Ангел?! Да он просто демон во плоти!

Кабураги шёл по райскому саду. Шёл медленно и оглядывался по сторонам. Никого почему-то не было, что казалось само по себе странным. Котецу озадаченно пытался понять, куда все делись, пока не услышал голос, который настойчиво звал его. Он оглянулся и увидел тень. Та снова назвала его по имени. Демон сделал шаг, потом ещё один и ещё, и… Котецу проснулся от того, что рухнул на пол. Он недовольно заворчал и приоткрыл один глаз. - Твою ж ангельскую мать… - он махнул рукой. Послышался шлепок. Демон перевел взгляд в сторону. - Ух ты как. Как оказалось, упал с дивана. Мужчина медленно сел и огляделся вокруг. Всё тело казалось ватным, будто бы вчера он уснул в неудобной позе, а теперь был отходняк. Поморщившись, Котецу принялся изучать то место, где он находился. Обстановка была незнакомой. Просторная комната, скорее всего гостиная. Книжные шкафы, забитые литературой. Как потом присмотрелся демон, в основном классической – от довольно-таки раритетных, с века пятнадцатого-шестнадцатого, и заканчивая относительной современностью. Диван, на котором спал-бредил Котецу. Пару кресел. На этом всё. Ничего лишнего, ничего громоздкого. «По-спартански», - заключил Кабураги. Здесь всё выглядело таким чистым, опрятным, светлым. Даже слишком светлым – белого цвета было всё, за исключением обложек книг. Демон непроизвольно поёжился. Ему стало неуютно в этом месте. «Если мне придётся остаться тут до конца пребывания в Раю, то я буду жаловаться». Возникало ощущение, что здесь или не жили, или же убирались каждый день с особой тщательностью. - Запереть вместе с дотошным чистюлей… к такой пытке жизнь меня не готовила, - негромко буркнул Кабураги и потянулся. Нужно подняться и исследовать место его возможного заточения. Правда, решить принять вертикальное положение - это одно, а вот сделать, как оказалось, не так просто. С горем пополам, кряхтя и проклиная всех и вся, демон таки смог встать. - Эй, тут есть кто живой? Или мёртвый? В ответ – тишина. - Ладно, - Котецу фыркнул и хотел по привычке поправить жилет, но его на нём не оказалось. Как и рубашки. Как и брюк. Он стоял посреди гостиной в одних трусах, и это… немного смущало. Он торопливо проверил себя на наличие каких-либо признаков домогательств. Не обнаружив таковых, демон стянул с дивана тонкий плед, под которым спал и закутался в него. «Найду, кто раздел – задушу», - Котецу был настроен решительно. Шлёпая босыми ногами по полу, он пытался вспомнить события вчерашнего дня. Вот они сидят играют в карты, вот пришли ангелы, его тащат к Небесному отцу, он что-то говорит… А что дальше? Он помнил всё до того момента, когда перепирался с Всевышнем. Котецу даже помнил, как «короновал» заносчивого ангела-надзирателя ушами. Но вот потом – тьма и ничего. Словно кто-то вырвал лист из тетради его воспоминаний. «У меня такого не было даже после самых серьёзных попоек в адских кабаре», - рассуждал он, останавливаясь в коридоре и разглядывая картину с изображением то ли райского пейзажа, то ли земного. «А если брать во внимание, что ходим мы всегда с Тони, а тот пьёт за троих…». - Ты-таки проснулся, Спящая красавица, - раздался насмешливый голос. Котецу удивленно отвел взгляд, пытаясь найти источник. Он обнаружил, что стоит недалеко от проёма, который вел в помещение, напоминающее кухню. За небольшим столиком расположился Барнаби, внимательно рассматривающий демона, словно заботливый доктор не совсем спокойного пациента. В руках у него мужчина приметил книгу, а рядом – кружку то ли с кофе, то ли чаем. - Не твоими… стоп, не так, - Кабураги решил сначала узнать, где он, а потом начать гнать на ангела, который бесил его с самой их первой встречи, – во-первых, куда ты меня приволок, и во-вторых, кто снял с меня всю одежду, заставив думать о происках ангельских маньяков, а, Банни? - Ну, во-первых, меня зовут Барнаби, запомни уже, - сдержанно начал Брукс, откладывая книгу, которую до этого читал, - во-вторых, мы у меня дома… - Тогда понятно, почему здесь как в психбольнице, - понимающе кивнул Котецу, делая мысленно пометочки насчёт своего временного главного. Фиг знает, когда этот Глас решит освободить его от заклинания и цепей. Даже невидимые они сильно давили как на гордость, так и на запястья демона. Ему не нравился тот факт, что он зависим от ангела. Барнаби откашлялся и сделал вид, что не услышал замечания. - В-третьих, тебя нужно было уложить спать. Не в грязной же одежде … - Минуточку! С чего ты решил, что моя одежда грязная? - А это разве не очевидно? – Барнаби посмотрел на него, как на маленького ребёнка, которому объясняют, почему солнце светит. – Ты как бы работаешь в Аду. Там явно не сладко – пот, пыль и прочее. Всё на одежде. Так что явно она не самая чистая. - По твоей логике, ты должен и меня был постирать, так как всё остается и на мне. - Я хотел, но решил ограничиться душем, - невозмутимо сказал Брукс. Ответная реакция не заставила себя ждать. - Ты что?! - Да успокойся ты, ничего такого не было – я стянул одежду, положил тебя в ванную, сполоснул, высушил, отнёс на диван. А если ты прекратишь сверлить меня взглядом, то можешь прогуляться до балкона, чтобы одеться. Но если тебе нравится ходить в таком виде, то я возражать не буду – нудизм не преступление. - Ха-ха, какой шутник, я сейчас лопну просто, - кисло проговорил демон. - Меньше сарказма, он вреден для здоровья, - парировал Барнаби. – Кстати, про здоровье – в холодильнике еда. - А я думал, ты там хранишь сердца особо ретивых верующих, - фыркнул Котецу. - Нет, я их в другом месте храню. - Неплохо, - одобряюще хмыкнул демон. - И я рад, что ты не собираешься морить меня голодом, и на том спасибо. - А ты думал, что я настолько бессердечный? - Ты уверен, что действительно хочешь знать моё мнение о тебе, Банни? – Котецу целеустремлённо направился в указанном направлении, чтобы утолить дававший о себе знать голод. Он уже предвкушал, как сытно позавтракает. Демон даже не возражал против того, чтобы самому всё приготовить. Да что говорить – он даже согласился бы поделиться с противным ангелом. Наверное. «Если он перестанет так ехидно лыбиться, то поделюсь», - пришёл к соглашению с самим собой Котецу и открыл дверцу. Желудок трагически и протестующее заурчал от того, что увидел Кабураги. - По-моему, я всё-таки умру от голода, - заключил трагично демон, страдальчески глядя на полки холодильника, забитые фруктами и овощами. – А нормального ничего нет? - А что в твоём понимании нормально? – поинтересовался Брукс, погружаясь снова в чтение. - Мясо там, выпивка. Нет, как вариант – можно из сока сделать алкоголь, но это долго, - протянул Котецу, разочарованно закрывая дверцу. - Не хочешь – не ешь. Мне больше достанется, - пожал плечами ангел. - Знаешь, судя по твоему рациону, ты всё же Банни, а не Барнаби, - не упустил возможности подколоть его демон. - Вегетарианство намного полезнее того, что ты считаешь нормальной едой, - Брукс закрыл книгу и потянулся. – Но я не собираюсь тебе ничего навязывать – это явно бесполезно и бессмысленно. - Чистюля с отвратным характером, который ест траву… За что я провинился перед Падшим повелителем, - тоскливо протянул демон. - Кстати, тебе стоит поторопиться, если не хочешь идти к Небесному отцу в одних трусах, - пропуская его замечание мимо ушей, проговорил Брукс. – Выход на балкон в той же комнате, где ты очухался. И… - Подожди, подожди, притормози своих единорогов красноречия. Идти к Небесному отцу? Я ж только проснулся! И даже не позавтракал! И вообще, ты надо мной тут издеваешься, раздеваешь, не кормишь! Я могу спокойно взять и пожаловаться на тебя за такое отношение! А потом… - Я хотел по-хорошему, - со вздохом проговорил ангел. – Но, видимо, придётся как всегда. Он посмотрел на возмущенного пыхтящего демона и произнёс ровно, с нотками угрозы: - Иди и одевайся. И перед выходом съешь пару яблок, чтобы не упасть в обморок от голода. Понял меня? Котецу едва уловимо услышал, как звякнула связывающая их цепь. Демон недовольно зарычал и нехотя кивнул, проклиная долбанного ангела. «С другой стороны, я могу себе нормальную еду сделать. Вчера же уши смог. Значит, всё не так плохо». Котецу выпрямился и кивнул. - Да, понял. - Вот и славно, - улыбнулся Барнаби. – Жду тебя через десять минут. - Может ты мне ещё скажешь, что надеть, мамочка? – ехидно проговорил демон, удаляясь. - А знаешь, это мысль. Я в следующий раз приготовлю тебе подходящий наряд. - Запомни – как только закончится всё это, я тебе отомщу, - процедил сквозь зубы мужчина. - Думаю, платье тебе вполне пойдёт. С декольте. Красное, - тем временем продолжил Барнаби. Ангел с нескрываемым удовольствием услышал, как Кабураги обреченно застонал. Пока они связанны, он мог делать и приказывать всё, что ему заблагорассудиться. Даже что-то совершенно безумное и выходящие за рамки нормального. Демон тешил себя мыслью, что когда он избавится от цепи, то отомстит за все свои унижения и лишения. Отомстит так, что этот ангел двести раз пожалеет, что не пал и не сгнил где-нибудь в адских пустынях, никому не нужный, с обгорелыми обрубками вместо некогда красивых крыльев. «Мы ещё посмотрим, кто будет смеяться последним», - злорадно думал он, одеваясь и ежась от прикосновения прохладной ткани к телу. - А пока я просто буду терпеливо ждать и стараться не попадаться на выпады этого ангельского засранца, - негромко проговорил Кабураги, поправляя кепку и улыбаясь своему отражению. – Ведь я же не хочу, чтобы моё прекрасное лицо стало непривлекательным из-за стресса. На кухню он вернулся уже в приподнятом настроении. - Я готов к труду и обороне. - Вау, как быстро. Я удивлен, - Барнаби поднял взгляд от книги. – Не ожидал. Думал, что у меня есть как минимум ещё минут пять. - Ну я же не ангельская принцесса, которая проводит время за чтением… - Котецу посмотрел на обложку, - … скучных книжек. - Учения Платона – это не скука, а… Ладно, забудь, - ангел поднялся со своего места. – Я быстро. - Окей, - Кабураги сел за стол и, дождавшись, пока Барнаби скроется из виду, взмахнул рукой. Перед ним тут же появилась аппетитно пахнущая яичница с беконом и парой тостов. - Вот это другое дело, - чуть ли не промурлыкал Котецу. – Приятного мне аппетита. *** Когда Барнаби вернулся, демон закончил свою трапезу и сидел, держа книгу в руках. Он перелистывал страницы, без интереса скользя взглядом по строчкам. - И как это может нравиться, - негромко говорил Котецу, откладывая чтиво в сторону и совершенно не замечая ангела. – Хотя конечно если ты повернутый на чистоте и выполнении приказов ангел, то ты будешь заинтересован в подобного рода книгах. Брукс кашлянул, привлекая к себе внимание. Демон перевел на него взгляд. - О, ты уже тут. Не прошло и полсотни лет. - Я вижу, ты не скучал. - Ну как сказать, - демон встал и размял крылья. – Книга твоя совсем не затягивает, интерьер дома удручает и навевает тоску. Так что я не стал бы утверждать, что я не скучал. - Судя по твоей разговорчивости, ты полон сил. И чтобы их сберечь для новых свершений и взломов печатей, думаю, стоит тебе помолчать немного. - Тол… - дальше послышалось лишь гневное мычание и эмоциональные жестикулирования. Барнаби довольно кивнул. - Вот и всё. Пошли, а то и так задержались. «Задержались… да я тебе все перья повыщипываю, когда ты уснёшь! Одно за другим, медленно. А ещё я тебя предварительно прикую к кровати и заклею рот скотчем, чтобы ты ни слова не смог сказать», - демона просто распирало от желания придушить Гласа, а потом долго и со вкусом издеваться над его телом, пока от него не останется ничего. Барнаби даже не задумывался над тем, что сейчас творилось в голове летящего следом за ним Котецу. Его больше волновало, как там себя чувствует Иван. Судя по сообщению Кейта, парню было совсем плохо. «Стоит навести его», - думал Барнаби. Он вздохнул. Всё же не лучшей идеей было брать новичка в Ад. С другой стороны, каждый когда-то должен через это пройти. Всё, что не убивает нас, делает сильнее. Или же калечит психику. *** - О, доброго дня, сын мой и гость наш. Брукс кивнул, приветствуя Небесного отца. Мужчина с улыбкой посмотрел на насупленного демона. - Барнаби, ты снова заставил его замолчать? - Да. Он слишком назойливый и действует на нервы своей болтовней, - спокойно сказал Брукс, и реакция не заставила себя ждать – Котецу возмущенно замычал и стал тыкать в ангела пальцем, мол, а сам-то не лучше. Небесный отец негромко хмыкнул. - Думаю, стоит позволить ему говорить. - Как прикажите, - Барнаби повернулся к недовольно пыхтящему демону. – Ты можешь высказаться. - Я тебе потом на бумаге всё напишу. И распишу. Это будет практичнее, учитывая, что ты неимоверно приборзел и превышаешь лимит дозволенных приказов, - страстно выпалил Котецу и перевел дыхание. – Фух, как же это тяжело – не говорить так долго! Вы себе не представляете! - Отнюдь, - уклончиво ответил Небесный отец, - но оставим этот разговор. Нас ждут дела важнее. Он указал на стол, где лежала внушительного размера книга. Тёмная твёрдая обложка с массивными узорами, переплёт, обвитый ветвями с зелёными листьями. Казалось, что совсем недавно она расцвела, и скоро должны были появиться почки, из которых появятся потом белоснежные бутоны. С боку виднелся пожелтевший от времени замок, оплетенный той же ветвью, что и корешок, с надписью на латыни, о смысле которой уже нельзя было точно сказать. От книги веяло силой, накопленной веками мудростью и в то же время ощутимой тяжестью кровавой истории человечества. Барнаби затаил дыхание, а Кабураги невольно сделал шаг назад. - Это… - Да, книга Света и Хаоса, книга Созидания и Разрушения – как вам угодно, - кивнул Небесный отец. – Книга, с которой всё началось и книга, на которой всё закончится. Он подошёл к ней и провёл рукой по переплёту. Ветвь пришла в движение, освобождая замок. Узор на обложке замерцал. Казалось, что книга просыпалась от древнего сна. Небесный отец с нежностью и любовью наблюдал за этим, совсем не обращая внимания, насколько всё происходящее если не пугало, то приводило присутствующих в благоговейный ужас. Котецу сглотнул и прошипел застывшему как истукан Барнаби: - Что происходит, Банни? Что за ангельщина? Куда ты меня втянул, долбанный ангельский посланник? - Тебе нечего бояться, Котецу, - вместо ангела ответил Небесный отец. – Книга не причинит тебе вреда, потому что ты тот, кто совершит великое дело и позволит книге обрести новую жизнь… - А может, вы как-нибудь без меня? – переспросил демон, нервно сглатывая. – А то как-то я не уверен, что смогу. Мужчину медленно охватывала паника. Он испытывал непреодолимое желание сбежать поскорее обратно в Ад, играть в карты с друзьями. Он же совсем не создан для каких-то великих дел. - Ну я пойду. А вы тут сами разбирайтесь, с книжкой и прочей хернёй. Всем пока, всего хорошего. - Стой! – Небесный отец быстро повернулся к ангелу. – Останови его! Брукс моргнул несколько раз, пытаясь придти в себя, но у него это не вышло. Мужчина понял, к чему клонит Небесный отец. - Нет, нет, вот только без этого! Я тем более валю! – категорично замахал руками Котецу. – Вы все достали меня с этой неведомой фигнёй! Тут творился абсурд. Полнейший, беспросветный. А демон предпочитал скорее сваливать оттуда, где происходило нечто такое. Он же… «Подойди, помощник Смерти», - раздался в голове Кабураги голос, которому невозможно было отказать. Он эхом разносился по сознанию, заполняя всё существо Котецу. Демон сморгнул, пытаясь прогнать наваждение. Но ощущение присутствия никуда не ушло. Мужчине по-прежнему казалось, что в его сознание кто-то вторгся. И словно в подтверждение, снова послышался голос: «Иди же и сделай то, что должен. Сорви первую печать, впусти на Землю разруху и убийства». Котецу кивнул, как завороженный, и направился к книге. Барнаби смотрел на него и чувствовал, как перехватывает дыхание. Он ощущал, как демона окутывала невидимая, но очень мощная сила, которая исходила от самой книги. Небесный отец спокойно наблюдал за происходящим. - Тут всё началось. И тут же всё закончится. - Сорви… печать… - пробормотал Котецу. «Подпись лишь для этого нужна. Оставь её – тогда придёт Война». - Подпись… - повторил Кабураги, останавливаясь прямо напротив книги. – Кровью… подпись… - Что? О чём он, Небесный отец? – обретя дар речи, спросил ангел, оглядываясь на Бога. - Первая печать, которая призовёт на Землю Войну, - коротко ответил он, продолжая внимательно смотреть на демона. «Коснись замка, прислужник Смерти, и кровью в жизнь меня верни. На первой же странице, не читая, бумагу подпиши», - тем временем продолжал звучать голос. Котецу кивнул и до крови прикусил кожу на пальце, после чего прикоснулся к замку. Струйка крови стекла вниз, но капли не упали на стол – их словно впитал в себя металл. Послышался щелчок, и замок упал. Кабураги посмотрел на него безразличным взглядом. В это время книга открылась, и на стол скользнул документ. Барнаби хотел было прочитать, что там написано, но Небесный отец остановил его и покачал головой. - Не надо, сын мой. Иначе ты можешь потерять своё зрение – только тот, кто печати снимает, должен видеть написанное. Для остальных же это – хуже смерти. Брукс только кивнул. Он смотрел на то, как Котецу медленно выводил на листе какие-то закорючки собственной кровью. Как только демон закончил, бумага исчезла. В зале повисла тишина, но ненадолго – через секунды, где-то под сводами зала, послышался рёв труб, а за ним – короткий и жуткий крик, полный отчаяния и боли. Котецу обессилено рухнул вниз, однако сознания не потерял. Он часто дышал и морщился от головной боли, которая пульсировала в висках. «Неужели… неужели так просто снимать печати?» - проскользнула мысль и тут же пропала, когда в зале неожиданно потемнело. - Что за? – еле сдерживаясь от ругательств, проговорил Кабураги, поднимаясь и хватаясь за стол, чтобы не упасть. - А вот и я, доходяги. Звали? – насмешливый женский голос, и свет снова включился. Котецу огляделся и с удивлением обнаружил, что по длинному столу, словно по подиуму, к ним уверенно приближалась Карина. Точнее, не совсем Карина, а Война, который занял тело своей помощницы и прибыл на зов снятой печати. Когда девушка приблизилась, она с довольной улыбкой самодовольно посмотрела на Кабураги, а потом и на Барнаби с Небесным отцом. - Как приятно видеть знакомые физиономии. И как же потрясно гонять в таком очаровательном помощнике, - Карина спрыгнула вниз и оперлась на стол руками. – Но мы здесь не для этого собрались, мальчики. - И тебе здравствуй, Война. Мы очень давно не виделись, - кивнул в знак приветствия Небесный отец. – И мы правда собрались здесь сам знаешь для чего. Я очень рассчитываю на твою помощь. Лайл посмотрела на Бога с интересом и явным одобрением. - Знаешь, это здорово, что ты наконец-то решил покончить с этими людишками – давно пора. Не дожидаясь логичного вопроса, Карина закатила глаза и сказала: - Смерть нам всё рассказал, и мы все обеими руками «за». А то засиделись уже. Особенно я. Хотя современный мир полон таких разнообразных форм ненависти, что уже не обязательно брать оружие в руки и рубить – достаточно порой сказать лишь слово, и человек будет уничтожен, убит. А за ним и сотни таких же, как он. Война хмыкнул и выпрямился. - Одержимое чужими идеями стадо. Стадо, которое готово идти за таким же бараном, умным разве что в вопросах политики и умеющим неплохо блеять, увлекательно так и убедительно. Однако оставим разговоры, - Карина щёлкнула пальцами, и рядом появился огненный жеребец. Котецу инстинктивно попытался спрятаться, но не успел – Война повернулся к нему и кивнул в сторону коня. - Эй, помоги-ка мне – подержи поводья, а то мой красавец так долго стоял без дела, что теперь ему не терпится пронестись по Земле и навести там паники и страха. Котецу сглотнул и медленно приблизился к жеребцу, который нетерпеливо стучал копытом по полу и выдыхал горячий дым. - Хорошо, чувак… Ты не обжигаешь меня, я не пугаю тебя. Все счастливы, все при деле, так ведь? Кабураги осторожно взял поводья и перевел дыхание. Вроде конь не собирался его убивать или кусать. «Ну хоть что-то хорошее сегодня», - подумал демон. - А не стоило ли проделать всё это после того, как мы договоримся о сроках? – поинтересовался Небесный отец, пока Карина быстро и ловко залезла в седло. - Не будь брюзгой – мой конь не оставляет ничего после себя, кроме страха и разрушения, - довольно хмыкнула девушка, забирая протянутые поводья. – Что касается срока… мне месяца вполне хватит. - Всего лишь? – удивился Небесный отец. - Плюс-минус три недели. Максимум у меня это займёт полтора месяца. Если будут какие-то изменения, я вам сообщу через него, - он кивнул на демона, который уже успел отойти на безопасное расстояние от жеребца. - Хорошо, - кивнул Бог. – Тогда в добрый путь и удачи. - Она мне не нужна. Я – истинное воплощение этой чертовки, - хохотнула Карина. Чуть повернув голову в сторону Котецу, она неожиданно сказала: - Кстати, кепочка, один совет – когда вернёшься в Ад после всей этой кутерьмы, обрати внимание на мою красавицу-помощницу. И поверь – будешь вознаграждён сполна. Дьявольская улыбка. Лайл подмигнула демону и натянула поводья, заставляя коня подняться на дыбы. Тот громко заржал и захрипел. - Земля, встречай своего господина! – задорно крикнула она и помчалась к самым дверям. Котецу думал, что сейчас двери просто слетят с петель, но нет – Всадник вместе со своим жеребцом растворился прямо перед ними, и по залу прокатился смех. А затем – снова тишина. Барнаби, который всё это время молчал и переваривал происходящее, только сейчас отмер и удивленно моргал. Котецу же устало плюхнулся на стул и откинулся на его спинку. - Фууууф, ну и дела… А мне вот интересно, все печати так легко буду сниматься? Если да, то это совсем неплохо. Я даже переживу жизнь в одной квартире с этим чистоплюем-психом. - Ты тоже не подарок, знаешь ли, - спокойно проговорил Барнаби. - Вижу, силы хамить у тебя всегда есть. Я просто очарован, - фыркнул демон и вспомнил слова Войны перед его уходом. «Значит, я был прав. И слова его это подтвердили». Котецу довольно улыбнулся. «Хоть какая-то стабильность меня ждёт, когда вернусь». - Кстати, а как снимать вторую печать? – спросил Барнаби, глядя на Небесного отца. Тот лишь пожал плечами. - Этого я не знаю. Только в книге записано. - И как же это узнать? – Котецу хотел подтянуть к себе книгу, чтобы прочитать, но почти сразу же отдернул руки, так как в голове раздался снова голос: «Когда настанет час, сама я позову. Тогда ты и узнаешь, что я хочу, чтобы печать вторая исчезла, и всех обуяет Голод». - Ну хорошо, хорошо, как скажешь, - проговорил демон, но не удержался и снова было потянулся. Но книга угрожающе замерцала и заискрилась, словно предупреждая. «Не стоит делать этого, помощник неразумный – я любопытство пресекаю. Его я не люблю». - Окей, окей. Больше не буду, - примирительно проговорил демон. – Пфф, ну и вредная книжонка. - Тысячелетняя история, которая есть на страницах, не могла не испортить её характера, - с теплотой проговорил Небесный отец. – Но скоро она снова станет прежней. Он посмотрел на демона. - И ты поможешь в этом. - Да? - Да. Ты уже начал её излечение. Теперь нет пути назад. Ты это понимаешь, надеюсь? - Я так понимаю, что если сейчас отвечу нечто иное, кроме «да», то меня заставят подумать ещё раз и получше? – уточнил Котецу, потягиваясь. – Скажу просто – у меня уже нет выбора, так как моя кровь в этой древней штуковине, а даже демон-новичок знает – обряды, клятвы и прочая магическая ересь, подкрепленная кровью, самые надёжные и нерушимые. Он поднялся и пошел на выход. - Так что отрицай я, не отрицай, ори и пищи, как девственница при виде презерватива – ничего не изменится. Поэтому я просто пойду и подожду, пока книга расскажет о следующей печати. Демон посмотрел на Барнаби. - Ну чего застыл? Пошли, меня снова мучает голод. До новых встреч, Отец, - он махнул рукой мужчине и вышел, не желая больше оставаться в огромном зале. Небесный отец хмыкнул. - Его наглость цепляет. - И выводит из себя. - Но ведь у тебя есть преимущество. Только не злоупотребляй им, и вы найдёте общий язык. Брукс выпрямился, прекрасно понимая, что имел в виду Бог. Он про его способности и полномочия Гласа. Однако Брукс прекрасно контролировал себя, и ему нисколько не грозило то, что пытался сказать ему Небесный отец. - Но… - он хотел было возразить на тему превышения полномочий, но его прервали властным жестом. - Ступай. И Барнаби, - он посмотрел на Гласа, - навести, пожалуйста, Ивана. Меня беспокоит его состояние. - Хорошо, Отец. - И не спускай глаз с гостя – он всё же демон. - Будет… Тут послышались крики и возмущённые вопли за дверью. Небесный отец покачал головой и посмотрел на Барнаби взглядом, в котором читалось «ну ты теперь сам понимаешь, о чём я, не правда ли?». Брукс слышал, поэтому быстро ринулся на улицу, чтобы утихомирить Котецу, которому вздумалось присоединиться к мирной игре в крикет и взбаламутить всех игроков тем, что начал играть молотком и мячом в бейсбол. Небесный отец проследил за ним, и как только дверь закрылась, он подошёл к своему стулу и устало сел, чувствуя некоторую слабость. «Началось. Главное, чтобы у меня после всего остались силы, чтобы создать новый мир», - подумал мужчина, глядя на книгу Хаоса и Света. «Чтобы остались силы начать писать историю. Сначала».