Букет Календулы с Калиной

      После такого внезапного ухода Марка, у Милены ещё сильнее испортилось настроение, а в голове появилась стая вопросов.       О чём он тогда подумал? Чьи слова он вспомнил? Почему так быстро ушёл? Его лицо было бледным, всё ли с ним в порядке?       Размышляя над всем этим, она и сама стала вспоминать различные моменты прошлого, бывших сотрудников, клиентов, знакомство с Марком в начале её пути и многое другое. Кстати, о бывших сотрудниках… Ей сразу в память врезался один такой.       Он ушёл со скандалом и издевательствами, навёл шороху в компании и отчасти подчистил ряды сотрудников, а также просто ушёл с поста директора самой продуктивной дочерней компании. Это было так недавно и так давно одновременно. Самон был хорошим сотрудником, и очень инициативным человеком, в голове которого всегда клубились какие-то идеи. Но в остальном он был последней мразью, обливавшей Милену помоями за её спиной.       А ведь когда-то она ему доверяла.       От размышлений её отвлекли какие-то раздражающие звуки. Звуки эти оказались звонящим телефоном, разливающимся давно приевшейся и раздражающей мелодией. Надо бы её сменить. Взглянув на номер, Коваль улыбнулась. Как говорится: «Вспомнишь солнышко – вот и лучик» Она сначала вздохнула и задумалась, а стоит ли отвечать на звонок раздражающего бывшего сотрудника, который просто обожал её доставать? Но она всё же понимала, что лучше взять трубку. В последний раз, когда она игнорировала его, то внутренняя информация из компании перешла к конкурентам, что спровоцировало большие проблемы. Когда бы Самон не ушёл, он всё равно имел свои связи внутри компании Милены и знал обо всём, что тут происходит. Она уже успела тысячу раз пожалеть о том, что когда-то решила принять на работу того милого и стеснительного юношу, который оказался самовлюблённым ублюдком.       — Сдохни.       — Как грубо, Милки-чан, ты разбиваешь моё сердце.       — Умри.       Их диалоги почти всегда начинались вот так. Она желала ему смерти, а он кривлялся, разливаясь соловьём о «своих нежных чувствах к ней».       — Тебе стоит быть вежливее. Если ты продолжишь так общаться с людьми, то ваша компания может быстро потерять партнёров и клиентов, Милки-чан. Я тебе уже давно говорю, что стоит хотя бы немного изменить манеру поведения.       — Не тебе меня учить, как быть директором.       — Действительно. Так вот, насчёт чего я звоню… Я хочу убедиться, что с тобой всё в порядке.       — С чего бы такая забота? Что со мной станет-то, хм!       — Милена… Ты хотя бы немного следишь за новостями в последнее время?       — Эм, нет… А что?       — В районе твоего офиса последние полгода происходят похищения молодых и красивых девушек. У Полиции нет зацепок. Так что, я волнуюсь за тебя. Потенциально ты можешь стать жертвой маньяка, и это пугает. Мне кажется, что, в связи с сложившейся ситуацией, вам стоит пересмотреть график работы, чтобы девушки успевали добраться до дома с работы, пока светло.       — Ты, конечно, придурок, но… ты прав. Раз такая ситуация, нельзя рисковать жизнью своих сотрудников…       — А я о чём. И вообще. Тебе хотя бы какую-нибудь новостную сетевую газету бы почитать. А вдруг у вас там ещё кто появиться? Тебе стоит держать себя в курсе последних событий твоего города или хотя бы района, а не только того, что связано с конкурентами.       — Не твоё дело, Самон.       — Мне легче хотя бы оттого, что ты в безопасности.       — Прекрати. Ты омерзителен.       — Как грубо. Тем более, это ещё не всё.       — Что ещё ты решил выкинуть?       — У меня есть важная информация для тебя. Встретимся в нашем кафе после того, как ты закончишь в работу. Я буду ждать тебя. И не советую отказываться, тебе действительно стоит взглянуть на эти документы.       — Хорошо. Я согласна. Но, надеюсь, что ты после этой встречи попадёшь под машину.       — Ваше желание для меня закон, моя дорогая.       Он не стал дожидаться, пока Коваль ему ответит и бросил трубку, оставив Милену с очередной мигренью и болями в сердце. Разговоры с ним для её здоровья никогда хорошо не заканчивались.       — Что же, посмотрим, какие «документы» ты там притащишь на этот раз. Белые с кокосом или молочные, тающие во рту.

***

      Небольшой частный домик на краю города был почти невидимым, скрывшись в тени больших елей. Высокий кирпичный забор ограждал его от внешнего мира, или ограждая мир от него. Двухэтажное здание, обвитое плющом, излучало мрачную ауру, как у дома с привидениями. Если зайти внутрь, то это ощущение пропадает не сразу – для этого надо преодолеть коридор, увешанный старыми, порой пугающими картинами и чучелами. Первой из коридора вела большая дверь из чёрного дуба, за которой находилась просторная гостиная. Большие окна с видом на сад рассеивали мрак лучше всяких ламп. Комната была уставлена множеством маленьких кресел и парой журнальных столиков, стоящих на большом, пушистом, чёрном ковре. У одной из стен находился большой камин, рядом с которым был шкаф с книгами. Перед камином была ступенька, чтобы искры из очага не попали на паркет и не спровоцировали пожар, а ещё там лежали дрова. Кроме всего прочего, в гостиной стоял музыкальный центр, из которого сейчас лилась музыка, заполняющая собой сознание хозяина этого дома.       Николай был очень скрытным человеком, не подпускающим к себе тех, кто его не интересовал. Хотя это было незаметно, учитывая то, какой широкий круг общения у него был. Сам Чалдини был не то, чтобы закрытым человеком, он просто не всё выставлял на показ, тщательно оберегая своих внутренних демонов от вторжения на их территорию других людей. И, несмотря на всю свою болтливость и бесконечный словесный поток, многие люди говорили, что считают его загадочной личностью, на что сам Николай искренне удивлялся.       Сейчас же он сидел напротив камина в большом, мягком, чёрном кресле, погрузившись в себя и изредка потягивая кофе. Его безучастный взгляд был устремлён на букет из веток ели, что украшали кофейный столик и думал о ней. Женщине, сумевшей всем своим раздражающим существом засесть в его мыслях и сердце. Ради неё он был готов на безумие. Из-за неё он сходил с ума, пытаясь забыться. Однако все его попытки были тщетны. И поэтому он так часто звонил ей.       На этот раз у него действительно были некоторые документы для неё. Ничего важного и особенного, лишь список закупок фирмы и кое-какие наводки на их клиентов, однако и это могло ей помочь. Кроме этого, он уже успел купить ей очередной подарок. На этот раз он взял из своей небольшой и незаметной поездки немного настоящего и очень качественного столетнего Пуэра.       Звук будильника на телефоне вытащил Чалдина из его внутреннего мира, как бы напоминая о предстоящей встрече. Недовольно поворчав, Николаю всё же пришлось вылезти из уютного кресла и пойти собираться. Сегодня он попытается опять.

***

      Уже как полчаса он сидел в облюбованном ими кафе и допивал третий молочный коктейль, заедая вторым тортиком. Она, похоже, и не спешила появляться. Так было всегда, поэтому он не особо волновался, да и было бы за что? Всё равно она вскоре завалиться и будет недовольно бурчать о том, что ему стоило упасть где-то по дороге, и расшибить себе голову. Ничего нового. Пока что…       По дороге к кафе, Николай зашёл в цветочный магазин, в котором его уже узнавали все сотрудницы, даже порой делали скидку или добавляли пару лишних цветов в букеты. На этот раз он решил взять букет из Венеринова башмачка, гелиотропа и глоксинии с цветками земляники. Всё-таки он был рад, что нашёл такой магазин, в котором столько самых разнообразных растений, а не одни скучные розы и тюльпаны. А милые продавщицы всегда помогали ему собрать подходящий букет.       — У вас как обычно неординарные запросы, Николай Александрович.       — Стараюсь удивлять, как только могу, дорогуша.       Он был рад тому, что его никто не спрашивает тут о предмете его воздыханий. Это помогало не накручивать себя по многу раз.       В очередной раз зазвонил колокольчик, оповестивший о новом посетителе. Это вырвало Николая из своих мыслей и побудило отложить тортик в сторону.       — Ты, как всегда, по горло завалена работой, я погляжу. Даже в кафе ходишь со своими документами. Благо они на ноутбуке, а то тебя бы выгнали бы с той кучей коробок, что у тебя обычно в машине.       — Меня больше удивляет, как ТЕБЯ до сих пор не выгнали. Не важно. Зачем я тебе? Я надеюсь, что документы в этот раз настоящие, а не предлог для встречи.       — И да, и нет. Документы у меня настоящие. И это предлог для встречи. Просто два в одном!       — Бесишь, давай их сюда.       — Хорошо, но сначала, прошу, прими от меня этот скромный дар.       Николай театрально встал на колено, протягивая Милене букет и коробочку с чаем. Это вызвало лишь ухмылку, но подношение она приняла.       — На этот раз не шоколад? Странно.       — Я подумал, что он тебе приелся, да и купить его ты можешь в любом магазине, а вот хороший столетний пуэр в городе не так-то легко найти.       — Хм, спасибо. А теперь гони документы.       — Ну, Милки, я думал мы с тобой подольше пообщаемся…       — Нам не о чем говорить, Самон. Ты мне уже всё сказал, а я на всё ответила. Я и Лекс вместе счастливы, к тому же, я тебя терпеть не могу. Всё, на что ты годишься, — это данные, которые ты мне приносишь. Если бы не они, я бы не приходила.       — Это жестоко.       — Зато честно.       После этих слов она забрала с собой всё подаренное и ушла из кафе, даже ничего не заказывая. Это опять оставило Колю в самых отвратительных чувствах, заставляя чувствовать себя глупцом. Зачем? Зачем опять пытаться, если она вновь отвергнет его? Внутри опять что-то поднялось, зарычало.       Это сигнал, надо возвращаться домой.       Самон быстро расплатился с официанткой и выбежал из кафе, в который раз благодаря самого себя за то, что купил мотоцикл, а не машину, и теперь не придется стоять в вечерних пробках.

***

      Зайдя к себе домой, Коля был сам не свой. У него опять начался приступ агрессии, однако не было того, на кого можно её выпустить, поэтому он уходил в подвал и начинал лупить грушу, стараясь как можно меньше думать, и как можно больше дышать. Он уже пробовал медитации, но во время них он, наоборот, только сильнее погружался в это море ярости. После пятнадцатого раза он бросил эту глупую идею и перешёл к старой, доброй, грубой физической силе. Так и для здоровья полезно хотя бы немного, и удар стал лучше, и мысли быстрее приходили в норму, переходя на какой-нибудь йогурт из холодильника.       Спустя какое-то время, Самон успокоился и присел на пол, откидывая голову назад. Думать было лень, как и вставать. Однако вскоре пришлось это сделать, ведь до него стали доноситься звуки звона в домофон и нужно было хотя бы посмотреть, кто это был там. К счастью, когда он всё же посмотрел на небольшой экран, там стояла Полина. Это было приятным сюрпризом.       — Привет, Ники, а я тебе тут гостинец из Парижа привезла.