- Нарисуй...

Смех. Такой звонкий и раздражающий смех. Сижу в комнате, рисую. А с кухни постоянно доносится этот чёртов смех. Пытаюсь не слушать, но не получается. Чёрт, замолкните! С запозданием понимаю, что у меня есть наушники. Фак. Врубаю музыку на всю громкость, хотя знаю, что потом будет ещё долго звенеть в ушах. Но так легче. Через пару мгновений подстраиваюсь под ритм песне, двигая кисточкой по холсту в такт мелодии. Это успокаивает. Невероятно успокаивает шалящие нервишки. Фух. Улыбнувшись, смотрю на рисунок. Городская улица, лавочка под фонарём и дождь. Вышло неплохо, хотя изначально хотел нарисовать просто ночную улицу. Встаю, иду в ванну менять воду в непролевайке, не снимая наушников, чтобы не слышать раздражающего смеха. В дверном проёме натыкаюсь на этого парня, кажется его зовут Лэнс. Столкнувшись с ним, падаю на пол. - Чёрт. - поднимаю голову, сталкиваясь с голубыми глазами. Этот цвет просто не передать словами, какой. Просто... Просто небесный. Красиво. Отмахнувшись от странных мыслей, смотрю на него немного раздражённо. - Наверное, надо смотреть, куда прёшь, нэ? - он что-то отвечает. Запоздало понимаю, что всё ещё в наушниках. Одним нажатием на микрофон выключаю. - Что, прости? - Но ты же первый на меня налетел? - вопросительно повторяет парень, улыбаясь. - Нет... Чего хотел? - А, точно. Мэтт купил клубничный тортик, пошли попьём чаю. - ухмыляется, хватая за запястье, помогая подняться. И тащит по направлению к кухне. - Знаешь, кажется, после моего рассказа они будут припоминать тебе этот инцидент с тортом до самой смерти. О боже, за что?! ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Смех. Такой звонкий и заразительный смех. - И потом он подходит и с такой милой улыбочкой... - пытаюсь построить им ту же улыбку, что и Кит мне в столовке. Кажется получается. - ... кидает этот кусок торта прямо мне в лицо. Кстати, торт был вкусным. - О господи... - уже в начале рассказа Широ с Мэттом были в слезах, а сейчас и подавно. Чуть ли не лёжа на полу от боли в животе из-за слишком долгого смеха, Мэтт вытирает поток слёз. - Это самое прекрасное, что я когда-либо слышал. Лэнс, ты мой герой. Я воздвигну тебе памятник из жвачки. Кстати, приду через десять минут, ждите. - уходит. За время его ухода я болтал с Широ. С ним было интересно, весело и спокойно. Мэтт, наконец, вернулся, держа в руках большой клубничный торт. Переглянувшись с Широ, мы залились смехом, живот снова закололо. Кажется, он меня ненавидит(живот в смысле), лол. - Сходи за Китом. - Мэтт с довольной лыбой ставит торт на стол и направляется к чайнику. Я лишь киваю. Иду к комнате маллета, но на пороге он сам налетает на меня. Валится на пол. - Чёрт... - шипит он. Поднимает на меня ошарашенный взгляд, несколько мгновений вглядывается в глаза, потом принимает раздражённый вид. - Наверное надо смотреть куда прёшь, нэ? - Но ты же первым на меня налетел! - возмущённо смотрю на него, но, кажется, он меня не услышал. - Что, прости? - выключает наушники нажатием на кнопку микрофона. - Но ты же первый на меня налетел? - повторяю я уже менее уверенно, кажется даже вопросительно. - Нет... - сказал, как отрезал. Спустя секунду добавляет. - Ты чего-то хотел? - А, да. - совсем забыл о том, что хотел от него. - Мэтт купил клубничный тортик, пошли попьём чаю. - хватаю его за руку, помогая подняться, а после и вовсе таща на кухню. - Знаешь, кажется, после моего рассказа они будут припоминать тебе этот инцидент с тортом до самой смерти. - усмехаюсь, слыша позади стон. Это мстя, детка. Заходим в кухню. Две пары глаз сразу устремляются к нам. Насмешливые, с пляшущими вокруг костров чертями издевательств. - Кит! Садись, попьём чаю с тортиком. Смотри, тут даже есть клубничка. Специально для тебя. - Мэтт протягивает Киту тарелку. - Спасибо! - Кит неожиданно вырывает свою руку из моей и подходит к Мэтту, принимая у него тарелку. С улыбкой. Той самой. О, сейчас будет мясо... Кит не заставляет себя ждать. Мгновение и кусочек торта уже размазан по лицу замершего Мэтта. Кит самодовольно ухмыльнувшись, кладёт клубничку, которую предварительно вытащил из торта (каков подлец, я аж восхищён!), Мэтту на макушку и та гордо возвышается в гуще сливок, выделяясь красным цветом. Кит опирается локтями об стол, подпирая рукой подбородок, смотрит на Мэтта с насмешкой. - Ну как, вкусно. - О да, очень. Кит, знаешь... - Мэтт загребает рукой с лица горсть сливок и серьёзно смотрит на маллета. - Знаешь, это ведь война... - и преспокойно касается измазанной в сливках ладонью щеки Кита, с "любовью" проводя сверху вниз. - О да. Это война! - и Кит хватает со стола остатки торта. Один кусок летит в Мэтта, второй в меня. Но я вовремя уклоняюсь, и торт попадает в Широ. Все мы одновременно застываем, уже, кажется, приготовившись к небесной каре. Несколько секунд тишины... И Широ подскакивает к Киту, загребая у него остатки торта, и начиная кидаться в нас жалкими остатками (не волнуйся, тебе тоже достанется памятник, на пару с палитрой!) торта. Со смехом уклоняемся кто как может. Мы с Китом идём вровень. В нас ещё ни разу не попали... Поправочка, в меня попали. Один раз. Следом ещё, на этот раз от хохочущего Кита. - Ну всё. Это война! - с гортанным криком, улыбаясь во все тридцать два, кидаю собранными с лица сливками в Кита, попадая в скулу. Да. Это самая настоящая война. На смерть. Интересно, будет ли считаться благородной смерть - задохнуться от обилия сливок, перекрывающих доступ к кислороду?