Помни, я рядом

Рин поднялся и посмотрел на неподвижно лежащего брата: очки треснулись и валялись рядом, голова чуть повернута на правый бок. Под ней уже образовалась небольшая лужица крови. У старшего Окумуры глаза от ужаса расширились. Внутри все болезненно сжалось, слезы туманили зрение. Казалось, что весь мир в одночасье рухнул. И Рин хотел исчезнуть вместе с ним. Дрожащей рукой парень неуверенно коснулся плеча брата. - Юкио… - прошептал он полным боли голосом. Слезы свободно струились по лицу, но Рин их не замечал. Весь его разум поглотило всего лишь одно слово, – Юкио, - ни вопросов, ни ответов на них, ничего, кроме имени близнеца. Окумура уже собирался полностью поддаться горю, когда брат неожиданно зашевелился. - Юкио!! – воскликнул старший брат, помогая ему подняться. Только теперь Рин заметил, что пуля лишь слегка рассекла кожу Юкио, оставив кровавый след от виска до брови. А крови столько натекло, потому что раны на голове всегда обильно кровоточат. «Я успел!» - внутренне ликовал старший из близнецов, облегченно выдохнув. Юкио ладонью отер стекающую по скуле кровь. Сама рана уже начала затягиваться. Парень уставился на окровавленную ладонь, затем перевел ошеломленный взгляд на брата. - Почему ты здесь? – хрипло спросил он. Этот вопрос сначала привел Рина в замешательство, но оно быстро сменилось злостью, даже яростью. Он резко поднялся, затем схватив брата за отвороты воротника плаща, поднял и его, после, не отпуская, сильно толкнул на дверь, за которой находилась лестница – спуск с крыши. Юкио вздрогнул от сильного удара спиной, но промолчал. - Какого хрена это было?! Придурок, ПОЧЕМУ ты хотел застрелиться?! – Рин буквально прокричал вопросы в лицо брату. Под агрессией скрывался дикий ужас. Он мог сегодня потерять близнеца, если бы не предчувствие. Он бы его потерял, опоздай хотя бы на минуту. Ему повезло, что Куро видел, как Юкио поднимался на крышу. А если бы Куро не было в общежитие?.. Рин даже думать не хотел, что было бы. Ему вполне хватило мгновения пережитого ужаса, думая, что брат мертв. Юкио уставился на разъяренного брата, не зная, стоит ли все объяснять. Нужно ли скидывать на брата свои проблемы? До него никак не доходило, что уж кто-кто, а Рин имеет полное право знать, что твориться с его единственным родственником. Увидев неприкрытый страх в глубокой синеве глаз брата, Юкио решился наконец открыться, рассказать о мучающей его проблеме. - Рин, ты не должен был останавливать меня, - видя, что тот собирается протестовать, младший близнец быстро добавил: - Я опасен, даже для тебя. Старший Окумура несколько секунд переваривал информацию, ошеломленно хлопая ресницами, но так ни к чему не пришел. Это заявление брата показалось полным абсурдом, о чем он ему незамедлительно сообщил: - Что за бред? Ты никогда не был опасен! – уверенно заявил Рин. – Назови настоящую причину! - Это и есть настоящая причина! – выкрикнул Юкио, злясь, что брат ничего не понимает. Он попытался высвободиться, но близнец лишь усилил хватку. - Юкио, я не понимаю. Объясни, пожалуйста! - Рин, я уже несколько раз потерял контроль над этим чертовым пламенем! Вчера из-за меня чуть не погибли люди! Старший Окумура опешил от такого заявления, но быстро взял себя в руки. - И это все? Но ведь никто же не пострадал? Да? – когда Юкио неуверенно кивнул, Рин продолжил: - Так какого?.. Ты же не один. Я рядом. Приди ко мне, вместе мы разберемся. Я помогу. - Чем? – горько усмехнулся Юкио. – Разве что сам убьешь меня. - Что ты несешь? – вновь разъярился Рин. – Это не конец света! Кому как не мне знать, что такое потерять контроль. - Но я не хочу этого!! – взревел Юкио. Его контроль снова сломался. Пламя вышло на свободу, окутывая обоих братьев. – Видишь? Вот о чем я говорю! Юкио попытался опять освободиться от сдерживающего захвата брата, но Рин не позволил. - Юкио, ты просто успокойся. Я помогу тебе укротить этого «зверя». Уверяю, это не так сложно, как может показаться. - Ты что, меня не слышишь?! Я НЕ ХОЧУ!! Я не могу его контролировать, потому что боюсь и ненавижу! Я не хочу быть тем, кто я есть сейчас, потому что даже не знаю, кто я. Ни демон, ни человек, - не скрывая боли в голосе, прошептал младший Окумура, повторяя слова демона: - Жалкая полукровка, неспособная управлять своими силами. - Юкио… - Я пытался, Рин, правда, пытался. Но я не могу так больше. Я опасен. И я ненавижу себя. Каждое утро я стараюсь не смотреть в зеркало, потому что мое отвращение к себе и так достигло неимоверных высот. Ты должен был еще тогда позволить мне сделать это. Я не хочу так жить. Я не могу… - Юкио… - вновь повторил Рин на одном дыхании. Он и не представлял, какую боль несет в себе младший брат. И стало горько и больно от того, что близнец предпочел пулю в висок, а не разговор с ним, как с самым близким человеком. Рин отпустил Юкио и отошел на шаг назад. Младший Окумура остался на прежнем месте, потупив взгляд. Как Рин понял, Юкио высказал свою точку зрения. Что ж, теперь его очередь: - Знаешь, Юкио, ты эгоистичная сволочь! – зло выплюнул он. Близнец, опешив, взглянул на брата, в чьих глазах отразились глубокая боль и обида. Юкио открыл рот, но Рин не дал ему произнести ни слова. – Я выслушал тебя. Теперь ты будешь слушать меня! Ты, идиот! - Рин! - Заткнись! О чем ты вообще думал, когда пришел сюда? Ты думал о спасении людей? Решил таким образом избавить человечество от угрозы в твоем лице? - Я хотел… - Я сказал, молчать!! Не желаю слушать твои жалкие оправдания! Юкио аж передернуло от слов брата, но Рин предпочел игнорировать это. Сейчас внутри него бушевало море различных эмоций, которыми он решил поделиться с братом – придурком. - Для кого бы ты сделал лучше? Уж точно не для меня. Я… я… - Рин отрывисто вздохнул, что больше напомнило всхлип, так как на щеках вновь образовались соленые дорожки от слез. – Неужели я не ясно выразился еще там, на крыше? Я не хочу тебя потерять. Нет, не так, я не могу тебя потерять. Ты слывешь гением, но ты настоящий дурак. Для меня не важен весь мир, только самые близкие люди, только ты. Я тебя люблю, ты же мой брат, мой близнец, часть моей души. Если у тебя проблемы, не важно какие, приди ко мне. Может, я и не всесилен, но постараюсь помочь. Для меня будет в радость помочь тебе. Порой, мне это нужно больше, чем тебе, - на непонимающий взгляд брата, Рин пояснил: - Мне это нужно, чтобы знать, что я тебе нужен как брат. Ты столько от меня скрывал, я надеялся, что после тех злополучных событий, ты начнешь доверять мне. Но я ошибся. - Рин, - хрипло произнес Юкио начинающим дрожать от слез голосом. Только брату удалось, и то однажды, пробиться через стену, возведенную экзорцистом еще с детских лет и скрывающую его истинные чувства. И вот сейчас младший Окумура чувствовал, что стена рассыпается под натиском старшего брата. - Почему ты хочешь оставить меня одного? Неужели для тебя не важно, как я себя чувствую? Почему вместо борьбы решил сдаться? – потребовал ответов Рин. Может старший близнец и казался беспечным, невежественным оболтусом, но на самом деле он все прекрасно понимал. И теперь ждал подтверждения своим догадкам. – Почему? - Рин, прости! – всхлипнул Юкио, не выдержав пронзительного взгляда любящих глаз брата. - Почему? – не отступал Рин. Он понял, что нужно разрушить возведенный братом барьер между ними, чтобы потом помочь собраться и взглянуть на мир другими глазами. - Я… мне… Это больно. Это очень больно – осознавать, что ты монстр. И ничего изменить нельзя! – отчаянно воскликнул Юкио. - Это обидно, знаешь ли, - заметил Рин, отведя взгляд в сторону. - Что?! Нет, Рин! Я говорю лишь о себе. - Ты не заметил? Мы близнецы. - Это не то. Ты сильный. А я… - Юкио больше не мог сдерживать свое горе, захлестнувшее его с головой. Он опустился на колени и зарыдал, спрятав лицо в ладони. Рин удовлетворенно кивнул. Этого он и добивался. Стена рухнула. Присев рядом с братом, Рин потянул его в свои объятия. Юкио не сопротивлялся, наоборот, охотно приник к близнецу, крепко обхватив руками, словно боясь, что тот исчезнет и оставит его одного в этом жестоком мире. - А теперь я тебе кое-что расскажу, - тихо начал старший брат, пытаясь сдержать собственные слезы и подбирая такие слова, которые помогут разбитому парню в его объятиях. – Думаешь, я не понимаю, как ты себя чувствуешь? Думаешь, я сам себе не противен? Если ты так считаешь, то сильно ошибаешься, брат. С тех самых пор, как я обнажил Курикару, не могу смотреть на свое отражение, боясь увидеть, что черты моего лица опять преобразились. А когда потерял контроль над пламенем, да и над самим собой, даже хотел, чтобы меня убили. Правда, эта мысль лишь промелькнула в моей голове, и я не захотел на ней зацикливаться. Старик и мама, они многим пожертвовали, чтобы мы жили. Как я уже говорил, ты должен это ценить. А насчет пламени… Я понимаю, что оно пугает тебя, но, Юки, оно часть тебя. Увы, но с этим ничего не поделаешь. Я принял его. Я сделал пламя Сатаны оружием против него же, и ты мне в этом помог. Все зависит лишь от тебя, как его использовать. Запомни, я рядом. Нет ничего, чтобы я не сделал для тебя. Поэтому больше никогда не кидайся в такие крайности. Юкио кивнул, так как ответить еще не мог. Рыдания уже прекратились, но слезы – нет. Уткнувшись в плечо брата, он продолжал тихо изливать свою боль. - Юкио, я хочу, чтобы ты еще кое-что запомнил: если тебя не станет, не станет и меня. И я имею в виду это в буквальном смысле. Я последую за тобой, куда бы ты ни отправился, чтобы ни выбрал. Дороже тебя у меня нет никого. - А как же твои друзья? – хрипло спросил Юкио, наконец, взяв себя в руки. - Во-первых, наши друзья, а во-вторых, Юки, - Рин отстранился и улыбнулся, посмотрев в сине-зеленые глаза брата, - я всегда выберу тебя. Ты же мой глупый младший брат. Кто еще за тобой присмотрит? - Спасибо! – искренне произнес младший Окумура, чуть улыбнувшись. Он был благодарен Рину не только за эти слова, но и за все, что тот для него сделал в жизни. И стало стыдно, что Юкио лишь больше обременяет брата и заставляет его страдать. Но поговорив с близнецом, экзорцист не мог не отметить, что ему стало легче. Конечно, внутренние переживания никуда не ушли, а отвращение к себе находится на самом пике, но ради брата Юкио постарается принять и себя, и пламя. После признания Рина, он как никогда осознал, что в его руках две жизни. И если собственная была не важна, то жизнью близнеца он не собирался рисковать. Юкио без реального юмора рассмеялся. Он клялся отцу, себе, что, во что бы то ни стало, защитит, спасет брата, но по иронии судьбы, именно Рин всегда спасает его, приходит в самый нужный момент и вытягивает к свету из тьмы его, Юкио, души. - Спасибо! – повторил Юкио, встретившись взглядом с близнецом. - Обращайся, - усмехнулся Рин, давая понять, что уловил скрытый смысл в этом коротком слове. Старший Окумура поднялся и потянул брата за собой. Эмоциональный взрыв, произошедший на этой крыше (Рин уже начал ненавидеть любые крыши и поклялся себе, держать Юкио подальше от них), вымотал его. И посмотрев на Юкио, Рин догадался, что тот тоже исчерпан. Да еще эти темные круги под глазами, свидетельствующие и о физической усталости брата. - Юкио, ты вообще спал эти дни? - Почти, - неопределенно ответил тот. - Юкио, - чуть ли не прорычал Рин, желая узнать ответ. - У меня были кошмары. - Так и подумал. Ладно, пошли. Тебе надо отдохнуть, - они уже почти спустились, когда Рин резко остановился и, развернувшись, серьезно посмотрел на брата. – Пообещай мне, что больше никогда не станешь вытворять ничего подобного и не будешь ничего скрывать от меня. Рин неспроста потребовал обещание. Он точно знал, если Юкио пообещает ему, причем глядя в глаза, то никогда не нарушит свое слово. Вот такой он человек. Именно человек, по-другому Рин брата не воспринимал. - Обещаю, - твердо произнес Юкио. - Вот и отлично! Братья вернулись в комнату. Рин, на правах старшего брата, заставил Юкио поспать. - Ты ужасно выглядишь, - это был весь аргумент. К счастью, младший Окумура подчинился беспрекословно, ощущая себя полностью опустошенным после своего эмоционального срыва. Едва голова парня коснулась подушки, как он заснул. Рин взял свое одеяло и укрыл им близнеца. Сегодня все могло закончиться по-другому, но парень предпочел не думать об этом. Отчего-то Рин был уверен, что скоро все точно будет хорошо, и с Юкио тоже. Он посмотрел на мирно спящего брата и улыбнулся. - Просто помни, я рядом.