Во всём виноват ваш компьютер!

      «ВандерФил — Мир у твоих ног». (Не знаю, понравится или нет, но переломный момент придумывался именно под нее.)       — Ты уверен, что стоит брать так много? — удивлённо спрашиваю Дена, составляющего в корзинку четыре бутылки пива.       — Это так, горло прополоскать! — уверенно отзывается он, продолжая похождения вдоль полок. — Вот это хочу и это… о, и это, конечно, — бубнит он, скидывая в корзину пачку чипсов, печенье «TUC» и сырные шарики. — Сыр-косичку хочу! — резво шествуем к холодильникам с мясной и молочной продукцией. — О, коктейль молочный!       — Ты, я погляжу, сегодня шикуешь?       — Не я, а мы. Ты сегодня сожрёшь столько, сколько не ел за всю жизнь! — без доли сомнения заявляет Ден, выбирая из еды, как мне кажется, всё подряд. С его точки зрения в корзинке лежат самые необходимые для ночёвки продукты, на мой взгляд, в ней молит о спасении несчастная тысяча рублей.       — Денег много? Отдай мне, раз девать некуда.       — Зарплату трачу, как хочу.       Не нахожу аргументов и продолжаю плестись за ним по «Магниту» с видом умирающего раненого солдата. Или, скорее, подбитого футболиста — они, как известно, больше страдают.       Через примерно полчаса мы оказываемся перед моим домом с тяжёлым пакетом и знатно опустевшими карманами (Ден накупил еды на полтора косаря, но меня это не сильно волнует — не мои же деньги). Мама должна уйти через пятнадцать минут. Мы решаем не стоять в ожидании на улице, как последние дураки, а смело подняться в квартиру.       — Пиво в рюкзак спрячь, гений, — учу Дена жизни, открывая подъездную дверь.       — А если брякнут?       — Обмотай кофтой. — Ден принимается выполнять моё поручение — снимает кофту, упаковывает бутылки и аккуратно складывает в рюкзак — и через несколько секунд поднимает на меня удивлённый взгляд.       — Гениально!       — Кто бы сомневался. Я же предложил.       Поднимаемся на четвёртый этаж и в дверях сталкиваемся с мамой. Она желает нам удачного времяпровождения, даёт несколько рекомендаций и уходит. Вваливаемся в квартиру. Ден выкрикивает что-то похожее на «Шикуем!» Мама с лестничной площадки выкрикивает что-то похожее на «Я ещё не ушла!»       Наконец я запираю входную дверь, и мы остаёмся наедине в пустой квартире.       — Ты уверен, что твой отец не припрётся посреди ночи снова? — невинно интересуется Ден, усаживаясь наперевес с пакетом на мой диван.       — Из командировки не возвращаются так быстро и неожиданно.       — А, так он в командировке… — он некоторое время размышляет, потом подскакивает, удаляется в коридор и возвращается с испуганным Эйнштейном в ладонях. — Можно нескромный вопрос?       — Валяй, — позволительно взмахиваю рукой, раскручиваясь на стуле и включая ноутбук.       — Он часто пьёт?       — Ну… — долго думаю, прежде чем ответить, но не из-за того, что не хочу раскрывать Дену правду, а просто потому, что не знаю, как её преподнести. — Он в командировке бывает в основном по два месяца, в это время не пьёт. Домой приезжает на полмесяца-месяц и бухает с друзьями так, что любой алкаш позавидует. Обычно это чуть ли не каждый день происходит.       — Интересно, в каком возрасте алкоголь становится единственным удовольствием? — философствует Ден, крутя в одной руке бутылку с пивом, в другой — расслабившегося крыса. Он что, успел напоить моего питомца?       Понимаю, что его вопрос риторический, и решаю промолчать.       Вскоре Ден подсаживается ко мне и наблюдает за игрой. Эйнштейна он выпускает побегать по столу, и крыс принимается изучать провода моих наушников, которые я торопливо прячу.       — Ты берёшь на себя ответственность за его безопасность и жизнь? — спрашиваю, сдвигая Эйнштейна на край стола.       — Не уверен, что готов к такому серьёзному шагу.       — Тогда спрячь этого монстра обратно в темницу.       Он хмыкает и снова подчиняется. Какой послушный, посмотрите-ка. Мне нравится.       — Можно я поиграю за Риппера? — строит он жалобные глаза. Внутри что-то надламывается от выражения его лица и близости его тела. Боже, Виктор, очнись.       — Только один раз. — Ден взвизгивает от радости и выталкивает меня из компьютерного кресла. — И я буду следить за тобой! — добавляю, усаживаясь на стул рядом. Но меня уже никто не слушает.

* * *

      К полуночи выясняется, почему Ден набрал столько пива. Он, оказывается, любитель пригубить. Притом быстро пьянеет, но двух небольших бутылок, что он успел выдуть, явно маловато для статуса «в стельку». Зато он умудряется впасть в состояние эйфории и сейчас скачет по комнатам, танцуя под быстро сменяющиеся песни современных молодёжных исполнителей.       Единственное желание, которое я сейчас испытываю, — укутать голову подушкой и выпрыгнуть в окно, лишь бы не слышать неприятную музыку.       — О-о-о-о-о, бейби, к твоим ногам я сыпал роз лепестки… — напевает он, летая по коридору со шваброй. Не выдерживаю и выключаю колонку. — Эй, мы ещё не закончили!       — Я закончил, и этого достаточного!       — Скорострел.       Смотрю на него чуть ли не с ненавистью, и он с обречённым видом убирает швабру на место, после чего усаживается на диван рядом со мной.       — Леви* наверняка завербовал бы тебя в свой спецотряд, если бы увидел твой танец, — комментирую его поведение. Ден смотрит удивлённо.       — Что? — недоуменно хлопает он глазёнками.       — Что? — невинно хлопаю я глазёнками.       — Какой ещё Леви? — требовательно продолжает Ден.       — А что, ревнуешь? — иронично интересуюсь я.       Он фыркает.       — Кого, тебя? На кой чёрт ты мне сдался! Конечно, ревную.       Деланно качаю головой, закатив глаза, но моё сердце плавится от этих слов.       Мы решили выбрать комедию и ближайшие два часа провести за просмотром фильма. Это ответственное дело Ден поручает мне, ибо он, по его собственным словами, «ни ку-ку» в кино. Выясняется, что он не видел больше половины самых известных и достойных комедий, потому я решаю показать ему свою любимую.       Как назло, интернет страшно виснет, потому загрузку фильма придётся ждать. С глубоким вздохом сворачиваю сайт и возвращаюсь к игре.       — Да ты достал, задротище, — комментирует Ден моё поведение.       — На себя посмотри.       — Включи мне тогда музло!       Через минуту горячего спора прихожу к выводу, что выпивший Ден от своего не отступится, и включаю аудио из его плейлиста. Он радостно пищит и куда-то убегает. Предпочитаю не обращать внимания и погружаюсь в игру.       Музыка с рёвом выпрыгивает из подрагивающей колонки. Убавляю громкость и краем уха слышу завывания Дена из другой комнаты. Догадываюсь, что он подпевает, и снова отдаю преимущество игнорированию психически неуравновешенного парня.       Успеваю пройти две карты и заканчиваю третью, когда один недоразвитый жизнерадостный гамадрил выбивает у меня почву из-под ног — то есть откатывает стул так, что я едва не падаю, — отчего случайно долблю пальцами по клавиатуре, и мой персонаж летит прямо в пропасть.       — Ах ты потная скотина! — недовольно вою, пытаясь вернуться к ноутбуку, но Ден встаёт между нами и закрывает игру.       — Хватит задротить. Просто отдохни и расслабься, — шёлковым голосом произносит он. Скрещиваю руки на груди, фыркаю и морщу нос, показывая своё пренебрежение.       — Ты хочешь, чтобы я станцевал с тобой под эту жижу унитазную?       — Эй, я твой вкус не оскорбляю, и ты мой не трогай!       Закатываю глаза и не отвечаю, но в глубине души что-то ёкает от понимания, что я его обидел.       — Я не умею танцевать, — холодно заявляю, желая пресечь все его попытки вызвать меня на танцевальный батл.       — Я научу, — хмыкает он и протягивает мне руку. Выгибаю бровь дугой и смотрю на него, как на идиота. — Ладно, просто смотри. — Он переключает музыку и отходит в сторону, разминая плечи и лукаво улыбаясь. Всё ещё смотрю на него, как на идиота, но уже с интересом.       Ден принимается танцевать. Слегка неуклюже, но вполне сносно. Он явно получает удовольствие от играющей музыки, потому я даже перестаю мысленно ненавидеть её.       — Прислушайся к словам, — напутствует Ден, видя, что моё лицо приняло более-менее дружеское выражение. Подчиняюсь его совету — не хочу этого, но разум действует против воли и активно интерпретирует звучащие в песне слова в мой адрес. Это глупо, ведь Ден не делал акцент в выборе именно той музыки, которая что-то сказала бы о его отношении ко мне. Или делал?       А с чего, собственно, я взял, что я ему нравлюсь? Нет, конечно, его молчание во время вчерашней прогулки было довольно странным, но ведь оно могло быть не больше чем молчанием. Может, Ден не услышал мой вопрос или застеснялся. Господи, как вообще выяснить наверняка, нравишься ты мужику или нет?       Наверное, будь я девкой, всё было бы куда проще. И не парился бы перед сном размышлениями на тему правильности, и перед Деном бы не трусил, может, и в чувствах признаться хватило бы смелости и наглости… Но я, чёрт возьми, пацан. И он тоже. Тут всё чуть сложнее будет.       Иногда мне кажется, что я нравлюсь ему. Именно так, как и он мне. Но для моей расшатанной паникёрской психики любых доказательств, кроме прямого ответа, будет мало.       И хочу ли я в самом деле знать, влюблён он в меня или нет? Я ведь так или иначе не смогу быть с ним вместе. Мы парни. Так нельзя.       — Ты чего такой напряжённый? — недовольно спрашивает Ден, подходя и взлохмачивая мне волосы. Суплюсь. Его губы расплываются в улыбке. Такие красивые тонкие губы…       Боже, только не говорите мне, что я сейчас представил поцелуй с ним. Ещё хуже: мне очень хочется этого. Витя, ты попал…       — Расслабься, — повторяет он и отстраняется, продолжая танцевать. Невольно засматриваюсь на плавные движения его тела. Он в том же свитшоте, что и в день нашего знакомства, но джинсы на нём чёрные, с золотой цепью, вдетой в шлёвки. Незаконно так соблазнительно одеваться и так сексуально выглядеть.       Ден извивается всем телом, как червяк, но его движения похожи на некое подобие танца. Он медленно водит руками перед собой и над головой, переминается с ноги на ногу, качает бёдрами в такт медленной музыке. Наблюдаю за ним, как завороженный. Он дико красивый сейчас.       Когда он замечает мой взгляд и насмешливо улыбается, моё сердце замирает в груди, грозясь в ближайшее время отказать в работе. Безумно красивый. Безумно хочу.       — Давай двигайся, замёрзнешь, — не прекращая танцевать, он подходит ко мне, хватает мои руки и водит ими из стороны в сторону над моей головой. Вырываюсь из хватки и вжимаюсь в стул.       — Отвянь. — Почему мой голос звучит так сипло?       — Ни за что, пока не станцуешь со мной! — весело отзывается он, упирается ладонями в спинку стула с обеих сторон от моей головы и наклоняется ко мне. Его лицо всё ближе. Он издевается?       Мы несколько секунд просто смотрим друг на друга. Не выдержав его взгляда, опускаю взор и натыкаюсь на эти манящие прекрасные губы. Твою медь.       — Вслушивайся, — наставляет Ден. Наконец обращаю внимание на музыку. «Мой мир у твоих ног. Сам того не зная, рву ядовитый цветок. Всем наплевать, зато в груди бешеный кипяток…»       — Как романтично.       Он улыбается. Мне кажется, или его лицо стало ещё ближе?       — Значит, нравится?       — Нет, я рокер.       Он тихо смеётся и склоняется ещё ближе. Мы снова молчим, и лишь громкая музыка нарушает это уединение. На этот раз взгляд отводит Ден, и… он что, смотрит на мои губы?       Он поднимает взгляд на меня и снова опускает вниз. И опять приближается. «Сейчас поцелует», — успеваю подумать за секунду до того, как его губы прикасаются к моим.       Мир вокруг рухнул. Вот и всё, что я могу сказать.       Ден целует так нежно и осторожно, что внутри всё тает и плавится от переизбытка эмоций. Его губы… именно такие, как я и думал: мягкие, влажные и приятные на вкус. Душа трепещет от сладострастных прикосновений. Он аккуратно и несколько боязливо прихватывает губами мою нижнюю губу, проводит по ней языком. В этот момент я словно выхожу из оцепенения и понимаю, что ему нелегко контролировать ситуацию сейчас. Потому буквально впиваюсь в него, вынуждая открыть рот, провожу языком по его языку, и внутри меня с новой силой разгорается пламя наслаждения.       Чувствую его пальцы на своих плечах: он несильно сжимает и разжимает их, из чего делаю вывод, что ему не меньше моего нравится происходящее. Мои пальцы давно уже впились в ручки стула, а кожа на руках покрылась липкими мурашками.       Это офигенно. Просто офигенно. Это определённо лучший поцелуй из того небольшого числа, что мне удалось получить за всю жизнь. Может, потому, что он самый долгожданный, пугающий и неправильный. Или потому, что меня целует именно Ден.       Песня заканчивается, и я не успеваю понять, как вместе с ней обрывается и поцелуй. Ден слегка отстраняется, смотрит на меня помутневшим взглядом и резко отсаживается на соседний стул. Впервые вижу смущение на его лице.       — Пхе, — только и произносит он. Его голос выводит меня из состояния прострации. Тут же обрушивается внезапное понимание ситуации. Всё тело окутывает жар, и я прячу горящее лицо в ладонях, склоняясь к ногам и утыкаясь в коленки. Ден ничего не говорит — и правильно делает! — но через пару мгновений кладёт ладонь мне на голову и ласково проводит плавные линии по волосам, поглаживая кожу, и я чувствую, что смущаюсь от этого ещё сильнее — хотя казалось, что дальше уже некуда. Он такой приятный. Его поцелуй был таким приятным. Его прикосновения такие приятные. Я влюбился. Господи Боже. И что теперь делать?