Боишься меня, братик?

Полгода спустя POV Крис Я спустился со второго этажа, и, незаметно приблизившись к Мелани, шлепнул ее по заднице. Она вздрогнула и засмеялась, впрочем, ни на минуту ни отвлекаясь от сковороды с поджаривающимся беконом. На самом деле, половицы скрипели страшно, и, должно быть, Мел просто мне подыграла. Весь дом в целом требовал капитального ремонта, но я сильно сомневался, что кто-то из нашей группировки будет этим заниматься. Это был единственный заброшенный дом на окраине города, и раньше сюда постоянно лазили малолетки в поисках привидений. Мы их, конечно, быстро разогнали и объяснили, что к чему. Даже с горем пополам обустроились, разжились мебелью и всем по мелочи. Мелани говорила, что больше всего ей нравится небольшая речка в нескольких шагах от дома. Мол, очень романтично и всегда можно освежиться в жаркий денек. Хотя Джером все равно решил, что мы здесь только до конца летнего сезона. -Ты красивая, - сказал я, целуя девушку в пульсирующую венку на шее. – Еще никого нет? - Не вернулись с ночной. - нежно промурлыкала Мелани, прижимаясь ко мне загорелой спиной. – Дом в полном нашем распоряжении. Джереми спит в левом крыле, но он ничего не услышит. - Может, тогда завтрак подождет? – в тон ей зашептал я, как это обычно бывает у парочек. Она тут же потушила газ и принялась стаскивать с меня футболку. День начинался здорово. Этим летом вообще все было круто. Именно так, как и представляется яркая жизнь. Преимущественно мы грабили дома богатеньких скупердяев, большинство – для наживы, но сам Джером – только забавы ради. Мы – это наша банда из 9 человек, из которых, пожалуй, Мел и ботаника Джереми можно было не учитывать, а меня самого в последнее время на вылазки брали не часто из-за свежего перелома ноги. Точно не знаю, когда ОН впервые объявился. Как-то все сами собой заговорили о нем, шепотом и с неподдельным восхищением. Я сразу все разузнал и пришел на «пробы», поразив Джерома искусным умением справляться с замками разной степени сложности. Мою девушку – Мелани – тоже приняли. У нее нет большого таланта к грабежу, зато она классно готовит обеды и умело справляется с финансами. Я уже вот-вот словил подступающую волну оргазма, как громко заскрипела дверь, и ввалились парни. - Блядь! – я резко вскочил и суетливо стал натягивать болтающиеся на щиколотках шорты. Мелани хохотала, прикрывшись моей безразмерной футболкой. - Хватит трахаться посреди кухни, нам потом здесь жрать! – рявкнул Джером. Было тяжело определить, злится он или шутит в своей привычной манере. Майк подобострастно заржал за его спиной, а остальные члены группы предпочли молча расползтись по углам. Я заметил небольшое красное пятно, проступившее сквозь джинсовую ткань на левой ноге Джерома. Скорее всего, мелкая шавка цапнула до того, как он успел ее заметить и освежевать. - Яишенку с беконом? – предложила Мел, продолжая валяться на полу с невозмутимым видом. - Встань, почки отвалятся, - посоветовал ей Джером, прежде чем свернуть в левое крыло. Я подал руку Мелани, помогая ей встать. *** POV Мелани Если бы не Крис, я бы вряд ли задержалась здесь надолго. Честно говоря, слишком много вещей беспокоили меня, которые я не могла толком объяснить ему. И это даже не касалось их основного «рода деятельности». Просто что-то… что-то совершенно нездоровое именно в самом Джероме. Но сегодня ночью все должно было решиться, так или иначе. Я изо всех сил постаралась унять дрожащие руки. Солнце еще было высоко. Нужно держать марку – казаться веселой и довольной жизнью. После обеда мальчики, как водится, пили пиво на заднем дворе и всячески развлекались. Джон с Майком предложили игру в крокодила, и выпившая компания подхватила идею. Я наблюдала за происходящим чуть поодаль, наигранно-беспечно потягивая коктейль под самодельным навесом. Была очередь Джереми показывать миниатюры. Его движения, как обычно, были скованными и неловкими, но это только больше забавляло Джерома. Он больше всех хохотал и проливал пиво, даже не пытаясь толком отгадать слово. Я прищурилась, рассматривая нескладную фигуру Джереми. Несмотря на невыносимую жару, он был одет в кофту с длинными рукавами, и, когда поднимал руки, можно было увидеть темные следы синяков на запястьях. Я даже не хотела представлять, какие отметины скрывались у него под одеждой. Здесь каждый знал, что Джером избивал своего брата. Каждый знал – и все молчали. Потому что Джером был идеальным главарем. Он четко знал свое дело и умел от души повеселиться на отдыхе. Балагур и весельчак – парни его обожали и боготворили, мечтая походить на него. Я же с самого начала испытывала здоровый страх. Страх, который заставляет замечать больше, чем все остальные. И еще – планировать побег. Почему-то я была уверена на все сто, что просто уйти уже не получиться. Осталось только убедить Криса в правильности своего решения. Я посмотрела на светловолосую макушку; была его очередь показывать, и он усиленно размахивал руками, подобно ветряной мельнице. На секунду мое сердце сжалось от болезненной нежности. Какие бы черти не водились в его голове, я была уверена, что им не под силу тягаться с Джеромовыми. Итак, дело было сделано. Пару дней назад я записала на диктофон обрывок разговора Джерома и Майка, самого приближенного из группы. Они толковали о какой-то женщине, которая вроде как что-то увидела или узнала. Из диалога становилось ясно, как они втайне от всех собираются поступить. И все, чего я отчаянно желала – чтобы этого было достаточно, чтобы Крис тоже испугался. *** POV Джереми Я дождался, пока все уснут, чтобы выйти к речке. Мягкий лунный свет серебрил дорогу от самого дома до берега. Я не шел – нес свое тело, состоящее сплошь из сросшихся переломов, ссадин и кровоподтеков, чтобы хоть на минуту облегчить боль в прохладной воде. Прошло всего полгода после того, как мы поцеловались впервые, но я уже не знал другой жизни. Мать, цирковая жизнь, учеба – все было покрыто пеленой густого тумана. Все, что не касалось Джерома, уже не было моим. Я не знал, что такое любовь и как она должна выглядеть; я знал только огромные, с сумасшедшим отблеском, зрачки Джерома, когда он ласкал меня в сумраке спальни, и его кривую улыбку, с которой он ломал мне пальцы, когда пребывал в скверном расположении духа. - …теперь ты понимаешь? – внезапно долетел до меня обрывок фразы, и я с трудом, как в полусне, повернул голову. - Кто здесь? – тихо спросил я. Справа в кустах произошло какое-то движение, и оттуда нерешительно выглянула Мелани, и, пару секунд спустя, Крис. - Извините, - пробормотал я. – Я не хотел вам помешать… ээ… помешать. Мысли тяжело рождались в голове и так же тяжело давались слова. Все, чего мне хотелось – это поскорее уйти и снова оказаться в одиночестве. Внутренний голос подсказывал, что нужно еще что-то сказать, чтобы не показаться совсем странным, но что именно, я не знал. Взгляд Мелани застыл на моей груди. Я поежился, пожалев, что не додумался надеть футболку. Зрелище действительно было печальным. Хотя кто знал, что я встречу здесь эту любовную парочку. - Я пойду, - все-таки нерешительно сказал я. Крис кивнул, и я уже собирался потрусить дальше знакомой тропой, но Мелани внезапно дернулась ко мне под действием какого-то внутреннего порыва и обняла. Я еле удержался, чтобы не охнуть от боли. - Мы не оставим тебя! – горячо зашептала она, и я заметил, как заблестели слезы в уголках ее глаз. – Ты должен пойти с нами, правда, Крис? - Куда пойти? – обалдело спросил я. - Мы тебе все расскажем, все объясним… Мы поможем тебе, Джереми… *** Я сидел на пустой кровати Джерома и смотрел на луну. Рассматривал еле различимые пятна и неровности на поверхности, и вообще ничего не чувствовал. Моя мать и дядюшка уже вряд ли бы смогли гордиться тем, во что я превратился. Слабая тень бывшей надежды всей школы, которая скоро совсем растает. Время текло медленно. Иногда мне казалось, что я вот-вот смогу заплакать, даже специально напрягал лицо, но так и не смог выдавить ни единой слезинки. Джером вошел еле слышно и долго мыл руки под умывальником. Я подошел к нему и обнял со спины. И почти физически почувствовал, что он широко улыбается. - Ты сказал этим олухам, что пошел собирать вещи? – довольно спросил он. – Умно придумано, братик. Не зря ты на пятерки учился. И я наконец-то смог заплакать. Слезы лились, будто что-то прорвало внутри меня, и никак не могли остановиться. Я ощутил, как Джером напрягся, но не подал виду, будто что-то случилось. Он закрыл воду, и теперь просто стоял, позволяя мне обнимать его и плакать, уткнувшись носом в спину. - Убей меня тоже, - истерично просил я, комкая низ его футболки. – Я не могу так больше, пожалуйста… - Ну так и уебывал бы с ними, - тихо и зло сказал мой брат. – Если ты так больше не можешь. Слова били больно и хлестко, как пощечины. Я никогда не ждал от него утешения или что-то вроде того. Но в такие моменты мне порой до боли хотелось докричаться хоть до чего-то человеческого, что еще было в нем. Если было. - Прости, - бесцветно сказал я и, как в замедленной съемке, расцепил руки. Истерика закончилась так же резко, как и началась, и я снова проваливался в пустоту. – Выйду покурю. Джером повернулся ко мне и окинул оценивающим взглядом. Он снял свою маску-улыбку, как снимают тесную одежду, но для меня все равно ничего не изменилось. Пусть обманывает других. С ней или без нее, он оставался все тем же неконтролируемым психопатом. - Надолго? – осведомился брат. - Пять минут, - я постарался улыбнуться, но вышло откровенно плохо. Джером хмыкнул в ответ на эту попытку и собственнически притянул меня к себе. Я закрыл глаза, и держал их закрытыми все время, пока он меня целовал. Я видел речку и идеальное отражение луны на водной глади, когда он раздел меня и толкнул на кровать. Все еще не открывая глаз, я знал, что из прокушенной губы течет кровь, и оставляет следы на светлой простыне. Я абстрагировался от происходящего и ощущал только прохладу ночной воды, когда Джером вошел в меня, совсем неподготовленного, и стал насиловать рваными толчками. Я механически застонал, когда почувствовал, что ему этого хочется и подался навстречу. В моем воображении по реке плыли белоснежные лилии, и боль становилась все тише и дальше от меня. Когда Джером закончил, он лениво ткнул меня под ребра: - Иди кури. Я медленно сел на кровати и начал шарить рукой в темноте в поисках штанов. - Мы уезжаем утром. Без остальных даунов, - добавил он. – Мне все это уже осточертело. Догоним мать с цирком в соседнем штате, соскучился я по родственничкам. Ну да, соскучился. Просто не придумал, как объяснить два трупа, невольно подумалось мне. Я молча вышел на крыльцо и трясущимися руками достал сигарету. Через пару часов должно светать, и теперь было действительно пора собирать вещи. В своей манере, Джером хотел свалить по-тихому. Но все, о чем я мог думать, жадно вдыхая горький дым, - что я совсем не хочу видеть мать. И что в новом городе, наверное, не будет речки.