Детективное агентство "K.R.Y."

Кюхен решил, что хватит быть столь слабой и безвольной личностью и поставил перед собой цель вставать пораньше, или хотя бы попытаться. Но глазомер у него давно и долго хромал, он и по выключателю не с первого раза попадал, про вечные проблемы в туалете говорить вообще не приходилось, в общем, с целью он тоже малость промахнулся. Будильник хрипел в предсмертных муках уже около получаса и к великому огорчению Кюхена, все никак не мог облегчить ему жизнь и, наконец, сдохнуть. Но все же Кю был мужчиной, об этом явственно говорило наличие нескольких не особо примечательных штучек, поэтому он переборол свою лень и с попытки так пятнадцатой поднялся с дивана. После чего тут же пожалел о своем решении, на себе почувствовав все минусы и плюсы отключенного отопления. В тот момент на нем были лишь старые семейники с утятами, которые с издевательскими оскалами своих утиных клювов наблюдали за ним и его жалкими попытками согреться. Кюхен попытался закутаться в семейники, но семейниковской ткани было слишком мало, а Кюхена, несмотря на всю его дохлявость и недоедание все же было много. Стыдливо прикрывая от непонятно кого свою впалую грудь, он едва-едва касаясь пола, почти паря над ним, успешно добрался до ванны, где тут же пережил несколько микроинфарктов – увидел маленького, но жутко волосатого паука и благородное семейство мокриц, неспешно ползущее по своим мокричным делам. Дрожа всем телом и постоянно оглядываясь, он осторожно вышел из ванны, боясь, что эти исчадия ада в любой момент могут напасть на него, но все обошлось, паук все так же волосился, а мокрицы ползли, совершенно не обращая внимания на всяких испуганных Кюхенов. Стоит отдать ему должное, Кю опоздал в агентство совсем на чуть-чуть, да и то, в этом был виноват совершенно не он, а его любопытство. Предусмотрительно оставив наушники дома, он наслаждался великолепнейшими звукам, которые его окружали. Это и веселое щебетание пташек, и гудение автомобилей, разборки котов, гопников и бабушек. Разве может музыка заменить все это? Кюхен считал, что да, может. Так или иначе, к двери агентства он подходил без привычных воплей любимого певца в наушниках, из-за чего и услышал весьма двусмысленные Реуковские охи и ахи. Обладая природной наглостью и бесцеремонностью, он в любое другое время вломился бы в офис и сразу бы начал снимать все на видео, но в этот раз все пошло немного не так, возможно, проснулась совесть, а может, на это повлиял оставленный дома мобильник. - Ой, хен, осторожнее, - послышался дрожащий голос Реука, ухо Кюхена тотчас прилипло к двери. - Не бойся, Вукки, - хрипло и немного неразборчиво пробормотал Йесон, и Кю поблагодарил родителей и гены, благодаря которым его слух был таким хорошим. - Да, хен. – сопение, шуршание с одной стороны, прилипнувший к двери и волнующийся Кюхен с другой. – Ой, так легко вошло, - удивлено воскликнул Реук. - Конечно, я же говорил, - хмыкнул Йесон, а Кюхен, немного шокированный в красках начал представлять, что и как могло войти, да еще и легко. - Хен, как хорошо, что он такой маленький, правда? – на этом Кю некультурно хрюкнул, правда, веселье длилось недолго, ровно до того, как он вспомнил о чем-то своем, личном, что тоже по размеру было не особо большим. -Айщ…, сколько раз мне тебе говорить, чтобы ты не называл его маленьким, а? Он просто компактный, так удобнее, ясно? – недовольно пробормотал Йесон, а Кюхен расстроился еще больше. - Прости хен, - тут же раскаялся в сказанном Ре, - ты не мог бы быть чуть-чуть быстрее, мне так стоять неудобно, да и холодно, - Реук пискнул, что-то громыхнуло, и Кюхен понял, что больше медлить не стоит. Он попытался эффектно открыть дверь пинком ноги, но та открывалась в другую сторону, поэтому Кю отбил себе пятку и, кажется, сломал мизинец. Униженный и больной он осторожно открыл дверь и заглянул в помещение. Картина, представшая перед ним, была уныла и невинна как вечер в шахматном клубе с пенсионерами, хотя нет, иногда там кипели такие страсти, каких и бразильском сериале встретишь нечасто. Кюхен знал, он туда с четвертого класса ходил. На столе одиноко стояла кружка с остывшим чаем, разумеется, ромашковым, а под столом с задравшейся рубашкой находился Реук, его попа грустно смотрела в потолок, в то время как остальные части тела были задействованы в весьма важном и нужном деле. Он пытался вставить флешку в компьютер, а Йесон, как самый ответственный, давал ценные и совершенно ненужные указания. Кюхен вздохнул и прежде чем пнуть Реука, подошел к столу и допил чай.