Тёмный Лорд - гриффиндорец или "мой девиз - всё через жопу"

      Гарри Поттер стоял в паре метров от своих друзей, и лик его был буквально обезображен жуткой и слегка безумной маской. Тело пронизывали серебряные, еле уловимые взглядом нити магии, что, словно безудержный горный поток, вырывалась наружу. Он наблюдал, как с каждой секундой зрителей становилось все больше, и ликовал от предвкушения скорой и беспощадной расправы. — Гарри, — осторожно, словно шествуя по лезвию самого острого ножа, окликнул парня профессор, — Что ты хочешь сделать?       Северус жестом попросил Драко стоять позади, а сам, не рассчитывая на какой-либо вразумительный ответ, сделал пару осторожных шажков навстречу. Фигура гриффиндорца не дрогнула, словно он и не услышал вопроса, завороженный происходящим. Маги появлялись со всех сторон, сбитые с толку, они все как один направляли палочки на своего врага, не решаясь что-либо сделать. — Гарри, — предпринял мужчина еще одну попытку.       Поттер поднял палочку вверх и, не дрогнув, призвал адское пламя, что обжигающими языками бросилось на магов министерства. Крики заглушал вой бушующей стихии, а пространство вокруг заискрилось от магии. Огонь преследовал жертв, но, словно издеваясь, позволял им уйти, а после снова настигал, и так до бесконечности. Это была своеобразная игра, что к сожалению или же к счастью, не приносила гриффиндорцу удовольствия. Он желал всем сердцем, чтобы на месте этих магов оказались его друзья, директор и все, из-за кого его жизнь была похожа на кошмарный сон. — ААААА! — доведенный до предела, закричал Гарри и пространство дрогнуло.       Теперь все лицезрели столкновение двух реальностей: маги, что пытались укрыться от опасности, и неосязаемые силуэты людей из далекого прошлого, что сошлись в смертельной битве. Крики слились воедино, что не позволяло разобрать ни слова. Кровь призраков лилась, словно реки по каменным ступеням, пока в реальности бушевало пламя. — Невероятно, — восхищенно воскликнул демон и глаза стали нежно-розовыми. — Гарри! Останови это! — рванув с места, закричал слизеринец, тут же одергивая друга за руку, — Ты же не убийца!       Один лишь взгляд холодных глаз заставил парня встать на колени и обхватить голову руками. Боль была невообразимой, пока Поттер грубо рылся в воспоминаниях школьных дней, выискивая что-то. С трудом, но Малфой смог посмотреть в глаза другу и полушепотом проговорить: — У меня нет пред тобой тайн… смотри.       Визуальные образы стали еще четче и красочней, напоминая о первом знакомстве парней и дальнейшем противостоянии. Но с первого дня Гарри так же был окутан ложью. Только, как бы странно это не звучало, она была во благо. Драко все свободное время следил за школьным врагом и при малейшей опасности докладывал обо всем профессору Снейпу или же директору. Он беспокоился, искренне желая гриффиндорцу добра, хоть и его горделивый нрав не позволял показывать подобное.       В завершение всего он по неясной причине перенесся в момент, когда его предали. То был день перед отъездом четы Малфоев из магической Британии. Драко так же, как и прежде, волновался о безопасности Гарри Поттера. Все потому, что за пару дней до принятого решения к ним заявились люди из министерства и недвусмысленно намекнули о нежелании и дальше видеть их на своей земле. Малфой был не глуп и прекрасно понимал, что намечается что-то серьезное, и по неясной причине сводил все к рухнувшей на плечи гриффиндорца немыслимой славе. Потому, рискнув всем, парень отправился на встречу о которой Поттер ничего и не подозревал.       Он остановился в переулке, всматриваясь в прохожих. Казалось, все было буднично и ничего не предвещало беды, но вот он услышал знакомые голоса.       На улице появился лучезарно улыбающийся гриффиндорец, а следом буквально буравя взглядом его спину, Гермиона Грейнджер. Драко нутром ощутил исходящую от подруги Поттера опасность и ринулся на перерез, но был резко перехвачен. Одной рукой его прижимали к груди, а второй закрывали рот, чтобы он не посмел лишний раз пискнуть.       На его глазах Грейнджер достала палочку и бросила заклинание в спину своего лучшего друга, что мгновенно вывело того из игры. И лишь когда безвольное тело упало на землю, слизеринца выпустили из мертвой хватки и грубо толкнули вперед. Он попытался среагировать, но Рон, что стоял позади с надменной улыбкой выбил палочку из рук и следом кинул: — Круцио!       Дальше последовали жуткие вспышки боли, перебиваемые пугающим смехом Уизли и повторным применением заклятья. Снова и снова он выкрикивал «круцио» с наслаждением наблюдая за мучениями ненавистного врага, пока тот не потерял сознание.       Пришел в себя Малфой уже в Риме. Все тело жутко ныло, а в голове стоял образ беззаботного Гарри и металась словно в тесной клетке птица, мысль о его дальнейшей судьбе. — Гарри… — хрипло прошептал Драко.       Мать, крепко сжимая руку сына, мирно спала в небольшом креслице у постели. Лицо было изможденным, а веки слегка покраснели от слез. Отец же стоял возле окна, обреченно вглядываясь в безоблачное небо. — Он в Азкабане.       Гарри вынырнул из чужих воспоминаний, сраженный болезненными отрывками прошлого. Взгляд изменился, выказывая снисхождение и сожаление, а еще там бушевал праведный огонь. Он обернулся к беснующемуся пламени и взмахом руки остановил его. Огненный змей медленно склонил свою голову пред хозяином и вспыхнув подобно фениксу, исчез. Буря, что свирепствовала вокруг утихла, а лучи солнца вновь озарили собравшихся магов. Лица были покрыты потом и грязью, глаза бешено озирались по сторонам, а грудные клетки вздымались не в силах наполнить легкие таким желанным кислородом.       Несчетное количество глаз уставилось на Гарри Поттера, что стоял в центре всего действа не похожий на прежнего себя. Сильный, безжалостный, властный и безупречно красивый маг в черном одеянии пленял одним лишь взглядом и обезоруживал внезапно раскрывшимся магическим потенциалом, которому, казалось, не было границ. И маги, что прибыли дабы схватить или же убить его, рухнули на колени, готовые поклясться в верности. Вокруг воцарилась тишина, прерываемая лишь щебетом птиц. — Драко, прости… я ничего не знал, как всегда, — видя, что профессор подбежал к крестнику пытаясь привести того в чувства, произнес гриффиндорец, — Экспекто патронум.       Ловкий пасс палочкой и с конца сорвался темный с серебряными прожилками луч. И в ту же секунду рядом с волшебником появился черный крупный волк, оскаливший пасть. Зверь покорно ожидал приказа, и если приглядеться, можно было увидеть, как каждую шерстинку на его теле окутывал, казалось бы, лунный свет. Он был подобен Фенриру, огромному волку из германо-скандинавской мифологии. Опасный и сильный, под стать призывавшему его магу. — Я иду, — короткая фраза слетела с губ, и зверь сорвался с места.       Силуэты давно усопших медленно растворялись в воздухе, а руины возвращали свой привычный образ. Убедившись, что друг пришел в себя, Гарри обратился к магам, что боялись даже посмотреть в его сторону. — Теперь, вы часть сопротивления. Любое препятствование или неподчинение — заточение в Азкабане. Вы все обязаны оказывать нам любую поддержку, а когда придет время встанете плечом к плечу в борьбе с министрами всех стран. Все ясно?! — Да, — тотчас отозвались со всех сторон не смея поднять взгляд.       Рядом, буквально из воздуха появилось то самое одноглазое нечто из мрака. Оно было не видимо ни для кого, кроме самого гриффиндорца. Они молчаливо осматривали руины и склонивших голову магов, а после демон произнес: — Ты сильнее, чем они… и теперь способен узреть больше.       Реальность дрогнула, и вмиг они оказались в самом центре необычного выступления. Вокруг рукоплескали люди от мала до велика, дети озорничали, а стража расслабленно стояла в стороне с интересом слушая историю, что актеры рассказывали на сцене. Но спустя пару мгновений все стихло. То тут то там мелькали тени людей, что, нашептывая что-то нечленораздельное брели куда-то с баулами. — Глупое стечение обстоятельств и вот непреклонный город мертв… пал от стихии, оставив обитателей без источника воды, — существо буквально сканировало, огромным слепым глазом напряженную фигуру Поттера, — Ты же… рок судьбы, что подобно стихии сотрет с лица земли грешников. — Ты отличаешься от другого демона, — прищурив голубые глаза, проговорил все так же не глядя на существо Гарри. — Я ненавижу ложь и говорю лишь правду, — коснувшись холодной рукой, кончиков пальцев гриффиндорца, проговорил монстр, — Ты так же как и я, не похож на других и тем привлек мое внимание. Я могу помочь, но только… если ты сам этого пожелаешь. — Помочь? — Тебя ждет смерть, — произнесло существо, — Но до того… ты должен узнать больше. А когда пробьет час, я приду за тобой.       И силуэт растворился в воздухе, не оставив после себя и следа. Гарри словно бы чувствовал, какой финал его ожидал, а потому откровение демонической твари не стало очередным потрясением или неожиданностью.       Он смотрел невидящим взором на руины города, что когда-то очень давно был величественным и неприступным, а сейчас… к его останкам слетаются туристы, с восхищением впитывая крупицы информации о жизни и кончине античного красавца. Он желал уйти красиво: оставив новообретенной семье все, что сможет заполучить и уничтожив всех, кто встанет на его пути. Гарри Поттер готов был пасть ниц пред тьмой и превзойти самого Темного лорда. — Гарри… этот инкуб что-то недоговаривает, — раздался эхом, голос в голове гриффиндорца. — Знаю. Теперь я увидел, — без слов ответил он Тому.       Резкая боль вмиг окутала разум и тело, вынуждая парня обхватить руками голову в надежде успокоить пульсирующие виски. Крики стали отчетливее и громче, но он по-прежнему не понимал ни слова. Зато теперь пред взором маячили сотни темных силуэтов. Он не видел лиц, но ощущал магическое присутствие. Они его слышали, чувствовали и видели, где бы он ни находился. Эта незримая связь пугала и в то же время манила. — Гарри! — послышался приглушенный голос профессора.       И тени растворились, оставив после себя ряд так и не решенных вопросов. Боль отступила, позволив наконец обратить внимание на спутников. Драко выглядел паршиво, но было видно, что все его мысли сейчас заняты отнюдь не своим состоянием. — Еще одна часть души у меня, — кивнув в подтверждение своим словам, промолвил парень и заметил, как облегченно выдохнули присутствующие.       Люциус, что ждал поодаль, отослал магов прочь, а сам поспешил присоединиться к команде. Мужчина был сбит с толку произошедшим и дабы вернуть хоть какой-то контроль над ситуацией, спешил все разузнать из первых уст. — Что произошло? Почему портал перенес вас сюда? — Инкуб связался через него с демоном и тот соизволил выстроить маршрут напрямую. Возможно, стоит сменить план действий и скорректировать его с учетом спонтанных перемещений, — ответил гриффиндорец и подал руку сидящему на земле Малфою, — Прости, я не хотел тебе навредить.       Драко натянуто улыбнулся в ответ и крепко сжал холодную ладонь. Теперь их ждал длинный путь до ближайшего отеля, дабы передохнуть и набраться сил. И не было более разговоров, лишь затянувшееся молчание с нотками недосказанности. Гарри отчетливо понимал, что более отмалчиваться не мог, ибо доверие хрупкая штука и завоевывают его годами, а теряют в один миг. — Драко… я не знаю, что там произошло, — начал полушепотом Поттер, — Я внезапно обрел способность колдовать без палочки и даже больше.       Услышав внезапные откровения от друга, Малфой преисполненный внимания старался уловить каждое слово и с интересом следил, как меняется выражение его лица, дабы понять говорил ли парень правду.       Демон же старательно делал вид, что не заметил происходящего, но его цепкий слух улавливал каждое словечко. Он должен был знать все, дабы быть на шаг впереди. Но все пошло не по плану, когда Гарри оборвал себя на полуслове и пообещал показать свои воспоминания другу.       И вот спустя пару часов друзья сидели в комнате отеля. Поттер ждал, когда Малфой вымолвит хоть слово, а тот не мог прийти в себя от увиденного. — Гарри, спасибо, что доверил свой секрет мне. Я правда оценил твой жест, — замявшись на мгновение, блондин продолжил, — Если появится что-то новое, обязательно расскажи мне и… не забывай, рядом всегда есть тот, кто знает куда больше. Думаю, инкуб сможет тебе помочь.       Голубые холодные глаза вперились в гриффиндорца, а рука крепко сжала чужую ладонь. Они поняли друг друга с полу взгляда и теперь Драко мог втайне от демона искать зацепки среди книг. — Умно, — тихонько хохотнув, проговорил Том. — Кстати… что-то изменилось? Я точно получил еще одну частичку твоей души, но ты так и не соизволил явиться ко мне, — наконец расслабленно устроившись в мягком кресле, проговорил Гарри, пока Малфой умиротворенно смотрел в приоткрытое окно, попивая горячий чай. — Думаю в этом нет необходимости, но ты прав. Все получилось, — послышался приглушенный ответ, но образ так и не появился. — Драко, думаю мне необходим отдых. Не оставишь меня одного.       Пожав плечами, слизеринец тихонько вышел из комнатки, кивнув на прощание. Сейчас даже ему нужно было время, дабы переварить новую информацию. И оставшись наедине, Поттер откинулся на спинку кресла и прикрыл уставшие глаза. День был тяжелым, изматывающим и сейчас он желал лишь одного — выпустить скопившееся напряжение, тем самым расплатившись по долгам. — Мне нужен горячий душ…       Не заметно для себя парень ловко скинул вещи и спустя пару минут стоял, прислонившись к прохладной плитке лбом. По коже бежали теплые струйки воды, а пространство вокруг окутывал приятный туман. Дыхание было тяжелым в то время как по телу пробегали приятные мурашки и мышцы медленно расслаблялись. Короткий, но такой приятный миг блаженства и полного спокойствия, когда даже собственные мысли отступили, давая передышку. — Надо будет поговорить с профессором, — пробурчал себе под нос гриффиндорец. — Чтобы было проще, — прозвучал из-за спины голос Тома, — Представь его сейчас. Думаю, он был бы недоволен. Крылья его прекрасного носа вздымались, глаза метали стрелы, а сильные руки сжимали твои запястья, прижимая к прохладной стене. — Что за бред! — напрягшись всем телом, но так и не повернув лицо, произнес Гарри, — Это не поможет мне в разговоре. — Но позволит расслабиться. Ведь он тебе нравится, — словно змей искуситель прошипел на ухо парню лорд, — Коснись себя.       Рука слегка дрогнула, а щеки залил румянец. Не в силах противиться желанному образу, Поттер коснулся головки и скользнул вдоль ствола. Приятные искорки пробежали по всему телу, толкая на продолжение. Он сам додумывал их встречу, представляя каким нежным и в то же время властным может быть ужас подземелий. С каждым движением, с каждым тяжелым вздохом картинка становилась все реальнее, погружая героя в сладострастный круговорот безумия. Пока одним резким движением его не развернули, пронзая свирепым взглядом. — Проф…       Закусив губу, Гарри несдержанно кончил, заляпав черную мантию. Вот только образ не растворился и уж тем более не поблагодарил его за произошедшее. — Северус?! — испуганно распахнув глаза, выпалил парень и судорожно стащив полотенце с крючка, бросился оттирать следы, — Я… вы все не так поняли. — Я несколько минут стоял у двери, но не дождавшись ответа, решил проверить все ли у тебя в порядке. Но, вижу я немного не вовремя, — взгляд полный негодования и некоего отвращения, был брошен на обнаженного гриффиндорца, что тут же потерял дар речи, — Как будешь готов, зайди в мою комнату. Нужно обсудить дальнейший план действий.       И, развернувшись, мужчина быстрым шагом скрылся из виду. Поттер осторожно опустился на пол, еле сдерживая рвущийся наружу смех. Ситуация была глупой, под стать былым временам в Хогвартсе. Теплые воспоминания минувших дней мелькали в памяти, разливая по телу тепло и позабытую радость.       Рядом появился Том с тревогой заглядывая в глаза бывшему герою. Но от его появления смех стал лишь громче, а из глаз, скрываемые ручейками теплой воды, брызнули слезы. Мужчина обиженно отвернулся, понимая, чем вызван был новый порыв. Из-за единения двух частичек души его внешность претерпела незначительные, но весьма странные изменения. И повезло, что свидетелем сего стал лишь гриффиндорец. — Ч-что? Мерлин, я сейчас помру со смеху! — смеясь пролепетал парень.       Короткие, темно-каштановые, слегка вьющиеся волосы смотрелись словно некий парик. Безупречно красивый, но все-таки парик, учитывая яркий контраст с внешностью Реддла. — Уф… Как же давно я так не смеялся, — заметив недовольный взгляд, Гарри добавил, — Не обижайся. Твоей прическе теперь позавидует кто угодно! — С каждым новым крестражем я все больше терял свое человеческое обличье. Видимо, теперь все пойдет вспять, — сев рядом, задумчиво произнес Том. — Посмотрим, — пожав плечами ответил парень, — А пока мне стоит поговорить с профессором.       Лорд оставил гриффиндорца одного, пока тот приводил себя в порядок перед довольно-таки важной встречей. И вот он стоял возле двери, не решаясь войти. Простой разговор, но казалось, что тема будет совершенно иной, отчего внутри все переворачивалось с ног на голову.       С того момента, как они сбежали из Азкабана, не было спокойного дня с теплыми беседами или хотя бы короткими, но такими важными разговорами по душам. Казалось, они отдалились друг от друга и стоило принять меры, пока незримая связь не будет оборвана навсегда.       И Гарри шагнул в пропасть, не мешкая более, ибо время стало слишком ценной и невосполнимой монетой. Радушно улыбаясь, он как ни в чем не бывало поздоровался с бывшим преподавателем. В комнате царил знакомый порядок, что даже вдали от дома был нерушим. Нотки ароматного чая витали в воздухе, подталкивая к разговору и отчасти расслабляя. — Я хотел бы извиниться, — лучезарная улыбка исчезла, тогда как взгляд полный раскаяния был обращен прямо, — Я не желал ничего утаить от вас и тем более навредить своему окружению. Понимаю, что уже пошатнул ваше доверие, но прошу дать еще один шанс.       Снейп молча оглядывал своего гостя, казалось зная куда больше, нежели ему говорили. Но все же, спустя какое-то время он решил для себя: — Ты меняешься, и я не знаю плохо это или хорошо. Но тот печальный и холодный взгляд в коем отчетливо читается пустота и крики, что я слышу каждую ночь, — он сбросил маски и уже не скрывал свое волнение и тревогу, — Когда-то я дал непреложный обет защищать вас мой лорд. Так позвольте мне его исполнить.       Гарри судорожно сглотнул, с тревогой осознавая, чего же требует профессор Снейп и о какой клятве идет речь. Директор вынудил его дать обет и защищать Поттера даже после собственной смерти. Тело прошиб холодный пот, голова вмиг разболелась, а дыхание перехватило, словно кто-то грубо схватил его за шею.       Собрав все свои силы в кулак, он вновь посмотрел на собеседника, но уже другими глазами. Теми, что так пугали всех. Холодное серебро переливалось на свету, пока глаза судорожно метались по телу мужчины. И в одно мгновение он увидел… увидел тонкую нить на его запястье, а рядом еще одну. Магия, что опутала его руку и была теми позабытыми клятвами. — Нет! — он рванул вперед, прижимая Северуса к спинке стула, а свободной рукой коснулся запястья.       Нити магии медленно сплелись воедино, а после обернулись на руке гриффиндорца, подобно маленькой змейке. Теперь зельевар был свободен, а Гарри взял его обещания на себя. Только он был в ответе за свою жизнь и жизнь новоиспеченного друга.       Снейп ощутил, как пали путы обета и лишь тогда осознал, что же произошло, пусть и не до конца. Резкая вспышка обиды с примесью злобы захлестнула мужчину с головой. В минутном порыве он ударил парня по лицу и стащив с себя, впечатал того в стену. Теперь уже реальная хватка обвивала тонкую шею Поттера, не давая вздохнуть. — Я… не могу дать умереть за себя тому, кого люблю, — глаза небесно-голубого цвета, так сильно напоминающие профессору о его потерянной любви, блестели от слез, — Простите… — Что ты понимаешь в этом?! — крылья носа бешено вздымались, а хватка стала чуть сильнее, — Ты мне противен, Поттер!       И разжав руки, мужчина отступил на пару шагов назад. Гарри скатился по стене, словно марионетка, которой обрезали нити. Он ожидал такого ответа, но все же слова ранили сильнее, чем он предполагал. — Я все-равно буду вас защищать, — хрипло произнес Поттер.       Пред взором мелькнул черный подол мантии, и мужчина быстро вышел из комнаты, хлопнув напоследок дверью. Вокруг повисла гнетущая тишина, что буквально звенела в ушах. Гриффиндорец медленно поднялся на ноги и приняв невозмутимый вид, словно ничего не произошло прошествовал следом. — Гарри? — воскликнул Драко и устремился навстречу, — Ты уже отдохнул? — Да, не стоит задерживаться на одном месте, — Он посмотрел по сторонам и не заметив инкуба, спросил, — Куда нам далее? — Знаешь ли ты, что такое жадность? К чему тебя приведет сей грех? — прозвучал знакомый голос из-за спины и плеча коснулась рука, — Медальон Слизерина принадлежал лорду по праву, как прямому потомку рода. Рода, что отвернулся от него. — Куда мы последуем?! — отмахнувшись от разговора, произнес маг, — Ты же сыт?! Выполняй уговор! — Ладно, этого мало, но, — демон скучающе отвернулся, — Нас ждет самое известное игорное заведение в мире! Казино Монте-Карло.       Ликуя, произнес инкуб и его одеяние преобразилось: оксфорды, черные классические брюки и рубашка в тон смотрелись как нельзя кстати и придавали образу презентабельности и в то же время непринужденности. Профессор в столь необычном одеянии смотрелся просто великолепно и чем-то напоминал мужчину из недавнего образа, что предстал в душе. Гарри Поттер незаметно сглотнул скопившуюся слюну и отогнал прочь непристойные мысли, но существо успело уловить нотки похоти во взгляде и ехидно улыбнулось в ответ. — Оплот алчности и средоточие демонических сущностей всех мастей и рангов. Нам не нужно приглашение демона, он правит у всех на виду!       Существо, казалось, жаждало этой встречи и это пугало. Не было ясно, чего стоило ожидать и как подготовиться. Но опять же, пути назад не было.       Загруженные собственными тревожными мыслями, друзья разбрелись по комнатам: кто-то дабы приодеться, кто-то чтобы подготовить безопасный маршрут. Гарри же сидел в одиночестве напротив приоткрытого окна. Кожи касались теплые лучики солнца, но они не могли отогреть душу. Там медленно, но верно прорастала тьма. Холодная, опустошающая и медленно поглощающая все эмоции, словно дементор. — Что же я увижу теперь? Какие тайны сокрыты от меня? — спросил гриффиндорец пустоту, не ожидая ответа.       Тут в дверь постучали. Запястье слегка обожгла магия, что источала клятва. За дверью был Северус.