Проваливай, рыцарь, я не твоя Прекрасная Дама

Чтобы уберечь свои глаза от бесконечно мелькающих перед ними идиотов, Шерлок однажды собрал все необходимые ему вещи, взял денег столько, сколько смог засунуть в сумку и в карманы, и отправился куда подальше от своего дома. Если бы можно было, то Холмс бы не брал сверкающие тяжелые монеты, ведь для него это представлялось ненужной безделицей, из-за которой великие лорды готовы были перегрызть друг другу горло. К тому же такой «безделицей» были полны сундуки в подземельях его замка, и Шерлок часто в детстве игрался с золотыми монетами, строя из них разные строения, что всегда вызывало умиленное выражение лица у его мамули. С тех пор деньги так и остались лишь игрушкой в глазах Холмса, зато они имели ценность для других людей и даже для драконов. Так Шерлок заявился к пещере одного такого чудища и невежливо принялся стучать по камню, при этом громко крича: «Вытаскивай свой зад, мне нужно с тобой поговорить!». Дракону же, существу древнему и мудрому, такое обращение не понравилось, на что оно отозвалось резким выдохом пламени. Это всегда отпугивало всяких ненужных гостей, которых то и было совсем ничего, не каждый решился бы полезть к одному из опаснейших чудищ, а кто решался — это были обычно разные чудаки, у которых с головой было что-то не так. Дракону все-таки пришлось вынырнуть из своего укрытия, так как неизвестный нарушитель спокойствия даже не думал останавливаться и продолжал вызывать древнее существо. Перед его удивленной мордой небрежно кинули сумку с кучей золотых и приказали, именно приказали, охранять Его Высочество от покусителей на его спокойствие. Монетки сверкали так соблазнительно, а предлагающий был так интересен, что дракон согласился и зашагал за принцем. Оказывается, этот незнакомец и правда оказался принцем, хотя древнее существо всегда считало, что обладатели благородных кровей ещё и обладали вежливостью, но это явно было не про Шерлока Холмса. Он был груб, высокомерен и ужасно заносчив, понять это было крайне легко, ведь парень постоянно твердил о том, какие его родственники и не только, идиоты, а тем более старший брат, Майкрофт, который наверняка уже поднял шуму из-за исчезновения своего младшенького. Да, дракона звали Грегори, можно было просто Грег, но Шерлок тут же предпочел об этом забыть и, когда они добрались до башни, лишь напомнил ему, чтобы тот никого не подпускал к нему, а если кому-то хватит смелости сразится с чудищем, то пусть оно перегрызет этого сумасшедшего пополам или выкинет куда подальше. Холмсу было все равно, лишь бы всякие не смели его беспокоить. — Ну что ж, привет, красотка, — проговорил Шерлок, когда забрался в башню и увидел свободное пространство — поле для своих действий и исключительно для него одного. Действительно, Майкрофт поднял шуму из-за своего младшего брата, а когда узнал, что тот каким-то образом оказался в башне, да ещё под охраной страшного дракона, то издал указ, в котором предлагались горы денег и чуть ли не манна небесная за спасение Шерлока Холмса, одного из наследников престола. — Они там тебя ищут, — проговорил дракон, уместившись у башни. Он был так огромен, что по своим размерам достигал самого кончика каменной постройки. — Глупцы, они только зря тратят время, — отозвался Холмс, выглядывая из оконного отверстия. — Ты должен меня охранять, а не спать здесь. Я волнуюсь за свое спокойствие. — Сегодня уже приходила пара молодчиков, кто желал тебя освободить, но как только они меня увидели, то дали деру. — Из ноздрей существа повалил дым, как из печки. — Достаточно уже того, что я лежу здесь. — Я нанимал тебя потому, что думал, что ты опасное чудовище, а ты просто ленивое животное! Холмс принялся шуметь у себя в башне, яростно гремя своими пожитками, которые в основном имели лишь научное применение. Грег порой задавался вопросом, а как там вообще может жить этот человечишка без еды и прочих удобств? Но Холмс жил просто отлично, порой полностью молчал несколько дней, мучил скрипку и иногда выбирался наружу, чтобы собрать необходимые ему образцы для экспериментов. Дракон пытался интересоваться, чем именно занималось Его Высочество, но Его Высочество говорило, что Грегори «тупое животное», и кидало в него какую-нибудь склянку, когда был чем-то взбешен. Стоило бы съесть этого высокомерного человечка, но это оставалось лишь несбыточной мечтой, ведь Грег был ответственным драконом с чувством чести. Он бы не стал есть того, кто ему заплатил. К тому же древнее существо знало, как отомстить принцу. — О, прекрасный принц, я пришел вызволить вас из лап дракона и вернуть в материнское лоно. Шерлока буквально покоробило, когда он услышал эти ужасные слова. Он преспокойно сортировал виды различной почвы, чуть ли при этом не приговаривая «Моя прелесть», и вот тут резко это. Кажется, принц же просил этого ленивого дракона с каким-то там именем охранять его от таких вот благородных, но видимо что-то пошло не так. — Убирайся! — крикнул Холмс, даже не выглядывая из башни. Была у него надежда, что этот неизвестный все-таки уйдет, как вежливо его попросил Шерлок, но, к его огромному неудовольствию, его никто не послушал. — Кажется, ветер играет с моим слухом, ведь очи мои видят, что вам нужна помощь. — Я же сказал, пошел прочь! Не нужно меня спасать! — все-таки выглянул принц. — Так, значит, истории были правдивы, вы и в самом деле подобны прекрасной даме! — Проваливай, рыцарь, я не твоя Прекрасная Дама! — Видимо, дракон наложил на вас злые чары, что помутили ваше сознание. Но не беспокойтесь, я верну вас к вашим славным родителям, и помутнение исчезнет! Клянусь своей честью! — Какой же избранный идиот… А потом этот спаситель, к ужасу Холмса, принялся, бренча доспехами, карабкаться вверх по башне. — Я спасу вас. — О Боже, нет. — Не волнуйтесь. — Я волнуюсь, придурок, что ты все угробишь! — Уже почти. — Нет! И Шерлок нашел увесистый глинный горшок и кинул его в рыцаря, но снаряд пролетел мимо своей цели. — Что это вы делаете, Ваше Высочество? — А ты как думаешь? — спросил Холмс и схватил уже следующий предмет, предназначенный для светлой рыцарской головушки. — Ваш рассудок и правда помутнен, не делайте этого! — Пока! На этот раз снаряд нашел свое место и успешно разбился, заставляя рыцаря покачнуться и упасть на землю. — Передай моему брату, что я не собираюсь возвращаться! — Нечистый… Нечистый. Когда же «спаситель» уполз в неизвестном направлении, появился дракон, который как-то странно дрожал и издавал непонятное кудахтанье. — Ты должен был меня охранять! Грег закудахтал ещё сильнее. — Эй! — Холмс чуть ли не свешивался из оконной рамы. — Я не твоя Прекрасная Дама, — пропыхтел дракон и беспомощно упал на землю, содрогаясь сам и заставляя дрожать землю вокруг. Спустя пару секунд Шерлок, краснея, понял, что существо смеялось. Так они и жили, принц и дракон. Возможно, тот самый первый рыцарь, которому не посчастливилось встретиться своей головушкой с элегантно посланным в нее горшком руками самого Его Высочества, так и не донес слов Шерлока до его брата: спасать принца не нужно, он не хочет видеть скучных придворных рож, а хочет одиночество, каменные стены и щепотку грязи из Уэссекса. Холмс, не уставая, все твердил Грегу, что именно поэтому он и ушёл из своих земель и из своего замка со всеми его удобствами и богатствами: его там никто не понимал. Если принц и пытался отстоять свою точку зрения, бороться за свои собственные желания, то его просто игнорировали. Для всех он был Его Величеством Шерлоком Уильямом Скоттом Холмсом, а не просто Шерлоком. Дракону, конечно же, юный принц не говорил все это прямым текстом, весь этот смысл, который указан выше, был собран Грегом аккуратно и кропотливо, ведь вся суть была скрыта за колкими фразами с невозможно огромным количеством «милых» словечек. В какой-то момент дракону даже стало жалко этого недооцененного и чужого для окружающих принца, но когда фраза того только начиналась с «Эй, ленивое животное» существо лишь ещё больше желало подтрунивать над юным лордом. Грег исполнял свои обязанности почти идеально, именно «почти». Все-таки ему нужно было как-то проучить грубого Холмса, да и самому дракону было скучновато лежать на земле и наигранно грозно охранять башню. Так что порой он устраивал себе целые представления. Чего же стоило это зрелище, когда Шерлок в панике начинал отгонять от себя благородных мужей, боясь, что его покой нарушат. Дракон взглядом своих узких глаз с переливающимся в них плавленым золотом выглядывал «избранных» воинов, которых бы он пропустил дальше себя. Да, не каждый ещё был удостоен честью подойди к башне, ведь не каждый был способен повеселить древнее существо. То у одного латы не так залихватски блестели под солнцем, то волосы недостаточно завораживающе волновались на ветру. Тут была важна каждая мелочь, и Грег ее улавливал. Так он с особым удовольствием слушал, как один из благородных пел серенаду для Холмса, а один даже пытался выманить принца прекрасным узорчатым клинком, сравнивая его при этом с красотой принца. А ведь они не знали, что для того, чтобы выманить Шерлока из башни, не нужно было много стараться. Можно было просто предложить ему ту самую уэльскую грязь или кусочек интересного растения. Грег мог поклясться, что этот безумный до своих экспериментов принц тут же выбежал бы из своего укрытия и чуть ли не бросился бы на шею этому прекрасному человеку. Каково же было удивление дракона, когда один муж так и сделал, но перед этим угостил дракона вкусным ягодным чаем с мятой.