Кадис Этрама Ди Регал

      Странная и сильно пугающая аура, которою я недавно ощущал от Франкенштейна, доходила даже до дома оного, хоть и был хозяин квартиры где-то ближе к центру города.       Как и хотел Рейзел, Франкенштейн пошёл встретиться с каким-то Раэлем Кертье, разрешив использовать на время этой «любезной» встречи полную силу. Видимо, встреча перешла в нешуточный бой, раз аура учёного ощущалась так хорошо. В один момент она стала даже очень страшная, будто в этот мир пришло истинное зло, — в тот момент прогремел взрыв, дошедший волной даже до нашего местонахождения. Так страшно мне не было ещё никогда ни в этой жизни, ни в прошлой. Чудо, не иначе, помогло мне не сорваться и бежать куда глаза глядят. Но больше меня удивляло относительное спокойствие Рейзела, М-21, Тао и Такео. То, что они тоже чувствовали эту ауру я был уверен на все сто, — модифицированная троица один-два раза даже вздрогнула.       Но почему я так боюсь? Мне еле как удавалось сдерживать дрожь. Неужели это тоже как-то связанно с синхронизацией души и тела? Если да, то быстрее бы она уже завершилась и я уже смог полностью насладиться новой жизнью.       Неожиданно пугающая аура исчезла, — и слава Богу. Такой леденящий душу страх я больше не хочу и не могу терпеть. После него как-то захотелось смеяться нервным смехом. Ещё бы дрожь в руке унять… надеюсь никто этого не заметил.       Я посмотрел на троицу модифицированных, которые переглядывались друг с другом. Рейзел пил чай, так что, думаю, вряд ли заметил такую мелочь.       — Мы, пожалуй, пойдём… — улыбнулся Тао, вставая, — проверим с камер что да как там.       М-21 и Такео покивали, что-то пробурчали и пошли следом за Тао. Остались только я и Рейзел, попивающий чай.       — Это Франкенштейн? — спросил я спустя минуту.       — Я просил его деликатно, — чуть опустил голову мой брат.       Хах, если то, что я слышал и чувствовал даже здесь означает деликатно… мне страшно представить что значит бешено.       — Откуда такая сила у человека? — мне и правда было это интересно узнать.       Рейзел поставил чашку чая на блюдце из по неё. Ни по лицу, ни по глазам я никак не мог определить о чём он думает. Решает говорить мне или нет? Или думает как сказать?       — Он забрал её у других людей, — спустя минуту ответил он. — Эта сила, оружие, было создано людьми большим числом жертв во время войн и болезней. Оно состоит из тысяч душ, которые не могут найти покой и… имеет ненасытный аппетит.       — Ест души, — догадался я.       Получив утвердительный кивок, по мне пробежал холодок. Неудивительно что мне аж стало плохо. От того, что пожирает души и никак не может наесться мне нужно держаться подальше. Кто знает, моя душа и тело ещё не едины, может, поэтому я так на это реагирую. Надеюсь, Франкенштейн не будет доставать эту… кстати, что это? Рейзел сказал, что это какое-то оружие, значит, оно должно иметь форму? Но где он её прячет-то тогда?! Не может же из воздуха появляться, да, хах?..       Послышался звук открывающейся двери, а вскоре появился Регис, а следом за ним Франкенштейн. У второго, к слову, был немного растрёпанный вид, а на щеке совсем немного крови. Что, сражаясь против того Раэля он даже не вспотел? Одежда чистая, как новая, ей богу.       — Похоже, ты неплохо провёл время… раз твоя сила ощущалась даже здесь.       Очень ощущалась, хочу заметить. Я такое ещё не скоро забуду.       — Чистокровный из клана Кертье оказался сильнее, чем я предполагал… — пробормотал Франкенштейн, явно нервничая. — Я пытался разрешить ситуацию при помощи слов…       — Я просил проявить деликатность.       — Я вёл себя деликатно, но он атаковал посреди разговора… О! Сейра может подтвердить мою невиновность! — даже слегка обрадовался учёный.       — Только Сейры здесь нет, — многозначительно кивнул Рейзел.       — Но ведь Регис тоже там был, брат, — встрял я в разговор. — А он сейчас дома. На балконе, — философствует, поди. Уже давно заметил, что на этот балкон часто ходят подумать и окрестил его философским. Только я там ещё не был. Не порядок. Нужно будет как-нибудь вечерком постоять, подумать о вечном…       Франкенштейн посмотрел на меня с благодарностью.       — Я приму это во внимание, — посмотрев на меня, сказал Рейзел. — Но неужели он был настолько силён, что тебе потребовалось применить… это?       — Да. Несмотря на то, что он не является главой клана, он имеет оружие духа, — серьёзно ответил Франкенштейн, чуть сжав пальцы.       Оружие духа… Очередная непонятная фиговина. Да когда же начнутся пояснения? Филиэнь, ты что, не мог мне листочек с терминами этого мира дать? Я бы их изучил и хоть что-то бы знал! Вот подлец…       — Ты ещё не можешь его контролировать? — заметив жест Франкенштейна, спросил брат. Господи… он ещё эту штуку и контролировать не может… Да что же за вечер такой сегодня! — Теперь тебя будут мучить кошмары — слишком долго я держал твою силу.       — Ничего, мастер, — чуть улыбнулся учёный, но тут же стал серьёзен. — Важнее то, что у Геджутеля, скорее всего, неприятности. Раэль Кертье, чистокровный из клана Кертье, приходил за Сейрой. Её лично вызвал Лорд, Регису было запрещено её сопровождать. Возможно, из-за сохранения тайны, у Геджутеля проблемы.       — Похоже, настало время нашего возвращения.       Эвоно как. Ну, хоть Родину благородных увижу. Лукидония. Посмотрим, что ты из себя представляешь.

***

      День не задался ещё с ночи.       Так как моё тело очень ослаблено после долгого сна, то из-за усталости я сплю по ночам. Но, когда это пройдёт, я смогу дольше бодрствовать, а пока приходится страдать.       Спать получалось плохо. Сначала были громкие и быстрые шаги, потом тихие крики и странные звуки. Спать не получалось, хоть очень этого хотелось. Уже готовый убить нарушителя спокойствия и наплевать на последствия, я вышел из своей комнаты и направился к источнику звука. Но, когда я дошёл до места, сразу понял, что это бесполезно.       Пришёл я к туалету, из приоткрытой двери в которую был виден Тао, почёсывающий затылок и держа в руке какую-то палку. Чуть приглядевшись, я заметил на полу какую-то красную хрень.       — Что такое? — спросил я, приоткрыв дверь.       — Регал-ним! — вздрогнул и обернулся хакер. — Простите, что я Вас побеспокоил и не говорите шефу! И про это тоже! — указал он на палку и красную штуковину.       — Что произошло?       — А, — улыбнулся Тао. — Такео не особо понравилась одна моя шутка… и я побежал. Спрятался здесь, а вантуз взял в… качестве защиты. А когда уже понял, что всё хорошо, уронил его и он приклеился. Пытался достать, но не рассчитал силу.       Вопросов больше нет. Но вантуз приклеился хорошо, это было даже видно. Если Франкенштейн узнает о такой порче имущества, то по головке не погладит. Ладно, что же. Мы всё равно все в одной лодке, то есть доме.       — Завтра я куплю новый, когда после школы пойдём в магазин, — сказал я.       — Регал-ним, я и сам…       — Франкенштейн не должен узнать, — прервал я его. — Вы уходите рано утром, он не заметит, думаю. А приходим мы раньше вас. Я положу его и никто ничего не заметит.       — Хорошая идея! — закивал хакер. — Простите, что побеспокоил Вас, ещё раз…       — Ничего страшного, — я чуть улыбнулся и пошёл в свою комнату досыпать.       После этого ночного происшествия, конечно же, я не выспался и вставать утром очень не хотел. Но я дал обещание и должен его выполнить, поэтому чувство долга пересилило желание остаться в постели. Как и думал, Франкенштейн не заметил маленькой поломки в его доме и ушёл с модифицированными в школу, оставив нас, благородных, дома ждать детей. Всё как всегда.       Пришёл один Ик-Хан и уже даже не ворчал. Видимо, его уже окончательно доконала эта ситуация, но сделать он ничего не мог. Приходилось просто плыть по течению.       Как в самом ужасном кошмаре первым уроком стояла история. История, где учитель только рассказывал, а под его голос хотелось уснуть. Не любил я историю, что поделать. Смотреть пафосно в окно тоже не получалось, через ряд-то. Оставалось только терпеть и ждать перемены.       Когда же прозвонил долгожданный звонок, я был рад. Ровно до тех пор, пока Рейзел не сказал мне, что сегодня, возможно, он и Франкенштейн с Регисом отправляются в Лукидонию.       Регал, ты ещё не восстановился. А есть вероятность, что встретят нас…       Не радужно, — закончил я, незаметно покивав головой.       Нет, так дело не пойдёт, господа. Мне хочется увидеть свою новую Родину, и никто меня не остановит. Даже Рейзел. К тому же, раз встретят не радужно, то, может, меня трогать не будут? Они же благородные, слабых и обессиленных обижать не будут. Иначе название их расы не соответствует действительности и это будет очень не элегантно, как любит говорить Регис.       Я хочу с вами, брат. Отсиживаться здесь у меня нет желания, пока вы там будете решать проблемы.       Рейзел молчал, идя рядом со мной до кабинета английского. Я понимаю, что он заботится обо мне, но… что-то мне подсказывало, что брат просто не хочет, чтобы я оказался в Лукидонии. Ощутил я это еле-еле, он хорошо умел прятать чувства. Но всё же невозможно скрывать всё. Особенно от того, кто может чувствовать перемену твоей ауры.       Это будет опасно, — опять предъявляет аргумент Рейзел. Нет, тут явно читается его нежелание меня брать с собой. Только вот не пойму из-за чего. Вот что может этому послужить?       Это опасно и для тебя. А так я хоть буду знать, что с вами тремя всё в порядке или же нет.       Брат опять замолчал.       Мы вошли в класс и сели за парты, ожидая звонка. Шинву пришёл только сейчас. Вбежал в класс, чуть не сшиб двух одноклассниц, которые стояли возле двери. Извинившись, парень подбежал к своему месту и, кинув сумку возле парты, плюхнулся на стул.       — Успел… — тяжело дыша, проговорил он. — Мистер Пак не заметил, как я пролез через забор.       Вот же горе луковое… столько проблем и сложностей из-за своего раздолбайства.       Хорошо. Но тебе нужно быть особо осторожно и не напрягаться.       Вот и славно. Видимо, понял, что я так просто не отстану и не сдамся. Но всё же меня беспокоило странное чувство… Почему Рейзел так не хочет, чтобы я вернулся в Лукидонию? Он беспокоится обо мне, да, но из-за чего-то ещё не хочет меня пускать на родину. Боится, что другие благородные решат меня убить? Нет, здесь правда что-то другое. Другое беспокойство…       Когда уроки закончились, идея идти в компьютерный клуб была отклонена. Ик-Хан понятно выразился, что хочет подготовиться к тесту по английскому и посоветовал это сделать и Шинву. Юна же с Суйи пошли на работу ко второй. Юная айдол что-то хотела показать подруге. Поэтому я, Рейзел, Шинву и Ик-Хан пошли в магазин и по домам. Нужно было выполнить обещание, данное Тао о купле нового вантуза.       Пока я искал отдел с бытовыми товарами, Рейзел уже успел купить всё, что нужно. Остался только чёртов вантуз.       Коротко объяснив что да как, я взял первый попавшийся красного цвета и передал его брату, чтобы тот положил его в тележку, а сам отвлёкся, ища глазами школьников. Когда я повернулся, то узрел интереснейшую картину: Рейзел с любопытным взглядом разглядывал приклеенный злосчастный вантуз к полу.       Ты сказал, что прошлый был недостаточно прочный. Я решил проверить насколько прочен этот.       Горе ты моё луковое, Рейзел.       Брат, увидев мой взгляд, взял палку и… оторвал вантуз вместе с плиткой. Да, сила у Ноблесс велика. Но вантуз и правда прочный и хороший, грех не взять.       — Можно… — попросил я, принимая из рук Рейзела инструмент и приклеенную к нему плитку.       Отцеплять пришлось долго. Для этого был подключен ещё и Шинву, решивший помочь, и какой-то парень из персонала магазина. Злосчастные предметы просто вырвали у меня из рук, делая по своему. Но всё решилось без конфликта, слава Богу. Но я заметил как Рейзел покраснел, когда я рассказывал детям как всё произошло.       День без приключений — это не к нам.       — Я всё равно не понимаю как можно было оторвать плитку! — недоуменно воскликнул Шинву, когда мы уже вышли из магазина.       — Может, была просто приклеенна плохо, — предположил Ик-Хан.       Знали бы вы, что знаю я… как всё обстоит.       — Скучно будет, — вздохнул Шинву, поправляя сумку на плече. — Ни директора не будет, ни вас. Хёнов и аджосси совсем не видно эти дни. Надолго уедите-то?       — Как разберёмся со всем — так сразу вернёмся, — ответил я.       Уже третий день школьники не приходили к нам в гости, а троица модифицированных на работу в школу. Даже Франкенштейн долго не задерживался. Оно и понятно, после происшествия с Раэлем Тао, Такео и М-21 перешли на ускоренный курс по усилению своих способностей. Ещё, конечно, это связано с отправкой Франкенштейна, Рейзела и меня в Лукидонию для решения проблем с благородными. Школьникам же было сказано, что в семье Кадисов произошли некоторые проблемы, требующие нашего с братом вмешательства. Слава Богу, что дети не особо рвались знать что именно произошло. У меня не настолько богатая фантазия, чтобы придумывать проблемы, которые будут более-менее «обычными».       — Ладно, надеюсь, вы быстро решите все проблемы! — улыбнулся Шинву, показывая два пальца — указательный и средний. — Удачи там.       Да… надеюсь, что всё пройдёт более-менее.       Мы разошлись: дети пошли по своим делам, а я с братом домой, откуда вечером мы отправимся в Лукидонию… даже волнительно как-то. Интересно посмотреть на других благородных и их… а что у них? Страна? Княжество? Просто город? Что-то не припомню, чтобы кто-то заикался об этом. Только сюрпризов мне не хватало… когда же будет то время, когда я буду хоть что-то знать об это мире?! Нельзя как-то это ускорить? Перемотать вперёд?

***

      — Регис, подойди, пожалуйста, — зову я мальчугана с балкона.       Долгожданный вечер наступил. Скоро наша маленькая компания отправится в Лукидонию для спасения Геджи. Региса было решено тоже взять с собой, как-никак он очень переживал за деда.       — Долго ещё собираешься хандрить? — спрашивает Франкенштейн, закончив говорить по телефону насчёт самолёта. — Собирайся, мы отправляемся в Лукидонию.       — Простите, но разве вы забыли, что мне нельзя возвращаться? — ответил Регис, показывая своим видом, что мы явно тупим. Но что-то мне подсказывает, что тупит здесь он.       — Тебе нельзя сопровождать Сейру, — даю я ему маленькую подсказку.       Кажется, до него начинает доходить. Давай-давай, парень, соображай. Ну не дурак же.       — Вы хотите сказать, что я могу вернуться не нарушив приказ Лорда?       «Бинго!», — подумал я.       Не, ну серьёзно даже я додумался до этого, с моими-то скудными мозгами.       — Мне и собираться долго не надо! — громко и чуть радостно сказал Регис.       — Вот и славно, — улыбается Франкенштейн. — Самолёт ждёт. Можем выходить.       Вообще, я представлял это себе более иначе… ну ё-маё, это же должно быть что-то древнее, пугающее и тому подобное, под стать таким древним благородным. Другой мир. А, как оказалось после недолгих разговоров, Лукидония находится в Бермудском треугольнике. Да, место и правда жутковатое… чёрт, после обмозговывания полученной информации, я задумался: а не благородные ли виноваты в пропаже судов? Что они делали с людьми?       — Вы уже уходите? — спросил откуда-то появившийся Тао. Что-то его взгляд мне не нравится.       — Да, ты остаёшься за старшего, — отвечает Франкенштейн, смотря в телефон, на который только что пришло сообщение. — И только попробуйте натворить что-нибудь, — кинул на модифицированного угрожающий взгляд.       После этого взгляда, думаю, ни у кого не возникнет желания пакостить. Зная Франкенштейна, — это опасно.       Попрощавшись с Тао, Такео и М-21 мы отправились в ангар, где ждал нас самолёт. Чтобы быстрее добраться до нужного места пришлось лететь. Хотя полётом назвать это было сложно, скорее просто очень долгие прыжки по крышам. Как оказалось, было не сложно, главное держать равновесие и поддерживать эти самые прыжки аурой. Освоился я хоть и не так сразу, но быстро. Когда я чуть не упал брат подумал, что это из-за долгого сна и предложил мне остаться. Конечно же, я отказался. Хоть и пришлось потом держать за руку Рейзела, который обо мне волновался.       Допрыгали мы быстро. Человек, что руководит ангаром, поговорил с Франкенштейном и позволил нам пройти к самолёту. Самого учёного не так уж долго мы и ждали, вскоре он тоже взошёл на борт и отправился в кабину пилота, пока мы, трое благородных, рассаживались по местам.       Рейзел сел у окна, я рядом, а Регис вообще на другом ряду. Выглядел он взволнованным, и не удивительно, дед в беде всё-таки. Хоть Геджи и не показался мне особым добряком, но и не злодей же он, хоть и жёсткий и строгий. Я тоже о нём волновался, но не так как эти трое, даже Франкенштейн. Больше хотелось узнать что за зверь такой, Лукидония и благородные. Надеюсь, всё не так плохо, как предполагал Франкенштейн и никто на нас не устроит охоту.       Самолёт взлетел и скоро в салон вышел Франкенштейн, включив автопилот. Хорошо хоть не прыжками добираться до места, а в удобном кресле. Не готов я ещё к такому, голова немного кружилась после.       — Регал, как ты себя чувствуешь? — спросил брат, не отрываясь от лицезрения воды из окна. Мы так быстро преодолели сушу, хм.       — Не так уж и плохо, — отвечаю я. — Скоро я восстановлюсь до конца и тебе не придётся за меня переживать.       Лучше держать мысли под тщательным контролем. Рейзел спросил меня о состоянии, когда я об этом подумал и неизвестно, когда он может вновь залезть в мою голову. Конечно, я ничего не скрываю, но кто знает что он может увидеть в моих мыслях? Не то, что нужно. Но я надеюсь, что это просто такая же чувствительность, что и у меня по отношению к нему. Братья же.       Спустя минут двадцать абсолютного молчания, которое нарушалось только двигателем самолёта, Франкенштейн сообщил, что мы уже почти достигли Лукидонии и можно скоро выходить. Фух. Надеюсь, нас не будут избивать или арестовывать как только мы приземлимся.       — Уже заходим на посадку? — спросил удалённо Регис, вставая.       — Нет, — улыбнулся Франкенштейн. — Мы ныряем!       Что?! Он шутит? Судя по Рейзелу, который встал и вышел в промежуток между креслами, нет.       Какого чёрта меня не предупредили… уж лучше бы остался дома.