Мистер Поттер, веселей, в доме чисто в два раза быстрей

Макгонагалл уже стала клевать усами в кусты, когда резкий звук двигателя заставил ее навострить уши. Это ехал довольный за рулем своей машины мистер Дурсль, который не только нарушал правила дорожного движения, но и еще умудрялся показывать недовольной, пытающей набрать какой-то подозрительный номер на телефоне, миссис Фигг неприличный знак. Разве только что Вернон не матерился, как сапожник и не плевался семечками в голубей, как гопота. Взвизгнув шинами, машина припарковалась, хлопнула дверь, и перед мордой кошки проплыл толстый мужчина, от которого так несло духами, что Макгонагалл почувствовала, как в носу не просто полопались все капилляры, мозг забальзамировался, и оставалось его только достать и положить в специальный сосуд для мумий. Дядя был в хорошем расположении духа. Он сделал вид, что не заметил пропавшей вазы и даже не стал двигать своего зомбяка-сына с любимого кресла. Он не пытался зайти на кухню, где что-то вдумчиво с парой весов наперевес делал Поттер. Он просто наслаждался жизнью. Новое повышение в должности теперь давало повод Вернону не только опаздывать на работу, но и расширить рамки дозволенного, приобретя в дом новый диван, о котором ему прожужжала все уши его дорогая (в прямом смысле) жена. Мебель всегда выбиралась по вкусам всей семьи. Проблема складывалась в том, что на стороне мистера Дурсля всегда был Гарри, хоть где-то их интересы совпадали, а на стороне Петуньи был Дадли. Двое на двое всегда устраивали крестовый поход в магазины домашних изделий, где, как тевтонцы, тонули продавцы. Яростная сила Вернона сметала полки и обстреливала всякими безделушками из разряда «молоток-кувалда» армию подушек, которые молодой Дурсль на себя цеплял. Поттер, как заправский ковбой с пистолетами-опрыскивателями, обстреливал тетушку, которая, не смотря на плохие задатки лидера, очень умело орудовала шваброй, точно мастер ниндзя черепашек Сплинтер. Именно завтра мужчина хотел собрать всю семью и отправиться бастионом на новый недавно открывшийся магазин мебели. Ничто не могло помещать такому веселому семейному походу, ну разве что, звонок в дверь. Пнув со всей дури дверь, так, что с той стороны услашался смачный шлепок, Дурсль посмотрел на корчащегося в муках старика. Сквозь бороду он услышал, как его проклинают, и говорят что-то про семейное дело «об открытии дверей со всей силы». - А? Это вы? Эм, Альбус вроде бы. Где-то была ваша визитка. Но вы рановато, Поттер еще не собрал вещи, а даже если и собрал, ему надо их пересчитать, убедиться, что все в порядке, еще раз пересчитать, сделать копию копий и дать мне список, чтобы я тоже все пересчитал. - Я знаю, что я рано. Нужно вашему родственнику купить еще учебники в дорогу и одежду. - А чем наша плоха? – Дурсль сморщился. Только бы Гарри не слышал, что этот маразматик, катающийся по лужайке, говорит. - Нужна спецааальная! – Директор растянул слова, точно ребенок, который требовал от родителей вкусняшек. - Я вам бубенчики поотрываю, если узнаю, что вы моего племянника на органы разберете, - Вернон погрозил пальцем старику. Тот зевнул, оттолкнулся руками от земли, сделал сальто, подпрыгнул к удивленному Дурслю, схватил за палец и дернул. - И что? – В глазах директора плескалось море ужаса, в котором стал тонуть мужчина. С офигеванием мистер Дурсль заметил там лодки из лимонных долек. – Вашего Поттера даже на органы не возьмут. Слишком хлипкий, да, я и думаю, никто не захочет плеваться хлоркой каждый раз, когда захочет высморкаться. - Вы хотите сказать, что в моем племяннике вместо крови жидкость для полов? - Нуу, - Дамблдор закатил глазки. – Возможно. О! Гарри, мальчик мой, иди сюда! В коридор высунул голову Дадли и был укомплектован в странные обнимашки от Альбуса. На данном этапе они подразумевались под тем, что директор просто сел на шею трясущегося от страха молодого Дурсля. - Это мой сын! – Жилка на шее Вернона была готова выпрыгнуть и самолично задушить наглого старика. – Петунья, неси метлу! - А я вижу, вы любите пошалить? – Альбус игриво провел пальцем по лбу Дадли. Наблюдавшая Макгонагалл в виде кошки хлопнула себя лапой по морде. - Ну что здесь происходит? Ни минуты покоя? А-а-а-а-а! – Гарри спустился с лестницы и с застрявшим криком в горле упал в обморок. Его палец еще рефлекторно тыкал в грязные следы на ковре, которые директор оставил с своим приходом с улицы. - О?! Два Гарри? – Дамблдор почесал бороду. Всегда, когда не знаешь, что делать, чеши бороду. - Нет! – Дурсль был уже на отметке кипения вулкана. Того и гляди, скоро лава из ушей польется. – На той корове, которой вы сидите, является моим сыном, а тот, что упал в обморок и будет вашим обожаемым Поттером! И я уже сомневаюсь, что я отдам его вам. Где тот контракт. Я его порву! - Ну. Два Гарри, значит я обоих возьму. – Директор даже не замечал метаний Вернона. Похоже для него Дурсль был мелкой мошкой, которая нападала на слона. Щелкнув пальцами так, что кузен свалился рядом с валяющимся Поттером, Альбус вытащил из кармана носовой платок, Вернон был готов поклясться, что на нем были нарисованы все маршруты к магазинам сладостей, высморкался в него, убрал, и вытащил большую палочку. – Размер имеет значение! Мистер Дурсль покраснел. Альбус крутанул деревяшку, скорректировался на валяющихся детишках, что-то прошептал себе под бороду и убрал ее. На удивленном лице Вернона пробежала волна паники. Два обморочных тела взлетели к люстре. На автопилоте Гарри с закрытыми глазами вытащил тряпку из кармана и стал протирать люстру, что-то приговаривая про пыль. - Положите моих детей назад! Вы сумасшедший! - Да. Есть немного, - директор почесал бороду. – Но я проверялся. Уже лет так пятьдесят назад отправил им свой отвеченный тест по психологии. Псс, по сути я его списал! - Верните мне их назад. Вы пришли слишком рано, чтобы их забрать! - Неа! Волшебник никогда не приходит поздно, Вернон Дурсль. Как и не приходит рано. Он приходит именно тогда, когда нужно, – с этими словами Альбус выпрыгнул в открытое окно. Два висящих в воздухе тела меланхолично последовали за ним. Мистер Дурсль упал на колени. - Профессор, к чему весь этот пафос? Вам же просто надо было взять одного! – Кошка строго смотрела на семенящего от дома номер четыре по улице тисовой директора. - Одним больше, одним меньше. Мне же нужен тот, кто сможет убить Волан-де-Морта, а ты погляди на этого, - крючковатый палец уперся в Поттера. – Он Темного лорда разве что задушит половой тряпочкой. Так хотя бы пусть будет второй. Макгонагалл хлестала себя хвостом по бокам и была в негодовании. Вот, складывается, зачем ей тогда надо было следить за домом? - А вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, что вы очень пушистая, когда сердитесь? - Ась? – Кошка не успела среагировать и была словлена Альбусом. Ощущая, как в горле начинает раздаваться мурлыкание, Макгонагалл стала еще вне себя от злости пушистее. - А? Что случилось? – Гарри поднялся с кровати и уставился в потолок. С деревяшки медленно, настолько медленно, что Поттер чуть ли не успел осознать весь смысл жизни, отрывалась капля. После того как она упала около мальчика, тот резко подскочил, запутался в пододеяльнике и упал на пол. - Что случилось? – Дадли проснулся от грохота, что было крайне удивительно, ведь его было очень сложно добудиться. Будильники, столь радостно подаренные родителями, стояли на полочке и пылились. И как ни странно, все тикали. Гарри раздражало, что они тикали не синхронно. – Ты кто? - Я – одеялко! – Поттер приподнялся и стал похож на привидение. Жаль в пододеяльнике не устроишь свой маленький мир. - Проснулись, крепыши? – Сначала в комнату просунулась борода, и только после этого сам Альбус. - Вы нас украли? – Кузен завозился в кровати и натянул на себе одеяло, оставив ноги беззащитными. На одной ноге из носка высвечивался жирный розовый палец. - Очень вы мне нужны. Мы пойдем покупать книги и мантии! - Я надеюсь это не является предлогом совращения вами? Мы ведь еще маленькие, а вы уже старый. – Поттер высунул голову из пододеяльника. Альбус чуть не проглотил от таких слов свои вставные зубы. - Разве я похож на того чудака? Нет. Ваши родители на законных основаниях подписали документы. Вот, видишь, тут даже твой опекун написал «не разбирать на органы», - Альбус ткнул листком в Поттера. Тот убедился в действительности слов. Такой почерк мог быть только у Вернона. – Собираемся. Заглянем в банк, а потом на ярмарку. Думаю, тебя, Гарри, народ очень захочет видеть. - Что? Со мной уже постеры делают? Имейте ввиду, я буду расписываться только на грудях третьего размера! Не меньше! – Гарри стал переодеваться. Даже находясь под обмороком, когда директор притащил их в это помещение, он смог стянуть с себя всю одежду и надеть пижамку. На улице было прохладно и людно. То, что место было незнакомое мальчики уже убедились, увидев народ с палочками и летающими метлами. Дворники были бы рады. И Гарри был рад. Директору пришлось его буквально отрывать от витрины, где продавали новейшую в этом сезоне метлу «Молния». Объяснять Поттеру, что она не для уборки было бессмысленно. Дадли же в свою очередь пришлось отводить далеко за видимостью бутиков, связанных с всякой вкуснятиной. Альбусу пришлось полчаса потратить на то, чтобы уговорить продавцов убрать лакричные котелки с витрины, чтобы они смогли двинуться в путь к банку. Банк Гарри записал в самое чистое помещение, которое он когда-либо видел. Здесь было в два раза лучше, чем в аптеке. Такая стерильность, такие милые гномы, вывески сверкали своим величием. Дадли уже в голове прикидывал, сколько стоит золотая буква в слове «Гринготтс», которая висела над странным маленьким человечком. - Гномы! – Поттер подскочил к поднявшему бровь карлику, но получил пинок под зад от Дамблдора и свалился на пол. Вытащив откуда-то лупу, он стал осматривать место на предмет пыли. - Он новенький, - директор истерично хохотнул. Осталось еще чтобы эти гоблины совсем запретили появляться в их банке и тогда можно будет переводить сбережения в «Сбербанк». - Я надеюсь, мистер Дамблдор, что вы сможете мне объяснить, почему магл пытается оторвать у статуи алмазные усы, иначе я поставлю вас навсегда в «черный список клиентов». - Эхэ, - Альбус пытался почесать бороду, но не мог ничего придумать. Поттер ползал по полу, пробовал его языком и записывал какие-то измерения в свою тетрадку, а Дурсль с профессионализмом откручивал от статуи самого первого гоблина, построившего этот банк, усы. – Туристо. - Имейте в виду, это ваш предпоследний прокол. – Гоблин с золотой табличкой на груди «Крюкохват» постучал пером по бумагам.