Цветение

Принц Эверинг, наследник эльфийского престола, с напускным равнодушием наблюдал за тем как на берегу священной реки Йорна разбивались первые шатры. Сегодня, на закате, начнется древнее эльфийское празднество, в котором принимают участие молодые эльфы. Возраст от двадцати до ста лет припадал на эльфийскую юность – цветение, именно в этом возрасте и можно было принимать участие в грандиозном торжестве лесных фей, разумеется, если только в этом возрасте не успеть завести семью. Этим летом Эверинг отпразднует свой сотый день рождения, а осенью, на празднике урожая, взойдет на престол Йорнаса, величайшего эльфийского королевства, сменив на нем своего деда Алеса. Принц не боялся ответственности, к наследованию престола его готовили долго и основательно. Было только очень печально, что больше никогда не испить ему первого меда, что дают зачарованные пчелы этого леса. Цветение было прекрасным действом длительностью в три ночи и два дня, когда молодежь была избавлена от родительской опеки и в полной мере наслаждалась своей юностью, позабыв обязанности. Многие здесь находили свою пару, ведь сюда, на этот покрытый лесом островок собирались представители всех ветвей великого эльфийского рода. Священная река-мать собирала ручейки и речки со всего королевства, впадая в Великий Океан – первоисточник всего живого. Кто-то прибывал по реке, кто-то двигался сушей и потом на общих плотах и лодках причаливал к речному островку. Здесь, на опушке леса, рядом с причалом, разбивали лагерь, ставили родовые шатры. Эверинг, как и было положено представителю царствующей ветви, со своими родичами прибыл на остров первым, на самом рассвете, и теперь, когда солнце близилось к зениту, их шатер уже был установлен, а внутри лежали ковры и мягкие перины. Молодежь все прибывала, легко соскакивая на песчаный берег со своих лодок и плотов. Эльфы приветствовали своих собратьев объятиями и рукопожатиями. Это с другими расами они вели себя холодно, не позволяя вторгаться в свое личное пространство, но между собой всегда общались, как и подобает родичам. Везде царило оживление и веселье, несмотря на то, что большинство было занято шатрами и лодками с поклажей. Цветение – праздник молодости и самой жизни, тут нет места унынию. Как жаль, что принц видит все это в последний раз. - Эверинг, друг мой! - принц повернул голову на голос и увидел красивого смуглого эльфа с медовыми волосами, тот шел к нему, распахнув руки для объятий. - Дариас! - юноши крепко обнялись, - Прости, не видел когда вы прибили. - Буквально пять минут назад, - улыбнулся блондин, - Нас в этом году без малого двадцать, так что с шатром справятся и без меня. Я ведь не могу упустить возможность поговорить со старым другом, а то скоро к тебе будет не протолкнутся.. - Да, - прошептал Эверинг, глядя в небо, - Время так быстро летит. Странно, как люди успевают за сто лет столько сделать, мне кажется я вообще еще ничего не видел. - Это потому, что ты еще не влюблялся, - хитро прищурил свои васильковые глаза Дариас, - Но мне кажется, что это цветение ты точно запомнишь на всю жизнь. Дариас приобнял друга за плечи, увлекая с собой ближе к причалу, куда все прибывали и прибывали лодки и плоты. - В пути нас сопровождал один эльф из ветви Драконьих гор, их всегда было мало, да и кровь свою они предпочитают не разбавлять, гордые! – голос Дариаса стал пресным, будто он повторял урок из книги. - Но я отвлекся. Так вот эльф этот обмолвился о том, что на этом цветении мы, наконец, удостоимся чести видеть будущего главу ветви. - И что же тут такого? – принц совсем не понимал, куда клонит его приятель. - А ты сам посмотри, - Дариас кивнул в сторону лодки, которая сейчас причаливала к берегу. Каждая ветвь эльфийского рода имела свои характерные черты, по которым эльфа можно было отличить от эльфов других ветвей. Самой яркой и непохожей на другие ветви была внешность эльфов, что жили в Драконьих горах. Поговаривали, что предки этой ветви породнились с драконами, а кровь этих благородных существ до сих пор течет по венам представителей ветви Драконьих. Правда это или нет, наверняка уж никто не знал, но внешность этих эльфов была незабываема. Стройные и грациозные, как и все эльфы, они всегда глядели гордо, будто излучали величие. Но не это приковывало взгляды и разжигало интерес в других. Волосы у них всех были белоснежными, как верхушки снежных суровых гор, а кожа смуглая, с золотистым блеском, под стать эльфам южных границ, где берега их королевства омываются тёплым океаном. Глаза у этого народа зачастую красные, схожие с оттенками благородных эльфийских вин. Вот сейчас к берегу причалила лодочка с тремя представителями этой диковинной внешности. Одного из группы Эверинг уже видел, только имя запамятовал. С ним в лодке были две миниатюрные девушки, ниже своего родича почти на голову. Хотя нет, вот одна из них обернулась, тряхнув белоснежной гривой волос до середины бедра, и сбросилая с себя дорожный плащ, под которым оказалась мужская одежда. Получается, что именно этот коротышка и есть будущий глава ветви Дваконьх гор? - Этому хлюпику на вид лет пятнадцать не больше, - принц разочарованно вздохнул, он-то думал и вправду увидеть кого-то интересного. - Не будь таким поспешным в своих суждениях, дорогой друг, - глаза Дариаса задорно блестели, - Юношу зовут Ишли, ему уже двадцать пять, и он, как ты должен уже догадаться, наследник титула главы дома. - Первый раз вижу, - эльф уже немного понимал куда клонит его друг, но по-прежнему был скептичен. - Видишь у него в волосах перья, - блондин сделал многозначительную паузу, - Ему было всего семнадцать, когда драконы впервые доверили ему заботу о своем ребенке, а потом еще два раза. Так что, пока мы тут развлекались, мальчик заботился о роде своих предков! Единственной обязанностью ветви Драконьих гор была забота о потомстве драконов. Так уж сложилось, что эти величественные существа не могли самостоятельно оберегать яйцо до тех пор, пока из него на свет не появлялся маленький дракон. Почему так было никто не знал, но эльфы приняли на себя заботу о потомстве старинных друзей и союзников. Драконы выбирали из ветви одного эльфа, которому предстояло два года заботится и питать своей магией яйцо, не покидая его ни на минуту, пока не вылупится дракончик. После этого, в знак исполненного долга, эльф вплетал в волосы первое перо, оброненное маленьким драконом. Это было мощным талисманом, повышающим силу его обладателя, даже сильнее, чем последнее перо молодого дракона. Как известно, до пятисот лет крылья у драконов покрыты перьями, а потом происходит линька и все тело дракона покрывает прочная чешуя. Эльф мог прожить весь свой немалый век, так и не удостоившись такой чести, а то, что столь юный эльф уже три раза был избран драконами, не могло не удивлять. Принц попытался пристальней приглядеться к юноше. Не высокий, ниже своего сородича на целую голову, лицо миловидное, выразительные темные глаза, маленький вздернутый носик и пухлые губки. Будь он девушкой, Эверинг без сомнений бы заинтересовался. Для эльфов однополые пары довольно часты, ведь союз можно создать только на основе духовной близости, а магия, которой насквозь пропитаны их тела и все вокруг в этом мире, позволяла таким парам обзаводится многочисленным потомством. Но принц такие союзы не приветствовал, видимо, тут давала о себе знать вампирская кровь. Пускай даже его дед, король Алес, состоит в союзе с мужчиной, Эверинг затевал отношения только с девушками, хотя юношей, желавших быль с ним, было не мало. - Вот только не нужно кривить свой царственный нос! - Дариас легко толкнул друга, - Уверен, что эта кроха в постели будет просто великолепным. - Вот сам и проверяй, - принц уже привык к смелым высказываниям друга. Вот в этом и прелесть Цветения, никто не осудит, но за пределами острова сказать подобное в слух мало кто посмеет, - Сколько раз еще мне повторять, что с мужчиной делить ложе я не намерен. - Повторяй сколько влезет. Ты сам не понимаешь от чего отказываешься. Но эта милая попка точно не про меня - самомнения и гордости там на целого дракона. Эверинг вновь посмотрел на юношу. Небольшая группка уже выгрузила из лодочки свою поклажу и двигались к отведенному для них месту. Мальчик совсем на выглядел гордым, постоянно оглядывался по сторонам и с живым любопытством смотрел на все вокруг. Глаза, в отличии от двух его сородичей, у юноши были темные, точнее с такого расстояния не скажешь. Но три красных пера – знак огненного дракона – просто так не получишь, значит, в этом хрупком на вид тельце действительно есть сильная магия, которой совсем не стыдно и гордится. - Что же, - задумчиво улыбнулся Эверинг, - Вечером у всех будет возможность посмотреть, что собой представляет будущий глава дома Драконьих гор. - Ох, люблю я, когда ты так важничаешь, - Дариас белозубо улыбнулся, - Пойду-ка я, наверное, к своим, смотрю уже почти с шатром управились. И не смотри так на меня с таким укором, мне только пятьдесят, рано еще учиться ответственности! Златовласый эльф скрылся в толпе, и принц тоже решил наведаться в свой шатер, попутно приветствуя всех вновь прибывших друзей и знакомых. Шатер царственной ветви не особо отличался от остальных. Такой же зеленый, просторный ровно на столько, чтобы в нем с комфортом разместится могли все приехавшие, их в этом году было одиннадцать, считая самого принца. В середине расстелили ковры и мягкие перины, поставили несколько ширм, чтобы не стеснять друг друга переодеваясь и не будить тех, кто решил поспать. Сейчас шатер пустовал, и все его обитатели сновали по улице, общаясь с другими эльфами. На то и создано цветение, чтобы складывались пары, заключались союзы, ведь в другое время все сидят у себя по домам, трудятся на благо королевства, видят только родню и близких соседей. Эверинг зевнул и встряхнул плечами, дорога на остов от королевского дворца была не далекой, но заняла всю ночь, да и плыть пришлось в верх по течению. Принц устало опустился на перину в дальнем углу шатра и прикрыл веки. Тут было тихо, несмотря на гам вокруг, пропитанная магией ткань шатра не позволяла нарушить покой своих хозяев. Разбудили Эверинга уже ближе в вечеру. В шатре царило оживление – все семейство готовилось к открытию торжества. Парни и девушки возбужденно сновали по шатру, подбирали одежду и заплетали друг другу волосы. Все были одеты в синие одежды – свет из ветви. Эверинг знал, что после этого цветения несколько его сородичей пройдут церемонию обручения, предшествующую заключению союза, сейчас эти эльфы старались выглядеть вдвойне красиво и привлекательно перед своими избранниками, к тому же его первый племянник Тэль сегодня вступает в свое первое цветение. Сам же принц по праву самого старшего на празднестве должен быть хозяином сегодняшнего торжества и разжечь костер единения, у которого и будет проходить представление самых молодых. В целом в шатре шарило оживление и суета, сердца всех были наполнены радостным предвкушением. Эверинг одел бархатную синюю жилетку, в тон глаз, украшенную серебряной вышивкой на стойке воротника и по подолу, и узкие брюки. Костюм прекрасно подчеркивал всю красоту фигуры будущего короля – высокий, широкоплечий, с рельефными мышцами на руках, хотя те, кто видео принца обнаженным, могли назвать еще парочку достоинств тела принца, называя его идеалом мужской красоты. Длинные, до талии, черные волосы он оставил распущенными, подобрав лишь несколько прядей на висках и скрепив их маленькой серебряной заколкой. Никакого оружия с собой никто не брал, даже родовые кинжалы и клинки следовало оставить в шатрах, их время придёт завтра. На поляне, вокруг которой было расположены шатры, уже собрались почти все. Кто-то сидел на бревнах у самой кромки леса, кто-то примостился просто на траве, другие небольшими группками прохаживались и оживленно беседовали. Заметив Эверинга, все эльфы на поляне кланялись, но не будущему королю, а хозяину вечера. Разговоры стали смолкать, последние замешкавшиеся эльфы присоединялись к собранию. Солнце уже касалось горизонта, окуная всех эльфов на поляне в мягкий оранжевый свет. Принц подошел к кострищу, где уже возвышалась гора хвороста. Каждый из эльфов привез с собой по одной ветке из сада родительского дома, в знак единения все они сегодня будут гореть, даря всем свет и тепло. Эверинг поднял руку, чтобы на его ладонь упали последние лучи заходящего солнца, которые тут-же вспыхнули искрой, переросшей в маленькое пламя. Эльф поднял руку с огнем над головой, чтобы все на поляне могли его увидеть, а в следующую секунду с силой обрушил его в хворост. Вот и вспыхнуло пламя Цветение. Все эльфы замерли в трепете: магическое пламя, оно переливалось всеми возможными цветами, перетекая из одного в другой. Одни смотрели на пламя впервые, другие видели в последний раз, но в сердцах всех эльфов, не зависимо от того сколько раз они видели этот ритуал, пламя рождало острое чувство родства, напоминая о том, что все они одной крови, независимо от того насколько древней были ветви и какие расстояния были между ними. Эльфы тихо запели, не отрывая взглядов от костра. Сначала одни, затем подхватили другие пока поляна на наполнилась ладным хором звонких эльфийских голосов. Они пели песню без слов, песнь единства, что рождалась в сердце каждого, вторя сотне других сердец. Песнь то поднималась на вершины, то ныряла в глубины, почти смолкала, становясь похожей на дыхание, и длилась пока небо не вспыхнуло самоцветами звезд с величественно одиноким серпом луны. - Пора представиться тем, кто сегодня впервые присоединился к Цветению, - мягкий голос принца нарушил повисшую тишину. Все на поляне мигом оживились. В центр круга, поближе к костру вышли самые молодые эльфы. В этом году таких оказалось около двух десятков - немного больше обычного. Никакого порядка очередности в представлении не было, просто один из эльфов, набравшись смелости, выходил в самый центр площадки, становился спиной к костру и демонстрировал свои достижения в магическом искусстве. Эльфы созданы магией и из магии, а значит, все могут подчинить магию и использовать ее в своих целях. Оставшиеся вокруг костра должны молча наблюдать за представлением. Считается, что любые посторонние звуки не должны отвлекать эльфа от магии, а, коль зрителям понравилось увиденное, за них все скажут их сердца, ведь все собравшиеся сейчас связаны между собой на эмоциональном уровне. В этот раз первой в центр высокая эльфийка, прибывшая на Цветение с Эверингом. Царствующая ветвь всегда была одарена большим магическим потенциалом и проявляла большое упорство в изучении магических искусств. Девушка улыбаясь с закрытыми глазами подняла руки. Прямо с ладоней начали вспархивать белые мотыльки. Немного покружив в ночном небе, они вспыхивали алыми искрами и растворялись в сумраке – красивая и незатейливая иллюзия, которую предпочитало большинство молодежи для представления. Последующие представления так же подтвердили свой магический статус. В основном это также были иллюзии – способ показать не только владение магией, но и демонстрация широты воображение. На поляне появлялись диковинные животные, языки пламени начинали водить хороводы, превращаясь в маленьких человечков. Огненная магия давалась далеко не многим, огонь всегда был стихией драконов, а не эльфов. Некоторые особо талантливые эльфы могли подчинять себе пламя, а вот создавать пламя умели единицы. Даже ритуал пленения солнечного луча, которым и поджигался костер единства, был не так прост, как могло показаться, но его можно освоить и со средним уровнем магии. Магия жизни была не такой зрелищной, но истинно эльфийской. Самым последним в середину круга выступил будущий глава дома ветви Драконьих гор. Ишли ступал не уверенно, будто колеблясь, но затем тряхнул белоснежной гривой, словно наконец принял решение. В глазах, почти черных в свете костра, сверкнула холодная решительность. Подойдя к самому костру, юноша замер на несколько секунд, но так и не повернулся к зрителям, а шагнул в костер. Эльфы вокруг замерли, боясь даже вздохнуть, понимая на что сейчас отважился молодой эльф. Магию огня, направленную на себя самого, на Цветении Эвериг уже видел дважды, правда, это были не очень удачные попытки. Тогда, к счастью, обошлось без жертв. Ишли же продолжал уверенно шагать в пламени, огонь сейчас словно ласкал эльфа, играя с его волосами, три драконьих пера горели самоцветами. В самом центре костра юноша замер и напрягся, пламя вокруг тонкой фигуры эльфа вздымалось все выше и выше, укутывая Ишли, словно в кокон, пряча его ото всех. Несколько эльфов уже хотели бросится на выручку слишком самоуверенному мальчишке, но тут пламя почти потухло, а кокон преобразился в огромные огненные крылья за спиной Ишли. Крылья пришли в движение, с каждым взмахом развевая вокруг разноцветные искры, подымая эльфа над углями. Взлетев над пламенем на несколько метров, эльф вновь свернул крылья вокруг себя, а спустя мгновение, когда крылья распахнулись, все эльфы восторженно вздохнули – перед ними в небе парил настоящий огненный дракон. Сделав несколько воздушных пируэтов и выпустив поток пламени, дракон бесшумно опустился на поляну перед костром. Иллюзия заискрилась цветными искрами, и вот перед эльфами вновь стоит худощавый эльфенок. Восторгу зрителей не было предела, ведь только что они видели магию сильнейших. Из толпы вышел сородич Ишли, тот самый с которым они сюда прибили и тепло обнял юношу, и уводя его в тень. Всё же, как бы не был одарен этот эльф, магия такого уровня никому не дается легко. Эверинг заметил, как лицо парня блестит капельками пота, а сам он держится на ногах только благодаря поддержке сильных рук. Вот она цена, которую с радостью платят дети драконов за авторитет уважение. Будущий глава ветви просто не мог поступить по-другому, все должны видеть его силу и храбрость. После окончания представлений началось настоящее веселье, из шатров были вынесены музыкальные инструменты. Молодежь пела, танцевала и веселилась как полагается. Иногда в тени деревьев исчезали обнимающиеся парочки – эльфы не люди и плотские утехи греховными не считают. Конечно, когда эльфы создают союз это уже совсем другое дело, они будут хранить верность своему избраннику, а сейчас, пока молоды, могут делать все, что захотят (нежелательных беременностей у них тоже не бывает). Эверинг наслаждался обществом двух очаровательных сестричек с южных границ. Две абсолютно одинаковые голубоглазые эльфийки с длинными медовыми кудрями смотрели на принца с обожанием, ловили каждое его слово и кокетливо хлопали длинными ресницами. Только вот молодой эльф понимал, что приятному общению скоро настанет конец. В прошлые года он тоже уводил смущенно хохочущую красавицу под тень вековых деревьев, но с двумя сразу он точно не пойдет, а выбрать одну и тем самым оскорбить другую не хотел. Не хватало еще поссорить сестёр. Спас из неловкой ситуации принца старый друг Дариас. Свалившись неожиданно, словно снег на голову, он что-то быстро затараторив девушкам, вынуждая их вернуться в шатер, а сам схватил Эверинга за руки и с важным видом увел через поляну к другой кромке леса. - Эти прелестные создания, увы, обладают одним разумом на двоих, да и тот умом не блещет, - Дариас, смеясь, увлекал друга все дальше от всполохов костра, - Давно они на тебя глаз положили, так что ты держись от них подальше. - Спасибо, учту, - кивнул принц, - Но мог и пораньше предупредить. - Да и может ты бы и не против был. Кто же тебя знал, что ты такой тактичный. Хотя, ты же будущий король, тебя положение обязывает, - дойдя до места, где начинались шатры, Дариас остановился и отпустил руку друга, - Ну, и как тебе милейший Ишли? - О боги, ты снова о нем, - Эверинг закатил глаза, - Могу сказать одно: в том, что гордости у него на целого дракона, ты не ошибся. - Это и так понятно, а какой зрелище он закатил! Но ты ведь знаешь, что я о другом. Согласись: мальчик просто загляденье, - друг, похоже, никогда не оставит свои попытки убедить Эверинга в преимуществах мужского общества в постели. - Ну, раз уж он тебя так приглянулся, то сам и приударь за ним, - принц сложил руки на груди, демонстрируя свою непоколебимость. - Ты повторяешься, друг мой. Тем более, я уже почти уверен, что нашел свою пару, может, даже этой осенью обручимся. А вот о тебе следует позаботится. - Даже если так, допустим, что это возможно. Но этот эльф рожден быть наследником дома, Главой ветви, он ведь не может быть младшим в союзе. - Бедный Эверинг, - Дариас похлопал друга по плечу, – Тебя слишком правильно воспитали. Не относись ко всему так серьезно! Ты молод, он молод, цветение пора любви. Никто не говорит о союзе, но подарить друг другу пару приятных ночей вы вполне можете. Дариас хитро прищурился, рукой призывая друга к молчанию, не хочет он слушать все эти веские и очень логичные доводы. Ох, уж этот Эверинг, иногда ведет себя словно ему уже пару тысяч лет! Этим, собственно говоря, он и отпугивает большинство достойных претендентов на союз. Но с Ишли у него такой фокус не пройдет. Тут и оракулом быть не нужно, чтобы понять, как эти двое подходят друг другу. Оба сильны, но один холоден и расчетлив, а второй явно обладает не только гордостью, но и темпераментом огненных драконов, не зря ведь те видят в нем родственную силу. Проблема в том, что у второго не хватает жизненного опыта, чтобы это понять, а первый – тут уже сказывается родство с вампирами - если что себе надумал, то не отступит. Вот надумал он так когда-то (причину Дариасу было не дано знать), что союз заключит только с девушкой, и до сих пор упрямо не отступает. Лет двадцать назад блондин сам пытался соблазнить принца, но Эверинг в тот раз вообще не понял намеков. Хотя, оно и к лучшему, не смогли бы они теперь так спокойно общаться. И вот теперь Дариас пытался использовать последнюю возможность. Пускай наследник престола Йорнаса в некоторых вопросах полный дурак и наивный малец, но счастья он заслуживает, и молодой дракон это счастье вполне может организовать. Вот какие бы у них красивые дети получились бы, с белоснежными волосами, нежной персиковой кожей и синими бездонными глазами. В таких бы влюблялись все, даже вампиры не смогли бы устоять. Но что-то он замечтался. Сейчас перед Дариасом стоял Его Высочество, упрямый и, как всегда, непоколебимый, и его всеми правдами и неправдами нужно заставить хотя-бы заговорить с эльфенком. Тот уж не дурак, и должен понять, что сильные и влиятельные, а уж тем более, свободные эльфы на дороге не валяются. Хотя, может, и не поймет, но, если не поймет - значит, не достоин. - Ты хоть поговори с ним, - Дариас изобразил на лице обреченность, - Парень как-никак наследник, так что вперед налаживать политические связи. - Какие политические связи? - возмутился подталкиваемый в спину принц, - У нас в королевстве все связи родственные, политику мы с людьми и вампирами водим. - Значит, иди с родственником познакомься, и меня потом познакомишь. А я тут пока побуду, песни послушаю, устал с дороги еще не отдохнул, - Дариас подошел к поваленной сосне, служившей лавочкой, и присел рядом с небольшой группкой эльфов. Как бы это ни было странно, но Эверинг все же решил уступить другу. Тем более, один разговор с этим Ишли может обеспечить принцу покой и свободу от сватовства Дариаса на остальные два дня. Да и нет в этом ничего особенного – подойти и поговорить, это ведь Цветение, тут нет никаких титулов и прочих условностей, все они молоды и наслаждаются жизнью. Ишли нашелся быстро. Парень сидел на небольшом, поросшем мхом утесе у речки, куда долетали редкие блики костра и шум гуляний. Прислонившись спиной к дереву, эльф пытался привести в порядок и покой свою разбушевавшуюся магию. Все получилось, не совсем так, как он хотел, бывало и намного лучше, но и этого, к счастью, хватило. Родители и Глава ветви будут им довольны - он смог показать себя сильным. Их клан всегда был малочисленный, но от этого не менее уважаемым. Кто знает, может, однажды они в своем процветании поднимутся настолько высоко, что смогут претендовать на трон. Но тягаться с теми, в ком течет кровь вампиров занятие либо для глупцов, либо для знатных храбрецов, что впрочем почти всегда две стороны одном монеты. Эльфы Драконьих гор никогда глупцами не считались и прекрасно понимали, что лучше уж жить в подчинении тому, кто слабее тебя, чем развязать войну, которая истощит эти прысканные земли. Эльфы ведь не люди, и какая бы кровь не текла по их жилах, родная земля для них всегда будет святой и осквернять ее, проливая кровь собратьев, ни один эльф не станет. Молодой эльф привычно тряхнул головой, отгоняя от себя глупые мысли. Его отец всегда был слишком амбициозен, а в сыне видел орудие свершения если не всех, то многих планов. Хорошо, что наследование титулов у эльфов происходит через поколение, а Ишли унаследовал мягкий нрав от матери, и воспитывался дедом, как приемник. - Привет, - эльф вздрогнул от мягкого тихого голоса рядом. Кто это изловчился так незаметно к нему подобрался, или он просто слишком погрузился в свои мысли? В любом случае нежданному собеседнику Ишли был рад, еще не хватало уснуть на этом сыром клочке земли. - Привет, – эхом отозвался Ишли, оборачиваясь на голос. - Я - Эверинг, - перед ним стоял высокий, статный эльф, тот самый, что открывал цветение, тот самый, который после праздника урожая взойдет на трон. Молодой эльф много слышал о будущем короле и считал большой удачей возможность пообщаться с ним вот так просто, почти по-дружески. - Ишли, - улыбнувшись, эльф пожал протянутую руку. - У тебя просто невероятная магия, - Эверинг присел рядом с Ишли, так же прислоняясь к стволу дерева и вытягивая длинные ноги на прохладном мхе. - Я чистокровный, - Ишли пожал плечами, будто этим все и объясняется, - С того времени как отделилась ветвь Драконьих гор среди моих предков не было представителей других ветвей. - Ты, должно быть, гордишься своими предками, - похоже, Дариас был прав на счет самомнения мальчишки. Но в ответ Ишли тихо фыркнул: - Нет, чувствую себя племенным жеребцом. Хотя вы, думаю, можете меня понять. Ответственность всегда тягостна, даже если не знаешь, как может быть по-другому. - Глубокомысленно, только давай всё же на «ты», здесь все равны. - Да, - согласно кивнул маленький эльф, - Это просто так непривычно для меня, и безумно волнующе! Впервые я могу делать, что хочу, от этого сознания даже голова кружится. - Ну, голова у тебя кружится не по этому, - Эверинг смотрел в пытливые темные глаза. – Причина скорей всего в огромной трате магии, такое быстро не восполнить. - Но ведь оно того стоило! – Ишли горделиво приосанился, - И всем понравилось. - Да, мне тоже понравилось. Но это все-таки было довольно опасно. - Папа всегда говорит, что рисковать нужно, иначе никто уважать не будет, и магия тоже не любит трусов, - Ишли надул свои и без того пухлые губки, словно обиженный ребенок. Эверинг не смог удержатся от соблазна и шутливо взъерошил волосы парня. Белоснежные, они были почти невесомы, а на ощупь - будто тонкий южный шелк. Вот уж странно. Наследный принц впервые с глазу на глаз общался с кем-то из драконов, как этих эльфов называли представители других ветвей, и не мог перестать удивляться. Драконьи горы – северная граница Йорнаса, где зимы долгие и суровые, а лето - не многим теплей зимы на побережье океана. Эверингу всегда казалось, что живущие в тех горах эльфы имеют сердце, словно камень их родных гор, высеченный метелями и ветрами. Нет, они никак не бесчувственны, но чувства свои никому не показывают, будто срамятся их. Ишли же был теплый и нежный, похожий на хрупкий весенний цветок. Нет, не цветок, как плод фирли, ароматный и наполненный солнцем, где под нежной тонкой кожурой скрывалась изумительная сочная мякоть, просто тянущая во рту. Руки принца перебрались с волос Ишли и скользнули по шее, лаская подбородок и щеки. Кожа мягкая, теплая, совершенная, хочется касаться и ласкать, не переставая. Очнулся от наваждения Эверинг, когда держал лицо юноши в чаше своих ладоней. Сейчас они были так близко друг к другу, что дыхание щекотало кожу. Принц замер, не зная как ему быть, все также глядя в огромные глаза в обрамлении длинных пушистых белоснежных ресниц. У малыша, похоже, сомнений не было: преодолев оставшиеся между их губами расстояние, он легко провел кончиком горячего языка по губам Эверинга и замер, приглашающе приоткрыв их. И принц решился. Поцелуй был сладким, сначала почти невесомым, глубоким и страстным в конце. Эверинг никогда не целовал таких мягких губ, он скользил по них языком, сминал своими. Принц наслаждался тем, как доверчиво и слегка неумело на его ласки отзывался Ишли. Воздуха в легких уже почти не осталось, но оторваться от этих было невероятно сложно. Поцелуй все же был разорван белокурым эльфом. Тяжело дыша, Ишли уперся носом в ключицу Эверинга, сжимая тонкими пальцами его плечи. Принц зарылся носом в белоснежные локоны, вдыхая их нежный аромат и лаская спину эльфа. Сколько они так просидели, сказать было нельзя, но время утратило свою важность для этих двоих. - Я пойду, - Ишли неуверенно отстранился от теплого тела, когда над речной гладью скользнули первые алые лучи рассвета, - Завтра день тяжелый, поспать нужно. - Да, - выдохнул Эверинг, выпуская эльфенка со своих объятий, - Хотя уже сегодня, а не завтра. Я даже и не сомневался, что ты и в ратном деле преуспел. В темноте лица малыша было не различить, но вот фыркнул он вполне красноречиво. - Может, хочешь бросить мне вызов? – Ишли прошептал почти над самым ухом, а белоснежные локоны щекотали лицо принца. - Если выиграю – получу еще один поцелуй, - Эверинг сидел, давая Ишли уйти первым. Слова были сказаны тихо, но он не сомневался, что их услышали. Посидев под деревом еще немного, и дождавшись, когда небо на горизонте начнет сереть, эльф поднялся, сладко потягиваясь. Он тоже был не прочь вздремнуть пару часиков перед тем как второй день цветения окончательно вступит во свои права.