Расскажи мне, почему

***

Даня в последнее время удивительно тихий и…грустный? Нет, конечно, он никогда не выделялся особой эмоциональностью и прочими вещичками, но сейчас что-то точно не так. Ты уже несколько раз пытался выяснить причину его поведения, но каждый раз натыкался на натянутую улыбку и просьбы успокоиться. Который день в голове крутится мысль о проверке его истории браузера или аккаунта ВКонтакте, ну или где он там так часто зависает. Как только он сваливает помогать мамам, хватаешь его телефон. Пароль, такой простой, но знакомый только вам, вводится на автомате. На заставке фотка, сделанная тобой в какой-то из вечеров, где были только вы вдвоем и ваши чувства. Накрывает волной тепла, но медлить и наслаждаться ей нельзя. Открываешь приложение, диалог с каким-то другом, который появился у него вроде не так давно. Паника появляется незаметно и постепенно разрастается внутри. Этот Антон пишет ему всякие милости. Но, к твоему счастью и сожалению этого придурка, Даня не отвечает должным образом на все это, лишь жалуется на отсутствие романтики в его жизни. Так вот оно что. Задумываешься о том, что и правда вы давно не ходили куда-то вдвоем, не веселились, не наслаждались друг другом. Может стоит устроить свидание? Не такая уж и плохая идея, если продумать все. К тому же на носу зимние праздники, романтики хоть отбавляй.

***

Решил идти с рыжим в библиотеку, а почему собственно нет? Осталось только как-то подвести разговор к теме о свиданиях. Сама собой на глаза попадается книга какого-то классика. — Дань, а как в девятнадцатом веке проходили свиданки? — начинаешь тихо, чтобы не выдать себя. — «Мадемуазель, разрешите пригласить вас в трактир, испить шампанского и разделить с вами мое ложе!» или как они это делали? Краснеет, давится смешком, но отвечает, будто не зная, к чему ведется этот диалог: — Дурак, не знаю, но точно не так, как ты описал, и не так, как они проходят в наше время. Еще сильнее утыкается в свою астрономию, зачем только он ее вообще взял? Но контакт настроен. — А как ты себе представляешь нормальное свидание? И чем тебе не нравятся те, что сейчас люди устраивают? — в голове всплывает типичная сцена из сериала, где парень с девушкой, знакомые два часа, целуются в прихожей чьей-то квартиры, чем и заканчивается их первое и последнее свидание. Действительно, это отвратительно. — Глупый вопрос, всем стало плевать на чувства, ходят в кафешки, чтобы найти себе пассию для единичного траха. А романтика где? Это же так прекрасно, вместе смеяться, вместе есть сладкую вату, вместе смотреть фильм, а потом целоваться, наслаждаясь моментом, — резко затихает, понимая, что выдал себя. А ты уже улыбаешься так, словно сокровище отыскал, хотя и правда, отыскал. Вот оно сидит перед тобой, не знает, куда деть взгляд и покрасневшие щеки. — И когда тогда будет наше свидание? — а зачем медлить, можно и сразу, в лоб спросить. — Н-наше что? — таращиться так, будто предлагаешь ему заняться чем-нибудь ооочень непристойным прямо в библиотеке. — Свидание. Я же знаю, что ты хочешь, — снова улыбка до ушей. — Я… я не знаю, а давай в кино сходим? Там как раз какой-то фильм Марвеловский показывают… И опять опускает взгляд. Вот вроде такой умный, а дурак. — Да без проблем, попкорном закупимся, сядем на последний ряд и будем наслаждаться. Ты ведь так хотел? — Ага, давай прям завтра сходим? Выходной же, — так воодушевленно улыбается, что зацеловать хочется. — Или у тебя планы были? Тогда давай не завтра, можем на следующей неделе или когда тебе будет удобно? — Эээй, тише, — закрываешь его рот рукой. — Разогнался-то, были у меня планы, да. Сходить с тобой на свидание. Прекрати страдать херней. Неверяще смотрит, но улыбается. Тянешь на себя и обнимаешь так крепко, как только можешь. Даня практически мурчит, но резко отрывается и спрашивает: — Ты правда возьмешь меня на свидание? — Странно все-таки, что это я Ваня, а не ты. Ведь дурак дураком! — смеешься, но видя такой виноватый взгляд, затихаешь. — Да, рыжий, я возьму тебя на свидание. Кидается в объятья и радуется. Одной проблемой меньше, кажется.

***

— Два билета на Веном, пожалуйста. Выбираешь места на последнем ряду, пока это чудо топчется рядом. Кассирша странно косится на вас, но тебе как-то очень наплевать. Заодно берешь большой попкорн, вручаешь его Дане и платишь за все. Сегодня он очень взволнован, хотя и пытается казаться спокойным. Берешь за руку, как бы говоря этим: «Все хорошо, я с тобой». Благодарно улыбается тебе в ответ и тащит в зал занимать места. — Ты же знаешь, что в фильме есть не слишком приятные моменты? — даже если знает, все равно ведь напугается каждого. — Я догадываюсь, но надеюсь, что все пройдет хорошо. Снова эта реклама, но можно запомнить парочку интересных трейлеров, еще несколько свиданий устроить… И, как ты и думал, Даня пугается каждого резкого момента, а на эпизоде с битвой двух симбиотов вообще вжимается в кресло и пытается спрятаться за чашкой попкорна, но ты же знаешь очень действенный способ заставить Даню не думать о чем-то. Просто ловишь его губы своими. Такие сладкие от карамели и такие мягкие. Кажется, ты даже забыл, как это нереально целовать рыжего. Как это нереально, когда он неловко жмется к тебе и твоим рукам. Как это нереально скользить пальцами по его бархатной коже под рубашкой. Ловишь кайф, но отпускаешь его, на экране, кажется, что-то интересное происходит. И так каждый раз, делаешь вид, будто успокаиваешь рыжего, а сам просто наслаждаешься моментом. Думаешь над тем, что стоит затащить его на какой-нибудь ужастик, а там можно будет отъебать его прямо в зале, какая разница, будут там еще люди или нет. Как-то очень неожиданно заканчивается фильм. Как-то очень неожиданно заканчивается кайф. Не хочешь идти домой, хочешь притянуть к себе Даню и тискать его. Как котеночка. — Вань, ну пойдем, а то уже все уходят, — тянет за рукав, словно маленький ребенок. Нехотя встаешь, одеваетесь и выходите на улицу. — Как красиво, — и ты согласен с ним полностью, только не на падающие хлопья снега смотришь, а на Даню, любующегося ими. Раскрасневшийся от холода, со снежинками на ресницах и одежде, так мило смотрящего в небо. И ты понимаешь вдруг, что вот она, та пресловутая романтика. Она, оказывается, такая разная, но такая нужная людям в отношениях. Только вот у всех о ней разное представление: кому-то хватит обычного утреннего поцелуя, кому-то подавай цветы, подарки и машины, кому-то даже слов и действий не надо, кому-то ночные разговоры и звезды нужны, а кто-то стоит вот так и понимает, что полностью и бесповоротно счастлив. Счастлив стоять вот так с любимым человеком, видеть его радость в глазах, такую милую ослепляющую улыбку и наслаждаться моментом. Глупо, но так прекрасно. — Как ты понял, что я хочу на свидание? — вырывает из мечтаний, заглядывая в глаза. — Оу, я читал твою переписку с ган… Антоном то есть, — теперь твоя очередь прятаться. — Да ты бесстрашный совсем стал, я смотрю. В телефон уже лезешь, — так спокойно и слишком убийственно, что нереально страшно становится. — Ну я же с благими намерениями! — Мог бы просто спросить, а не таким способом узнавать, — таким обиженным кажется, вина отчетливо чувствуется во внутренностях. — Да ты прям так бы мне и ответил! — не даешь себе закипеть. — Я у тебя миллион раз спрашивал, а ты все лыбу натягивал. Нет уж, хватило мне. Теперь всегда сразу говори, романтики тебе, шоколада или тишины нужно. Я ж не экстрасенс, черт тебя подери! Молчит, а затем резко поднимает голову и произносит: — Хочу тебя поцеловать. И целует, сладко так и долго, что затираются все границы с реальностью. Нет больше ничего, кроме вас и танцующих вокруг снежинок. Романтика…