Огонь страсти.

— Я рад, что ты наконец-то приехал, — улыбнулся Данил и потрепал своего друга по голове, взъерошив тем самым такие же светлые волосы, похожие цветом на пшено, а мягкостью на свежую весеннюю траву. — Я тоже, — нежно ответил Влад и приобнял Данила за шею. Их объятия не были похожи на дружеские, они больше напоминали объятия между влюблёнными... Хотя, парни и так были парой, но скрывали это, что не очень хорошо у них получалось. ********************************************* — Да, бля, я тебе отвечаю, вот щас я выведу где-то 500 рублей, а затем и больше суммы пойдут, — полушёпотом говорил Данил, стараясь не привлекать много внимания к себе, ведь шёл урок как-никак. — Ой, ну я и не знаю, Данил, мне кажется все эти вулканы говно полное, — усмехнулся Влад, отведя взгляд от своей пассии в тетрадь. Владу было трудновато жить с тех пор, как он перешёл в другую школу, дабы продолжать обучение, ведь здесь он встретил своего соулмейта — Данила, а это значило, что теперь ему придётся очень сильно стараться, чтобы не отвлекаться от уроков, ведь когда Данил рядом — Влад может слышать только то, что говорил он, а всё остальное было как фильмах, когда слышен лишь стук сердца или же только голос возлюбленного. — Так, Данил, Влад... Влад, — обратился к парню преподаватель, — О чём вы там говорите? Учитель английского нахмурился и явно был почти на пределе. Он вообще не любил, когда на его уроках отвлекались, это буквально выводило его из себя, из-за чего весь оставшийся урок он просто ругался на своих учеников. — Мы? Да ни о чём, — басистый голос буквально протёк по классной комнате, до того он был бархатным и приятным. — Да-да, он это, помогал мне тут перевести, а то я так-сяк, тыры-пыры, а чёт не получается у меня, — неумело начал оправдываться Данил, повернувшись на стуле и мастерски убрав телефон в пенал на столе. — Хм... И что же это за предложение? Поделись, давай, — на лице Олега Евгеньевича появилась ухмылка, он сел на край учительского стола и застыл в ожидании ответа. — Ну, «Today, a broad range of scientists say that part of Vernadsky’s thinking has already been proved correct: people have significantly altered the atmosphere and are the dominant influence on ecosystems and natural selection.», — чётко прочитал Влад, стараясь произносить слова правильно, чтобы не упасть лицом в грязь. Олег Евгеньевич внимательно слушал ученика, рассматривая его полностью, стараясь не упускать мельчайшие детали. Сконцентрироваться было довольно сложно, несмотря на то, что Влад и не был его соулмейтом, но был предметом сексуальных фантазий и вожделений, присущих телу. Да, он и вправду привлекал его, ведь парень был мечтой любой девушки и не только: сильный, умный, красивый; в его голубых глазах можно было утонуть, словно в чистом озере, а в объятиях растаять, словно шоколад между пальцами, что и делал Данил почти каждый день, а об его скулы, казалось, можно было порезаться. — Ну, что ж, прочитал ты правильно, но я не думаю, что Данил что-то понял, — на лице учителя появилась едва заметная улыбка. Он подошёл к парте друзей и ловким движением достал из пенала Данила телефон, вместе с тем незаметно взяв дневник Влада, — После урока подойдёшь и заберёшь и телефон, и дневник. — Но... — попробовали хором возразить друзья. — Нет, вы знаете, как я отношусь к тому, что на моих уроках играют и болтают. Всё, замолчали оба. Парни в ответ лишь цокнули и весь оставшийся урок вели себя тихо, обмениваясь взглядами, полными любви и страсти, и изредка переговариваясь. Урок подошёл к концу и ученики начали быстро собирать свои вещи, ведь впереди была столовая, а там, как известно — кто не успел, тот опоздал. — Влад, останься, — громко прозвучал нежный голос учителя среди всего этого шума, — А ты, Данил, можешь идти, — с этими словами интонация Олега была уже более грубой, чувствовалась некая неприязнь. Данил понял, что что-то тут не так и решил далеко не уходить, а постоять за дверью, прикрыв её за собой. — Владушка, ох, Владушка, — улыбнулся учитель и откинулся на спинку стула, поправляя штаны в зоне паха, — Чего ж ты от уроков отвлекаешься на этого уебка? Он что, парень твой? — Голос учителя звучал нежно, плавно, но чувствовались нотки дерзости, насмешливости и даже какой-то обиды. — Да нет, Олег Евгеньевич, мы не встречаемся. Мы просто хорошие друзья, — смущенно оправдывался Влад. На его щеках выступил лёгкий румянец, а по телу его прошла лёгкая дрожь, которую заметил и преподаватель. — Ну, что ты, солнышко, не бойся, я вас не сдам... — он поднялся из за стола и взял парня за руку, — Как и ты нас, не так ли? Олег медленно подошёл к Владу ближе, почти впритык. Запах юности и девственности дурманил молодого учителя, а тяжелое дыхание парня сводило с ума. Мужчина наклонился к шее парня и нежно коснулся её губами. Горячее дыхание учителя и его нежный, но полный страсти поцелуй заставлял Влада вздрагивать всё больше и больше, он чувствовал, как возбуждение всё нарастает и нарастает, словно геометрическая прогрессия. Эта деталь не прошла мимо Олега. Он опустил руки вниз и слегка пожмякал член Влада. — О, мой мальчик возбудился, — усмехнулся тот, и на его лице появилась хитрая ухмылка, — Что ж, тогда приходи сегодня ко мне, солнышко. Мы поработаем над твоим произношением, хорошо? — Голос учителя звучал так же уверенно, как его поцелуи и прикосновения. — Д-да, сэр, -дрожащим и неуверенным от возбуждения голосом прошептал паренёк, стараясь открыть глаза, которые даже с трудом не получалось разомкнуть от столь сильного наплыва чувств. — Ну, умница, — резко отпрянул Олег Евгеньевич и вновь сел за стол, — А теперь иди, твой дружок явно ждёт тебя! Влад быстро взял дневник и телефон друга со стола и направился вон из класса, стараясь успокоиться. На выходе его уже ждал Данил. Владу показалось, что с ним что-то не так. — Забрал? — с раздражением в голосе спросил Данил. — Д-да, вот, — Влад протянул айфон своему соулмейту, но тот лишь с ненавистью вырвал свою технику из рук парня, — Эй, ты чего? — тихо спросил Влад. — Потом поговорим с тобой, блять, — грубо ответил Данил и быстро направился в туалет, дабы отлить и заодно знатно покричать, ибо в туалете никогда не было слышно ни криков, ни стонов, ни прочего дерьма. Особенно на переменах.