вспомнить

       Сунен хочет извиниться перед Джихуном, но тот не приходит в школу на следующий день. Квон начинает переживать без особых поводов, может быть, он хотел верить в слова Джихуна, потому что тогда — это жизнь приобретает совсем другой смысл. Неужели Джихун все это время жил с осознанием, что когда-то давно — он уже был и любил? Это сводило с ума. Сунен смотрит на какого-то парня, держащего в руках чью-то майку. — Вону, — выдыхает он, срываясь на громкий всхлип, зарываясь лицом в майку. — Я люблю тебя.        Сунен удивленно оглядывается. Не может быть. Может, он просто расслышал не так. Ведь не может быть так, чтобы Сунен начал видеть все, что происходило с Мингю после смерти Вону. Это абсурдно. — Вону-а, — парень оседает на кровать, сгорбившись и весь его рост становится ничем, его спина содрогается в рыданиях. — Вону-а, пожалуйста, дождись меня.        На руке Мингю татуировка — красивый одуванчик, чьи семена по коже летят вверх, и Сунену кажется, словно он видит движение одуванчика. Мингю ложится на кровать, прижимая к себе чужую майку, и прикрывает глаза. — Встретимся на поле боя, — тихо начинает петь Мингю. — Даже в самую темную ночь, я стану твоим мечом и щитом, мы будем прикрывать друг друга…        Сунен распахивает глаза, тоска Мингю передается и ему, словно это он потерял любимого человека. Квон сжимает свою футболку пальцами, делая глубокий вдох. Все это время Джихун был рядом. Все это время — они ходили вокруг друг друга.        Песня Мингю — та самая, которую пел для Джихуна Сунен. Мысли после сна совсем не хотят формироваться во что-то определенное. Сунен встает с кровати, спешно одеваясь. Он должен сказать Джихуну, что помнит. Он должен вернуть свою любовь. На улице ужасно темно, а Сунен едва ли помнит где именно живет Джихун, потому что как-то раз Джунхуэй показывал, когда они проходили мимо. Сунен стучит в дверь слишком громко для ночной тишины, и открывает ему Сынчоль. — Сонсенним? — Сунен удивленно смотрит на Чхве, а потом только вспоминает, что Сынчоль сводный брат Джихуна. — Джихун спит? — Не уверен, — говорит Сынчоль. — Сейчас два часа ночи, ты что здесь делаешь? — Мне срочно нужно поговорить с Джихуном, — оправдывается Сунен. — Хен, кто стучал? — Ли выглядывает из-за двери своей комнаты, удивленно смотря на Сунена. — А ты чего здесь делаешь? — Айщ, дети, — недовольно тянет Сынчоль. — Я буду в своей комнате, не шумите. И долго не сидите, честное слово… — он еще что-то ворчит, закрывая дверь в свою комнату.        Сунен заходит в дом, закрывая за собой дверь и стягивая свои кроссовки. Джихун не знает, что сказать, потому что даже не понимает — почему Сунен сейчас здесь, да еще в такой поздний час. — Ты был прав, — говорит Квон, подойдя к Джихуну. — А? — Ли отстраненно смотрит на него, и Сунен видит черные круги, которые залегли под его глазами. — Я видел Мингю в своем сне, — отвечает Сунен, удивляя Джихуна еще больше. — Я видел его после смерти Вону. У него татуировка еще в виде одуванчика, вот здесь, — Квон хватает руку Джихуна, пальцем проводя от запястья до локтя. — Это не татуировка, — выдыхает Ли. — У Вону такая же, это означает, что они соулмейты.        Сунен молчит какое-то время, смотря Джихуну в глаза, у того в зрачках — невыносимая усталость и тоска, он явно не спал уже несколько дней. — Прости, что не узнал тебя сразу, — выдыхает Квон, прижимая Джихуна к себе так близко, как это только возможно, сжимая его в своих руках, и чувствует, как тот умиротворенно вздыхает, закрывая глаза. — Прости меня, — шепчет Сунен, целуя Джихуна в макушку.        Джихун кивает, хоть и знает, что Сунену совсем не за что извиняться. Сунен словно только сейчас может вспомнить свою прошлую жизнь — тепло и любовь, что была между ним и Джихуном тогда, как будто они могли вместе противостоять всему миру. Именно поэтому, Мингю и пел для Вону эту песню. — Я скучал по тебе, — шепчет Сунен, приподнимая голову Джихуна за подбородок. — Спасибо, что дождался меня. — Нам нужно время, чтобы все пришло в норму, — говорит Джихун. — Но если ты сейчас не поцелуешь меня, то тебе придется узнать меня в следующей жизни, потому что я собираюсь убить те… — Слова тонут в чужих губах, и Джихун отвечает на поцелуй, подаваясь вперед и прикрывая глаза.        Сунен пытается не сходить с ума, но, кажется, словно он тосковал по всему этому все время, как начал понимать себя. И сейчас чувствовать поцелуи Джихуна для него словно самое лучшее чувство на свете. Он руками сжимает бока Ли, прижимая ближе к себе, и ловит его сорванное дыхание. — Вы бы хоть в комнату зашли, — Сынчоль недовольно цокает.        Джихун выглядывает из-за плеча Сунена, показывая ему язык, и тянет Квона в свою комнату. В эту ночь Джихун наконец-то может выспаться, он засыпает на груди Сунена, чувствуя, как тот играется с его волосами, и напевает уже давно знакомую песню.        Джихун знает, что им нужно больше времени, чтобы привыкнуть друг к другу сейчас, и нужно двигаться не спеша, поэтому перед сном, они говорят о многом, а после решают сходить на свидание, впервые в этой жизни. Все должно быть лучше сейчас. — Если ты, мудак, в следующей жизни тоже будешь выше меня, я ударю тебя! — Недовольно сопит Вону, скрестив руки на груди. — Смирись, это твой удел, — смеется Мингю, наваливаясь на Чона из-за спины, и обнимает, поднимая его в воздухе. — Маленький и худенький. — Я всего на пару сантиметров ниже, — цокает Вону, специально ногой ударив того по коленке. — Не могу поверить, что ты выше и в этой жизни, — говорит вдруг Джихун, на что Сунен сначала удивляется, а после заливается смехом, наваливаясь на Ли с объятиями.