I'm Gonna Be

Когда Харви был ребенком, сразу после травмы, что закрыла для него любимую игру, он увлекся книгами. Его увлекали мифы, хоть он и знал, что они не реальны, ему нравилось извлекать из них потаенный смысл. Ему нравился миф об Орфее и Эвридике. Ему нравилось думать, что нужно добиваться своего, и нравилось, что результата нужно добиваться, пусть его и не всегда видно, он обязательно придет. Но более всего ему нравилась мораль о том, что всегда нужно соблюдать правила сделки. Став взрослым, он понял, что правила сделки можно обходить, если ты точно уверен в том, что в результате при любом раскладе получишь желаемое. Но сколько бы лет ни проходило, он верил, что если ты даешь слово, то должен сдержать его. Иначе можешь лишиться того, что не захочешь отдавать. Харви возненавидел Орфея, когда стал им. Когда Майка уводили в наручниках он понимал, что может сделать, что должен сделать. Он спустится в ад, он заговорит зубы всем. Но этого будет мало. Харви с самого начала знал, что ему нужно будет сделать и никогда не обернуться назад. Чего он не знал, так то, что Эвридика окажется такой упрямой. Конечно же, Майк не согласится обменять себя на него. Конечно же, Харви обернется посмотреть, следует ли за ним Майк, только чтобы увидеть, как он исчезает, ускользает у него сквозь пальцы. И он не сможет ничего с этим поделать. Майк улыбается ему устало, и тюремная роба делает его кожу еще бледней и болезненней. Эвридика осталась в подземном царстве. Только мифы не рассказывают о том, что Орфей на самом деле тоже остался там. Он оставался там каждый раз, когда ему приходилось вставать и выходить. Потому что все внутри Орфея всегда оставалось рядом с Эвридикой. Потому что Харви никогда на самом деле не уходил.

Перед переполненными трибунами Или для двух людей Как в последний раз, голосом и струнами Чудеса творит Орфей