Сжигая боль

Попрощавшись с Лаксом и обменявшись с ним контактами, Асока, прежде, чем снова идти к учителю, пошла в Зал Совета. Она знала, кого там сейчас застанет и целенаправленно шла именно к нему и оказалась права, Магистр Пло сидел на своём рабочем месте и, как всегда, копался в бумагах. Мало кто из Совета хотел заниматься этой нудной и непрестижной работой, это занятие, как сказал вспыльчивый Магистр Винду, своей монотонностью могло вывести из себя любого. Однако, кел-дорец не жаловался и готов был охотно сидеть за бесконечными квитанциями и отчетами хоть до поздней ночи, то сортируя их по датам, то подписывая. Обладая на удивление спокойным и терпеливым характером, тот совершенно не раздражался этим. Так было и сегодня и едва войдя в гулкое помещение Зала, Асока увидела его рослую фигуру, сосредоточенно склонившуюся над столом, держа перед собой какой-то свиток. Услышав скрип двери, мужчина приподнял голову и тотчас же его лицо озарила улыбка: — Асока, здравствуй, малышка, как твои дела? — Здравствуйте, Магистр, я пришла с вами поговорить, видите ли...у меня проблема — сказала она тихо, скромно опустив глаза, чтобы он не увидел блеснувших там хитринок. — В чем дело, Асока? Расскажи прежде как у тебя дела, ты что-то совсем перестала приходить, я уже думал обидеться на тебя — с улыбкой произнёс пожилой Магистр. Он очень любил Асоку и переживал за то, как проходит её обучение. — Простите, я и правда закрутилась, но, поверьте, дело того стоит, я столько много узнала за последнее время, вы просто не представляете — Тано решила повременить с изложением своей просьбы, а прежде немного побеседовать со старым другом как в прежние времена, хотя и ощущала, что не испытывает больше такого сильного желания с ним поделиться, как раньше. — Да, я в курсе, Рыцарь Скайуокер много рассказывал про твои успехи, я искренне рад за вас, вы нашли друг друга — усмехнулся Магистр Пло — Вы ещё не ссорились? А то знакомство у вас было...как бы сказать...не очень гладким. — Да нет, всё хорошо, вцелом, я правда не виделась с ним со вчерашнего дня, как вернулась с Шили — ответила Асока и тут же спохватилась — Ой! Я ведь так и не рассказала вам про поездку, а мне столько всего хочется высказать, это было просто нечто! И далее последовал эмоциональный рассказ о дне, проведённом на Шили, особняком, однако, стояло вовсе не то, что ей удалось узнать о матери, а то, как хорошо и спокойно ощущала она себя в присутствии канцлера. Пло слушал, не перебивая, но вот когда речь зашла о дневнике и вырванных страницах, мужчина заметно нахмурился: — Видно, она не хотела, чтобы об этом узнали, так и не простила его до самой смерти. — Канцлер считает так же, он говорит, что возможно Розалинда узнала о своём возлюбленном что-то такое, о чем не догадывалась прежде и не смогла этого принять — сказала Асока, не слишком уверенная в своих словах. — Может и так, Палпатин знал его лично и понимает, кто это был такой — ответил Пло, сомневаясь, сказать ей имя или подождать, но девушка упростила ему задачу: — Не говорите мне про него! Слышать не хочу об этом человеке, для меня он давно мертв. Он, а не моя мама! — выкрикнула она запальчиво, от возбуждения хлопнув рукой по столу, отчего квитанции взлетели вверх и ворохом рассыпались по всей его поверхности, Тано извинилась и помогла всё собрать. — Так о чем ты хотела поговорить? — спросил он, решив отвлечься от опасной темы. — Ах, да, это касается моего учителя...у нас возникла небольшая сложность — начала она издалека, снова садясь и складывая руки перед собой. — Что такое? Вы поругались? Или, может быть, подрались снова? — поинтересовался Пло, не зная, о чем подумать. — Нет, в этом плане у нас всё замечательно, вот только, мне кажется, что в последнее время он стал немного пренебрегать своими обязанностями — сказала девушка, посмотрев на Магистра грустным взглядом. — Что это значит, Асока? Да, он говорил, что тренировок у вас не так много, как нужно на первом году обучения, но это лишь потому, что он считает, что ты и так подготовлена более, чем хорошо, и я с ним полностью согласен, ты будто родилась с мечом в руке — попробовал убедить её Магистр, но это не слишком получилось. — Да, вы правы, я хорошо успеваю в практических занятиях, но вот в остальном... в общем, мне кажется, что он мог бы уделять мне больше внимания, я иногда чувствую себя растерянной и когда хочу с ним поговорить, то его не оказывается на месте — как смогла, пояснила Тано, надеясь, что Магистр поймёт, что она имеет ввиду. — Так, а вот про это, пожалуйста, подробнее, ибо если это так, то возможно ему светит лишение прав наставника — посуровел Пло, не любивший пренебрежения к младшим. — Он иногда отлучается по личным делам в служебное время, а мне так часто бывает нужна его поддержка, но, имейте ввиду, я это только вам сказала, никому больше не сообщайте, просто я не могла больше сдерживать это — сказала тогрута с как можно более просительной интонацией. — Можешь быть спокойна, милая, я поговорю с ним, напомню о долге учителя, а почему же ты именно сейчас заговорила про это? — спросил вдруг Магистр, начав уже что-то подозревать — Или у тебя появилась особая причина? — Да, появилась! Завтра меня пригласили на Кашиик вместе с двумя юнлингами, но без сопровождения мне нельзя, а учитель задумал весь завтрашний день провести вне Храма, пускай Совет не позволит ему этого, иначе это станет нарушением правил — озвучила она наконец самое главное и не смогла удержать нахлынувшую на лицо краску. — Так вот оно в чем дело, что ж, этого следовало ожидать, не волнуйся, он с вами полетит, кстати, учитывая то, какая природа на Кашиике, это вполне можно будет считать уроком выживания — сказал Магистр Пло, улыбаясь — Надеюсь, ты уже сделала прививку? — Конечно, только, что, видите, я даже руку поднять не могу, лопатку ломит, надеюсь, до завтра пройдёт — успокоила его Асока, внутренне торжествуя. «Вот так, блондин, получи и распишись! Джедай должен действовать в соответствии с интересами группы, даже в ущерб себе» — подумала она и посидев ещё немного, вышла из Зала, время приближалось к полудню, следовало поторопиться к месту встречи с учителем. Им предстояла тренировка, загнуть которую было нельзя. По мнению Асоки... Учитель, похоже, считал иначе. — Привет, Шпилька, я вот тут подумал, может быть, пропустим сегодня — заявил он первым делом, едва заметив фигурку ученицы, выходящую из коридора. — Здравствуйте, учитель, к сожалению не могу удовлетворить вашу просьбу, ибо сегодняшнее занятие мне просто необходимо — помимо воли сорвалось с её губ язвительным тоном. Она не хотела показывать чувств, нахлынувших на неё при виде Энакина, однако, те так и рвались наружу, стоило ей только признаться в них себе самой. — Что ж, раз так, то идём, а то мой любимый крайний зал займут другие — сказал он беспечно, скрывая некоторую досаду. Он-то хотел отправиться в Сенат, однако, долг требовал подчиняться. «Ну ничего, завтра я проведу с ней целый день» — подумал Энакин про Амидалу, не зная ещё про решение Совета. Асока бойко шагала следом за ним, отбивая ладонями такт и скоро они оказались в не слишком большой комнате, расчитанной на двух-четырёх учащихся. — Ну давай рассказывай, что у тебя там не получается — велел Энакин, когда они вошли внутрь, одновременно отцепляя меч. В отличие от других падаванов и учителей, обучавшихся на тренировочных мечах, эти двое использовали боевые, так как давно уже успешно усвоили навык управления ими. — Да вот, упорно не выходит один элемент, вроде простой, но такой заковыристый, что ужас — на ходу придумывала Асока, лишь бы затянуть время и не дать наставнику уйти. Ведь пока длиться тренировка, Амидала улетит на переговоры и до конца дня пробудет там. — Какой же? Только не говори, что девятка, сам её терпеть не мог — спросил Скайуокер, начав уже разминаться, прокручивая меч в руке. — Она самая, всё время задеваю клинком за стоящие рядом фигуры, говорят, мне не хватает изящества — сказала Асока и тут же, активировав свой меч, произвела тот самый трудный для неё элемент. Отвела меч влево, клинком назад и заведя за спину, с параллельным кручением, вывела вперёд и поставила перед собой, при этом и правда уронив двух тренировочных дроидов. — Так, кажется, я понял, в чем дело — произнёс Энакин, внимательно глядя на выполнение элемента — Ты во-первых, слишком резко двигаешь рукой, надо плавнее, во-вторых—мне кажется, ты слишком напрягаешь плечо. Нельзя этого делать. Попробуй ещё раз. Асока послушно повторила, только на этот раз Энакин положил одну руку ей на плечо, вторую—на ладонь, чтобы поправить ритм движения. Тогруту словно огнём обожгло от его прикосновений, стараясь этого не показать, Тано сосредоточилась на элементе, но в какой-то миг, когда меч уже выдвигался вперёд, Асока неловко шевельнула пальцами и клинок сместился в её сторону, едва не выпав. Энакин подхватил его: — Асока! Сконцентрируйся! Не знаю, где ты витаешь, но знаю, что ему сейчас не до тебя — бросил Скайуокер туманный намёк и вернулся к злосчастному элементу. Скоро он был отточен почти до автоматизма, благодаря стараниям Асоки не отвлекаться на мысли чувства. — Ещё я бывает путаю вертикальный блок с диагональным — пояснила следующую проблему тогрута. — Ну здесь ещё проще, главное—увидеть, какой удар собирается нанести противник — объяснял Энакин, — Вот, например, смотри, как я сейчас ударяю? И подняв меч над головой, начал резко опускать вниз. — Сверху — уверенно ответила Асока. — А вот и нет — хитро улыбнулся Энакин и вмиг перевёл клинок чуть в сторону. Асока тут же поменяла позицию блока, готовясь принять удар, но тот не последовал. Скайуокер снова перестроился и атаковал уже сверху. Тано в последний момент взяла нужный блок, они повторили ещё несколько раз, пока однажды, во время сложной многоходовой атаки наставника Асока не смогла вовремя увернуться и кончик синего клинка на секунду коснулся её правой щеки. Девушка чуть вскрикнула и замерла, наставник немного испугался и мигом подскочил к пострадавшей ученице и увидел на месте соприкосновения с клинком небольшое красное пятно. — Извини, я не знаю, как это вышло — пробормотал Энакин покаянно. Асока стояла не двигаясь. Она чувствовала, что ожог несерьёзный, но кожа на лице нежнее, чем на руках и потому жгло сильнее. Ещё стало неожиданно обидно. Вот вечно так, другим любовь и счастье, а ей—травмы и отверженность. Из правого глаза скатилась непрошеная слезинка и попала в ожог, отчего защипало ещё сильнее. Видя, что она по-прежнему не отвечает, Энакин подошёл ближе и положив руку ей на плечо, слегка привлёк к себе, а пальцами второй неожиданно провёл по её пострадавшей щеке, словно желая погладить. — Шпилька, ну что же ты, всё хорошо, ты не при чем тут, я сам виноват, не учёл, что ты устала — сказал он, не переставая обнимать ученицу. Та лишь молча смотрела на него странным взглядом, который всё приближался к его. Тогда он достал из висящего на стене шкафчика одну из салфеток, пропитанных лечебной жидкостью и приложил к ожогу, прижав своей рукой. — Вот, должно помочь, через пять минут боль уменьшится — сказал Скайуокер, всё острее ощущая свою вину. — Спасибо тебе — сказала она наконец — Но и ты тоже не виноват, я сама не увернулась вовремя. «Моя дипломатия—никакой дипломатии. Агрессивные переговоры—основа всего» — подумала она победоносно, делая новый шаг к заветной цели, которая была сейчас так близко и в то же время безумно далеко.