Мотылек-самоубийца

Спасаясь от пожара, охватившего лес, они собираются на каменистом плато, возвышающемся над джунглями. — Все будет в порядке. Нас обязательно эвакуируют, — Финн крепко сжимает маленькую ладонь Роуз и оглядывается на тех, кто находится поблизости. Здесь сбились все, кто сражался: и повстанцы, и люди Первого Ордена. Тут и там в темноте он замечает белую броню штурмовиков, уже скинувших шлемы. Между сопротивленцами и их недавними врагами вспыхивали стычки, пока один из командиров с отличительным знаком на плече не усмирил враждующих, закричав, что им приказано прекратить сражение. Финн тоже разнимал своих бывших и нынешних боевых товарищей. А потом пришло сообщение о том, что Хакс арестован, и его люди сложили оружие. Эта новость вырвала радостный вздох у сотен людей и инородцев и вогнала в ступор и растерянность солдат противника. Те поначалу затравленно озирались, будто опасались, что сейчас на них набросятся, но и на их лицах тоже Финн замечает облегчение. Какое-то время они просто ждут. К ним поднимаются все новые и новые люди. Небо темно и хмуро. Непонятно, тучи ли это или гарь. Пространство вокруг освещается очагами лесного пожара. — Ну… — шепчет Финн, изо всех сил вглядываясь в небо. — Давай же… Они должны прислать транспортники для эвакуации. Должны. Эта мысль бьется в нем вместе с сердцем. Вдруг далеко позади раздается женский крик. Финн, как и многие другие, оборачивается, рыщет глазами по толпе. — Что случилось? — спрашивает кто-то. — Там корабль! Тут же отовсюду начинают раздаваться голоса: — Это звездный разрушитель? — Нет… — «Превосходство» подбито! — Вы видите?.. Видите это? Все, кого может разглядеть рядом с собой Финн: несколько десятков штурмовиков, бойцы Сопротивления и даже пара офицеров в порванной форме — все как один поднимают головы к небу, где высоко-высоко на темном полотне проступают очертания огромного горящего остова. Финн завороженно глядит на что-то настолько невообразимо гигантское, медленно погружающееся в атмосферу, и теряет всякую способность двигаться. До его слуха доносятся крики: — Бежим! Бежим! — Финн, скорее! — Роуз тянет его за рукав. Он с усилием отрывает взгляд от гипнотизирующего зрелища и только тогда приходит в себя. Движение корабля по направлению к поверхности кажется очень неспешным, словно он будет падать так целую вечность, но Финн понимает, что на счету у них минуты. Они бы не успели отбежать, даже если бы вокруг была беспрепятственная равнина, а не густой лес и пожар, но часть людей все равно бежит — тут и там слышатся выкрики вперемежку с руганью, проклятьями и возгласами. Другие же не могут сделать и шага. Финн тоже готов сорваться с места в отчаянной попытке, но вдруг слышит на подлете рев двигателей, и из ночной тьмы в поле зрения показывается приземляющийся шаттл, который он не может не узнать. Многие, кто еще не успел скрыться в лесу, торопятся расступиться, давая кораблю возможность совершить посадку. Все взгляды устремляются на спустившуюся с корабля темную фигуру.

***

Кайло досадует, что не додумался воспользоваться куда более быстрым истребителем — в его лихорадочной спешке шаттл кажется ему ужасно медлительным. Стоит трапу опуститься, как его ноги касаются земли. Лес в отдалении горит, но здесь кругом тени. Вокруг столпились люди, но они все равно что деревья, он не замечает ни лиц, ни форму, а глядит сквозь них. — Рей! Сила указала ему это место, а значит, она не может быть где-то далеко. Но сейчас расстояние даже в несколько сотен метров — это крах его последней надежды. Кайло идет сквозь редкую толпу, больше видя внутренним зрением, чем глазами. — Рей! — снова выкрикивает он. Ему не справиться без нее — он исчерпал всю свою ярость и страсть. — Рей! — Бен! Сердце пропускает удар, а затем несется галопом от глупой слепой радости. Крик еле различим вдалеке, но как только он начинает двигаться на голос, продолжая звать, тот становится все громче.

***

Рей замечает его темную фигуру, несмотря на ночь и дым. Кажется, она узнала бы его, несмотря ни на что. Она почувствовала беду еще до того, как отовсюду начали раздаваться крики, но так и не взглянула вверх, продолжая расталкивать окружающих и искать то, что привело ее сюда. Теперь Рей знает, что предчувствовала происходящее. Более того, она видела это. Но страх и отчаяние развеиваются, когда она узнает его голос, выкрикивающий ее имя. Она выдыхает и бросается навстречу, нетерпеливо огибая тех, кто попадается на пути, и отрешенно замечая, как головы поворачиваются ей вслед. Бен ахает, когда ловит ее, и заключает в крепкие объятья. Голова Рей покоится на его плече, и мирная нелепая улыбка трогает ее губы. Будто они не стоят сейчас посреди пламени, а к земле не стремится флагман Первого Ордена. Бен выпрямляется, с нежностью и тревогой смотрит ей в глаза, а затем запрокидывает голову — и Рей повторяет его движение, — глядя туда, где через небесные врата, будто сквозь портал из другого мира, опускает в атмосферу свое брюхо очерченный дымом и пламенем космический гигант. Его пронизывает скрежет сминаемого во внутренностях металла, и он издает утробный стон, будто раненое умирающее животное. Если приглядеться, можно различить, как сотни кораблей в спешке покидают те из ангаров, что еще не охвачены пожаром. Будто птицы, спешащие спастись из кроны горящего дерева. Но это мелочь по сравнению с тем, сколько народа еще остается внутри. Она чувствует движение времени, наблюдая эту картину. Словно маленькая девочка, застывшая на гребне песчаной дюны и устремившая взор на овеваемый горячим песком металлический остов корабля. Все те корабли совершали точно такое же величественное падение. Рей с трудом может отвести глаза, но все же отрывает взгляд от неба и целует вздернутый подбородок Бена. От этого поцелуя он вздрагивает и тоже отрывается от ужасающего зрелища. А потом прикрывает глаза и вздыхает, будто концентрируясь. Он ничего не говорит, но воздух легонько взметается вокруг них, образуя воронку. Рей не сразу соображает, что происходит, но через миг разгадывает его замысел и делает глубокий вдох. — Помоги мне, — едва слышно шепчет он. Движение воздуха вокруг поднимает с земли сор и пепел. Возле них больше никого нет — люди в спешке отбегают подальше. Она тоже закрывает глаза, прислушиваясь и утопая в потоках, бурлящих вокруг нее, и ее ошеломляет новое открытие, заставляя брови взметнуться вверх, а руки сильнее вцепиться в предплечья Бена. Там, где ее Сила клокочет, будто стремясь затопить их двоих, его — крепнет и возвышается как монолит, устремляясь ввысь столпом света, по которому, как лоза по камню, начинает виться ее тьма.

***

Порыв ветра едва не сбивает Финна с ног, но он зажмуривается и удерживает равновесие, а потом вновь смотрит на происходящее, до сих пор не доверяя своим глазам. Посреди ровной скалистой плиты он видит замерших в объятьях друг друга Рей и Бена. Вокруг них бушует ветер, но сами они неподвижны. Финн плохо видит их лица издалека, сквозь тьму и ветер, но совершенно точно различает, как Бен, а затем и Рей выбрасывают руку к небу, другой рукой продолжая держаться друг за друга. Тогда до него доходит смысл происходящего. — Они останавливают его, — шепчет он скорее сам себе, чем Роуз. Он глядит вверх, и поначалу ему кажется, что это не сработает, что корабль так и продолжает падать. Но потом он не может сдержать радостного крика: — Останавливается! «Превосходство» останавливается! На краткий миг громада корабля замирает в воздухе в нескольких километрах от поверхности, а потом движение возобновляется, но теперь тот уже будто выравнивается — и взлетает. Это долгие несколько минут, когда Финн буквально физически ощущает волнение и нетерпение, а также страх поверить в происходящее, но все действительно так и есть: над ними лишь хмурое ночное небо и больше ничего. Только когда он перестает всматриваться ввысь, Финн переводит взгляд на землю, туда, где в последний раз видел Рей. Но в темноте он не может никого различить. Он бежит туда, и Роуз тут же срывается за ним. Многие спешат следом. Первое, что он видит, — это черный плащ Бена. Тот упал навзничь, закрыв все же рукой и плащом Рей, вытянувшуюся рядом с ним на боку, лицом к лицу. Их глаза закрыты, и Финн не слышит их дыхания, даже когда опускается на колени.