Почему я?

Почему именно сегодня вечером не горят фонари? Я не боюсь темноты, просто в связи с недавними событиями мне нужно в несколько раз быть осторожнее. Тем более тот псих сказал, что придёт сюда. Он может быть уже где-то поблизости. Оборачиваюсь по сторонам. Никого нет. Это хорошо. Я уже подхожу к парковке и никого не вижу. Ну и где он? Где Прескотт? Сам же мне сказал не опаздывать, хотя самого до сих пор нет, а времени уже 20:05. Может быть он сидит в машине? У него ведь красный пикап? Да почему же здесь так темно? Подхожу к машине, смотрю в стекло переднего сидения и никого не вижу. И тут кто-то подходит ко мне сзади, берёт за плечо и шепчет на ухо: — Давай прокатимся. Мой крик раздается на всю парковку. Наверное, в общежитии его тоже слышали. — Прескотт, ты больной? Зачем пугать? А ответ я слышу лишь его громкий смех. Ощущение такое, что он сейчас задохнется от нехватки воздуха. — Тебе смешно!? — кричу я на него. — Да я тут чуть коньки не отбросила, псих! — Да ладно тебе, Колфилд. — сквозь смех он пытался хотя бы что-то сказать. — Мне было скучно, вот я и решил прикольнуться. - Нейтан осмотрел меня с ног до головы, а потом сказал: - Отпадно выглядишь. Наконец-то я могу убедиться в том, что у тебя есть некоторые формы. А я-то думал, что ты доска. Я смотрела на него с яростным взглядом, а потом сказала: — Мы опаздываем. — Хозяин. — сказал Прескотт. — Ты забыла добавить это. Я смотрела на него непонятным взглядом. — Эмм, — пыталась сказать я, — х-хозяин. Когда я сказала это, Нейтан сделал вид, будто это резало его слух. — Хотя нет, не надо так говорить, — сказал он и начал садиться за руль. — Ты побежишь рядом с машиной или всё же посадишь свою задницу? — Да сажусь я уже. Я открыла дверь заднего сидения и увидела кучу коробок. — Садись на переднее, живее. Я сделала, что сказал Прескотт и пристегнула ремень безопасности, на что Нейтан хмыкнул. Он завёл машину, и мы уехали с парковки. Нейтан точно ненормальный, потому что адекватный человек не станет гнать так быстро. Мы ехали всего лишь десять минут, а за это время я вспомнила почти все молитвы. Мы несколько раз чуть не сбили пешеходов. Всё это время я крепко держалась за ремень, как за свою жизнь. После тридцати минут ада мы всё-таки приехали. Я медленно вышла из машины на еле гнущихся ногах. Меня трясло. Но так как здесь был Прескотт, я пыталась не подавать вида. Я осмотрелась. Мы были возле двухэтажного дома. Здание было сделано из бетона и стекла, поэтому было видно, чем занимаются люди внутри. Музыка была настолько громкой, что её было чётко слышно снаружи. Пока я осматривалась, то заметила, что Прескотт долго рылся в бардачке, а потом вышел из машины с пакетом, полным белого порошка. — Только не говори мне, что… — Да-да, Колфилд, — сказал Нейтан и поднял пакет над головой, — это спасение вечеринки Уорд. Я на это ничего не сказала. А зачем? Если хотят, то пускай нюхают эту дрянь на здоровье. Я ничего с этим не сделаю, да и не хочу. Мы заходим внутрь. Повсюду очень много людей, алкоголя и веселья. Громкая музыка стучит по ушам, свет слепит глаза. Как они вообще различают друг друга. Никогда не понимала, в чем смысл всех этих вечеринок. Я иду за Нейтаном. Я не знаю как, но ему все уступают дорогу. Ему даже не нужно просить кого-то подвинуться. Видимо, он как почётный гость здесь. А, ну конечно, у него ведь наркота. Мы подходим к VIP-зоне, и нас сразу же пропускают. Здесь совсем другая обстановка. Повсюду стоят диванчики, столики с кальянами. Тут даже свой бар есть. Света почти нет, и поэтому мне трудно разглядеть людей, которые здесь находятся. Но всё-таки одно знакомое лицо я вижу. — Привет, Дана, — попыталась перекричать музыку. — Классная вечеринка. — Спасибо, Макс. Сегодня ты выглядишь отпадно. Садись рядом, — и она похлопала рукой по месту рядом с ней. — Спасибо, ты тоже. Дана предложила мне коктейль, но я отказалась. Зная себя, я не хочу выглядеть как зомби. Алькоголь ударяет в голову сразу после первого глотка. Я даже пытаться не стану. — Да выпей же, Колфилд, — ну конечно, и Прескотт оказался рядом именно в этот момент. — Это всего лишь коктейль. — Тебя это не касается. — Прескотт, да отвали от неё уже, — вступилась за меня Дана. За секунду Нейтан поменялся в лице. Я никогда не видела, как он злится, и вот моему взору открывается такая картина. Ощущение, будто все сговорились, потому что они почти в один миг замолчали и начали наблюдать за происходящим. Нейтан все ещё гневно смотрел на неё, как вдруг поменялся в лице и еле сшно сказал: — Уорд, разве ты не знаешь, что такая как ты не имеет права указывать мне что делать? Я повернулась к Дане. Она не заметно тряслась, а на глаза выступили еле заметные слёзы. Неужели она так сильно его боится? Что же он такого сделал, что его все боятся? Может Прескотт мафия? — Я-я не хотела, правда, — начала оправдыватся Уорд. — Это само как-то вылетело, я… Я понимала, что ситуация серьёзная, потому что Нейтану было наплевать, что она пытается оправдаться. Он ни капли не изменился в лице. Я знала, что Прескотт больной, но не думала, что настолько. Я вспоминала, как нужно обращаться с такими людьми. Благо, что моя мама любила смотреть передачи про медицину. Я посмотрела на него и сказала: — Нейтан, — начала я, — это я виновата в этом. Не злись на неё, пожалуйста. Если разбирать ситуацию, то мне ничего не понятно. Дана ничего грубого или плохого ему не сказала. Она просто попросила Прескотта оставить меня в покое. Он на самом деле псих. — Колфилд, за мной, — он развернулся и пошёл, а я следом за ним. Он привёл меня на терассу. Она отличалась от дома тем, что была сделана не из бетона, и из дерева. Рядом на лужайке росли красивые кусты роз, деревья. Было очень мило. На терассе никого не было. — Почему ты вступилась за девушку, которая тебе почти не знакома? — А почему ты такой злой? — ответила вопросом на вопрос. — Я задал тебе вопрос. — И я тебе. Прескотт несколько секунд ещё смотрел на меня, а потом отвернулся. — Ладно, проехали, Колфилд. Он пошёл к самой дальней лавочке и сел на неё. Я последовала его примеру. Нейтан взял в руки пачку сигарет, достал оттуда одну и закурил. Не поворачиваясь в мою сторону, он протянул мне пачку. — Будешь? — спросил он. — Нет, я не курю. — Ну конечно, ты же такая… — Нейтан не договорил. — Какая? — спросила я с интересом, пытаясь найти его лицо. — Никакая, да отвали от меня уже. Дай спокойно покурить, — и он затянулся. Мы сидели почти в полной тишине, только далекий звук дороги нарушал тишину. Очень редко пролетали птицы. Где-то за забором лаяла чья-то собака. Некоторое время мы ещё сидели так, но потом Нейтан прервал тишину. — С самого первого дня я понял, что ты особенная, Колфилд, — сказал Прескотт. — Никто в этом городе не пытался дерзить мне, потому что были в курсе, чем это может закончиться. — Он всё ещё не смотрел на меня. Из-за холода я начала немного трястись и стучать зубами. Нейтан это заметил и накинул на меня свой бомбер. — С-спасибо, — сквозь дрожащие зубы сказала я. Прошло ещё какое-то время, но мне так и не стало тепло. Тогда произошло то, чего я бы никогда не ожидала. Нейтан обнял меня, прижимая к себе. — Мне это не нужно. Я уже согрелась, — произнесла я и попыталась убрать его руки, но он усилил свою хватку. Вот так мы и сидели дальше. Ничего не происходило, мы просто сидели и молчали. Мои щеки были красные не от холода. Мне было очень неловко. Боже, у меня и парня то ни разу не было. Сердце стучит с бешеной силой. Через несколько минут на террасу пришло несколько человек, и Прескотт освободил меня.