Ручной зверёк для доктора

      Уилл открыл глаза и осмотрелся. Он лежал на ровной поверхности, из-за чего его косточки и мышцы затекли, но несмотря на гнусное состояние, он помнил всё отлично.        Его спаситель, или мучитель, пока этот вопрос оставался открытым, снова долго осматривал его ногу и заглядывал в глаза и щупая лоб. Грэм боролся с желанием крикнуть «Убей меня скорее» или «Спаси, давай же, не медли», но так и не решил, что сказать. Ему казалось, что, чего бы он не попросил, смерти или жизни, мужчина выполнит его просьбу. Смутная надежда, что он не умрёт под этим деревом лишила его мужества и спокойствия, паника подступила, глаза защипало и Уилл заплакал. Сначала тихо и беззвучно, но потом начались и первые признаки настоящей истерики. Он начал метаться, хватать за руки Лектера, шепча «Спаси! Спаси! Я буду, буду!», подносил сухие губы к рукам, которые могли и спасти и убить его. Волнение передалось и Ганнибалу и он быстро вскочил на ноги.       — Да, конечно, мой ангел. Я быстро. Жди тут, я сейчас вернусь.       Лектер скрылся в лесу и Уилл спокойно пригладил волосы. Жди тут! Идиот. Куда ж я денусь. Теперь, когда появилась надежда на спасение мозг заработал, как часы. Лихорадка была, но не такая сильная, как показал Грэм, как и мнимая паника. Маньяк, хм, кто он? Убил друзей на моих глазах, а потом накинулся с поцелуем и даже поверил в ответную реакцию. Но поцелуй был неожиданным решением, скорее порывом, и что же это вызвало? Правда и ответ на поцелуй тоже было порывом и весьма волнительным. Грэм поёжился. Умирать он резко передумал, а вот понять и рассмотреть незнакомца жутко захотелось. Он не был сексуально-озабоченным маньяком, Грэм это сразу понял. То, в каком шоке, от своего поступка он был, указало на то, что до этого такого не случалось. Врач, и что-то делает с телами. Зачем-то они ему понадобились.       Усталость и волнение сбивали мысли и он отступился. Ангел. Какой-то религиозный фанатик? Он назвал меня ангелом. Интересно, что же такого ангельского, этот маньяк, увидел в скромном агенте ФБР? Им даже одинокие женщины почти не интересовались, а про мужчин, вообще можно и не говорить. Неухоженный, немолодой мужчина в мятых рубашках и штанах покрытых собачьей шерстью и с эмпатическим расстройством привлекал только психиатров. Хм. Может он психиатр?       Потом. Все потом. Лихорадка уже не была притворной, мысли путались, голова гудела и мысль, что любитель ангелов не вернётся, стала пробираться под кожу.       Прошёл почти час, а может и намного больше, прежде чем Лектер вернулся. В руках у него была большая сумка. Он достал бутылку с водой и какие-то таблетки. Усадив Грэма он напоил его водой и протолкнул лекарство в непослушные губы. Разложив бинты и ещё какие-то медикаменты вокруг ноги, Лектер подошёл к капкану. Наступил одной ногой на скобяную пружину с одной стороны капкана, надавил руками на пружину с другой стороны, и капкан приоткрылся.       — Вытягивай! — крикнул Лектер.       Уилл потянул ногу, но рана цеплялась за зубы капкана.       — Давай же, тащи.       Он наконец вытащил свою бедную ногу и отполз от убийственного устройства подальше, как будто капкан мог кинуться на него снова. Он напоминал выдранный гнилой зуб, который мучил несколько дней, и вот он вырван, лежит себе в сторонке, типа он здесь не причём и не он старательно убивал вас и вашу нервную систему. Он оставил тупую боль, но принёс ощущение избавления от чего-то смертельного. Грэм снова упал на землю и закрыл глаза. Он почувствовал лёгкий укол, прямо около раны и постепенно боль отступила. Вначале он чувствовал прикосновение рук, но постепенно и это ушло на задний план. Уилл приподнял голову и посмотрел вниз. Его несостоявшийся убийца сидел на земле, положив больную ногу себе на колени, что-то старательно вычищал из раны, обработал вонючей мазью и тщательно забинтовал. Собрал всё что принёс с собой в сумку, повесил её на плечо и выразительно посмотрел на Уилла.       — Попробуй встать. Потихоньку, я помогу.       Совместными усилиями они встали на ноги. Точнее Уилл встал на одну, а вторую поджал. Попробовали шагнуть вперёд, но Грэм был обессилен и прыгать он точно не мог и повис на своём спутнике.       — Если нога не сломана, и сейчас она под заморозкой может можно на неё наступать? Нам далеко идти?       — Наступать нельзя, Уилл. Я зашил рану, но давить на неё нежелательно. Расслабься, дорогой, я понесу тебя.       Уилл криво улыбнулся, но тут сильные руки подхватили его и прижали к широкой груди. Чтобы как-то помочь, он обхватил шею мужчины руками и уткнулся носом в ключицу. Они быстро двинулись через лес.       — А как тебя зовут? Я даже не спросил, думал это неважно.       — Зови меня Доктор. Просто доктор.       — Просто Доктор? Как Доктор кто? С Галифрея?       — Чего? Какой ещё доктор с Галлифрея? — удивился Лектер.       — Ну ты тёмный. Это ж культовый сериал.       — Сериал? — доктор усмехнулся, - Это что-то про, не женись на ней, она твоя сводная сестра?       — Почти, — рассмеялся Уилл, — Но лучше. Посмотрим вместе, когда я поправлюсь?       Лектер не ответил, а Грэм ответа и не ждал. Если у доктора и были хоть какие планы на его будущее, то у него полная пустота. Даже предположений куда его несут и зачем не было. Постепенно мир потух и Уилл то ли уснул, то ли потерял сознание.       И вот он очнулся в полумраке небольшой комнаты на железном столе. Комната чистая и даже очень. Он был полностью раздет, видимо помыт и на ноге были свежие бинты. Осмотрев больную ногу, он убедился, что страшное позади, хотя ступня и была неестественно синего цвета. Но посмотрев на левую ногу он замер. Тонкое металлическое кольцо окутывало лодыжку с такой же тонкой цепочкой. Ладно, к цепям он за последнее время привык, и он осмотрелся. Деревянные стены, кафельный пол, лампочка под потолком, то на чём он лежал, какой-то стол и ведро в углу, типа писсуар. Около головы стоял стакан с водой. Уилл сел, свесив ноги и выпил воду залпом. Лихорадки не было, он не потел, ничего не болело, ну кроме погрызенной ноги, конечно, он допрыгал до ведра, наполовину наполненного водой, пописал и заметил дверь. Длины цепи хватало на перемещения по комнате, и встав на карачки он подполз к ней и тихонько приоткрыл.       Первое, что обрушилось на него, это музыка. Что-то современное, но не быстрое. Он сам в машине слушал только радио, и к музыке был абсолютно равнодушен. Исполнители, группы, альбомы, это не было частью его мира. Он в ней не разбирался, слово плейлист вызывало в нём изжогу, и на вопрос, какую музыку вы слушаете, отвечал, хорошую. Слушал то, что играло, если муть какая-то, искал другую волну. Странно, что он не услышал музыку до этого, ведь должен был слышать. Видимо он возвращался в реальный мир постепенно.       Ему хорошо была видна часть кухни, судя по плите, комната и стена между ними. Стены, как и в его комнатухе, были также деревянными. То, что он смог увидеть, говорило о простоте жилища. Пол тоже из дерева, простой стол без скатерти, небольшая плита и маленький холодильник. Даже лампочка под потолком обычная, без абажура. На плите стояла сковородка и тихо попыхивала.        Ага, вот к Грэму вернулся и нюх. Запах почти готовой еды просто заполнил все пространство, и Уилл даже простонал об мысли о еде. Он не ел давно, очень давно. Вдруг из-за куска стены, которая закрывала обзор показался доктор. Он был так же полностью обнажён, не считая фартука на бёдрах и сланцах на ногах. Он остановился у плиты, спиной к Уиллу, напротив сковородки, снял крышку и старательно что-то перемешивал. Грэм заворожённо смотрел на эту картину. Доктор был высокий, с широкими плечами и грудью, бёдра не узкие, и не широкие. Ноги мускулистые, как у спортсмена и попка, как у младенца. Он возился с едой, и слегка потрясывал задом под музыку. Уилл ощутил весьма неуместное желание, погладить эту попку и ущипнуть. С какой стороны не посмотри на доктора, он был абсолютно мужествен. Это бросилось в глаза, когда он впервые посмотрел ему в лицо. Ничего женственного, острые углы и сухой взгляд. Но попка, она была такая нежная и упругая, что Грэм закрыл глаза, и мысленно её лизнул, хотя это может быть от голода. Он нервно вздохнул, открыл глаза и встретился взглядом с доктором.       — Привет, Уилл. Как ты себя чувствуешь? Сейчас будем есть.       — Спасибо, лучше. Ты всё-таки спас меня. Очень хочу есть. Запах шикарный.       — Ну и хорошо. Минутку…       Доктор прошёл мимо Уилла, сдёрнул ключик с шеи, снял замок, где-то под столом, и прошёл в комнату с цепочкой в руках, заставляя Грэма идти за ним. Снова погремел замком и жестом пригласил Уилла к столу.       — Прошу, присаживайся, — сказал Лектер, рассматривая Уилла.       Грэм пытался прикрыться, как мог, не зная, что прикрыть. От дикости ситуации он почему-то покраснел и засмущался и двигаясь, как робот, на ватных ногах кинулся к столу и сел за стол. Доктор ушёл на кухню, и Грэм осмотрелся. Просторная комната, со столом в центре. Такие же обычные лампы на потолке, нет скатертей и занавесок, правда вместо них, жалюзи, настоящий камин на пол-стены, со шкурой медведя перед ним и большая простая кровать. Кресло перед камином одно и один столик для мелочей. На нем лежал планшет. Новенький и чистенький, но он смотрелся здесь, как принцесса Диана в забегаловке.       Не успев осознать что делает, Уилл кинулся к планшету и попытался его включить. Но он запросил пароль и Грэм в ярости кинул его в горящий камин.       — Он запаролен, Уилл, — крикнул Доктор с кухни, — Ты такой умный, посмотри по сторонам и попытайся угадать пароль. Если угадаешь, я отпущу тебя, сразу после ужина. Три попытки.       Уилл вернулся за стол, как ни в чем не бывало. Цепь на ноге ясно дала понять, он пленник. Жертва. Игрушка для маньяка. Маньяки наигравшись убивают свою игрушку, чтобы она не принесла проблем в реальной жизни. И никто его не выпустит, пока он сам отсюда не свалит. Уилл огляделся. Здесь всё нереально. Убогая обстановка, голый доктор и сам он на цепи в гостиной, всё это ширма. Одна из декораций больного на голову маньяка.