Морские песни

Если б не было тебя, Скажи, зачем тогда мне жить? В шуме дней, как в потоках дождя, Сорванным листом кружить?

Если бы тебя не было, я бы не вернулся. Просто остался бы на том острове, точнее возле острова, в воде. Там были достаточно острые камни, чтобы изуродовать тело, а остальное докончили бы рыбы. Но ты смотрела на меня слишком отчаянными глазами, безмолвно умоляя вернуться, выжить. И я выжил, хотя это могло показаться невозможным. А теперь ты на меня не смотришь. Мстишь? Я не могу так долго стоять. И не буду, делаю решительный шаг вперед и прижимаю тебя крепче. Хочешь молчать — помолчим, но остаться от тебя вдалеке я не могу. Слишком много мурашек бежит по коже, слишком ярко горели твои глаза. Почти ненависть, но почему-то хочется не просить прощения, а изгнать ее иначе. Почти силой. Ты еще некоторое время отворачиваешься, потом поворачиваешься, обжигаешь взглядом. Ненависть. Странно, никогда не думал, что она может влиять так. Ты приоткрываешь рот, собираясь мне что-то сказать, машинально облизываешь пересохшие губы и хочешь мне что-то сказать… Зря, я не собираюсь слушать. Точнее, не могу. Целую, не давая тебе сказать ничего. Вообще ничего, ты все равно потом пожалеешь. Давлю, терзаю, шарю руками по телу. Грубо, низко и недостойно, но черт возьми! Я выжил! Выбрался ради тебя из смертельной ловушки и теперь имею право на награду. Ту самую, в которой долгое время себе отказывал. Словно вспышка понимания в твоих глазах, крепче прижимаешься бедрами, наслаждаясь моим возбуждением и целуешь уже сама. Тоже очень требовательно и властно, буквально вбирая в себя все новые ощущения. Уверенно, опускаешься на пол раздевалки, тянешь меня на себя, стягиваешь футболку и свою майку. Потом обиженно смотришь на мои брюки. Со смешком расстегиваю тугую пряжку, пока ты сама тоже стягиваешь брюки и белье. Черт, кто бы знал, что от камуфляжа можно избавиться настолько эротично… Потом буквально опрокидываешь меня, по-хозяйски усаживаешься верхом на бедра и неторопливо, будто чуть дразняще насаживаешься на возбужденный член.Слишком медленно, милая моя, я так не согласен. Поэтому подхватываю тебя под ягодицы, чуть сжимаю их, контролируя ритм движений. И глухие стоны подтверждают, что я все делаю правильно. Ты царапаешь плечи, позволяешь мне целовать и даже покусывать грудь, крепче сжимаешь бедра. Не знаю сколько прошло времени, да и не хочу знать. Мы вместе, это Вечность. Наша маленькая Вечность. Она началась со взрыва твоей ненависти, а заканчивается тоже взрывом. Нашим, общим. Выдыхаешь и бессильно опускаешься мне на грудь, голову пристраиваешь на плечо, чуть слизывая капельки пота. Устала, милая?

Если б не было тебя, Я б выдумал себе любовь. Я твои в ней искал бы черты, И убеждался вновь и вновь, Что это все ж не ты.

 — Знаешь, а если бы тебя не было, я бы не вернулся с того маяка…  — Правда? Хорошо, что я есть… Если б не было тебя. Тело неизвестного мужчины прибило к берегам небольшого островка через пять недель после операции группы «Тайфун» на маяке. Опознать его так и не смогли, похоронили в безымянной могиле. ***

Если б не было тебя, То для чего тогда мне быть? День за днем находить и терять, Ждать любви — но не любить.

 — Ты не посмеешь, ты больше никогда не посмеешь! — Яростно шипит русая девушка, заталкивая обратно в квартиру парня. Симпатичного и крепкого, явно сонного и мало соображающего. Кстати, заталкивая в его же квартиру.  — Мурашова, чего тебе надо? Я спать лег только час назад. А ты вообще еще не ложилась… Девушка не слушает, продолжает парня подталкивать, пока он не упирается ногами в диван, а потом вообще на него садится. Девушка бесцеремонно усаживается ему на колени. От ощущения близости даже усталость отступает на второй план, зато в ушах бешено стучит собственный пульс. Да и она выглядит как-то странно. Неадекватно…  — Женя…  — Заткнись! И больше никогда не пытайся повеситься! Особенно у меня на глазах. Вроде после того эпизода немало всего произошло, но из памяти этак картинка так и не ушла. До сих пор стоит перед глазами, отражается в ее зрачках.  — Никогда! — Практически рычит девушка, нагнувшись к самому его лицу. Губы к губам. Близко. Мура не успевает даже вздрогнуть, когда оказывается втянутой в поцелуй. Долгий и требовательный, за столь экстремальную побудку парень требует компенсации. И ей придется выплатить, точнее отдать натурой. А грубоватые губы уже скользят по шее, припадая к пульсирующим венам и артериям вампирскими поцелуями. Почти засосы, а у него на шее все еще видны следы от веревки, хотя уже совсем слабо. Тоже коснуться бы губами, но не выходит. Тело плотно вжато в кожаный диван мужским, куда более крепким и тяжелым, напряженная плоть упирается в бедро, вызывая предательское предвкушение. Пошло все к черту! Ногу удобно закинуть ему на спину, жаль только одну, вторая плотно прижата. Руки на спину, он ведь спал даже без футболки, в одних плавках. И те безумно лишние, а ее одежда уже наполовину расстегнута, причем часть пуговиц блузки просто оторвали. Пусть! На полу в беспорядке разбросаны ее вещи, сама девушка уже не стонет, почти кричит, каждый раз подаваясь навстречу его движениям. Руки с короткими вроде бы ногтями расцарапали ему спину до крови, но это тоже неважно. Не отпускать. Знать, что он живой, что рядом. И никогда больше не посмеет вешаться. Ни-ко-гда! Лучше она сама его придушит. Оргазм растекается по телу будто огнем и даже закрыв глаза она видит его. Не в петле, а таким, каков он сейчас. Потный, взъерошенный, опустошенный и с безмятежно-счастливым лицом. А парень заботливо устраивает девушку ближе к спинке дивана, сам ложится на краю и прижимает к себе.

Если б не было тебя, я б шел по миру, как слепой. В гуле сотен чужих голосов Узнать пытаясь голос твой И звук твоих шагов.

 — Черт, Ионов, это все ты виноват! Если бы ты не собрался повеситься там, на корабле…  — Мурашова, а метода помягче нет? Последствия неплохие, но… Если б не было тебя. Капитан-лейтенант Ионов Василий Романович погиб при выполнении боевого задания особой государственной важности. ***

Если б не было тебя И мне не быть собой самим Так и жил бы твой призрак любя Призраком твоим любим

Дверь в квартиру Варяг открывает собственным ключом. Хозяйка этого дома не слишком любит подходить к двери и редко включает дверной звонок. Смысла нет, к ней почти никто не ходит. Она и сама почти не ходит. Когда-то эта девушка была подающей надежды спортсменкой, первой красавицей и звездой школы. Его школы, они даже учились в одном классе. Не дружили, скорее враждовали и боролись за формальное лидерство. Пока ее не толкнули под машину за три дня до выпускного. Тогда он понял, что не может жить без нее. Просто не может, это совершенно бессмысленное занятие. Если нет Татьяны, то нет смысла во всех успехах. Они так и продолжали соревноваться, только теперь достижения были совсем разные. У него военное училище, затем академия, успешно выполненные задания и награды, а у нее неуверенные шаги по квартире, редкие выходы на улицу, реабилитация, победа над болью и увечьями. Девушка выходит из комнаты, чуть опираясь на стену, понимающе смотрит на его уставшее лицо, потом делает пару шагов без опоры, чтобы прижаться вплотную. В спине привычно-глухо ворочается боль, объятия немного слишком крепкие, но это все ерунда. Боль тела иногда не идет ни в какое сравнение с болью души. Варяг легко и привычно подхватывает девушку на руки, ощущая, как она сама крепко сцепляет ладошки за его шеей. У нее изумительно чувствительная кожа, гладкая и нежная. Таня вздрагивает от каждого прикосновения губ и чуть грубоватых пальцев, стонет и подается вперед, стараясь оказаться еще ближе. У нее никогда не было других мужчин, каждая их ночь как первая. Тогда она просто отчаялась, отчаялась настолько, что собрала десяток таблеток снотворного и собралась их выпить. А Александр заподозрил неладное, зашел вечером ее проведать. Тогда именно он выбил таблетки, устроил грандиозный разнос и потребовал, именно потребовал от Тани жить. Пообещал, что иначе и сам жить перестанет. Это была не ложь. Правда, сам Бурлак осознает это намного позже, когда умудрится выбраться из безнадежного плена. А потом об этой истории узнала Таня и тоже заявила, что жить без него не будет! Просто не будет, и все тут. И если он не хочет отвечать за смерть еще одного человека, то должен каждый раз возвращаться. И он возвращается. Иногда тем же вечером, но чаще через несколько дней или недель. Впрочем, были и месяцы, даже годы разлуки. Это неважно, Таня ждет и продолжает бороться. Со своим увечьем, с безнадежностью, с самой жизнью. Они не женаты. Татьяна хочет прийти в ЗАГС на собственных ногах, хотя прекрасно понимает, что всю оставшуюся жизнь муж будет носить ее на руках.

Если б не было тебя Я знаю, что не смог бы ждать Разгадал бы секрет бытия Только чтоб тебя создать И видеть лишь тебя

Если б не было тебя. Татьяна Прохорова, ставшая жертвой случайной аварии, покончила с собой через два месяца после окончания школы. Если б не было тебя. Старший лейтенант Бурлак А. Ф. пропал без вести при выполнении боевого задания.