Мотылек-самоубийца

Яркий белый свет режет глаза, и Рей, стоит ей их приоткрыть, зажмуривается. В горле пусто и сухо, и голова идет кругом. Но все же она предпринимает попытку оглядеться. Она аккуратно вращает головой — cначала вправо, — а затем чуть приподнимает веки. Ей открывается вид на стерильный медотсек. В палате никого. Основное освещение выключено, только прикроватный ночник льет свет, который показался ей сначала ослепительным. В левой руке Рей ощущает вес и тепло человеческой ладони, и теперь ее голова медленно поворачивается в левую сторону. Это Бен. Они лежат на одноместных койках, сдвинутых вплотную, и кто-то заботливо вложил ее ладонь в его. Рей думает, что Бен спит, и, приподняв свое разбитое тело на локте, она тянется к нему свободной рукой и начинает трясти за плечо. Его голова чуть мотается из стороны в сторону, разметывая черные кудри по подушке, но он не открывает глаз. — Бен, — она еле может произнести хоть звук, но затем прочищает горло и зовет уже во весь голос: — Бен! Ни к нему, ни к ней не подключены никакие приборы. Они просто лежат в этой небольшой, очевидно одноместной палате, без всякого надзора, без наблюдения. Поблизости нет даже медицинского дроида. Бросив попытки его растолкать, Рей в спешке пытается подняться. Но стоит ей сесть, как в глазах темнеет. Приходя в себя, она слышит, как отъезжает в сторону дверь палаты. — Очнулась! — Рей смаргивает и видит перед собой взволнованную Роуз. — Мы так боялись, что ты не выйдешь из комы. Пока Рей фокусирует зрение и соображает сквозь туман в голове, что спросить первым, та вываливает ей все: — Мы не знали, что делать. Вас осмотрели и врачи, и дроиды, но повреждений не нашли. Финн решил, что вы просто истощили все свои силы. Это он предложил оставить вас вдвоем в одной палате, хотя всех наших разместили отдельно от… — Роуз теряется в поисках подходящего слова, — от остальных. Мы на звездном разрушителе, они нас эвакуировали, после того как вы… Здесь пока неразбериха. Как ты себя чувствуешь? Рей просто кивает. Ее левая рука по-прежнему сжимает ладонь Бена. — Тебе нужно лечь, — Роуз подходит ближе и мягко, но твердо нажимает ей на плечи, укладывая на лопатки. Затем ее взгляд падает на их соединенные руки. — Это была идея Финна, — замечает она. — Мне позвать врача? Ты хочешь есть? Рей лишь мотает головой. Все, чего она хочет, — это чтобы Бен тоже пришел в себя. — Я буду лежать здесь, пока он не очнется. Мне ничего не нужно. Роуз коротко кивает и покидает палату. Рей робко прислушивается к себе и к Бену. С ним действительно все в порядке. По крайней мере, с его телом. Значит, она будет просто ждать. Кровать мягкая и теплая — такой комфорт ей непривычен, но все же это приятно. Она слушает ровное дыхание Бена, чуть придвинув голову в его сторону, и сон постепенно уносит ее.

***

Кайло распахивает глаза сразу же, как приходит в сознание. Первое, что он вспоминает, — это тревогу и панику, не помня их причины, и это состояние заставляет его судорожно искать ответы о том, что с ним, где он и где Рей. Он щурится от света и крутит головой. В поле его зрения попадает и рука в его руке, и Рей, лежащая с ним плечом к плечу. Она спит. Ее дыхание теплое и мирное, с легким сопением вырывающееся из носа. Можно подумать, что они просто легли спать вместе накануне, и так поначалу ему и кажется. Пока он не вглядывается в обстановку и не узнает стены стандартной медицинской палаты на звездном разрушителе. А вместе с тем к нему возвращаются воспоминания. Ему удивительно обнаружить себя в такой тишине и покое, когда последнее, что он помнит, — ревущий в ушах воздух, запах гари и то единственное неимоверное усилие, которое отняло, очевидно, все его и Рей силы. Кайло чуть подтягивает себя повыше и прижимается пересохшими губами к ее лбу. Ее ресницы вздрагивают, и глаза тут же открываются, словно она только и ждала его поцелуя. Они оба замирают, будто оказались пойманными друг другом. А потом Кайло неожиданно для себя широко улыбается. Он прижимается лбом к ее лбу, а она снова закрывает глаза, и от легкой улыбки на ее щеках проступают ямочки.

***

Темири* спускается по каменным ступеням, ведущим к просторному холлу перед выходом. Здание Храма новое, и он еще не привык к его неброской красоте. Сюда он прибыл совсем недавно, чтобы завершить обучение. Первые же годы падаванства он провел в отшельническом поселении вместе с двумя десятками других учеников. Он был рад наконец-то расстаться с вечной влажностью тумана. Спустившись в холл, Темири с изумлением замечает темную широкоплечую фигуру, появляющуюся из бокового коридора. — Магистр Рен, — он коротко кланяется, и Кайло Рен кивает ему в ответ. Одежда на нем потрепана, а полы плаща и сапоги перепачканы грязью, что значит, он только что прилетел с теми старшими учениками, которые вызвались его сопровождать. Темири не поклонник темной стороны, ему лучше дается покой, чем эмоции, но наблюдать за Магистром Реном всегда интересно. Он останавливается в нерешительности, раздумывая, удобно ли сейчас обратиться со своими вопросами по новому трактату. Он уже разговорил на эту тему одного Магистра, но ему нужно и второе мнение, чтобы окончательно разобраться в вопросе. — Бен! — разъяренный окрик с вершины лестницы заставляет Темири внутренне содрогнуться. Магистр Рей будто не замечает его и спешит вниз, глядя только на Кайло Рена. Когда Темири впервые увидел их перепалку, еще недолго будучи в ученичестве, он здорово струхнул. Он знал, что темноволосый высокий мужчина со шрамом — «тот-самый-Кайло-Рен», и в его глазах Магистр Рей в тот момент казалась самым бесстрашным существом во всей Галактике. Только со временем он понял, что Магистр Рен для Магистра Рей — это Бен Соло, а для остальных — Кайло Рен. В глазах Кайло Рена мелькает мимолетное беспокойство, но затем лицу возвращается присущее ему выражение бесстрастности. Лишь угол губ подрагивает, выдавая намерение растянуться в кривую ухмылку. — Магистр Рей, — вздыхает он. — Думал, мне не сообщат? Так ты решил вопрос с теми бандами? — мимо Темири, чеканя шаг, прошествует ее фигура и останавливается напротив Кайло Рена. — Мы никого не убили, — с каким-то затаившимся весельем в голосе сообщает тот, глядя на нее сверху вниз. — Но запугали и заставили подписать соглашение! Я обещала Сенату, что мы поможем в переговорах! Не с применением силы. — Я не обещал, — Кайло Рен будто пытается глазами загипнотизировать Магистра Рей. — Переговоры прошли успешно. Темири чувствует, что его присутствие становится неуместным, и что, очевидно, ему не удастся сейчас ничего узнать о трактате. Он старается стать незаметным и проскальзывает мимо них по направлению к выходу. — Бен! — за спиной раздается приглушенный вскрик, и Темири все-таки кидает взгляд назад, пока за ним закрывается створка входных дверей. Его взору на мгновение предстает, как Кайло Рен погребает в своих медвежьих объятиях Магистра Рей, и створка захлопывается.