Во всём виноват ваш компьютер!

      Работа на протяжении всей следующей смены клеится с трудом, ибо воспоминания о предыдущем дне не перестают навязчиво лезть в голову. Я так не хотел уезжать домой после пробуждения, что едва не решился пойти на риск и взять отгул, но Риппер убедил меня, что в этом нет необходимости. Подметив, как сильно ему хочется отдохнуть от произошедшего, я не стал настаивать и смотался домой, чтобы через несколько часов отправиться на работу. И трястись от страха каждые пять минут. Вдруг он передумает? И история повторится?       Моё сердце не выдержит.       Меня грозится хватить кондрашка при каждом поползновении в сторону телефона. И вроде как правильнее было бы отложить его в сторону, не обращать внимания, загрузиться работой, но я не могу остановить не знающие покоя руки. Они без спроса тянутся к мобильнику, проверяя мессенджеры. Мне страшно настолько, что всякое чувство радости от наладившихся отношений улетучивается. Я жду худшего — тщательно прячу ожидание в глубине души, тщетно пытаюсь затоптать, уничтожить, но всё-таки жду. Слишком боюсь повторения болезненной муки. Я ведь не справлюсь с такой болью снова.       Но Риппер не даёт моим кошмарам воплотиться в жизнь. За всю ночь от него не приходит ни единого сообщения, да и онлайн он почти не появляется. Дрыхнет, наверное. Мне вот хватило семи часов, что мы проспали после ссоры, чтобы набраться сил для беготни по складу и не чувствовать усталости. Напротив, энергия хлещет, как вулканическая магма при извержении, но девать её некуда.       На часах девять утра — время возвращения домой, но ноги несут меня совсем в другую сторону. Вернее сказать, не ноги — автобус. С парой пересадок.       Дыхание перехватывает от волнения, когда костяшки пальцев несколько раз стучатся в дверь из тёмного дуба. Очень боюсь, что моё появление плохо скажется на наших отношениях. Вдруг ему в голову снова взбредёт какая-нибудь чушь? Я уже не знаю, чего от него ожидать.       Дверь резко открывается, и сонный Риппер вырисовывается на пороге. Его волосы лохматые после сна, но даже так он выглядит незаконно очаровательным. Страх бесследно улетучивается, стоит мне только увидеть любимого человека.       Он смотрит на меня с недоумением — или, быть может, это состояние шока? — тяжело выдыхает и облокачивается о стену, позволяя мне протиснуться в квартиру.       — Привет! — улыбаюсь, наблюдая за тем, как Рип задумчиво покусывает нижнюю губу. Её должен кусать я, а не он.       — Напомни мне, который час.       — Э, полдесятого.       — Так какого, извините, лешего ты тут делаешь так рано?       — Кто рано встаёт, тому… — сную рукой в рюкзаке, вынимая молочный шоколад. — Ден даёт.       Риппер изумлённо таращится на протянутое угощение, переводит взгляд на меня и обратно.       — Что это?       — Шоколадка.       Он хлопает глазёнками, вплетая пальцы в волосы, хмурит брови, но его истинное настроение выдаёт тронувшая губы улыбка.       — Ты припёрся ко мне после работы для того, чтобы подарить… шоколадку?       — А, да… И наклейку от банана, — отклеиваю её с тыльной стороны ладони и отдаю Рипу, который с нечитабельным выражением лица забирает подарок. — Наклей на лоб. Думаю, тебе пойдёт.       Он смеётся, прикрывая рот рукой, и произносит:       — Ты просто придурок.       — А как же «спасибо»?       — Спасибо, придурок.       Душа плавится от нежности при одном только взгляде на это смущённо-радостное чудо. Испытываю непреодолимое желание поцеловать его, но в последний момент одёргиваю себя. Рано, пока ещё рано. Ему надо немного отойти от вчерашнего.       — И что же? Поедешь домой? — спрашивает он, стуча пальцами по шоколадке. Усмехаюсь.       — Вообще я хотел напроситься в гости, если не возражаешь.       Рип поднимает на меня ошарашенный взгляд.       — А отоспаться после ночи тебе не надо? — хмыкает он.       — Твой диван очень удобный.       — А мне отоспаться не надо?       Щурюсь, как довольный кот, и заявляю:       — Я занимаю не так много места. Пристраивайся.       Его вмиг покрасневшие щёки вызывают бурный всплеск эмоций, в основном — умиления и восторга. Даже страшно, что я становлюсь рядом с ним мягким, как зефир. Но поделать со своими чувствами ничего не могу.       — Ну ты… — выдыхает он и уходит в комнату. Семеню следом, останавливаюсь у клетки с Эйнштейном, стучу по ней пальцами, вынуждая его проснуться. Питомец смешно дёргает носом, моргает и с интересом смотрит на меня. — Ты и крысе моей поспать не даёшь! — деланно возмущается Рип, наблюдающий за мной из комнаты. — Ладно, я — заслужил, но он-то тебе что сделал?!       — Я хочу поесть и помыться, — заявляю с усмешкой, отставая от клетки.       — Я тебе ресторан или душевая? — фыркает он, перебираясь мимо меня на кухню. — Поешь и помойся.       — И где же твоя гостеприимность?       — Я никогда ей не отличался.       Путём проб и ошибок я всё-таки получаю полотенце, доступ к ванной и прохладный душ, позволяющий смыть с себя рабочие грехи и освежить не только тело, но и мысли. Риппер не выглядит таким же убитым, как вчера. Может, я зря переживаю, думая, что он изменит решение? Что, если он действительно отдаёт себе отчёт в том, какой сделал выбор?       Но, тем не менее, я безумно боюсь его потерять. Настолько, что совершенно не готов предпринимать какие-либо попытки сближения — вдруг спугну?       Глупо это — как облупленного знать человека, но так страшиться его дальнейших действий. Я больше чем уверен, что Риппер оставил бы меня, брошенного, мёрзнуть на улице, если бы сам, своим ходом, не дошёл бы до переосмысления совершенного поступка. Но подлое чувство обмана не даёт поверить в это. Вдруг он принял меня только из жалости? И потом, когда я расслаблюсь, снова нанесёт удар?       Он не станет так делать. Зачем, если всё уже висело на кончике ножа? Риппер ведь не моральный изверг, это я точно знаю. Ему было больно смотреть на мои муки той ночью, но он готов был перетерпеть сочувствие ради будущего, которое считал правильным. И он прекрасно знает, что второй такой ночи я не переживу. Рип не станет так поступать со мной.       Но что, если да? Что, если он одумается и поймёт, что не хочет отношений с парнем?       О последствиях такого расклада событий даже думать невыносимо, не то что представлять, как я их перенесу.       Пока что нет смысла размышлять об ужасе, который может настичь нас в дальнейшем. В конце концов, выбор Риппера будет напрямую зависеть от моих действий. Поэтому надо просчитывать каждый свой шаг и… наслаждаться им, чёрт возьми. Может, он когда-нибудь даже полюбит меня… так же сильно, как я его.       — С лёгким паром. — Слышу тихий голос с кухни, как только выбираюсь из ванной. Заглядываю туда и замираю в недоумении, увидев накрытый стол.       — О, как мило, — останавливаюсь взглядом на порции картофельного пюре с курицей и сглатываю голодную слюну. Живот тут же отзывается требовательным урчанием.       — Кормим рабочий класс, — хмыкает Риппер, потягивая чай. Не сразу понимаю, что с ним не так, а когда доходит, начинаю хохотать в истерическом порыве. — Что?! Ты сказал, мне пойдёт. Мне не идёт?       — Она будто создана для тебя, — отзываюсь сквозь смех, вынуждая его прыснуть. — Очень красиво. — Щёки Рипа заливаются румянцем, и он подносит ладонь к лицу, закрывая приклеенную на лоб наклейку.

* * *

      Inferno [129]: боже бро, я думал ты подох.       Inferno [129]: нихрена не захадил.       Inferno [129]: че любовь себе нашел что-ли?       НоСоЧеК [105]: Можно сказать и так :)       Inferno [129]: всмысле.       НоСоЧеК [105]: В коромысле.       Inferno [129]: ***ть тебя семеро.       Inferno [129]: раскажи.       НоСоЧеК [105]: Ну, вот так вот получилось.       Inferno [129]: скоро свадьба?))))       НоСоЧеК [105]: Пока сложно сказать)       Ваш друг RIPPER присоединился к игре.       Inferno [129]: юхууууу, носок наконец то завел бабу!       Inferno [129]: я знал что не долго тебе осталось в девках сидеть!       НоСоЧеК [105]: Так, погоди.       Inferno [129]: привет риппер.       Inferno [129]: прикинь, носок бабу себе завел!!1       RIPPER [189]: невероятно.       НоСоЧеК [105]: Вообще-то это конфиденциальная информация.       Inferno [129]: капец я в шоке просто. носок и баба.       RIPPER [189]: треш.       НоСоЧеК [105]: Спокойствие, пацаны.       Inferno [129]: она хоть красивая???       Inferno [129]: нуууу ответь.       НоСоЧеК [105]: Э…       RIPPER [189]: да, нам интересно, расскажи.       НоСоЧеК [105]: Но, пацаны…       Inferno [129]: страшная паходу да?       RIPPER [189]: очевидно.       НоСоЧеК [105]: Красота — не главное.       RIPPER [189]: а ну повтори.       НоСоЧеК [105]: Очень красивая.       Inferno [129]: ураааа. точно?       RIPPER [189]: ручаюсь.       НоСоЧеК [105]: Вить, я тя щас пну.       Ваш друг RIPPER покинул игровую локацию.

* * *

      Тремя часами ранее.       — Ёшкин дрын, ну, как так-то? — разочарованно топаю по коридору в поисках закинутой чёрт знает куда кроссовки. — Почему именно со мной?       — А отказаться ты не можешь? — спрашивает уставший от моей неконтролируемой ярости Риппер, опершись о шкаф плечом и наблюдая за моими нервными перемещениями.       — Против начальства не попрёшь, — тяжело отвечаю, натягивая и зашнуровывая пропавшую обувь. Для этого приходится усесться на пол, закидывая ноги друг на друга.       — То есть ты отработаешь эти два дня, а потом четыре будешь отдыхать? — осведомляется он, опускаясь по стенке шкафа на пол и усаживаясь рядом на скрещенные ноги.       — Ну, типа. — Заканчиваю со шнуровкой и поворачиваю лицо к Рипу, отметив, что его взгляд мечется вверх-вниз по моему телу. Интересно, о чём он думает, разглядывая меня? — Вот только не так-то просто пахать каждый день без выходных.       Он поднимает взор на меня, и я тону в потрясающе глубоких карих глазах.       — Зато будешь спать без задних ног, — негромко усмехается Рип. Замечаю, что он очень напряжён. Не понимаю, почему.       — И я даже знаю, в чьей постели.       О боже, почему мне так нравится смотреть, как он от моих слов вспыхивает красным огнём?       — Ты зря недооцениваешь рабочий график моей матери, — сухо замечает Рип, отводя взгляд, но я вижу, что он далеко не так равнодушен к моим метким фразам, как пытается показать.       — Ты зря недооцениваешь мои обаяние и красноречие.       — Будет выглядеть весьма странно, если ты останешься тут ещё на одну ночь.       — Мы же ничем таким не занимаемся, чтобы кого-то стыдиться.       Он закрывает лицо рукой, качает головой и поджимает губы. Смущается. Как мило.       — Пока ещё рано конспирироваться, верно? — тихо спрашиваю, не сводя пламенного взгляда с его губ. Мне так сильно хочется впиться в них, что остатки самообладания, вызванного страхом перед собственным будущим, медленно стираются в порошок.       Рип смотрит на меня, вынуждая перевести взор, и невнятно произносит:       — Будто бы тебе что-то мешает.       У меня всё внутри обрывается и вспыхивает адским пламенем от этих слов. Вижу, что они дались ему нелегко, но ведь это означает только одно: он действительно хотел это сказать.       — Мешает… чему? — насмешливо интересуюсь, невольно наклоняясь ближе к его лицу. Он не отстраняется.       — Начать конспирироваться.       Улыбаюсь. Как же ты мастерски совмещаешь стеснительность с наглостью, Риппер.       — А тебе?       — Мне? — Он елозит на месте. — Ничего.       — Что ничего?       — Не мешает.       — Чему?       Рип награждает убийственным взглядом, протягивает руку, вцепляясь в моё плечо, и притягивает к себе, процедив:       — Достал. — Его губы прикасаются к моим, и больше я уже не могу себя сдерживать.       Всё, что остаётся внутри — шквал бесконечных эмоций и поток матерных выражений, которые хочется выкрикнуть восторженным тоном, но я слишком занят изучением его губ. Сейчас они кажутся ещё более мягкими и приятными, чем раньше. И я не могу сказать, почему.       Зато твёрдо и ясно понимаю: так хорошо мне не было ещё никогда. Всё тело окутывает сладкая нега, жаркие мурашки проносятся по спине, а ноги сводит от ощущения его губ, от того, как он неуверенно обхватывает мою нижнюю губу, проводит по ней языком, сплетается с моим, даря свою робкую нежность. Его пальцы сильнее сжимают плечо, когда поцелуй становится глубже, а я, кажется, теряю способность двигаться, онемев от сногсшибательных ощущений. Он целует меня. Сам целует. И делает это прекрасно.       Отрываюсь от него первым, замечая, как он невольно тянется следом, словно не желает окончания волшебной пытки.       — Теперь можно, — тепло произношу, поднимаясь на ноги и подходя к двери.       — Что можно? — недоумевает Рип, всё ещё сидящий на полу и смотрящий на меня затуманенным взглядом.       — Конспирироваться.       Ответом мне служит гулкое хмыканье.

* * *

      Кравц [193]: Так вот куда пропал один из моих носков…       НоСоЧеК [105]: Хоба ёба.       [FUTURE] [49] фу, снова кравц, я так надеялась, что ты сдохла.       Кравц [193]: Кляпа захотелось? Борзая сильно?       [FUTURE] [49]: мм, детка, а ты хочешь вставить мне кляп?))       Кравц [193]: Ты щас до***дишься, малолетка вшивая.       Inferno [129]: девочки не сорьтесь, ваша прокладка у меня.       [FUTURE] [49]: я твоё будущее и ты будешь гореть в аду поняла.       НоСоЧеК [105]: Футура, не нарывайся)       Кравц [193]: За***ла сокровища ***дить, собака сутулая б***ь.       Кравц [193]: Чтоб тебя псины во дворе подрали.       [FUTURE] [49]: хватит блистать своим низким айкью.       [FUTURE] [49]: ты поди еще и кей поп слушаешь, да?       Кравц [193]: Ну всё, затра хала, жди кляп.       [FUTURE] [49]: плёточку тоже ждать?)) а elduck там будет?       Ваш друг Кравц покинула игровую локацию.       [FUTURE] [49]: сваливает, как целка перед сек сом.       НоСоЧеК [105]: Да упокоит Господь душу твою неразумную.       Inferno [129]: агрессивно шиперит кравц и будущее.       [FUTURE] [49]: фу, только не эта перхоть подзалупная.       НоСоЧеК [105]: * Агрессивно шипперит Кравц и Будущее (2) *.       [FUTURE] [49]: *агрессивно шипперит носка с его правой рукой*.       Inferno [129]: хвмвъамъвъмхэфыхвмъмсъфъвымъыфъв.       НоСоЧеК [105]: Да эй ((       Подождите, идёт загрузка новой карты...       [FUTURE] [49]: ого ето шо за ледяное царство.       Inferno [129]: ето серцо кравц.       [FUTURE] [49]: я — огонь, который его растопит.       Inferno [129]: красиво сказано.       Ваш друг RIPPER присоединился к игре.       НоСоЧеК [105]: Хочу кекать.       НоСоЧеК [105]: Ой…       Inferno [129]: красиво сказанно (2).       НоСоЧеК [105]: Главное — вовремя.       RIPPER [189]: сходи отложи икринку.       [FUTURE] [49]: ой, пацаны, давайте только не при мне.       Ваш друг Кравц присоединилась к игре.       НоСоЧеК [105]: Потом.       [FUTURE] [49]: устроили тут ПрОн какой-то.       Inferno [129]: потно.       НоСоЧеК [105]: Потно?       [FUTURE] [49]: че, рип, как живешь, чей йух сосёшь?       Inferno [129]: Типа сложно.       НоСоЧеК [105]: Ааа.       НоСоЧеК [105]: Мой.       RIPPER [189]: вот это новости.       [FUTURE] [49]: радужным привет.       НоСоЧеК [105]: Привет.       RIPPER [189]: привет.       Inferno [129]: всмысле.       [FUTURE] [49]: в смысле?       Кравц [193]: Чё происходит?       RIPPER [189]: кравц, го на район.       Кравц [193]: Пошли. Заколебали малолетки.       RIPPER [189]: +.       [FUTURE] [49]: вы офигели?       НоСоЧеК [105]: Витя.       RIPPER [189]: что.       НоСоЧеК [105]: Почему ваш клан называется чёрные яйца?       RIPPER [189]: ааа… пойду поссу.       Ваш друг RIPPER покинул игровую локацию.