Маленький Лихт и "мамочка" Хайд.

Пока Микуни и Хайд искали мелкого Тодороки, тот спокойно вышел из сувенирной лавки и пошёл куда-то. Весь это цирк с «каким-то больным местом, а каким именно неизвестно» он устроил из-за «недостатка» внимания. Собственно сейчас, Лихт направлялся в какой-то парк. Прохожие странно на него косились и перешёптывались, мол:"Где его родители?" Лихту было откровенно начхать на них. Он ребёнок. Ему можно. Тодороки увидел ларёк с мороженым. — Мелкий, проваливай, если нет денег! — зло цыкнул мороженщик. Мини-пианист топнул ногой, как тут раздался насмешливый голос: — Дайте ребёнку мороженного, я заплачу. — Вам какое? Лихт повернулся к обладателю насмешливого голоса. Перед собой он увидел подростка с зелёными волосами. Подросток наклонился и спросил: — Ты какое будешь? *** Лихт и странный парень сидели на лавочке.И ели мороженое. А точнее, Лихт доедал мороженое, а парень с «кустом на голове» внимательно смотрел на него. — Тебя как зовут? — спросил Тодороки. — Сакуя. — А меня… — начал было Лихт, но его перебил Куст-на-ножках. — Я знаю. Мальчик удивлённо выпучил глаза.  — Лихт!!! — недалеко от лавочки раздался крик. Это был Хайд. — Ой. — Тодороки спрятался за Сакую, в надежде, что Жадность его не заметит. Вампир подбежал к ним и зашипел: — Какого черта?! Почему Лихт с тобой?! — Не знаю, я его тут увидел. — пожал плечами подкласс. Жадность ударил Сакую в живот и невозмутимо взял Лихта на руки. — Ещё раз увижу — прибью! — дрожащим от ярости голосом сказал Хайд, а после повернув голову к своему Иву, добавил:— А ты, ещё раз убежишь — я не знаю, что с тобой сделаю! *** С той встречи с Кустом-на-ножках прошло два дня. Хайда, за это время, удивило три вещи: Первое: Лихт притих. Второе: за все время Кранц и Гил к ним не приходили, а концерты волшебным образом отменились. Третье: Лихт начал думать (по серьёзному), что Хайд его мама. Сам же вампир бился головой об стену, потому что жить с мелким чудовищем невозможно. «И как его только родители терпели?» **** И вот, утро второй недели. Второй недели совместного жилья с мелким Тодороки. — Мама! Вставай! — Я не твоя мама… — сквозь зубы прошипел Лоулесс. — Мама! Мама! МАМА! — весело закричал чудовище Лихт. — Да заткнись ты! Ой, зря… Ой, зря вампир такое сказал. Глаза мальчика сразу намокли. — Ты мне больше не мама! — в сердцах крикнул он и спрыгнул с кровати, убежал в какую-то часть номера. — Гнев нашу за руку, Куро за ногу и обоих в окно! Опять?! — завыл блондин. *** — Микуни, тварь, открывай! — вампир снова стоял на пороге сувенирной лавки. Снова стучался в дверь. И снова её выбил, потому что никто не открывал. — Блин, Хайд. Сейчас только семь утра! Имей совесть! Или ты к нам поселиться решил?! — проворчал заспанный блондин и потёр глаза. На его шее висел Джи-Джи. Нет, он в прямом смысле висел.Как труп. Видимо, его тоже не очень порадовал визит брата в семь утра и он отбросил коньки. Наверное. — Вы Лихта не видели? — НЕТ! А теперь проваливай отсюда! — прошипел Микуни и пинками выбросил бедного сервампа за дверь. Хайд потёр ушибленное место. — И где он может быть? В отеле нет. Как он ушёл, что даже я не заметил?! Стоп, МАХИРУ! — и с этим же криком он побежал прямо к Широте домой. В то время у Махиру — Я поражаюсь! — как-то обречённо разговаривал сам с собой Куро. — Как этот мелкий смог дойти сюда один? И откуда он знает где мы живём? А если ещё и этот припрется. И тут звонок в дверь. — Вспомнил психа и вот он, пожалуйста, блин! Магия! Пятое чудо света! — Ну, не психуй ты! — укоризненно шикнул Махиру. Открыл дверь в Нарнию Хайду. — Лихт тут?! — Естественно. — за своего Ива ответил Лень. Жадность ползком отправился на кухню. Где предположительно был Лихт. — Ээх, что ж я такого сделал, что у меня брат такой дебил? — с издевкой спросил Куро, подняв глаза к потолку. Махиру дал слуге подзатыльник и пошёл на кухню, за Лоулессом. — Лихт! Ну, прости! — выл сервамп, а его хозяин, надувшись смотрел в окно. Спустя два часа —  Да неужели?! Они наконец-то уйдут?! — Да. — спокойно ответил Махиру. — И больше никогда не придут?! — Придут. — Ты рушишь мои мечты!

***

— Спать! — Но сейчас только час ночи! — спорил Хайд с Лихтом. И правда, всего-то. Час ночи. Подумаешь. Чего уж там. — Спааать! Мама! — крикнул Тодороки и топнул ногой. — Ладно. — А можно мне с тобой? — Нет. Лихт состроил щенячьи глазки. — На меня это не действует! Минута. Две. — Не действует! Три. Четыре. — Ладно! Делай что хочешь! — сдался Хайд и просто упал на кровать, уткнувшись лицом в подушку.