой. — Само собой.              — Навечно? Навсегда? Ты меня не бросишь? Ох, это то есть, это… — Лэнс замялся и, опуская на миг взгляд, протяжно выдохнул. — Боже... я так тебя люблю.              Теперь Кит понял, что же ему так тогда не понравилось. Лэнс уже признавался ему в таком забытье, но не с такими глазами: не с такими проникновенными, чувственными, любящими. Кит знал, что это игра и просто милая пьянка, они просто веселятся и издеваются.              Больше же нет.              Теперь он знал лишь, что перегнул палку, потому что не такое Лэнс должен адресовать ему. Не такое настолько любящее и искромётное.              — Да, я тоже, — хрипло выдавил из себя Кит и ссадил с колен всё ещё находящегося под эйфорией Лэнса.              Кит заигрался, да он вообще не должен был поддерживать эту игру с самого начала. Почему-то именно тот взгляд протрезвил Кита резко, разом и окончательно. Если раньше его сознание было как-то подёрнуто поволокой, то больше нет — сейчас он чётко осознавал, что не имел права играться с чувствами столь нежного и ласкового Лэнса.              Они же друзья. Пусть и соперники, но важны друг другу.              Кит прикусил губу и хлебнул ещё раз. Лэнс лез к нему целоваться и далее, прямо в очень наглой мере. После недавнего поцелуи в щёку Киту кое-как замутнённым сознанием выдерживать всё же удавалось. Даже в нос. Ну в лоб тоже ок. Однако когда Лэнс продолжал тянуться к его губам, именно тогда Кит отстранял его. И потом Лэнс тянулся к его шее, и тогда Кит тем более отстранял его.              Даже пробежала мысль кинуть его в каюту, но бог знает, чего полоумный Лэнс мог учудить там. В итоге Кит принял самое разумное решение. Поговорить.              — Лэнс.              — Да, свет моих очей? — заулыбался Лэнс и продолжил оглаживать его щёки.              Кит протяжно вдохнул и так же протяжно выдохнул.              — Ты понимаешь, с кем говоришь?              — Конечно, — выпалил МакКлейн даже не думая. — С тобой, с моим любимым.              — Ага, а как меня зовут?              — Солнышко.              — Да?              — И котёёёёнок! Китти, Китти, прямо как Китти!              Кит прикрыл глаза. «Китти», конечно, производная от его имени в каком-то роде, но нет, не в этот раз.              — Окей, дорогая, значит, ты понимаешь, что признаёшься в любви ко мне, больная идиотина, да? — процедил Кит и неосознанно стал закипать сильнее.              — Даааааааа! — пропел Лэнс и стал качаться в невнятном танце из стороны в сторону. — А что не так-то? Я же тебя люблю, агась, — когда синий паладин поцеловал красного в нос, Кит даже не дёрнулся.              — Но Лэнс, — сказал Когане с нажимом и положил руки ему на шею. — Я Кит. А ты должен признаваться в любви только тому, кого любишь.              Пусть и будучи пьяным, но Кит сделал это — сказал всё начистоту. Он не был уверен, что Лэнс поймёт, что перед ним Кит, но, так или иначе, сказать подобное, такое правильное, он был должен. Это и так становится уже слишком сложным.              — Нуууу… да? — протянул МакКлейн. В следующий миг Кит опешил, потому что Лэнс недоумённо посмотрел на него. — Но детка, что не так? Ты же сам сказал, что любишь меня.              А, всё, нет, Кит рано запаниковал — Лэнс снова его не понял. Кит уже был готов отстраниться, как от следующей фразы Лэнса у него замерло дыхание.              — Ты меня больше не любишь? — у Лэнса упал взгляд, и выглядел он сейчас настолько хрупким и ранимым, что Кит не посмел сейчас разрушить надежды и мечты всё ещё пребывающего в своём сне парня.              — Нет, я просто удивился, — проговорил Кит вполголоса. — Как ты вообще в меня влюбился?              — Оооооо, это вообще сложная история, ведь ты меня бесишь! — выпалил Лэнс и зло тыкнул в него. Кит скептически приподнял бровь. — Бесишь, бесишь и ещё раз бесишь! — продолжал возмущаться Лэнс и, надувшись, скрестил руки на груди.              — О, ну да, а я тебя люблю, и ты тоже меня бесишь, так и знай, — красный паладин хмыкнул.              — Охохо, — пролепетал МакКлейн, сложил ручки и замотал головой. — Какая идеальная предрасположенность, наши чувства и правда взаимны.              — Хах, ага, — задорно проговорил Кит, ни капли не радуясь в душе от того, куда сворачивает разговор.              — ...ты крутой, — сказал Лэнс на удивление серьёзным голосом и прикусил губу. — Ты невероятно крутой, я никого не уважал, как тебя. Наверное, даже к Широ я так не стремился. С тобой с самого начала было что-то другое, — говорил он по-прежнему ровным, плавным и даже мечтательным голосом. — Ты настолько крутой, и я настолько хочу быть с тобой, что это меня бесит.              — Противоречишь сам себе.              — Чувства и правда странная штука, — бросил синий паладин и повёл плечами. — То сначала чувствуешь одно, то потом всё разом меняется на то, о чём никогда и не смог бы подумать, — Кит даже удивился от того, как Лэнс не потерял ясность мысли. Пусть он говорил сбивчиво и долго думал перед тем, как открыть рот, это всё же восхищало. — Но не только. Ты не такой, каким я сначала тебя воспринимал. Да.              Наверное, Киту нужно прекратить этот разговор. Лэнс делится своим и не только не с тем, кому он хочет это рассказать, но и с остальными. Пусть и не с посторонними, но всё же. И пусть те остальные уже и сами в каком-то полусне и в увлечении своими разговорами не очень их слушали, но всё же. Возможно, Кита успокаивало лишь то, что все скоро это забудут.              — Тебе тоже может быть больно, ты боишься всего, возможно, даже больше, чем я, — сказал Лэнс, после сглотнув. — Но ты рвёшься вперёд, ты двигаешься, ты думаешь, ты действуешь. Ты крут. Ваавмавмеешикмл! — он резко осёкся в своей речи, вскинулся и стал издавать какие-то завывания безумца. — Я не знаю, я слишком пьяный, я даже не могу никак ничего сформировать, как же я тебя люблю, ибо люблю, и всё тут, понял?!              — Да, да, — Кит устало покачал головой и мягко улыбнулся. — Сложно назвать причины, за что любишь, когда чувств так много.              Лэнс разом смутился и пробурчал под нос какое-то: «Да всё-то ты знаешь, чёртов маллет». Кит немного удивился — правда, так и не очень понял с чего.              — Так что люблю и всё тут, — выпалил Лэнс и пыхнул. — Ты крут, ты прекрасен, и я тебя люблю, и завалиииись, моя маллетина, — Кит напрягся ещё сильнее и старался зацепиться за тот неприятно голосящий звоночек. — Ты же не бросишь меня, ага?              Звоночек улетел, потому что сейчас Кит мог думать лишь о скованных глазах, в которых перемешивались испуг с надеждой. Он не мог даже поиздеваться.              — Нет, конечно, — прошептал Когане и шаркнул ногой по полу. — Никогда не брошу.              — Урююююю! — завыл Лэнс и просмеялся. — Потому что когда я, ну, типа смотрю на тебя, в сердце вот всё переворачивается нуууу ууууф, не знаю, как описать.              — Это нева…              — А, о, о, о, а знаешь, когда ты дерёшься, то выглядишь таким живым, что просто что-то ноет под сердцем?              Это сейчас у Кита почему-то ноет. Он не знает, кто та леди или не-леди, но то, как Лэнс описывает этого человека, и правда заставляет его сердце ныть.              — А когда удаётся заставить тебя улыбнуться, вот прямо как сейчас, почему-то я чувствую себя прямо таким прямо счастливым, что воооооу, — выдал Лэнс и поиграл пальцами в воздухе. — Ну понимаешь?              Кто-то заставляет Лэнса чувствовать себя столь счастливым — сердце, кажется, и защемило.              — И то есть ты и такой милый, и красивый, и так хочется и обнимать, и целовать, и защищать, и быть с тобой всегда рядом, и подкалывать, и поддерживать, чтобы ты смотрел на меня, говорил со мной, обращал внимание и тоже хотел быть рядом, что… — в своём рассказе Лэнс резко выдохся, опустил голову и прикусил язык, насколько путался и терялся. — Прости, я просто слишком тебя люблю.              Кит дурак. Кит не должен был провоцировать Лэнса. При виде него, сейчас так невинно улыбающегося, мявшегося и столь яркого, Кит понимал как никогда лучше, что он дурак, который сам и напоролся на эти грабли. Почему-то смотреть на Лэнса, с таким счастьем и радостью говорящем о своём ненаглядном, было невыносимо.              Чёртов алкоголь, — как уже считал Кит. В голове билось непонятное: «Я тоже».              «Я тоже, тоже хочу себе такие яркие чувства».              «Тоже так чувствовать и тоже быть тем, кто заставит тебя так чувствовать».              Но это не он.              Кит подтянул к себе стакан и сделал ещё глоток. Он не хотел даже смотреть на остальных, сейчас враз замолкших и пристально вглядывающихся в них.              — Ээээээй, — Лэнс повернул его лицо к себе за щеку. — Почему ты такой грустный?              — Я не грустный, — бросил Кит и отвернулся.              Лэнс снова повернул его лицо к себе уже за обе щеки.              — Кит, Кит, Кит, так что?.. — синий паладин мотал головой, с беспокойством заглядывая в глаза красному. — Что-то не так? Ты меня больше не любишь? Кит?              Кит… открыл рот. Кит его тут же закрыл, глядя в столь неуверенные глаза Лэнса.              Бред. Что. Почему сейчас. Какого чёрта.              Лэнс что, серьёзно готов и так издеваться над ним, когда Кит вот только что подумал, что хочет этого?              Красный паладин в спасении перевёл взгляд на Широ. Широ, если раньше напряжённо смотрел на него, сейчас тоже несравненно удивился и, кажется, был в странном подобии оцепенения. Дальше в его поле зрения попал Ханк, почему-то приложившийся лицом о ладонь и качающий головой. Пидж вроде спала, Коран вроде старался тактично не обращать внимания, Аллура нетактично обращала внимание лишь на Широ. Потом Кит снова перевёл взгляд на Лэнса и словно проглотил язык.              — Ууууу нюююю! — МакКлейн хлопнул по своим щекам и с завываниями завалился назад на пол. — Ахахаххаха! — истерично засмеялся он в голос и задрыгал ногами. — Ну давай, Кит из сна, ты же должен сказать, что всё нормально и ты меня любишь. Ты же Кит из сна, — парень надулся и фыркнул. — Крутой, крутейший Кит из снааааа!..              — Я не… — Когане нервно сглотнул и отвёл взгляд. — Я не Кит из сна, и ты в меня не влюблён, не говори чушь.              — Чтоооооо!.. — провыл Лэнс и пнул его ногой в бок. — Мой сон надо мной ещё и издевается?! Ну спасибо-спасибо, Кииииит, очень приятно.              — Я…              — Лучше скажи, что любишь меня, — прошептал Лэнс осевшим и тяжёлым голосом, после опустив взгляд. — Сны для этого и созданы — чтобы осуществлять несбыточное.              Почему-то этот взгляд что-то перевернул в Ките — именно этот вновь ранимый и трогательный. Весь смысл слов Лэнса за вечер разом встал на места: все "Кит" и все слова, и всё, всё, всё. Как раньше, так и сейчас Кит просто не мог оставить Лэнса в таком состоянии. Не имел права.              — Да, прости, — Кит слабо улыбнулся и, посматривая игривыми глазами, наклонил голову вбок. — Что-то в настройках галактики закоротило, что я вышел из строя, но я тут, иииии… — он повёл головой и распахнул ему объятия. — И я как Кит из сна тебя люблю.              Киту было даже не тяжело, когда слова сорвались с его языка, а легко. Над этим он подумает потом, но сейчас был рад видеть воспрявшего духом Лэнса. Кит неловко просмеялся, когда Лэнс вновь кинулся к нему на руки и стал тереться носом в попытке обласкать своим невменяемым сознанием.              Почему-то Кит не оттолкнул его, и когда Лэнс который уже раз за вечер поцеловал его.              Алкоголь.              И прикусил нижнюю губу.              Алкоголь.              И зарылся руками в волосы.              Алкоголь.              И сказал: «Я люблю тебя, Кит».              Нет, это не алкоголь. Это всё Лэнс.              Лэнс быстро набуянился после этого и вновь уткнулся головой в его колени. Кит в этот раз даже не думая стал поглаживать его по волосам и перебирал прядки с нежностью и в прикосновениях, и во взгляде. На душе почему-то было очень легко. Умиротворённо. Тепло.              — Ты же скажешь ему? — спросил Ханк немного нервным голосом.              — А? — Кит опешил и поднял на него недоумённый взгляд.              — Ну что ты, выыы… — Гаррет замахал рукой в воздухе. — Ну то есть ты же, надеюсь, всё понял, да?              — Я… да. Здесь уже не понять невозможно. Я и так тупил слишком долго.              — То есть всё же, наверное, не так должно было быть, но то есть, — Ханк кашлянул в кулак. — Ты ему и правда нравишься, Кит. Ну, ты уже, думаю, заметил.              — О боже, более чем, — Кит пустил лёгкий смешок.              — И он, возможно, временами немножечко убивался, — боязно выдал Ханк. — Верно, он очень переживал об этой несбыточности, и я не знаю, вспомнит он сегодняшнее или нет, но просто как друг я хочу…              — Всё в порядке, — мягким голосом заверил Кит и поправил сопящему Лэнсу чёлку. — Правда, не переживай. Всё в порядке.              Ханк добродушно улыбнулся ему.              — Тогда я рад за вас и, эм… — он качнул рукой в сторону и Широ, поглаживающего спящую Аллуру по голове.              — И за вас? — незатейливо вставил своё слово Коран и подмигнул Такаши.              — Да нет же! — шикнул Широ и прокашлялся.              — Да ладно, Широ, ты тоже уже всё понял, — Кит усмехнулся.              — Мы не будем говорить об этом, Кит, или я всегда могу вспомнить о Лэнсе и сегодняшнем.              — Оооо, нет, уговорил, — Кит завёл руки наверх и, скрестив их, потянулся. — И всё же хороший денёк выдался.              — И правда, — выдохнул Коран, продолжая всматриваться в виды космоса за стеклом. — Нам и правда не хватало расслабиться во всей этой суматохе.              — Битва с Зарконом.              — Поиски львов.              — Освобождение Балмеры.              — Космические моллы.              — Клинки Марморы.              — И правда слишком много всего случилось за последнее время, — подытожил Широ и положил советнику руку на плечо. — Спасибо, Коран, за предоставленный отдых.              — Нет, паладины, — алтеанец склонил голову. — Спасибо вам. Это не ваша война.              — Теперь наша, — вклинился Кит и посмотрел на него твёрдым взглядом. — И её мы доведём до конца, чего бы это нам ни стоило.              Вся оставшаяся в сознании троица с облегчением на душе и расслабленная под властью алкоголя улыбнулась Корану, растроганному в тот момент до невозможности. Кит лишь улыбнулся ещё мягче, смотря на мирно посапывающего Лэнса на своих коленях, и подумал, что сегодняшний день определённо стоил того.                            Ханк в итоге уснул на том же месте с завалившейся на него Пидж. Коран принёс плед, накрыл им ребят и со слабой улыбкой, тоже позёвывая, скрылся в коридорах алтеанского замка. Кит с Широ решили тактично промолчать, когда взяли своих горе пьяниц на руки и вышли из зала. Несмотря на все отнекивания, Широ всё равно трепетно прижимал к себе бормочущую что-то невнятное во сне Аллуру. Кит же и не думал стесняться того, насколько нежно он прижимал к себе безвольное сейчас тельце Лэнса. Они просто кивнули друг другу и направились в разные стороны от зала.              Кит думал, уходить или не уходить, когда уложил Лэнса на кровать и накрыл его одеялом. Думал. А потом решил не думать. Он втиснулся прямо к нему под одеяло с таким удовольствием и восторженностью и даже не верил, что настолько радостным вообще можно быть. Кит буквально улыбался до ушей при виде посапывающего Лэнса напротив и, слегка притираясь носом к носу, только сильнее прижался к нему. В конце концов, и он устал и хочет спать. А ещё Кит донёс тяжелого Лэнса до его комнаты и имеет право на приз.              С невероятным умиротворением на душе он и уснул. Пусть, вероятно, Лэнс ничего на завтра и не вспомнит или снова будет говорить: «Нет, нет, ничего не помню, о каком моменте связи ты говоришь, пугало», Киту плевать. Киту было спокойно, и теперь Кит знал, как действовать дальше.              Однако на следующее утро смущённый донельзя Лэнс всё же ничего не забыл. И в этот раз, неуверенно тянясь губами к губам Кита, он не говорил: «Нет, нет, такого не было, ничего не помню». Кит же, тянясь в ответ и наконец прикасаясь к нему губами, думал лишь о том, что этот день и правда стоил того. Космический алкоголь всё же классная штука.