Whispers in the dark

Чтобы успокоить нервы, я открыла свой дневник «Оливии Изгнанницы» и записала в него перечень положительных качеств ухажера-вампира. 1. Он твой на целую вечность. 2. Он всегда может бесплатно летать. 3. Можно сэкономить сотни долларов на свадебных фотографиях. 4. Не придётся тратиться на средство для мытья зеркал. 5. От него никогда не будет разить чесноком.

© Эллен Шрайбер. Темный рыцарь

***

      Тяжелый взгляд Интегры встретил Марианну на пороге кабинета главы «Хеллсинг». Преданно стоящий рядом с хозяйкой Алукард с интересом и надеждой пилил нескончаемыми взорами лицо Марианны, надеясь найти ответы на свои вопросы. Девушка же, в свою очередь, приоткрыв губы, смотрела на Алукарда, пытаясь отыскать в нем черты своего Князя. Пускай она ничего не помнила благодаря стараниями своей родни, но ведь всегда можно начать все сначала, главное, что сейчас они рядом, спустя пять веков разлуки.       Артур и его подчиненная сели в кресла у рабочего стола Интегры, напротив нее, и, приняв удобную позу, ожидали вопросов от женщины, которая снова курила тонкие сигары.       — Вы здесь, Артур, чтобы поведать нам, кем является ваша подчиненная. За все пребывание в моем штабе, вы не разу не обмолвились о ее настоящей сущности. Организация, которая борется с нежитью, не могла сделать своим козырем обычную смертную девушку. Алукард рассказал мне, что во время расследования укусил ее и выпил кровь, но она не только не превратилась в упыря, но и моментально залечила раны, а после всего она устроила какой-то фокус в ванне, из-за чего моему слуге пришлось вытаскивать ее из-под слоя льда. Но и это еще не все: девушка, у которой была сломана шея и которая сутки лежала мертвой, восстала, как ни в чем не бывало, из небытия, живая и здоровая. Согласитесь, слишком много необычного для человека, — Интегра закончила свою тираду, ожидая ответов от гостей. Ее вело любопытство и навязчивая мысль переманить Марианну в свою организацию.       — Вы правы, Интегра. Люди — слабаки, и мы бы не стали посылать их на смерть против тех существ, с кем бы боремся. Вы защищаете Англию от вампиров и упырей, а нам приходится сражаться с такими тварями, которых можно найти лишь на страницах Бестиария. Поэтому наша организация сформировала особую элитную группу, состоящую из сверхъестественных существ, в которую входит и Марианна, кроме нее, там находится девушка — суккуб, вампир — стригой, и вервольф.       — Почему мы никогда не встречались с подобными существами?       — Этого я не знаю, хотя, по моим сведениям, в Англии обитает много мифических существ, — ответила Марианна.       — Как я поняла, Марианна — сильнейший боец в организации и настоящий эксперт в области нежити?       — Верно, — Артур улыбнулся. — До того, как мы приехали к нам, она разобралась с группой вампиров — Эстри, похищавших людей. От них остались лишь горстки пепла.       — Получается, что Носферату — не единственный вид вампиров? — ужаснулась Интегра.       — О, нет, в мире обитает много разных видов, с разными способностями, разным происхождением. Некоторые виды, правда, вымерли по неизвестным обстоятельствам, — ответил Артур, — у нас есть записи, что еще до моего рождения в организации находился вампир — Носферату, один из немногих высших, а еще раньше с нами сотрудничала вампирша — Брукса. (1)       — Удивительно, — прошептала Интегра, беря из пачки новую сигарету.       — Не советую столько курить, Леди Интегра, я слышу, как у вас свистит в легких. Вы же не хотите умереть от рака легких? — приподняв одну бровь, Марианна сделала легкое движение рукой и, повинуясь ее воле, сигарета вылетела из руки Интегры, оказавшись в мусорке.       Артур довольно взглянул на подчиненную, в то время, как Интегра смотрела то на нее, то на сигарету в мусорном ведре. Алукард лишь присвистнул: Марианна удивляла его с каждым мгновением еще больше, а жажда по ней лишь усиливалась.       — Ладно, с этим мы разобрались. Переходим к самому главному: кто же Марианна и как она попала к вам в организацию?       — Марианна, дорогая, может, ты сама расскажешь, да и Мире это будет полезно послушать, — обратился к вампирше Артур. Сидящая на диване в углу Мира оживилась.       — Хорошо, но начну я с самого начала, — согласилась Марианна. — Тысячу лет назад, на территории Норвегии, где тогда располагались поселения викингов, викинг по имени Майкл взял в жены молодую девушку — Эстер, которая являлась могущественной ведьмой. Вскоре у них появился первенец — девочка, а через несколько лет сын — Финн. Майкл уплыл, как обычно, грабить поселения, оставив жену и двоих детей. К сожалению, на деревню, где жила Эстер, распространилась чума. Ее первенец заразился и умер. Тогда ее подруга — ведьма Аяна, сказала, что знает одно место, где никто и никогда не болел и был силен. Послушав ее, Эстер с Майклом собрали весь свой нехитрый скарб, ребенка, и вместе с Аяной, сев на корабль, уплыли из Норвегии, навстречу новой жизни, без чумы, опустошавшей деревни за деревнями. Переплыв океан, они причалили к берегам материка, который откроют только через пятьсот лет.       — Америка. Я и раньше читала, что до Колумба там побывали викинги. Находили их поселения, имущество, — перебил Интегра.       — Жители этого самого поселения, о котором говорила Аяна, радушно приняли гостей, и они остались жить там. В течении двадцати лет у Эстер и Майкла родились Элайджа, Никлаус, Коул, Ребекка и Хенрик. Они жили со своими соседями в мире, пока не узнали, что те были оборотнями. Когда наступало полнолуние, Эстер и Майкл вместе с детьми прятались в пещере, скрываясь от рыскающих по лесам оборотней. Они никогда не нарушали эти правила, до одного дня. Никлаус и Хенрик в одну из таких ночей захотели посмотреть, как превращаются оборотни, и вылезли из укрытия, которое им дала природа. Оборотни растерзали Хенрика, мальчик не выжил, умер на месте. После этого у Майкла появилась навязчивая идея сделать свою семью неуязвимой для оборотней и бороться с ними, для этого вместе с Эстер они начали упрашивать Аяну помочь им, но та отказалась, боясь гневить духов, поэтому Эстер обратилась к солнцу за жизнью, а к древнему белому дубу за бессмертием, тем самым создав заклинание бессмертия. Чтобы оно подействовало, нужно было выпить кровь, умереть, а после, для завершения ритуала превращения, надо было выпить свежей человеческой крови. За ужином Майкл напоил своих детей вином, разбавленным кровью, а затем сам вонзил меч в их сердца. Когда дети очнулись, отец насильно заставил пить кровь молодой девушки. Так они стали вампирами. Появилась и скорость, и ловкость, и превосходная реакция. Но в результате этого духи обратились против них и природа начала сопротивляться. На каждое преимущество была слабость. Солнце жгло их, но Эстер нашла решение, создав кольца. Цветы у подножия белого дуба обжигали и защищали от внушения. Единственное дерево, которое дало им новую жизнь, могло и забрать ее, поэтому они сожгли его дотла. Но самым страшным последствием стала жажда крови, которую они не могли контролировать. Вот так появился новый вид хищников.       — Они пытались защитить свою семью, но создали чудовищ, сами того не ведая… А Эстер, она тоже стала вампиром? — поинтересовалась Интегра.       — Эстер не делала из них чудовищ, они сами себя в них превратили. Первое время они не могли себя контролировать и поэтому вырезали поселения, ведомые жаждой крови. Сама Эстер не стала вампиром, иначе бы потеряла силу ведовства. Тот вид ведьм, к которым относилась Эстер, — слуги Природы, а вампиры — извращение над ней, и поэтому эти ведьмы при превращении в вампира теряют свою магию.       — И что же было дальше? Мне не терпится узнать, — прошелестел Алукард, вставая рядом с Марианной, кладя руки ей на плечи.       — Самое веселое еще впереди. После первого убийства Клауса, выяснилась страшная тайна, которую скрывала Эстер столько лет. Она изменила Майклу с одним из своих соседей — оборотней, в результате чего и родился Клаус. А так как ген оборотня активируется после первого убийства, это случилось и с Клаусом. Эстер снова провела ритуал, использовав кровь девушки — Татьи, которую любил Клаус, и лунный камень, запечатав силу оборотня. Майкл не вынес измены и убил Эстер, вырвав ей сердце. После уничтожил отца Клауса и его семью, положив начало многовековой вражде между вампирами и оборотнями. Найдя уцелевший кусок древесины Белого дуба и сделав из него кол, он поклялся, что уничтожит Клауса, и тысячу лет гонялся за своими детьми по всему миру. Клаусу не нравилось то, что его вторая сущность запечатана, и поэтому, путешествуя по миру с братьями и сестрой, создавал различные рисунки и легенды, благодаря которым оборотни или вампиры могли найти лунный камень и двойника Татьи, чтобы провести ритуал снятия печати с сущности оборотня. Семья Первородных вернулась в Старый Свет, где одно время жила в Англии. В это время на одном балу Элайджа знакомится с прекрасной графиней Беллатрисой Хейворт, чей замок — «Черная Лилия» был известен всем и каждому. Древний влюбился в красавицу, позже узнав, что она могущественная ведьма-стрикс и является главой ковена стриксов «Черная Лилия». Графиня, применив магию, забеременела от Элайджи, и в июле тысяча четыреста девяносто второго года родила дочь. Пока все радовались рождению малышки, Клаус, на балу, посвященному себе любимому, встречает двойника Татьи — Катерину Петрову, уроженку Болгарии, которую занесло в Англию. Потом Катерина узнала, какую судьбу подготовил ей Клаус и, обманув одну вампиршу, выпила ее кровь и убила себя, став вампиром. Таким образом, она больше не могла стать ингредиентом для ритуала, и в отместку Клаус убил всю ее семью.       — Это очень интересная история, Марианна, но как ты с этим связана? — поинтересовалась Интегра. Заслушавшись девушку, она даже не притронулась к чаю, который ей принес Уолтер.       — Я — высший вампир, первородный гибрид, дочь Элайджи и графини Беллатрисы, глава ковена «Черная Лилия». Меня нельзя назвать Древней, как моих дядюшек и тетю, но из-за своего необычного происхождения, я Первородная, полувампир-полустрикс. Я самый сильный вампир на данный момент, сильнее даже своего дяди Клауса, — Марианна откинулась на спинку кресла, едва подавив усмешку.       — И как же такое могущественное существо, как ты, начало служить людям? — Алукард с восхищением смотрел на Первородную, начиная понимать, что его малышка Марианна, с которой он так любил проводить время пятьсот лет назад, и, казалось, потерянная для него навсегда, сидит сейчас перед ним.       — В двадцатых годах прошлого века я спасла жизнь младшей сестре деда Артура, который являлся главой «Легиона» на тот момент. На нее напал серийный убийца — вампир, прозванный Потрошителем. Убить его я не могла, так как он был братом моего друга и любовником моей тети Ребекки, поэтому свернула ему шею. Анна потащила меня к своему брату показать, что не все вампиры — монстры. Мы разговорились, я рассказала свою историю, после чего получила приглашение стать членом организации. С тех пор я главный козырь «Легиона» в борьбе против нечисти. Но стоит отдать должное, мы убиваем лишь чудовищ, не трогаем тех, чьи моральные ценности высоки.       — Ты убивала, Марианна? — вопрос Интегры застал Майклсон врасплох.       Немного подумав, она честно ответила:       — Да. Однажды мы с Клаусом нагрянули на свадьбу, когда находились в России. В живых никто не остался. Мне до сих пор стыдно за это… больно даже вспоминать. Но я вампир, а кровь — моя пища. Невозможно все время держать себя под контролем, рано или поздно все равно сорвешься.       — Понятно, — коротко бросила Интегра, — можете идти отдыхать. Мне надо переварить все это.       Кивнув, Артур, Марианна и Мира встали со своих мест и, пожелав Интегре спокойной ночи, вышли из кабинета, каждый в свои покои. Зайдя в свою комнату, Марианна сползла по стенке, снимая с ножек туфли и откидывая их в дальний угол. Она чувствовала себя уставшей, единственное, что ей хотелось — душ, порция крови и кровать. Быстро помывшись в душе и накинув на себя шелковый халат, девушка, махнув рукой на голод, легла на кровать, считая мелькавшие за окном облачка, несущиеся по ночному небосводу.       В комнате стало темнее и из-за угла, словно отделившись от стен, к кровати прошла фигура, и по гладкой ноге вампирши заскользила рука в белой перчатке, поднимаясь до округлого бедра. Алукард лег рядом, позади нее, чувствуя, как быстро распространялась по телу кровь, разгоняя живительное тепло, которого он был лишен. Прижав Марианну к себе, вампир языком провел по шее, вырывая из ее груди вздох.       — Моя девочка, моя драгоценность… Судьба вернула тебя мне.       — Влад, моя семья наложила на меня заклятие, из-за чего я забыла тот год в Валахии и тебя, но сейчас, по крупицам, начала вспоминать. Прости, что причинила тебе боль своим исчезновением. От меня все равно ничего не зависело.       — Это уже не важно, моя сладкая, — Алукард, перебросив через нее руку, начал массировать грудь, заставляя постанывать Марианну.       Хмыкнув, вампирша резко перевернулась, подмяв мужчину под себя. Алукард, заговорщически блеснув рубинами глаз, заскользил по желанному телу, развязывая узелок халата и снимая его.       — Сними перчатки, — попросила девушка.       Дракула, удовлетворив ее требование, снял перчатки, касаясь ее кожи уже своими ладонями, не скрытыми грубоватым материалом. Марианна прикрыла глаза, когда холодные губы втянули сосок в рот, нежно кусая, а сам мужчина перевернулся, оказавшись на девушке. Острые клыки вспороли кожу на шее, отчего она вскрикнула, позволяя вампиру пить ее кровь. Страстно поцеловав ее напоследок, вампир слез с нее, накрывая одеялом.       — Спи, моя девочка.