Глава 3
22 июня 2018 г., 20:03
После недолгих приветствий, я, Рейзел и Геджутель сели на диван, а Франкенштейн, заварив чай, остался стоять. Некоторое время все молчали, только Ландегре кидал на меня странные взгляды, я же старался не обращать на них внимания — хоть это было и не просто — и продолжал пить чай. Всё говорило о том, что я здесь немного лишний, нарушитель канона. Это было ощутимо очень хорошо. Даже я понимал, что здесь что-то не то.
Геджутель сказал, что его отец говорил обо мне, значит, этот дед в курсе о моих прошлых похождениях. По его ауре видно, что он напряжён, не доверят мне, но виду не подаёт. Беспокоится о Рейзеле, зная, что я натворил в прошлом и что брат сделал из-за этого. Такое чувство, что если сделаю хоть что-то сейчас не то, он сразу же нападёт. Возможно, только спокойный и безмятежный вид Рейзела его останавливал, чтобы, если не сделать, то сказать мне что-то эдакое. Немного вспыльчивый. Мне нравится. Хоть какие-то эмоции у благородных есть и они их показывают!
— Рейзел-ним, где вы были всё это время и чем занимались? — спросил Геджутель брата, нарушив наконец тишину.
— До недавнего времени я спал, — ответил спокойным тоном Рейзел.
— Значит, причиной вашего исчезновения… являлось то, что вы проспали восемьсот двадцать лет?
— Именно это говорит и Франкенштейн.
Повисло молчание. Дед обдумывал сказанные Рейзелом слова, забыв про меня, что не могло не радовать. Его недовольный взгляд я видеть как-то не хотел.
— Я нашёл Мастера не так давно и тоже был озадачен, узнав правду, — подал голос Франкенштейн и добавил, в то время как дед что-то, пробурчал себе под нос: — Геджутель, незадолго до нашей встречи мне довелось видеть Косу Смерти в руках Сейры. Обладание данным артефактом говорит о том, что она является главой клана Роярд. Не поторопился ли прежний глава дома возложить на её юные плечи такую ношу?
К-косу С-смерти? У Сейры? Почему перед глазами сразу же предстала картинка как смеющаяся дьявольским смехом благородная, с косой готовит ужин?..
От моего наблюдения не укрылась заинтересованность брата, который даже перестал пить чай. Но его вряд ли интересовало что меня. Я больше охреневал от осознания того, что у Сейры есть какая-то Коса Смерти. Что-то мне стало не по себе…
— Сейра… — после недолгих раздумий, протянул дед. — Несчастное дитя. Вот уже более сотни лет она несёт ответственность за свой род.
— Как? Не может быть… значит… — если у Франкенштейна нет слов, то дело скверное.
— Франкенштейн, глава клана Роярд, которого ты знал возвратился к земле… вместе с моим сыном, — совсем тихо закончил Геджутель, чуть наклонив голову.
В гостиной сразу стало как-то неуютно. Хоть этот дед мне сейчас не очень понравился, но я ему сочувствовал. Не должны родители хоронить своих детей, не правильно это, противоестественно. Даже представлять себе не хочу каково это.
— Что произошло? — взяв себя в руки, спросил учёный.
Я заинтересованно перевёл взгляд на Геджутеля, ожидая объяснения. Стало интересно, что же произошло такого, что раз погибли сразу двое: глава клана и сын главы клана. Моя интуиция подсказывала, что они были очень сильны и их смерть что-то из ряда вон выходящее. Будто это было что-то нереальное.
— После ухода Рейзел-нима, ничего особого не произошло, — начал Геджутель. — Однако, пятьсот лет назад Лорд впал в вечный сон. Тогда-то и произошли большие перемены. Он пробыл с нами достаточно долго, а когда фигура такого масштаба погружается в вечный сон… изменения неизбежны. Утрата была колоссальной.
— Значит… Лорд погрузился в свой вечный сон… — я перевёл взгляд на Рейзела, в голосе которого я отчетливо услышал грусть. Он был с ним знаком, причём есть вероятность что очень близко.
— Да. Перед тем как уйти он говорил что хотел бы увидеть вас.
Повисло ещё более мрачное молчание. Всё-таки, были знакомы и дружили. Теперь стало жалко и Рейзела. Я отчетливо чувствовал как ему стало тоскливо, даже за маской, которую он не снимает. Либо благородные круто скрывают свои эмоции и чувства, либо Геджутель и Франкенштейн не заметили изменения в ауре моего брата, но я почувствовал это остро. Может, потому что мы братья? Вполне возможно… если его ауру я ощущаю лучше, чем остальных, особенно если учесть незаконченную синхронизацию души и тела. Боюсь даже представить что будет, когда у меня будет полная власть над телом.
— Регал-ним, как давно вы проснулись? — спросил Ландегре, отпив из чашки чая.
Я даже не сразу среагировал, так задумался, что пропустил тот момент, когда разговор с модифицированных перешёл на меня.
— Чуть более недели назад, — ответил я, смотря в его глаза, которые просто горели недоверием. Чем я заслужил такое, Геджи?
— Как вам в современном мире? Рядом с людьми?
Да зашибись! Мне ставит очень знатные щелбаны один ребёнок, в школе на меня и Рейзела хищно посматривают девушки-подростки, в доме все считают меня дурачком, который очень быстро учится и подозрительно косятся каждый раз, когда я «разберусь» в чём-то «новом». Ах да, сейчас до меня докапывается старик, который слышал обо мне только от своего отца и подозревает в том, что я могу причинить вред брату. Надеюсь, дальше будет лучше.
— Я знаю о чём вы думаете, Геджутель, — спокойно сказал я. — Но я не буду повторять ошибки прошлого. Я многое осознал, когда проснулся и пожил среди людей. Я понимаю сколько боли причинил брату, поступив так, и теперь хочу искупления.
Кажется, мой ответ его удовлетворил. Дед заметно расслабился, поверил. Я же старался вложить в свои слова как можно больше искренности, хоть это было и не просто, ведь как никак я не виновен в том, что хотел сделать прежний Регал.
Франкенштейн, сказав что можно уже запускать остальных жильцов дома, пошёл заваривать ещё чая, Геджутель захотел поговорить с Регисом и Сейрой и вышел во двор, оставив нас с Рейзелом одних. Когда я находился с ним в одной комнате, при этом ни о чём не говоря, я никогда не ощущал чтобы тишина была… гнетущей. Если с нами были ещё кто-то, то да — бывало. Но когда нас было двое — ни разу. Брат будто дарил спокойствие и умиротворённость, в такие моменты я благодарил свою судьбу за выпавший мне шанс попасть сюда. Просто сидеть в тишине, рядом с таким… светлым существом было так хорошо. Думаю, даже в прошлой жизни я такого не испытывал.
— Ты устал, — сказал Рейзел. И был прав. Что-то сегодня я и правда вымотался больше, чем обычно. Может, из-за того, что нервничал с самого утра в ожидании какой-нибудь мега-проблемы? А получил какого-то деда, аура которого так и скачет: то вспылит, то успокоится… но что-то внутри подсказывало — с Геджутелем что-то в скором времени случится. Ну и про слова Филиэня я тоже не забыл — с сегодняшнего дня начнётся «веселуха».
— Иди спать, — в голосе брата я услышал… заботу? Верно, заботу… он беспокоился обо мне, боялся что я перенапрягу свой организм, а тогда будут серьёзные последствия. Боялся потерять, как только нашёл.
— Спасибо, — улыбнулся я, вставая. — Послушаюсь младшего брата.
В кои-то веки… — услышал я в мыслях вздох Рейзела.
Я улыбнулся шире. Что ж, новая инфа о Регале — не слушает младшего брата! Видимо, в прошлом у них были весёлые отношения, до тех пор пока у Регала не случился заскок. Рейзел подал признаки эмоций… контакт налаживается.
***
Начало следующей недели проходило очень интересно, ведь Геджутель остался, решив тоже побыть немного среди людей и посетить школу Франкенштейна. С самого утра он ходил за нашей компанией благородных и школьников, присутствовал на всех уроках, к недовольству некоторых учителей, особенно мистера Пака. Учителя математики он назвал душегубом и боевиком, и тоном не терпящих пререканий, стукнув тростью, не попросил, скорее приказал покинуть школу. За что мне нравиться Геджутель и Регис, так за то, что они не скрывают так своих эмоций, как те же Рейзел с Сейрой, которую я теперь немного побаивался. Что-то мне подсказывало что Коса Смерти не аксессуар, а довольно настоящее оружие. А с моим ослабленным телом, меня можно угрохать чем угодно. Даже ложкой, к примеру. На выходных же глава клана Ландегре вёл себя вполне тихо и не отсвечивал, только много ворчал на М-21, Тао и Такео. Почему — я так до конца и не понял. Из того, что он бурчал, я разобрал, что эта троица променяли свою человечность на силу. Это показалось мне абсурдным. Не ощущал я, глядя на них, что они бесчеловечны, чего только один Тао стоит: всегда позитивный, весёлый, добрый, готовый придти на помощь. М-21 ходил в основном хмурый и услышать хоть раз его смех — было невозможно, но я не ощущал в нём злобу. Такео же был чем-то посредине между Тао и М-21: вроде и смеётся, веселится, а потом хмурится и излучает пессимизм. В чём такое проявление эмоций — я так до конца и не разобрался, но слышал что-то про сестру Такео и какую-то доктор Айрис. Но, в общем, день прошёл как и всегда, хоть с нашей компанией и ходил Геджутель. Я-то думал, что все благородные в современных технологиях не бум-бум, ведь даже Сейра с Регисом не всё понимали, но дед более-менее понимал и не задавал никому никаких вопросов. Хотя частенько зависал на одном месте и смотрел на школьников, видимо, читал мысли. Если Рейзел не против — значит ничего страшного. Интересно, где же живут благородные, раз они не шиша не знают о современности? В какой тайге? Мне бы не помешала эта информация, как никак я там жил до погружения в сон. Сейчас же, после того как школьники наконец ушли по домам, Геджутель заявил, что возвращается назад. Вот же гад — не говорит куда. Но не могу же я спросить куда, это было бы как минимум странно. — Рейзел-ним, — наклонил голову Геджутель. — Регал-ним, — теперь сделал так же в отношении ко мне. Как приятно, когда тебе кланяются. — Я намерен возвращаться. Я сохраню тайну вашего пробуждения до тех пор, пока вы сами не решите вернуться, — сказал благородный, когда вернулся с балкона, где говорил с Регисом и Сейрой. Спасибо, Геджи. Боюсь, от меня они вообще охренеют. — Я провожу, — сказал Франкенштейн, пропуская вперёд старшего Ландегре. В гостиной остались только я, Рейзел, Регис и Сейра. Троица модифицированных находилась в кабинете Тао с камерами, чтобы не мозолить глаза деду и не выслушивать его ворчание. Регис просто светился, когда вернулся в гостиную. Что же ему такого сказал Геджи? Сейра же не показывала никаких эмоций, как и всегда. Неужели должность главы клана так отпечаталась на её характере? Это грустно, ведь даже я понимал что она ещё ребёнок (по меркам благородных, конечно), слишком рано вкусивший взрослой жизни. У неё поди и детства-то нормального не было. Не нравятся мне эти предатели, про которых говорил Геджи, что убили его сына и отца Сейры. Отобрать у отца сына и отца у дочери — вверх гадства просто. Бродят где-то, радуются жизни, как в это время страдает одна совсем ещё девчонка от обязательств главы клана. Этот мир особо и не отличается от моего прошлого — везде всем на всех наплевать, ну, большей части. Ужин прошёл как всегда в тишине, иногда разбавляемой Тао, который говорил, что пытается взломать Союз тихо, чтобы те не засекли местоположение дома, но из-за этого придётся взламывать долго. Из того, что он говорил Франкенштейну, я понял что этот самый Союз заинтересован тем, что происходит в Корее, но пока особых движений не делает. Есть ещё время пожить мирно, но нужно готовиться, что сюда могут отправить кого-то посильнее DA-5, члены которого погибли, кроме Тао и Такео. Теперь я знал, что они состояли на службе у наших врагов, но перешли на «хорошую» сторону. Узнать было не сложно, ведь Тао заикнулся о похождениях DA-5, о которых в компьютере навряд ли найдёшь, а я непонимающе уставился на него, и хакеру пришлось коротко рассказать о прошлом. Что ж, молодцы, парни, лучше дружить с нами, чем с антагонистами. После ужина, когда все разошлись по своим комнатам спать, я немного задержался в гостиной. — По словам Геджутеля, после кончины Лорда многое изменилось… — говорил Франкенштейн. — Как и планировалось изначально, место Лорда заняла… она. Кто? — Я так и полагал, — сказал брат. — Ибо она унаследовала кровь и плоть Лорда. Дочь, что ли? И почему так пафосно-то? Я опять чего-то не понимаю? Почему так много вопросов?!***
Не знаю как было другим, но мне уже третий день после ухода Геджи (это имя у меня к нему окончательно прилепилось) Ландегре было не по себе. «Что-то приближается!» — вопило чутьё, и оно уже совсем близко, а синхронизация ещё не завершена! Время точно не на моей стороне, если бы его было побольше, тогда бы я не так боялся будущего. Но ускорить процесс синхры нельзя, даже если бы я знал как, всё равно бы не делал, это могло быть опасно для жизни, которую я получил. Оттянуть момент, к сожалению, тоже было невозможно. О-ох-х… как же всё-таки это невыносимо — знать что есть какой-то канон и, хоть и небольшая, но была возможность узнать его. Это ещё сложнее, если бы я вообще ничего не знал и Филиэнь не приходил ко мне, ничего не говорил о… всём этом. Что же делать? Что-то приближается и оно уже близко, синхронизация не завершена, состояние Рейзела боеготовное, он уже давно восстановился после своего сна. Я не хочу становиться беспомощным, беззащитным, короче, обузой. Была бы сила сейчас — смог бы разделить с Рейзелом, или быть вообще за него на фронте с моим-то восстановлением. Смог бы защитить. Но обстоятельства… хочется от бессилия просто выть. Из-за своих размышлений я даже не сразу заметил как школьники и мистер Пак… застыли. Тут-то я опять ощутил чью-то сильную ауру. Не такую сильную как у Геджи, и даже совсем не похожую. Она была… быстрой, что ли. От неё веяло скоростью и скрытностью, из-за чего я даже не сразу её почувствовал. Сила Ландегре же была открытой, прямой, как танк, почувствовать её было не сложно. Кто на этот раз? И куда подевались Регис с Сейрой? Я даже не заметил как они исчезли. Интересненько… Через несколько мгновений люди отмерли и как ни в чём не бывало продолжили делать свои дела. Мистер Пак продолжил объяснять тему, а ученики слушать, записывать. Н-да… дела. — Что? Куда подевались Регис с Сейрой?! — громко спросил учитель математики, что я даже подскочил. Что ж так неожиданно-то, а?! — Где они? — спросил Ик-Хан, посмотрев на меня. В ответ я лишь пожал плечами. Мне самому интересно, но узнать получится только дома. Чья же это могла быть сила? Благородного — это точно, всё же у них всех есть схожие черты. Но что тут забыли благородные? Это уже как-то странно, ведь Геджутель ушёл три дня назад, удостоверив что будет молчать о нас пока мы сами не решим показаться, зачем припёрлись ещё кто-то? Неужели это и есть те самые проблемы о которых мне говорил Филиэнь? Не хочу проблемы… хочу спокойную жизнь ещё недельку, а потом хоть в космос драться с инопланетянами! Прозвенел звонок с последнего урока. Наконец-то. Если Регис с Сейрой исчезли так внезапно, значит дома всё расскажут, а я удовлетворю своё любопытство. Но сначала, конечно же, компьютерный клуб, магазин, посиделки со школьниками, а уж потом все разговоры. Моему любопытству придётся немного потерпеть. Уж сегодня в «Скорости» я не намерен проигрывать раз за разом. Пусть я наконец «научусь» играть в КС и отомщу этому маленькому рыжему засранцу за всё. Один-два раза подстрелю это точно! Как бы то ни было, это сложно — любить игру, уметь в неё играть и прикидываться дурачком, который этого как раз-таки не умеет. Всё равно уже достаточно долгое время провёл за компьютером и по логике уже имею право понять как им пользоваться. А то что Рейзел тут намного дольше и ничего не понимает… ну, я учусь быстрее него. У меня жажда к знаниям, а он лентяй, вот. — Регал, — обратился ко мне Ик-Хан, — извините, но сегодня у нас не получится как всегда, — сказал он с сожалением. — Завтра тест по математике, нужно подготовиться. Вам с Реем везёт — вы освобождены от занятий такого рода. Мне реально не везёт в играх, что в настольных, что в компьютерных. Теперь и отомстить Шинву никак сегодня, только завтра, а что-то мне подсказывало, что это будет проблематично. — Ничего страшного, — ответил я. — Предупреди Рея только! — махнул рукой Ик-Хан, вместе с Шинву, который что-то ворчал, выходя из класса. Я даже не заметил как остался в классе совершенно один. Одиночество — сволочь. Так-с, Рейзел у Франкенштейна, в кабинете директора. Ох, как сегодня второй будет рад! Да и модифицированные тоже. Никто не будет мусорить, всего лишь убрать посуду со стола и помыть её после ужина. Ляпота! Даже я в некотором роде рад — не придётся огребать от детей. Один денёк проведу без особых движений, всё равно с каждым днём я чувствую усталость тела от сна всё больше. Прав Франкенштейн и Рейзел — не нужно много трудиться, слишком опасно. Окочурюсь ещё. Да, как я и думал, мой брат и его слуга были в директорской и о чём-то говорили, когда я вошёл. Наверное, как раз о том всплеске силы, что произошел несколько минут назад. — Моё возвращение в Лукидонию произойдет куда быстрее чем я думал… — произнёс Рейзел, когда я вошёл. Лукидония? Ага! Теперь я точно знаю, где жил! Прикольное название, прям Лапландия где живет Дед Мороз… интересно, а он в этом мире существует? Было бы кстати, если бы этот дедуля пришел к нам и начал бы помогать. Замораживать своим посохом врагов, н-да… о чём я думаю, Боже… Зайдя в кабинет, я сказал что детей сегодня не будет. Радостный от такой новости Франкенштейн, хоть и старающийся это скрыть, заварил нам с Рейзелом чай и продолжил копаться в бумагах. Какой же всё-таки чистоплюй-то. Убьёт, если намусорить и разбить что-либо и не быть защищенным либо мной, либо Рейзелом. Ещё может Сейру пощадить, но остальных… боюсь им не жить, или на опыты отправит. Как же хорошо, что я защищен от его гнева, аж душа радуется, а я благодарю её что попал именно в это тело. Хоть и ворчал первое время. Как ты себя чувствуешь? — услышал я в голове голос Рейзела, когда сел рядом с ним. И как ему ответить? Мысленно или так? А если мысленно, то как? Я же не умею использовать свои силы ещё! Что ж, ладно. Сосредоточившись, я мельком посмотрел на брата, посылая ему свои мысли. С каждым днём всё лучше. Думаю, скоро уже восстановлюсь. Твоё восстановление идёт быстрее, чем я ожидал. А вот и первые подозрения со стороны братца… Ну, и что? Говорить версию, что это побочный эффект из-за использования кровавого камня и долгого сна? Больше вариантов всё равно нет, это не «изучение» новейших технологий, где я просто очень любознательный и быстро учусь. Тут посложнее. Я тоже это заметил. Думаю это может быть побочным эффектом от использования… кровавого камня и долгого сна. Возможно. На этот раз голос Рейзела в моей голове стал немного другим. Будто он вспомнил что-то очень плохое. Это как раз-таки про тот случай, о котором говорил Филиэнь, что я пытался в прошлом уничтожить человечество, используя камень, а Рейзел меня остановил. Если бы я знал подробности… было бы легче загладить вину и заслужить доверие с его стороны. Я бы исправил то, что натворил прошлый Регал, и сделал бы всё возможное, чтобы Рейзел перестал быть рядом со мной таким замкнутым. Он слишком привык быть один, нужно его от этого отучать. Через часа два, может меньше, мы втроём отправились домой, где я уже смогу узнать подробности произошедшего сегодня в школе. Любопытство прямо съедало меня, интересно же знать кто посмел рядом с детьми пользоваться силой. А то, что я это узнаю, я чувствовал. Регис и Сейра пропали в тот момент, когда этот кто-то испускал ауру, они могли его видеть, слышать и тому подобное. Зайдя в гостиную я увидел картину сидящих на диване благородных и модифицированных. А так как вернулись и мы трое, значит, банда в сборе, сейчас начнется собрание. Только почему модифицированная часть такая ошеломлённая? Что уже успели узнать? — Так, все здесь, — сказал Франкенштейн, останавливаясь возле дивана, на который сел я, и пуфика, на который сел Рейзел. — В нашей школе сегодня был гость, верно? — Да, — серьёзно кивнул Регис. — Это был благородный из клана Кертье — Раэль. — И что же ему здесь понадобилось? — Он приходил за Сейрой, — ответил Регис. — Сказал, что вернётся через несколько дней за её ответом, пойдёт ли она с ним в Лукидонию или нет. Возможно, опять пытается сделать предложение, как десять лет назад. Ух ты, да Сейра прямо нарасхват! Не только здесь у неё поклонники, даже из Лукидонии прут потенциальные женихи. Бедная девочка… Франкенштейн задумчиво потер подбородок, смотря невидящим взглядом в пол. Явно о чём-то задумался. Что-то мне подсказывало, что он думал о том же что и я. Навряд ли этот Раэль приходил к Сейре, чтобы снова сделать ей предложение, тут что-то другое. Геджутель… А что, если это как-то связано с ним? Филиэнь говорил, что с этого дедули и начнётся мое первое приключение. Может, старший Ландегре в беде из-за того, что не рассказал о нас с Рейзелом? Поэтому пришел Раэль, чтобы проверить, в добавок к Сейре еще разок подкатить. Всё может быть… Тут мой взгляд упал на М-21, который кривился, дотрагиваясь до правого бока, на котором виднелись капли крови. — Что случилось? — спросил я, глядя на человека с сердцем оборотня. Какой-то недооборотень. — Меня побили, не дав даже шанса оказать сопротивление, — улыбнулся М-21. — На него напал Раэль на территории школы без всякого повода, — пояснил Тао, к удивлению, довольно серьезный. — Благородный напал на тебя просто так? В школе? — очнулся Франкенштейн из своих мыслей. Получив утвердительное «да» от Такео, от директора школы начала исходить пугающая аура. Стало как-то не по себе, страшно. От страха хотелось даже крикнуть, но этот же самый страх парализовал меня. — Франкенштейн, — повернул голову в сторону учёного Рейзел. — Простите, Мастер, я невольно… — ужасающая аура исчезла так же внезапно, как и появилась, оставив после себя странный осадок. — Я хочу чтобы ты лично встретился с ним, — закончил Рейзел. — Да, Мастер, — после недолгого молчания, кивнул Франкенштейн. Ох, чувствую своим седалищем, что надвигается что-то очень весёлое…
Примечания:
Не бейте, пожалуйста, мне учебы хватило.
