Ты делаешь меня сумасшедшим

«Джон.» Я не хочу просыпаться - вокруг меня какая-то приятная дымка сна, такая соблазнительная и окутывающая, просто до ужаса. «Доктор Ватсон!» Я вскакиваю на собственной кровати, распахиваю глаза и что я вижу? Шерлок, обнаглевший ублюдок, сидит над моей койке и нависает прямо над лицом. Конечно, я проснулся именно из-за обращения «Доктор», ведь на войне меня все именно так и называли. «Ты сдурел?»- слова вырываются спонтанно, но довольно таки к месту. В этот самый момент я ненавидел этого мерзавца. «Глупый вопрос»,- неопределенно пожимает плечами нарушитель моего покоя. «Риторический»,- плотно сжав зубы, прошипел я. Был непростой день. Психиатры замучили своими вопросами, медсестры в последнее время ведут себя не лучшим образом, да и в общем плане настроение ещё со вчера сохранилось стабильно паршивым. «Я хочу показать тебе что-то»,- наконец, поясняет Холмс, и между моими бровями пролегает складка. Но затем тут же сменяется выражением лёгкого удивления и интереса. Ситуация напоминала мне страшилки в детском лагере на ночь. Мы прокрались через спальни прямо к ванной, и все это время мое сердце буквально стучало в пятках: давно не приходилось испытывать настолько экстремальные ощущения. Шерлок хорошо ориентировался в темноте, шатаясь по коридорам с видом хозяина, и я сделал вывод о том, что тот здесь крайне давно. Мы добрались до отделения, называемого «ванная», и социопат подвёл меня ближе к столику, на котором лежали окровавленные ножницы. На столе было ещё немало пятен крови, и след тянулся в сторону одной из ванн, обрывался там и более нигде не было намеков на произошедшее. При виде крови у меня не было ни коса в горле, ни какого-то страха: это казалось чем-то привычным. Мне просто было непонятно, что такое здесь произошло. Шерлок выглядел задумчиво: он развернулся ко мне и произнес: «Что ты видишь?» «Ножницы»,- я замялся, чуть теряясь,-«Ими было нанесено.. ранение. Судя по количеству крови, в вену: если бы была артерия, были бы и брызги соответственно. Не коронарные сосуды, похоже на удар в руку, ну или ногу. Что ты хочешь?» На секунду мне показалось, что таким образом псих намекает мне на то, что я - следующий, но я быстро отбросил эту мысль. «Следов борьбы нет»,- бывший детектив присел на корточки и принялся разглядывать пол в фактически кромешной тьме, а затем выпрямился и отчеканил,-«Не покушение и не попытка суицида, раз удар нанесён в руку. Трупа тут тоже нет, и никто не мог его утащить..» Холмс усмехнулся каким-то своим мыслям, да и в общем-то выглядел крайне беззаботно. Я хмурился все больше: «По-твоему это забавно? И с чего ты взял, что это не покушение? Может быть, убийца оставил попытки и сбежал.» «Джон, открой глаза. Кровь. Свежая, трупа нет - куда бы его успели утащить? Разве что за дверь. Даже если предположить, что покушающихся было несколько, они бы уж точно тут натоптали. А на полу такой слой пыли, словно уборщиц вовсе нет в этом заведении. Следы наши с тобой и ещё одного человека»,- терпеливо поясняет он, оставаясь в сидячем положении и буквально тыкаясь носом в этот самый пыльный пол. Я ничего не понимаю. Но мне это нравится. «Мы можем забрать ножницы»,- Шерлок поднимает голову, сталкиваясь со мной взглядом, и по спине идут мурашки. Главное сейчас не стать участником преступного сговора. «Нет, Шерлок. Мы вернём ножницы и скажем о том, что видели сегодня»,- чеканю я, надеясь хотя бы как-то воздействовать на его совесть. Но ничего не выходит, наоборот, он сам решает задавить меня морально: «Пути назад нет. Если сейчас ты принесёшь это им, а затем обнаружат кровь, думаешь, ты не станешь первым подозреваемым?» «Но жертвы нет!»- уже в отчаянии произношу я, от безысходности взмахивая руками. Шерлок уверен в себе и в своей победе, он некоторое время проводит в раздумии, а затем уверенно берет ножницы в руки и прячет в карман пижамы. «Идиот!»- взбешённой шепчу я, будучи готовым буквально накинуться на Холмса,-«Будет разбирательство и все будут искать эти чёртовы ножницы!» Я уже совершенно не понимаю, что происходит: почему он это делает? Почему меня вообще беспокоит то, что он делает? Зачем он привёл меня сюда? «Никакого разбирательства, Джон. Если мы уберём кровь.» Так я стал соучастником. К слову, никто из нас не мог иметь совершенно никакого понятия о том, что в действительности происходило там, было это несчастным случаем, ловушкой или провокацией. Мы спрятали ножницы у Шерлока под половицей возле тумбочки, а кровь вытерли какой-то половой тряпкой. Из-за кромешной тьмы вокруг я все никак не убеждался в том, что никаких разводов не осталось, и все же бывший детектив сумел убедить меня в том, что разводы уже ни о чем не смогут рассказать работникам больницы. Мы разбежались по палатам, как только поняли, что начинает рассветать. Уснуть в этот день я больше не смог. «Джон, вы обеспокоены чем-то?» Не сказал бы, что обычно так легко показываю свои эмоции другим людям, но сейчас я не мог сдержаться. «Нет. Точнее, да, но... это не негативная эмоция.» Коннор выдавливает из себя улыбку и делает пометку в журнале. Я отмечаю, как он выстукивает под столом ногой какой-то ритм. «Расскажите, что заставило вас впервые за довольно длительное время испытать, как вы сказали, “не негативные эмоции“?» «Я познакомился с одним хорошим человеком»,- начал я, пряча улыбку,-«Он, конечно, совершенно сумасшедший, но это ничего не меняет.» Доктор кивает и с легкой усмешкой отмечает: «Люди здесь не сумасшедшие, Джон, они просто имеют определённые отклонения от нормы. Как и вы.» Мне было неприятно даже на минуту полагать, что я здесь действительно из-за того, что имею те самые отклонения и могу нанести вред себе или другим. Поэтому я поспешно отогнал эту мысль. Ведь я здесь по ошибке. «Он учит меня тактикам игры в шахматы, а ещё мы обсуждаем наше прошлое. Очень много... забавных историй.» «И потом оказывается, что, черт возьми, они просто не сделали пробу на воду!»- Шерлок размахивал руками в разные стороны, в одной у него была печенка, а в другой - кружка с чаем, который бурно плескался, и все же не покидал сосуда. Я смеялся в который раз над тем, как этот чудак воспринимает людей. «Как ты говорил? Эмоциональность - порок?» «В том-то и дело. Скотланд Ярд не мог даже найти место, где было бы удобнее всего сбросить труп в воду. Разве не очевидно, что подступ к реке должен быть свободным, а склон - крутым?!» На нас оглядывались люди, и так происходило всегда, когда Холмс затевал рассказ о каком-то из своих дел. Он не контролировал свои эмоции и постоянно начинал жестикулировать, пару раз даже случайно заехав мне в глаз. «О, ну. Не вини никого в глупости. Лучше расскажи мне про трупные пятна. Размер, цвет?»- я улыбался, как школьница, когда бывший детектив давал мне подробности своих дел. Они, судя по всему, хранились в его голове, словно бы записанные на какую-то кассету, и он мог в любую минуту поставить ее на «плэй». Я будто бы снова очутился в морге, где мне приходилось работать ранее, и былые эмоции заполняли меня, мою грудь, так, что сердце начинало стучать чаще. «Асфиксия! Скажи, что я прав»,- мы все ещё сидели за столиком на обеде, хотя все вокруг уже давно разошлись по палатам или же роем переместились в гостиную. Шерлок улыбался, как безумец, и на секунду показалось, что я смотрю в зеркало. Наверняка на моем лице сейчас была такая же глупая улыбочка. «Его задушили шелковым платком. Любовница. А жена...» «Погоди, дай минуту»,- я демонстративно поднял палец вверх,-«Ты говорил, что она работает в сфере дипломатии. Она была в командировке, а потом, спустя пару дней, как раз вернулась и обнаружила труп на кухне!» Холмс улыбался уже более сдержанно, до тех пор, пока не заорала сирена. «Что?»- только и смог вымолвить я, но, переведя взгляд на нового знакомого, увидел, как тот ложится на пол и кладёт руки за голову. Я повторил эти действия. «Что происходит? Шерлок?»- я нервничал. Хотелось ответов. Что-то было не так? Почему они должны вести себя, как заключенные в тюрьме? Их что, будут обыскивать? Кудрявый молчал, глядя куда-то перед собой, и меня это напугало. Ничего не происходило минут пять. Я не задавал никаких вопросов, только изредка ерзал по полу от неудобства и тут же замирал от напряжения. Холмс же был словно каменное изваяние. Наконец, на территорию столовой вошла охрана вместе с санитарами. Они проводили нас с Шерлоком до наших палат и выпотрошили все вещи, ничем это не объясняя. Меня мучили чувства пренебрежения, злости и безумного раздражения. Я несколько раз потребовал адвоката, говорил, что они не имеют права так поступать, что у меня есть право на личную неприкосновенность и частную жизнь. Всем было наплевать, и остаток вечера я провёл в смешанных неприятных чувствах, лёжа на кровати и ковыряя ногтем стену комнаты. «Они поняли, что пропало.»- вместо приветствия выдал Шерлок за следующим завтраком. У меня же уже какое-то время неприятно сосало под ложечкой от плохого предчувствия, поэтому я лишь раздраженно буркнул: «Ну конечно. Теперь будет что-то плохое.» Я сжал зубы от накрывающего волнения. Я хотел выйти отсюда без выговоров, спокойно, прослыв хорошим, послушным пациентом. А теперь не хватало ещё каких-то разборок, связанных с этими погаными ножницами. Внезапно мою руку накрыла рука бывшего детектива, и я вздрогнул от непредвиденного физического контакта. «Ничего не будет. Я тебе обещаю.» Конечно, легко обещать. Вообще разбрасываться словами - это просто, и все люди так делают. Не могу обьяснить почему, но я хотел верить Холмсу. Может быть, потому что я видел и понимал, что этот человек - особенный. Он отличается от других пациентов психиатрии во всем: в движениях, мыслях и словах. Честно, я даже предполагал, что Шерлок попал сюда из-за своей гениальности. Люди не любят тех, кто от них отличается. Все было быстро, логично и слаженно. Меня из палаты забрали два плотных санитара и привели в кабинет доктора Лайла. Я уже знал, о чем пойдёт речь. Шерлок накануне велел мне все отрицать. Я был очень зол, зол на то, что подозревают меня, а не его, на то, что я ввязался в эту дурь, на то, что я больше не самый безгрешный пациент, и на то, что все больше не будет хорошо. «Джон, вы понимаете, к чему приведёт ваш поступок?» Я решил, что поверю Шерлоку. В последний раз. Все-таки показания психически нестабильных людей не должны воспринимать всерьёз. «Я ничего не совершал. И, признаться, не понимаю, в чем дело, доктор.» Коннор сдвинул брови. «Катрина, ваша соседка, сказала мне, что ночью вы покидали номер.» «И вы ей верите? С чего? Чем она лучше и благоразумнее меня?» «Послушайте»,- психиатр берет ручку в руки и смотрит неотрывным неприятным взглядом,-«Сейчас все может обойтись строгим выговором. А если вы начнёте упрямствовать, дело может зайти куда дальше.» «Вы мне угрожаете?»- я держусь. Моя уверенность гаснет, но я держусь. Лайл усмехается: «Нет. Предупреждаю. Ну чтож...» Я сжимаю пальцами участок своей пижамы и часто моргаю. Он лезет в свой ужасный журнал и делает какую-то подпись под моим делом. «Мистер Ватсон, вы..» Неожиданно дверь в кабинет открывается. Я чуть было не подумал о том, что это Шерлок прибежал спасти меня и ворвался по-геройски, в своей манере. Но на пороге стояла медсестра. «Доктор Лайл, там девушка покончила с собой в душевой.» Коннор замер с открытым ртом, ища слова, но она тут же добавила: «Ножницами. Этими самыми.» Мое сердце упало в пятки. Я не знал, что думать и чувствовать, и сумел только выволочь собственное тело из кабинета после слов «Ватсон, свободны».