Dead to me/Мёртв для меня

Глаза медленно раскрываются и я вижу белые шторы. Красивые, белые шторы, развевающиеся из-за ветра, который исходит от открытого окна. Запах сигарет проносится мимо и я обнаруживаю рядом с тем самым окном человека. Он стоит и курит, облокотившись о подоконник. Наклоняя голову то в лево, то в право, Юнги неспешно делает затяжку и также медленно выпускает дым. — Доброе утро, — сказал Юнги и повернулся ко мне. Он быстро потушил сигарету и подняв голову, осмотрел меня с ног до головы оценивающим взглядом. — У тебя много вопросов, я хочу их слышать. Этот парень, то есть, мой одноклассник, мысли читает что-ли?  Я с внимательно изучаю стены дома, пытаясь найти в них хоть какой-то ответ и не задать лишних вопросов. Последнее, что я помню, это то, что я упала в обморок. — Где папа и Сынхи? — я тут же вскочила с удобной постели и уставилась на Юнги в надежде, что тот правда знает ответ. — Как я сюда попала? — По порядку, милая, — он устало зевнул и почесал затылок. Я все еще нетерпеливо ждала ответа. Он, видимо, понял что я не отстану и цокнул. — Твой отец сейчас в больнице, а Сынхи насильно держится в доме одного парня, которому задолжала. Она оставила тебе какой-то белый конверт. А ещё звонил твой дружок, просил померить твою температуру. Я померил и сообщил, что температуры у тебя нет, всего лишь 26 градусов тела. Он встрепенулся и сейчас едет сюда. — Что… Во-первых, откуда ты все это знаешь? Во-вторых, кто такой мой дружок? А в-третьих, как моя температура тела может быть 26 градусов, это слишком мало! — Во-первых, я просто информирован от полиции, потому что ты решила упасть в обморок и меня приняли за твоего родственника. Во-вторых, твой дружок с мужским голосом, а значит он мужского пола, что вполне логично. А в-третьих, я без понятия как это возможно, да мне и нечего удивляться — ты же странная… — он не успел договорить, как в дверь кто-то начал стучать, да так, что меня передернуло от резкого звука. — О, вот и твой дружок. Я подорвалась с кровати и встала на ноги, поправляя прическу. Юнги заметил мои первые дейсвтия и усмехнулся. Конечно, в его глазах я сейчас выгляжу ненормальной девушкой с нижайшей температурой, которой первым делом важно поправить прическу. Он открывает дверь и до меня донесся слишком знакомый обеспокоенный голос… Хосок! Сердце снова начало стучать быстрее и я начала прыгать за спиной Юнги, чтобы тот меня заметил. О да, он заметил. — Юна, малышка, как ты? — он подлетел ко мне и крепко обнял. Я в свою очередь разревелась от всех этих эмоций. Мне было обидно, что он пришел только сейчас, но в то же время я была безумно счастлива, что ему не безразлично мое состояние. — Прости, я хотел приехать как можно раньше, но у меня были дела… на работе. — Ничего, я все понимаю. Главное, что ты тут! Спасибо, что пришел… Юнги понял, что это надолго и со вздохом закрыл дверь. — Ребят, вы парочка? Просто вы так мило волнуетесь друг о друге и эти ваши «малышка» и «главное, что ты тут»… Немного тошнит, знаете ли, — он уселся на диван и осмотрел нас с ног до головы. — Неплохо смотритесь. — Нет, мы лучшие друзья, — улыбнулась я и покраснела. Лучшие друзья… Вот блин. Видимо, мое смущение оказалось слишком явным для Юнги, поэтому он мне подмигнул. Неужели я такая заметная?! Надо быть аккуратней со своими эмоциями. — Конверт Сынхи, где он? Ты говорил, что он у тебя. Юнги кивнул и протянул мне слегка помятый конверт. Я аккуратно взяла его в руки и представила как Сынхи его нервно сжимала, пока в дом врывались какие-то люди, которым она задолжала. Может, на деньги она купила себе новое платье и не показывала его нам, может вложила в копилку. Сердце сжимается, когда я вижу на листе кривой почерк сестры, который обычно ровный и идеальный. Я читаю письмо и чувствую, как ноги становятся ватными. Еле дохожу до дивана и при помощи Хосока сажусь не мимо. Руки трясутся и я качаю головой, не собираясь верить в написанное. — Она… Я… Н-нет… — Да что там такое?! Дай сюда! — Юнги выхватил у меня из рук письмо и быстро прочитал содержание. С каждой строчкой его глаза расширялишь и в конце он злобно посмотрел на Хосока. — Почему ты так на меня смотришь? — он хотел было прочитать письмо, как Юнги резко порвал бумагу на мелкие части и выбросил в окно. В разные стороны, тяжело дыша. Не обращая внимание на парней, я схватила свои вещи и выбежала из дома. Я бежала долго, пока не зашла в двери. Окна открыты нараспашку, везде беспорядок и только фотографии стоят нетронутыми. Я подбегаю к одной из них. Там изображены я, папа, мама и Сынхи. Мы улыбаемся и держимся за руки. Это было ровно за день до аварии. Прижимаю фотографию к груди и пытаюсь забыть те строчки из письма. «Я сама сказала где я нахожусь, поэтому они забрали меня. Юна, ты глупая, что поехала тогда с Хосоком. А я глупая, что задолжала денег самому Ким Тэхену, я не должна была этого делать… Папа будет пытаться защитить меня, но он не справится. Я пишу это письмо на случай, если меня найдут, хотя так, скорее всего, и будет. Если ты сейчас читаешь это, то скажи папе что я скоро вернусь. Не говори, что я навсегда застряла тут, пожалуйста. Юна, если бы ты не поехала с Хосоком, ты бы не сбила человека и точно бы не стала… Другой. Я больше не вернусь. Прошу, замомни: остерегайся Чонгука из твоей школы. Не приближайся к Чимину и особенно к Тэхену, если услышишь эти имена… Беги. Собирай вещи и беги куда подальше. И последнее: НЕ СМОТРИ В СЕРЫЕ ЛИНЗЫ». В голове крутится слишком много мыслей, а особенно линзы… Я ведь видела их везде, когда шла из школы. Серые линзы… — Мамочка, я ничего не понимаю-ю-ю! — фотография в руках кажется слишком необходимой и я не могу выпустить её из рук. *** Юнги резко встал, когда Хосок прилизился к окну, в которое тот недавно выбросил остатки письма. Тот в недоумении переводит взгляд с Юнги на окно и начинает злиться. — Что было в письме? — спокойно спросил Хосок, повернувшись в парню лицом. — Придурок… Ты знаешь Тэхена и его шайку, не так ли?! — проговорил сквозь зубы Юнги и нанёс удар в челюсть. Хосок сплюнул кровь и из-под челки злобно посмотрел на Мина. — Тебе действителтно есть до этого дело? — голос Хосока немного дрожал, когда он понял, что хён может знать больше, чем ему следовало бы. А еще он волновался за Юну, ведь меньше всего хочет упасть в ее глазах. — Слушай меня, с этих пор я буду следить за тобой и если узнаю, что ты причастен ко всей этой истории с сестрой Юны, тебе не жить, — Юнги отдышался и взял Чона за воротник. — Юна влюблена в тебя по уши, неужели не видишь? — Кажется, это не твое дело, не считаешь? — Хосок сверкнул глазами и направился к выходу. — Тебе лучше валить отсюда сейчас же, пока я не начал проверять твою грязную душу на наличие всего «хорошего». Поверь, если ты один из них, тебе лучше выкопать себе могилу прямо сейчас. — Да пошел ты, — последнее, что услышал Юнги перед тем, как дверь захлопнулась. — Надо бы выпить. *** 🎵ZHU — Faded (ODESZA Remix) Голова болит. Чонгук пошел сегодня гулять с Миен и я начинаю за неё волноваться. Сынхи в письме написала остерегаться его, но я не могу понять почему… Да, он, безусловно, пугающий тип и когда он сказал о моей боли в голове, я удивилась: да как он вообще про неё узнал?! Я схватилась за голову и съехала по стене с фотографией в руке. Так, спокойно, Юна, дыши… Я пытаюсь дышать спокойно. Вдох, легкие наполняются воздухом, выдох, в голове слышен голос. Он такой низкий и знакомый, но я его точно нигде не слышала. Это пугает до чёртиков и поэтому я вырываюсь их дома со слезами на глазах от боли в голове и бегу к ближайшему дому. Юнги, он живет рядом и наверняка увидел меня из окна, поэтому дверь была уже открыта. — Что тебе тут надо? — лениво протянул тот и встал у двери. Увидев мое состояние, он тут же впустил меня и я облегченно села на… Пол. Нет, я точно хотела сесть на диван, тогда почему же… Почему я села на пол? Ноги меня не слушаются? Это же просто смешно. Да, именно, смешно, это доказывает смех в моей голове. Все бы ничего, но я слышу свой смех. — Эй, что с тобой? — Я хочу гулять, пойдем погуляем, — Юна хитро улыбнулась и наклонила голову. «Нет, это не то, что я хотела сказать.» — Ты уверена? — Юнги странно окинул взглядом Юну, она показалась ему… совершенно другой. — Выглядишь, как проститутка. И правда, Юна посмотрела в зеркало и увидела там девушку с взъерошенными волосами и сильно накрашеными тушью глазами. Когда же она успела накраситься? Нет, она этого не делала! «Юнги, это… Не я, я этого не делала!» — она хочет сказать это, но из губ вылетают другие слова, словно кто-то другой управляет ее действиями и мышлением. Слезы снова поступают к глазам. — Ты чего ревешь? Гулять вроде собиралась. — Да, пойдём. Это просто от алкоголя глаза слезяться, я столько сегодня бухнула, ты не представляешь! — Юна засмеялась и потащила парня за собой на выход. «Но я не пью…» *** — Хаха, а она была напуганной! — Юна стояла у стены с красным балончиком в руках. Юнги и она смеялись с девушки, которую недавно напугали. — Я и не знал, что ты такая безбашенная, — усмехнулся Юнги, выкуривая последнюю пачку сигарет. — Хочешь? Она кивнула и взяв тонкую сигарету, сделала затяжку. Офигенно… — Ты даже не закашлялась? — парень удивился и не скрывал своих восторженных апплодисментов. — Мне не впервой пробовать что-то новое, — Юна подошла к Юнги и вытянула сигарету из его зубов. — А ты прикольный. — Хах, губу закатай… — он выхватил из рук девушки балончик и написал «Suga» большими буквами. — Слишком мала для меня. — Да ты слюни на меня пускаешь, сладкий, — Юна обошла надпись и ушла в сторону дома. Юнги хмыкнул и еще долго провожал эту особу взглядом. *** Я проснулась к обеду. Резко вскочив, посмотрела на часы и с ужасом поняла, что школу я безнадежно проспала. Странно, но я совершенно не помню вчерашние события… Достаю телефон и читаю вчерашние переписки, ничего примечательного нет. Только вот мой вид… Смахиваю на малолетнюю шлюху, ей богу, пойду срочно в душ. Больше всего ненавижу засыпать не в пижаме, чем я вчера, видимо, и занялась. Захожу в ванную комнату и вспоминаю письмо сестры. Настроение тут же падает и я решаю найти Сынхи после душа. Аккуратно снимаю одежду и отправляю её в корзину с грязным бельем. Такое ощущение, что вчера я что-то крепкое курила, но я не курю, как такое вообще могло в голову прийти? Замечаю, что в кармане джинс валяется скомканая записка, причем с моим почерком. Тут же читаю её: «Привет, привет. Вот я с тобой и познакомилась, кукла. А ты интересная, твое тело так легко подчиняется мне… Ты словно марионетка на веревочках, такая невинная. Подпись: вторая ты/твой кукловод» Трясущимися руками рву записку и смываю её в раковину. Кое-как дохожу до зеркала и забываю как дышать. Мои глаза, они… серые.