Леди в маске

Можно было бы предположить, что спустя несколько десятилетий он ощутит ароматы школы как-то… по-другому, иначе. И все же, лишь войдя в двери своей альма-матер, Люциус словно бы вернулся в прошлое и ощутил знакомый запах именно его, Хогвартса. Нет, что-то в этом, конечно же, не нравилось ему: например, запах старых книг или же запах расплавленного свечного воска — все перечисленное по-прежнему, как и много лет назад, откровенно раздражало. Но теперь казалось совсем неважным. Люциусу вдруг представилось, что он — до сих пор юный и горделивый слизеринский староста — вот-вот войдет в большой зал и инстинктивно потянется влево, к столам Слизерина, чтобы приняться там за ужасную школьную еду. А потом направится в школьные кабинеты на занятия. Но… большие факультетские столы этим вечером удалили, а на их месте расположилось множество круглых столиков, поставленных вокруг приподнятого деревянного танцпола. Сегодня в Хогвартсе проводился ежегодный сбор денег для стипендиатов этой знаменитой школы волшебства, и Люциус (как самый богатый из живых выпускников) безусловно должен был выполнить свой долг перед заведением, веками воспитывавшим его предков. И еще… что греха таить, надеялся столкнуться здесь с одной неуловимой особой, любящей кожаные наряды. Малфой находился в Хогвартсе уже несколько часов, но никаких признаков «Леди в маске» так и не обнаружил. «Черт… где же она? Ведь замок просто переполнен богатыми и известными членами волшебного сообщества Англии, а это для нее такой прекрасный шанс пополнить свою благотворительную казну. Почему же моей прекрасной грабительницы до сих пор нет?» — раздраженно барабаня пальцами по покрытому зеленой скатертью столику, он внимательно скользил взглядом вокруг. До этого Люциус уже пытался соблюсти приличия, принимаясь бедовать то с одним, то с другим из знакомых волшебников, но сосредоточиться на теме не получалось: глаза постоянно просматривали зал в надежде найти свою таинственную незнакомку. — Мерлин и Моргана! Просто не верю своим глазам… Люциус оглянулся на сидящего рядом и явно чем-то шокированного Драко. Широко разинутый рот сына выглядел почти неприличным, а вытаращенные глаза упорно смотрели на кого-то, находящегося неподалеку. Люциус проследил за направлением взгляда и… почувствовал, как по телу пробежали мурашки, а волосы на затылке слегка приподнялись. Женщина, привлекшая их внимание, стояла в передней части зала. Мягкие изгибы ее фигуры были красиво задрапированы поблескивающей тканью черного платья. Лиф его несколько раз скрещивался на спине широкими атласными лентами, а черная, казавшаяся почти воздушной юбка соблазнительными складками опадала на хорошенькие ножки, закрывая их ниже колен. Копна великолепных каштановых кудрей была собрана высоко на затылке, и лишь несколько завитушек свободно скользили по сливочной коже спины и плеч. Весь ее образ мучительно напоминал Люциусу кого-то, но вот кого… понять он не мог. — Кто это? — чуть хрипло спросил Малфой-старший, не в силах отвести от нее глаз. — Что… не узнаёшь? — ухмыльнулся Драко. — Это же Гермиона Грейнджер. — О, нет… Мисс Грейнджер никогда не смогла бы выглядеть так. Не думаю, что она когда-нибудь даже видела наряды от кутюр, не говоря уже о том, чтобы носить их, — издевательски фыркнул Люциус. Но женщина слегка повернулась, давая возможность увидеть свой профиль, и Люциус тихо выругался. — Проклятье… — Нет, я тоже не думал, что у Грейнджер вообще есть такие платья, но… Знаешь ли, до сих пор помню, какой хорошенькой она выглядела на Йольском балу в школе. Правда, только там, — отозвался Драко. — А сейчас… Я смущен, честно сказать, прямо глаз не могу оторвать от нее. — Гермиона Грейнджер слишком крута для тебя, сын, так что даже не думай приударить за ней. У нее не только острый ум, а еще и не менее острый язык, который может запросто нарезать человека на ленточки. Оставайся со своей глупенькой женушкой, уж коли выбрал, — закончив свою отповедь, Люциус поднялся со стула. — Куда это ты собрался? — Хочу пригласить мисс Грейнджер на танец, — буркнул отец, оставляя Драко одного. «Черт, если бы я не был так увлечен своей маленькой хулиганкой, которую хочу до умопомрачения, то… уверен — меня ожидал бы сегодня весьма интересный вечерок…» Тем временем Гермиона Грейнджер повернулась и обвела взглядом зал, увидев, конечно же, приближающегося Люциуса. Выглядела она сегодня действительно умопомрачительно, сказать по правде, Малфой наконец осознал, что несколько ошеломлен таким внезапным преображением. «Надо же… Давно подозревал, что мисс Грейнджер может быть красивой, но понятия не имел, что это окажется так захватывающе». И с тревогой почувствовал, как тело с каждым приближающим к ней шагом предательски реагирует на нее. Более того, внезапно Люциус понял, что (хотя и околдован таинственной «Леди в маске») этим вечером вполне готов увлечься и Гермионой Грейнджер. Ситуация представлялась ему странной и даже немного пугающей. — Мисс Грейнджер, как же приятно увидеть вас здесь сегодня, — подойдя, он подал Гермионе руку и, приняв ее собственную, нежно прижал губы к косточкам пальцев. — Я и понятия не имел, какой нежный цветок скрывается под сорняками ваших привычных одеяний... — О… мистер Малфой, ваш комплимент, сопровождаемый оскорблением, как всегда очарователен, — засмеялась Гермиона. — Надеюсь, пожертвование Малфоев в пользу альма-матер было по-настоящему щедрым? — Мерлин… и привычно разговор о пожертвованиях… — он продолжал держать ее за руку, хотя, казалось, ни один из них не обратил на это внимания. — Просто я переживаю за проекты своего фонда, которые частично зависят от этих пожертвований, — пояснила она, и Люциус перевел дыхание. — Итак, что же именно привело вас через весь зал? Пришли снова спросить меня о своей «Леди в маске»? — Отнюдь… Я подошел, чтобы попросить вас о танце, — Люциус слегка понизил голос. — Не хотите продолжить наше общение на танцполе? И внезапно увидел, как в лице ее мелькнуло что-то неясное, хотя потом мисс Грейнджер и кивнула, позволяя отвести себя на танцпол. Они не обратили никакого внимания на любопытные взгляды присутствующих, когда Люциус положил руку ей на талию. Заиграла музыка, и пара начала грациозно танцевать вальс. — Не задирайте нос, но, кажется, вы — самый лучший партнер, с которым я танцевала до сегодняшнего дня. Вы на редкость легко двигаетесь и не прижимаете меня к себе, — Гермиона усмехнулась. — Вот и славно, что это вам нравится. Хорошо, что мать настояла на обучении танцам, хотя я и стонал все годы, пока оно шло, — спокойно ответил Малфой, плавно кружа ее под музыку. — Должен признать: этим вечером вы выглядите восхитительно. Любопытно… почему вы не прилагаете к этому усилий каждый день? — А для чего? Я никого не собираюсь впечатлить, просто хочу хорошо и грамотно выполнять свои должностные обязанности, и всё. Моя внешность никак не влияет на мою способность поступать правильно, честно и справедливо. В отличие от вас, скажем прямо, так тщательно следящего за своей внешностью, — неожиданно ее пальцы шевельнулись, будто легонько погладив ткань костюма на его плече. — Если б не этот официальный прием, я и сегодня выглядела бы как обычно. Да и платье это не одела бы, если б не настояла Джинни. — Нет, ваша внешность абсолютно не влияет на ваши профессиональные качества. Я знаю, что вы очень преданы делу и что относитесь к своей работе даже слишком серьезно, но разве вы не одиноки? Я имею в виду… в личной жизни. Разве совсем не задумываетесь о поиске партнера? — Люциус не мог отрицать, что ее неуклюжий и простой повседневный вид все же привлек его внимание. А уж теперь… он просто изумлялся, почему она скрывала свою привлекательность, и не мог болезненно не полюбопытствовать. — Может, вы хотите, чтобы мужчина смог сам разглядеть вашу истинную красоту? — На данный момент вопрос поиска партера не является для меня приоритетом, — ответила Гермиона, немножко недоумевая, почему ему так любопытно. — Кроме того, никакой обычный волшебник не сможет увлечь меня. — Даже так? — Малфой чуть иронично приподнял бровь, а уголок рта у него дрогнул в улыбке. — Умоляю, скажите же мне, а какой волшебник вам нужен, мисс Грейнджер? «Он что… флиртует со мной? — Гермиона почувствовала, как внутри что-то напряглось при этой мысли. — Наверняка нет, он не может… Он же одержим своей «Леди в маске», этой таинственной сексуальной ведьмой, постоянно насмехающейся и безжалостно дразнящей его. Люциус Малфой не может флиртовать с простыми, неглупыми женщинами, регулярно выкатывающими свои претензии из-за недостатка в нем любви к филантропии и меценатству». — Мне нужен сильный волшебник, знающий, каково это… быть по-настоящему мужчиной, — Гермиона с ужасом осознавала, что реагирует на предложенный флирт, что голос ее стал ниже, а тон каким-то… каким-то намеренно подразнивающим. — Я не смогу заинтересоваться слабаком, плачущим и жалующимся на жизнь в тени сильной женщины. — И я так понимаю, образчик такого волшебника еще не найден? — глухо уточнил напрягшийся Люциус, невольно притягивая Гермиону чуть ближе к себе. — К сожалению, это так, он остается неизвестен. Видно, я потратила слишком много времени, в поисках принца целуя всяких лягушек. Мне нужен человек, который может взять то, чего хочет, не дожидаясь, когда я подтолкну его к этому, — она выдохнула и провела языком по губам. Люциус почувствовал фруктовый запах блеска для губ… такой знакомый, сладкий запах, который будто впитался в ее кожу. — Расскажите мне об этом человеке чуть больше... — прошептал он, в то время как прагматичный разум буквально кричал о том, что это невозможно. Никак невозможно! «Это же не она… никак не может быть она! Моя «Леди в маске» и Гермиона Грейнджер не могут быть одной и той же женщиной». Но подозрения становились все сильней и сильней, совпадения при всей своей невероятности с каждой минутой казались все более реальными. И, припомнив встречи с таинственной незнакомкой, он уже не мог от этих подозрений отмахнуться. Не получалось! Малфой опустил глаза на Гермиону: та молчала, наклонив голову вниз, а потемневший ее взгляд подернулся какой-то мечтательной дымкой. — Я хочу, чтобы рядом был мужчина, который сможет общаться с ведьмой, подобной мне. Кто сможет общаться с сильной, независимой женщиной, знающей, чего она хочет, и не идти на поводу у собственных мужских комплексов. Еще… он должен привлекать меня физически. И удовлетворять… — последнее она произнесла уже еле слышно. — То есть вам нужен человек умный, сильный и… — Люциус едва заметно усмехнулся, — достаточно выносливый, — рука его, покоившаяся на спине, немного спустилась, опасно попадая туда, где ее нахождение уже могли бы счесть неуместным. Понимая, что Малфой откровенно вожделеет ее, Гермиона понимала и другое: она и сама желала этого мужчину. Так сильно, что внутри уже всё пульсировало от этого желания. — Да. Но если такой человек и существует, я его еще не встретила… — она смело взглянула Люциусу в глаза. — А если б встретили, что бы вы с ним сделали? — в эту минуту ему ужасно хотелось поцелуем впиться ей губы, прикусить нижнюю и с силой вобрать ее в рот. В груди Малфоя грохотало низкое, едва сдерживаемое рычание, ставшее чуть сильней, когда она поднялась на цыпочки и потянулась губами к его уху. — Неверно заданный вопрос… Правильней будет спросить, чего я не сделаю с ним. Или для него, — Гермиона отстранилась и прикусила губу. Музыка стихла. Ладонями скользнув по его плечам, она отступила на шаг назад. — Спасибо за танец, мистер Малфой. — И ответное спасибо, мисс Грейнджер. Могу я предложить вам что-нибудь выпить? — задал вопрос Люциус. — О, нет... Не сегодня, — улыбнувшись, Гермиона слегка махнула рукой. — До свидания, мистер Малфой. И скользнула в толпу танцоров, чтобы почти мгновенно исчезнуть в дверях. Именно в этот момент тело Малфоя начало дрожать от гнева, недоверия и восторга одновременно. Это была она! И волна, нахлынувшая на Люциуса, и интонация хриплого голоса, которым было произнесено его имя: все только подтверждало — это действительно она. Наконец-то он нашел ее. Не обращая никакого внимания на то, как выглядит со стороны, Люциус кинулся в толпу следом за Гермионой и скоро выбежал в коридор. Нет, она уже исчезла, но он-то знал эту школу, знал замок как свои пять пальцев. На мгновение Малфой замер, подумав, куда отправился бы сам, если б хотел ускользнуть. И с ухмылкой повернул в сторону подземелий. Ему до сих пор почти не верилось, что очаровательная плутовка, за которой он гонялся уже несколько месяцев, все это время была прямо у него под носом. И даже не думалось, кем именно окажется она в итоге. Он стремительно сбежал по лестнице вниз, и каблуки черных туфель громко простучали по каменным ступеням. Миг, и Малфой метнулся по темному коридору с пустыми классными комнатами. В самом его конце стояли знакомые доспехи. Люциус потянулся и собрал в горсть изумрудный плюмаж, украшающий шлем. Перед ним со скрежетом открылась встроенная ниша, ведущая в темный проход. Оттуда на Люциуса сразу же пахнуло холодом и затхлостью, но это не остановило ни на секунду. Он вытащил свою заправленную в петлю на поясе палочку, бросил Люмос и шагнул в знакомую темноту. Малфой быстро прошел к потайному ходу, ведущему из замка, и оказался снаружи прямо у озера. Вот уже много лет он не пользовался этим ходом. Разве что в прошлом, когда после отбоя бегал на свидания с девушками или же отправлялся на встречи с Темным Лордом. И все же Люциус быстро припомнил дорогу и, скользнув по склону холма, направился к основанию Гриффиндорской башни. Совсем скоро, как он и думал, камни башни раздвинулись, и наружу вышла Гермиона. Ее хрупкую фигурку освещала уже взошедшая луна. Конечно, Люциус догадывался, что хитрющая гриффиндорка скорей всего воспользуется проходом, которым когда-то давно молодой оборотень Ремус Люпин покидал замок и возвращался в него обратно после приступов ликантропии. Приподняв подол юбки, она понеслась по тропинке, вымощенной камнем, с такой скоростью, что могла бы сломать в лучшем случае каблук, а в худшем — лодыжку. Но сегодня удача от нее отвернулась. Гермиона огибала башню, когда Малфой схватил ее за руку и, дернув на себя, зажал рот ладонью, чтобы она не смогла вскрикнуть. — Наконец-то ты не сможешь никуда исчезнуть, лисица, ты попалась! — Люциус втянул ее в тень замка. Гермиона не сопротивлялась, но он видел, какой яростью пылают ее глаза. Малфой усмехнулся. — Однажды ты сказала, что отдашься мне, если я сумею тебя поймать. Ничего не поделаешь, ведьма. Приготовься, потому что с этой минуты ты принадлежишь мне. И без предупреждения использовал порт-ключ. PS. С праздником, дорогие читатели! https://ibb.co/dE1Csf