Детективное агентство "K.R.Y."

Вдохновившись личным примером Кюхена, который взял себя в руки, ну или хотя бы попытался, Реук тоже решился на изменения. Причем глобальные. А Кюхен с готовностью взялся ему помогать в этом весьма нелегком деле. Начали они с самого дорогого для прежнего Реука – с ромашкового чая. Кюхен с безумной улыбкой выгребал все запасы этой травяной гадости с полок, пока Ре лежал на диване в офисе и страдал. Он страдал долго, со вкусом, чуть подвывая, специально подбирая момент, когда очередная упаковка ромашки оказывалась в мусорном пакете. Кюхен лишь злобно хихикал, представляя, что скоро они будут пить что-то нормальное. К примеру, кофе, а может, если очень повезет, они даже смогут поесть. Йесон, чье внимание было полностью поглощено подобранному где-то женскому журналу(читай, спертому у бедной тридцатилетней женщины), даже не думал как-то реагировать на беспредел, творившийся в офисе. Привлеченный весьма увлекательной статьей, из-за которой, собственно, журнал и был сперт, пардон, найден, Йесон не обращал внимания на донсенов и не отзывался на жалобные стоны Реука. «Самые сексуальные профессии» - гласил заголовок статьи, и Йесон просто не мог пройти мимо подобного. Кого в статье только не было, практически, вообще никого и не было. Но Йесона это не особо расстроило. Стоило ему посмотреть на статью, он сразу понял, что всю свою сознательную жизнь он страшно ошибался, живя жизнью обычного детектива, ведь он всегда, ну или хотя бы последние пару минут, мечтал стать поваром-кондитером. Именно эта профессия, по мнению наверняка весьма авторитетного печатного издания (черно-белого плохо пропечатанного журнала для женщин лет тридцати) была самой сексуальной для представительниц прекрасного пола. Недолго думая, а точнее совсем не, Йесон вдохновился и, швырнув журнал на стол, стремительно вышел из офиса, в магазин за ингредиентами. Что готовить, как готовить и где, его не особо и волновало. Главное начать, а что уже получится, если вообще получится, уже не важно, думал он. Пока вдохновленный Йесон ходил по магазинам, совершенно забыв, что денег у него с собой нет, Реук продолжал страдать, правда, после ухода Йе, страдать он начал тише и немного реже. К вечеру, когда с ромашковым чаем и черничными карамельками, которые Кюхен чудом нашел, было покончено, Реук представлял собой весьма жалкое и трясущееся нечто. Он хотел пить и Йесона, но, увы, ничего из этого в офисе у него не было. И если чай еще можно было пойти и купить, то Йесона, задержанного за кражу продуктов, надо было еще дождаться. На следующий день, рассудив, что если последние недели две к ним клиенты не приходили, значит, и сегодня не придут, Реук остался в квартире, собираясь расстаться со всеми ненужными ему вещами. Таких оказалось крайне мало: банановая кожура, дырявый носок и что-то завернутое в пакет, открывать который Реук не стал. Но этого было недостаточно. И он решился. В мусорку полетела нежно любимая им коллекция фарфоровых жирафиков, с фарфоровой черепашкой он так и не смог расстаться, а затем, едва сдерживая слезы, он принялся сдирать со стен плакаты девичьих, и не очень, групп. Об этом он вскоре пожалел, когда вспомнил, что плакаты заменяли ему обои, без которых стены радовали его необычайно позитивным серым цветом. Расстроившись еще больше, он заодно выкинул огромную стопку женских романчиков, впрочем, стоит отдать ему должное, рука дрогнула только один раз, когда он выкидывал последний и самый потрепанный роман, уж слишком главный герой был похож на Йесона. К кухне Реук предпочел совсем не приближаться, там еще хранилось еще некоторое количество ромашки, и он явно не смог бы ее выкинуть. У него все еще не было достаточной силы воли как у Кюхена, чтобы противостоять ромашковому чаю. Попутно уборке, он качал с торрента гигабайт восемьдесят детективных сериалов. Торренты были незаконны, поэтому скачивая с них сериалы, Реук мучился, страдал, то и дело косился на дверь, но продолжал качать. Ближе к концу дня уставший и недовольный Ре выбросил все что можно и все что нельзя и, собрав маленький пакетик с формой, кроссовками и запасными носочками, пошел в спортзал. И только переступив порог, он понял, что ему стоило подумать, причем подумать много, прежде чем вот так просто с пакетиком и носочками идти в спортзал. Не люди – монстры ждали его там. Он уже развернулся к выходу, наивно полагая, что может уйти, как тренер, боже, его персональный тренер, загородил дверной проход и улыбнулся. В тот момент Реук понял, что ему бы сейчас пригодились запасные, но только вот совсем не носочки. Он не смог встать на следующий день, и даже через пару дней он все еще чувствовал на себе действие спортзала, а вспоминая ободряющую улыбку, точнее звериный оскал, тренера, нервно дергался и ойкал от боли практически во всех немногочисленных мышцах, которые выжили после тренировки. Пару раз он срывался и пил ромашковый чай, а в многочисленных сериалах, Реук так и не смог отгадать преступника, даже там, где это было очевидно. Посрамленный Ре откопал в мусорке всех своих жирафиков, расставил их, достал романы, перечитал тот самый, где главный герой похож на Йесона. В очередной раз прослезившись, совершенно неудовлетворенный как собой, так и Йесоном, отправился на работу. К сожалению Йе там не было, к тому же сожалению Кюхен был. Где-то около полудня, когда Кю, счастливо жмурясь, пил кофе, а Реук вспоминал о чае, к ним тихо постучались. Они молча переглянулись, дверь приоткрылась, и раздался тихий и вежливый мужской голос. - Здравствуйте, это детективное агенство “K.R.Y.”? – поинтересовался молодой парень. Реук и Кюхен счастливо кивнули, понимая, что у кого-то сегодня будет клиент.