outcast

стрáх очень сильный испуг, сильная боязнь.

Дэн забрался на заднее сидение маминой машины, широко улыбаясь. Он ходил в школу уже два года, и пока что ему всё здесь нравилось. Они с Луиз сблизились и всё ещё оставались друзьями, и он надеялся, что всё так и останется навечно. Сегодня был хороший день: он узнал много нового и интересного, например, как решать некоторые математические задачи, про дождевые леса и про Христофора Колумба. Он также пораскрашивал, и цветные картинки, которые он собирался подарить маме позже, аккуратно сложенные лежали в его рюкзаке.  — Как прошел твой день, дорогой? — спросила мама, когда мальчик залез в машину и захлопнул за собой дверь. Он был так взволнован, что не заметил, как её голос дрогнул и что её глаза были покрасневшими и опухшими. Но она не была против, она продолжала слушать сына, натянув улыбку.  — … И вот я здесь, в твоей машине, — он закончил свой монолог, во время которого почти забыл дышать, и глубоко вздохнул.  — Кажется, у тебя был хороший день. Я рада, — тихо произнесла женщина, заводя машину. В салоне повисла тишина. Дэн наблюдал за сменяющимися пейзажами за окном, улыбаясь. Но вдруг он вспомнил про картинки, сделанные для матери, и подпрыгнул на месте, хватая рюкзак. Телефон женщины резко зазвонил, и мальчик остановился, чтобы не мешать. Он знал на практике, что отвлекать родителей, пока они разговаривают по телефону, нельзя. Так что он тихо сидел, слушая разговор и ожидая его окончания.  — Фрэнк? Я уже сказала тебе… — холодным тоном произнесла женщина. Дэн замер. Фрэнк — это имя его отца, — Это не так! — прошипела она, слушая сдавленный голос на другой линии, — Боже мой, Фрэнк, Дэн, блять, находится сейчас в машине со мной, — она остановилась, — Это не может немного подождать? Нет, я-, — она сорвалась на крик, — Блять, ты позволишь мне сказать?! Нет, я- Да сука! — она резко отключила звонок и бросила телефон на соседнее сидение. Дэн снова отвернулся к окну, но в этот раз не так радостно. Его родители никогда не ругались так. Да, у них были ссоры, как и у любой пары, но они никогда не доходили до такого, их отношения всегда были счастливыми. Мама никогда не кидала телефон — или любой другой предмет — с такой силой, и не говорила таким тоном. Это пугало Дэна. Он надеялся, что эта ссора скоро пройдёт, и они снова станут счастливой семьёй. Остаток поездки прошёл в тишине.

***

Дэн выпрыгнул из машины и побежал к дому. Он не хотел идти внутрь, потому что знал, что там будет отец, и понимал, что как только мама зайдёт внутрь, случится ссора. Несмотря на это мальчик зашёл в дом, но мама не последовала за ним. Сначала, когда он не услышал хлопка двери сразу за собой, то подумал, что она забыла что-то в машине. Но когда он выглянул в окно, то не увидел там ни мамы, ни её машины. Дэн не понимал, что происходит, он продолжал смотреть в окно, будто если достаточно сконцентрируется, то всё вернётся на свои места. Она же не бросила нас, да? пронеслось в его мыслях. Она даже не попрощалась. Он не заметил, что к нему подходил отец, пока тяжёлая рука мужчины не легла ему на плечо, больно сжимая. Мальчик подскочил, выбираясь из хватки.  — Где твоя мать? — спросил он, холодно смотря на сына. Дэну было некомфортно. В глазах отца был такой же холод, как и у матери, когда та говорила с ним по телефону.  — Я н-не знаю, — прошептал он в ответ.  — В смысле, ты не знаешь? — воскликнул отец, и Дэн сжался от его тона. Мужчина отвернулся, зарываясь пальцами в волосы и шумно выдыхая. Дэн стоял неподвижно, не зная, что делать. Когда он уже собирался уйти в свою комнату, отец вновь заговорил — на этот раз его голос был не громче шёпота.  — Это твоя вина, — сказал он. Дэн не понимал, говорил он о себе, или о нём, или о маме. Ответ нашёлся почти сразу, когда мужчина развернулся и указал на него пальцем, — Всё из-за тебя и твоих тупых «суперсил». В маленькой головке Дэна промелькнули сотни вопросов, но прежде, чем он мог хоть как-то отреагировать, случилось это. Контакт кожи с кожей, от которого на щеке остался красный след ладони. Отец ударил его. Сильно. В глазах мальчика начали собираться слёзы, когда он поднял вопросительный взгляд на безэмоциональное лицо мужчины.  — Иди в свою комнату, — произнёс отец, но мальчик не мог сдвинуться с места, — Я сказал, иди в свою комнату! — прокричал он, и Дэн в страхе сорвался с места, взбегая по лестнице и захлопывая дверь за собой. Он запрыгнул на свою кровать, прижимаясь спиной к стене, и посмотрел на щеколду, мысленно подавая ей команду защёлкнуться. Он плакал, в его голове один за другим возникали сотни и сотни вопросов. Где мама? Почему она уехала? Почему папа сказал всё это? В чём моя вина? Какие суперсилы? Почему он ударил меня? Почему болит везде, если он тронул только моё лицо? Боль пройдёт? Мама вернётся? Отец снова ударит меня?.. Дэн думал обо всём этом и о многом другом, и через некоторое время решил записать важные вопросы, ответы на которые его больше всего волновали. Он порылся в рюкзаке, доставая пустой блокнот и карандаш. Он выводил буквы настолько аккуратно, как это мог делать второклассник, и старался не капать слезами на страницы.