Шанс на счастье

Я так боялся потерять свою любовь, что сам же ее и погубил…

      POV Адриан       Прошло несколько дней с того момента, как не стало моего друга. Не стало Луки. Все это время мы скрывались по гостиницам, старались убежать от тех, кто в один прекрасный момент решил просто избавиться от нас. Скрывались от моего отца…       Маринетт винила себя в смерти Куффена. Она ходила подавленной, не раз случались истерики. Я старался ее успокоить…

____________________________________________________________________________

      — Маринетт, ты здесь? — тихо постучав в дверь ванной комнаты гостиничного номера, я осторожно заглянул внутрь.       Девушка сидела в ванне, наполненной водой, и обнимала прижатые к груди колени. Она даже не разделась. Залезла в воду прямо в джинсах и свитерке. Ее взгляд был устремлен в одну точку. Такой пустой, такой потерянный. Я забыл, когда в последний раз видел улыбку на лице своей любимой.       — Адриан, — тихий голос донесся до моих ушей. Я полностью протиснулся в ванную комнату и подошел к Маринетт. А она продолжила, не посмотрев даже на меня: — Я так устала… Так устала скрываться. Так устала бегать. Устала бояться закрыть глаза и уснуть. Ведь в любой момент нас могут найти. А еще… Перед сном… Я часто вижу лицо Луки, тогда, в машине… Когда он улыбнулся нам в последний раз. Адриан, я хочу покоя… Я устала… Может, будет лучше, если они все же найдут меня? И тогда, я, наконец-то, обрету вечный покой…       Я стоял над ванной и смотрел сверху вниз на Маринетт. Я устал не меньше ее, но сдаваться не собирался. Тяжело выдохнув, я перекинул ногу через чугунную стеночку ванны и залез в нее, сев напротив девушки. Теперь мы оба были мокрыми. Маринетт не ожидала, что я так поступлю, и подняла на меня свой взгляд. Положив руки на худые женские колени, я почувствовал, как брюнетка вздрогнула.       — Послушай, Маринетт, — начал я, серьезно смотря на возлюбленную, — Я понимаю, как сейчас тебе тяжело. Но мы не должны сдаваться просто так. Мы должны бороться. Смерть Луки не должна быть напрасной. Разве он пошел бы тогда со мной, если бы не хотел, чтобы ты была счастлива? Нам нельзя опускать руки. Даже если это наш единственный шанс стать счастливыми, мы не должны его упускать. Вместе… Мы сможем их победить. Мы сможем, Маринетт. Верь мне… Я знаю, скоро все закончится. Я сделаю все, чтобы мы с тобой были счастливы. Все, обещаю…       Девушка слушала меня внимательно, но огонёк в ее глазах все равно не зажегся. Ее взгляд все так же был пустым, уставшим, убитым. Но, кажется, мне удалось немного приободрить ее. Приблизившись ко мне и, тем самым, создав небольшую волну воды в ванне, она села уже на коленях и обняла меня за шею, тихо прошептав:       — Я верю тебе, Адриан… Я хочу тебе верить…

____________________________________________________________________________

      Мы бежали по лесу без оглядки. Нас все же нашли. Уже далеко от Парижа на наш след все же вышел отец. Все мои боеприпасы давно кончились. Надеяться на силу Маринетт тоже было нельзя. Слишком рискованно. Вдруг она бы потеряла контроль и навредила бы мне. Поэтому, дать достойный отпор мы не могли. Нам оставалось только бежать…       Спотыкаясь о торчащие корни деревьев, скрывающиеся под снежным покровом, мы падали, вставали и бежали снова. Мы уже не чувствовали холода. Не чувствовали, как мороз своим ледяным дыханием окрасил уши, кончик носа и пальцы в розоватый оттенок. Царапая кожу рук и лица о голые ветки, мы не обращали на это внимание. На кону стояла наша жизнь. Наш шанс на счастье.       Все это время я крепко держал Маринетт за руку и ни на секунду не отпускал. Боялся потерять ее. Ведь она все, что у меня есть… Я чувствовал, как дыхание предательски сбивалось у девушки, отчего та бежала медленнее, просила остановиться, снова просила сдаться. Но я не собирался. Нет… Ни за что! Я дал слово и я сдержу его. Любой ценой.       Выбежав из леса, я обернулся, убедившись, что погоня все же отстала. Кричащие нам вслед голоса стихли. Только морозный ветер свистел в ушах, развивая наши волосы. Посмотрев на Мари, я все же решил сделать минутный перерыв. Она была совсем плоха. Стоя согнувшись, она пыталась привести дыхание в норму. Я знаю, я был жесток к ней в данной ситуации. Я должен был дать отдохнуть ей раньше. Но тогда бы нас догнали.       — Кажется, нам все же удалось убежать, — проговорил я, но услышала ли меня Маринетт, я не знаю. Ее сердце, должно быть, билось в бешеном ритме, заглушая все окружающие звуки. Моя выносливость была гораздо больше, чем у девушки.       Осмотревшись, я понял, что нам дико повезло. Ведь наш путь обрывался. Перед нами была пропасть. Осторожно подойдя к краю, я заглянул вниз. Метров двести-триста, не меньше. Но дна у обрыва не было видно — все заполонил густой туман. Не знаю, была ли там бурлящая река… Или же это просто был обрыв, внизу которого продолжался лес. В любом случае, перебраться через него мы не могли — слишком далеко находилась противоположная сторона земли.       Обернувшись на Маринетт, я заметил, как из леса, откуда несколько минут назад выбежали мы, показался мой отец со своими подчиненными. Нас все же нашли… Нас все же догнали…       Быстро схватив девушку за руку, я рывком притянул ее к себе и спрятал за своей спиной. Пару шагов нас отделяло от пропасти.       — Ну что, Адриан, наконец-то, мы с тобой встретились… — холодно усмехнулся отец, остановившись в метрах десяти от нас. Я сверлил его ненавистным взглядом и молчал. А он продолжал: — Долго еще собирались бегать от нас?       — Что вам нужно от нас? Почему просто не оставить нас в покое? Боитесь, что весь мир узнает, чем занимается вся эта ваша корпорация? Мы бы могли просто заключить сделку и разойтись по-хорошему, — говорил я, одной рукой придерживая за спиной Маринетт.       Но в ответ я получил грубый хохот отца:       — Глупые детишки. Вы принадлежите корпорации «NeoLine». Вы принадлежите мне. Ты всерьез мог подумать, что мы упустим из виду такое уникальное создание? — на секунду я заметил, как отец кинул взгляд на выглядывающую из-за моего плеча Маринетт. Но потом он снова посмотрел на меня и хищно улыбнулся: — Нет, Адриан, мы не о ней… Мы о тебе…       Я покрепче сжал руку девушки, не сводя взгляда с отца. Я чувствовал, как на лбу брови свелись почти вместе, образовав глубокие хмурые складки.       — Сынок, — на секунду, мне показалось, как его голос стал немного теплее, немного мягче. Но мне, действительно, всего лишь показалось. Он сделал шаг вперед, выйдя из толпы своих подчиненных немного вперед: — Твоя сила, твоя способность, пусть даже не совершенна, но уникальна. Мы задумывали создать такие клетки, которые бы блокировали воздействие других, посторонних сил. Таких, как у мисс Дюпэн-Чен.       Он протянул немного руку вперед, указывая этим жестом на девушку за моей спиной. Боковым зрением я бегло глянул на Маринетт, внимательно слушая отца. А он продолжал:       — Но, к сожалению, ты не можешь полностью блокировать ее силы. Именно поэтому ты мог чувствовать все ее воздействие на себе. Но зато, нам удалось создать ускоренную физическую регенерацию тканей и костей. Любые физические повреждения и травмы тебе не страшны.       Костей? Я на секунду кинул взгляд на пропасть. Ведь нам бежать было некуда. Только один путь — обрыв. Безумная идея посетила мою голову. Но воплощать ее я буду только в самом крайнем случае.       — Что вам именно от нас нужно? — задал я вопрос, который давно уже крутился у меня на языке.       — Нам нужно продолжить эксперименты. Мы должны достичь поставленной перед нами цели. Достичь совершенства.       Я быстро пробежался взглядом по стоящей перед нами толпе работников.        — Тогда почему вы пытались убить меня там, на заброшенном заводе? — ведь и правда, какая тогда логика в их попытках застрелить меня? Попасть мне в голову… Зачем?       — Скажем так, это был один из экспериментов, — отец сложил за спиной руки, продолжая: — Мне было дико интересно, смог бы ли твой мозг перенести такое.       Сказать честно, я был несколько взбешен. Ставить опыты над собственным сыном. Над детьми. Это было настолько чудовищно, настолько ужасно и жестоко… Моя бы воля, я бы разорвал этого человека голыми руками. Я настолько сильно сжал руку Маринетт, что даже не услышал, как она тихо пискнула и попыталась выдернуть руку из моей ладони. Немного опомнившись, я все же ослабил хватку.       — Какой же ты монстр, — прорычал я сквозь стиснутые зубы.       В ответ очередная холодная усмешка. Отец приподнял гордо подбородок, будто хотел смотреть на меня сверху вниз. Он хотел показать все превосходство надо мной. Хотел показать, что победа все же будет за ним. И ему это удавалось. Еще немного и он получит то, чего так жаждет.       — А вот ты пошел весь в мать. Но, к сожалению, она оказалась слабее тебя. Мои гены сыграли важную роль. Ты выжил после введения в твой организм искусственных клеток. А вот она… Прекрасная Эмили…       — Ублюдок! — я хотел кинуться на него, хотел рвануть вперед и вмазать по его горделивому лицу. Разбить этот прямой нос, сломать крепкие челюсти. Я хотел избивать его до потери пульса, до потери сознания. Своего… Но меня остановил легкий рывок Маринетт за руку. Она понимала, насколько больно было мне слышать эти слова. Тем более от родного человека. Но сейчас нельзя было давать верх эмоциям. Должно быть, этого и добивался сейчас Габриель. Отцом я больше не мог его назвать.       Габриель перестал улыбаться, когда из-за моей спины медленно вышла Маринетт. Я тоже немного не ожидал дальнейших ее действий, посмотрев на нее.       — Знаете, Вас нельзя назвать даже монстром. Или же чудовищем. Вы настолько жестокое существо, которому даже не дали определения. Измываться над собственным сыном. Над женой. Вы заслуживаете ада. И сейчас, я его Вам устрою.       Маринетт медленно выставила руку вперед, а зрачки ее глаз в миг стали белыми. Я заметил, как Габриель нахмурился, чуть дернувшись назад, а в его взгляде мелькнул… Страх? Но это было мимолетное волнение. Когда он убедился, что на него не действует сила Маринетт, он снова выпрямил осанку и начал хлопать в ладоши.       — Браво, мисс Дюпэн-Чен, отличная попытка. Я давно хотел испытать на себе Вашу способность. Благодарю, что удостоили меня такой возможности. Теперь я спокоен.       — Н-но… — Маринетт посмотрела сначала на свою руку, потом бегло обернулась на меня и снова уставилась с недоумением во взгляде на Габриеля.       — К сожалению, я не успел совместить свою способность и способность сына в одно целое. Но сейчас, у меня появился шанс создать совершенные клетки, способные предотвратить психологические и физические посторонние воздействия на организм. Это будет невероятный прорыв в науке.       Я понял, что Габриель Агрест просто свихнулся. Он стал безумным ученым, который ради науки, ради экспериментов, ради достижения безумной цели, готов был пойти на все. Даже если это будет аморально, чудовищно, жестоко. Махнув рукой, он приказал своим подчиненным схватить нас.       Вот и настал тот крайний случай. Быстро взяв Маринетт за руку, я притянул ее к себе и крепко обнял.       — Доверься мне… — быстро шепнув, я сделал шаг в пропасть вместе с девушкой, зажмурив глаза.       После того, как я услышал, что и мои кости имеют свойства ускоренно регенерироваться, я быстро сгенерировал эту безумную идею побега. Единственный выход, который нам оставался… Шагнуть в пропасть. Я закрою своим телом Маринетт и, тем самым, спасу ее от удара. Я знаю, я выдержу. Мне предстоит перенести адскую боль, но переломы же срастутся. Главное, что мы спасемся.       Но весь мой, казалось бы, идеально продуманный план спасения пошел по «кривой».       — Не дать ему прыгнуть! — крикнул отец. Один из подчиненных ловко раскрутил веревку, приготовленную специально для нас, и закинул ее, словно лассо, мне на шею. Резко одернув назад, крепкий мужчина оставил меня стоять на земле.       От рывка я не удержал в объятиях Маринетт и стал падать на спину. Руки просто на автомате ослабили хватку, выпустив девушку. Женский визг раздался на всю округу. Она старалась ухватиться за меня, но не успела.       — Нет!!! — закричав, я подполз к краю обрыва. Кажется, я даже не ощущал, как петля сдавливала мое горло. Не душила, но и не давала прыгнуть следом.       Я видел, как моя любовь, моя Маринетт летела в пропасть… На ее прекрасном лице застыли страх и ужас. Она тянула ко мне руки, словно старалась ухватиться за воздух, как за спасательную ниточку, но все было уже бессмысленно.       — М-Маринетт… — тихо прошептал я, сидя на коленях и опираясь руками о землю. Сжав в кулаки снег, я смотрел потерянным взглядом вниз, где уже скрылась девушка в пучине густого тумана. Ее визг затих. Наступила полная тишина…       В этот миг из меня ушла жизнь… В этот миг я осознавал только одно: я убил свою единственную любовь. В этот миг мой лучик света в этой кромешной тьме погас навсегда. Я затушил его собственными руками.       Я убил Маринетт…